Boston: Intimacy

      Утром после концерта в Чикаго, Фрэнк просыпается в обнимку с Джерардом. Это такое знакомое, приносящее уют ощущение. Он привык просыпаться в одной кровати с Джерардом, когда они в туре. Даже во время Swarm тура, когда они не так часто трахались, после секса они всё равно практически всегда спали вместе. Он не может не задумываться о том, будет ли это ощущаться настолько же комфортно, если так будет проходить каждый день, каждый день дома. Странно думать о том, что после всего этого времени он с Джерардом смогут называть одно и то же место домом.       Он аккуратно встаёт с кровати, стараясь не разбудить Джерарда. Их вылет будет ещё нескоро, так что им не нужно торопиться. Он звонит на ресепшен и заказывает завтрак в номер, после чего принимает быстрый душ. Он только заканчивает одеваться, когда еду приносят и Джерард начинает ворочаться и недовольно мычать. Фрэнк заваривает ему кофе и подходит к кровати, после чего ставит чашку на прикроватную тумбочку. Он садится на край кровати и начинает гладить Джерарда, отвернувшегося от него, по спине.       — Проснись и пой, спящая красавица, — Фрэнк произносит нараспев.       — Ввожу главное правило, что если мы будем снова жить вместе, то ты не больше не будешь меня так будить, — Джерард стонет.       Фрэнк фыркает:       — Ты и так знаешь, что я обычно этого не делаю, но скоро нам нужно будет выезжать в аэропорт, а ещё нам принесли завтрак.        Джерард переворачивается:       — Завтрак?       — Как же дёшево ты всегда готов продаться за завтрак, — Фрэнк поддразнивает.       — Это вообще-то самый важный приём пищи, — Джерард острит в ответ, пока садится и берёт в руку чашку кофе. Он делает первый глоток и закрывает глаза, довольно мурлыча, когда Фрэнк приглаживает его растрепанные после сна волосы. — Мне это нравится.       — Мне тоже, — Фрэнк соглашается.       Когда Джерард ставит свою чашку на место, Фрэнк тянется за сладкими утренними поцелуями. Завтрак может подождать.

ххх

      Концерт в Бостоне проходит просто замечательно. Фрэнку кажется, что по разным причинам каждый из концертов этого тура был лучшим за весь тур. Это захватывает и слегка разочаровывает из-за того, что скоро это кончится — по крайней мере, на какое-то время.       Пусть он и знает, что это и было сказано в большей части напоказ, но всё равно немного гордится собой, когда они покидают сцену и Джерард говорит, что этот сетлист был его любимым. Фрэнк не совсем понимает, почему такие комплименты попадают ему в самое сердце. Может, потому, что он считает Джерарда творческим гением и их бесстрашным лидером; иногда Фрэнк сомневается в ценности своего вклада. Для него одобрение от ребят из группы многое значит, а одобрение от Джерарда значит ещё больше.       Они направляются в гримёрку и переодеваются, обмениваясь улыбками и смеясь. Концерт прошёл замечательно, и они все это понимают. А ещё они понимают, что тур скоро закончится. Из-за этого Фрэнку хочется подольше посидеть в гримёрке и пообщаться с друзьями. Он хочет растянуть тур. Проходит много времени перед тем, как он замечает, что Джерард начал вести себя ужасно тихо и не прекращает выпадать из разговора, чтобы посидеть в телефоне. Фрэнк осознаёт, насколько сейчас поздно и прощается со всеми, а когда они садятся в машину, которая отвезёт их в отель, то с лёгким укором говорит Джерарду:       — Тебе не нужно было меня ждать, ты мог уехать в отель без меня.       Джерард смотрит на него так, будто он сказал какой-то бред:       — Такого и быть не может. Тур почти кончился, я не хочу терять ни секунды времени, которое мы можем провести вместе.       Теперь Фрэнк слегка чувствует себя придурком, потому что это кажется ужасно очевидным. Фрэнк, разумеется, думал о том, что через пару недель Джерард уедет обратно в Лос-Анджелес и насколько это будет паршиво, но каждый раз он просто выкидывал эти мысли из головы. Между ними всё так сильно изменилось за последние пару месяцев, он понятия не имеет, что случится с их отношениями, когда тур закончится. Ему так страшно слишком детально задумываться об этом. Он прижимается ближе к Джерарду и берёт его за руку:       — Прости, я не подумал об этом.       — Ничего страшного. Я не против. Мне нравится, насколько ты счастлив, когда общаешься с нашими друзьями.       Фрэнк как-то скептически относится к этим словам, потому что для Джерарда это в новинку. Раньше он просто либо уезжал без Фрэнка и потом сердился из-за того, что Фрэнк остался, либо жаловался на это по пути в отель. Это одна из многих областей, в которых он увидел рост Джерарда за последние годы. Это одна из причин, из-за которых ему кажется, что, возможно, ему наконец пора поверить в то, что между ними происходит.       — Я так люблю это, — Фрэнк признаётся. Он не знает, что ещё сказать.       — Я так люблю тебя, — Джерард отвечает. В последнее время он часто это говорит. Кажется, будто он наконец чувствует, что теперь приемлемо говорить это постоянно, а раньше он просто боялся делать это.       — Я тоже тебя люблю, — эти слова ощущаются странно каждый раз, когда слетают с его губ. Они не ощущаются неправдивыми, просто… непривычными. Каждый раз это кажется рискованным признанием, но, при этом, с каждым разом ему становится всё проще произносить это. Он знает, что он придёт к моменту, когда эти слова будут звучать для него естественно и органично. Двенадцать лет — слишком долгое время, чтобы не произносить их. Он точно придёт к этому моменту, пусть это и явно займёт какое-то время. Они придут к этому моменту.       Когда они добираются до своего номера, Фрэнку наконец начинает казаться, что адреналин после концерта начинает улетучиваться. Ему нужно принять душ, приятно понежиться, и, может, потрахаться, но не обязательно в этом порядке. Он решает, что в первую очередь нужно заняться сексом, и Джерард не заставляет себя упрашивать. После этого Фрэнк идёт в душ, чувствуя себя совершенно измотанным, но всё равно восхитительно, и полностью расслабляется, пока стоит под горячей водой.       Спустя пару минут Джерард присоединяется к нему:       — Помнишь, как раньше мы вместе стояли под душем почти каждую ночь в отеле?       — Помню, — Фрэнк улыбается.       — И мы, на самом деле, не особо времени уделяли тому, чтобы помыться.       — Да, ты прав, — он признаётся.       — Повернись, — Джерард говорит, когда тянется за бутылкой шампуня. Он аккуратно намыливает кожу головы Фрэнка, слегка скребя по ней ногтями. — Какой же ты, блядь, горячий.       — Спасибо, конечно, но у меня ни за что не встанет в ближайшее время, — он фыркает, смеясь.       — Не, я просто говорю, — он направляет голову Фрэнка под воду, — Давай смоем.       — Кстати, и ты тоже, если мы просто делаем друг другу комплименты.       Джерард нежно проводит ногтями по коже голове Фрэнка:       — Когда мы были моложе, я никогда и не задумывался о том, как это будет ощущаться — любить кого-то так долго.       — Наверное, я тоже.       — Я так благодарен за это.       — И я, — Фрэнк поворачивается и видит, что Джерард задумчиво уставился в пустоту. — О чём думаешь?       Взгляд Джерарда фокусируется на нём, и Джерард качает головой:       — Хочу, чтобы ты помыл мне голову.       — Ты явно думал не об этом, но хорошо.       Они меняются местами и Фрэнк начинает вспенивать шампунь у кожи головы Джерарда.       — Я просто думал о всякой слащавой ерунде. Тебе явно неинтересно такое слушать.       — Ну не знаю, — он заставляет шампунь образовать густую пену, — Я сам иногда довольно слащавый.       — Ты прав, но в последнее время ты не хочешь себя так вести себя со мной.       — Давай смоем, — Фрэнк направляет голову Джерарда под поток воды из душа. — Я не-, — он на секунду замирает, — Я не хотел. Ты прав — он продолжает промывать волосы Джерарда от пены. — Но, кажется, мне начинает нравится так себя вести.       — Да?       — Да, типа, я знаю, что в какой-то мере вёл себя как мудак, но я думаю, что снова смогу привыкнуть к этому, — он притягивает Джерарда к себе, вытягивая его из-под потока воды, и нежно вытирает пену, попавшую на его лицо. — Я не хочу, чтобы ты чувствовал, что не можешь поделиться своими мыслями со мной.       — Тогда можно я кое в чём признаюсь? — Джерард спрашивает, когда тянется за куском мыла и начинает тереть им руки Фрэнка.       — Нужно, — Фрэнк говорит, пока Джерард намыливает его грудь и живот.       Джерард отвечает не сразу, а сначала лишь продолжает намыливать зону вокруг члена Фрэнка, после чего разворачивает его, чтобы намылить его задницу. Мыло буквально находится между ягодиц Фрэнка, когда Джерард говорит:       — Я уже начал искать жильё, которое смогу арендовать в Нью-Джерси.       Фрэнк сразу же чувствует, как сердце начинает биться быстрее, и это происходит не из-за того, где находится мыло. Он судорожно вздыхает:       — Да? — он надеется, что его в его голосе не слышно напряжения.       Джерард убирает руку и разворачивает Фрэнка, который теперь видит, как Джерард кусает губу.       — Я нашёл несколько квартир неподалёку от твоего дома, — он отдаёт мыло Фрэнку, — но и не слишком близко к нему.       — Звучит неплохо, — Фрэнк старается держать голос ровным, намыливая руки Джерарда, — А почему не слишком близко?       — Думаешь, так будет лучше? Я, типа, хочу, чтобы у тебя было личное пространство.       — Хм-м-м-м, — Фрэнк, если честно, совсем над этим не задумывался. Может, должен был. Странно ли то, что он ни разу не подумал над этим за неделю, прошедшую с из разговора? — Не знаю. Если честно, я даже не думал над этим, — он намыливает грудь и живот Джерарда.       — Извини. Мне кажется, будто всё лето я на три шага впереди тебя.       — Ничего страшного, — Фрэнк начинает мыть лобок и яйца Джерарда, а также внутреннюю часть его бедра. — Наверное, кто-то из нас должен брать инициативу в свои руки, — он разворачивает Джерарда, чтобы намылить его задницу. — Это так смешно, потому что до… До расставания мне всегда казалось, будто она исходила именно от меня. Интересная смена ролей.       — Я, наверное, должен перед тобой за это извиниться, — Джерард забирает мыло и на скорую руку моет свои ноги. Фрэнк повторяет за ним.       — Не, — он кладёт мыло на край ванны и подталкивает Джерарда в сторону потока воды, чтобы смыть пену. — Может, мы просто делаем это по очереди. Тогда была моя очередь. Теперь — твоя.       Как только Джерард смывает с себя всю пену, Фрэнк занимает его место, и Джерард аккуратно направляет струи воды на его кожу, чтобы помочь смыть оставшуюся пену.       — Но я вёл себя как мудак.       Если Джерард настаивает на том, чтобы поговорить об этом, то Фрэнк не будет врать.       — Иногда.       На это Джерард отвечает чуть позже. Теперь они чистые. Он удивляет Фрэнка, когда тянется к нему и целует его. Это было неожиданно, но приятно. Они какое-то время целуются, жадно и с разомкнутыми губами. Тёплая вода, стекающая по их лицам, сделала скольжение их губ ещё более сладостным.       Спустя пару минут Джерард отстраняется и выключает воду. Он берёт полотенце и оборачивает его вокруг талии Фрэнка, а вторым — начинает вытирать чужие волосы.       — Я знал, что ты не заботился о себе. А если не знал, то просто не обращал на это внимание, — он опускает полотенце и аккуратно вытирает лицо Фрэнка. — Я слишком часто застревал в собственных мыслях и забывал о твоих нуждах, — он замирает и в какой-то мере умоляюще смотрит на Фрэнка, — И ближе к концу отношений я наврал тебе о том, что выпиваю, ну, вернее, о том, насколько всё плохо.       — Джи, — Фрэнк забирает у него полотенце, — Ты алкоголик. Теперь я это понимаю. Я отпустил это всё ещё много лет назад.       — Я знаю, ты это говорил, но я всё ещё чувствую себя виноватым.       Фрэнк пару раз нервно сжимает полотенце в руках, после чего расслабляет пальцы:       — Я ходил на собрания анонимных алкоголиков.       — Да?       — После того, как мы расстались. Мне было ужасно тяжело, и Дьюис предложил сходить туда.       — Помогло?       — Если честно, то да, помогло, — Фрэнк поднимает руки и начинает вытирать волосы Джерарда. — Это, на самом деле, одна из тех вещей, которые мне было легче всего отпустить. Собрания помогли мне все понять. Эту часть всей ситуации я довольно быстро тебе простил, — он накидывает полотенце на плечи Джерарда. — Ну, не то чтобы у меня не было собственных проблем с употреблением. У моего лицемерия есть пределы, и не мне тебя судить, понимаешь?       — Но ты никогда не врал об этом.       Фрэнк пожимает плечами.       Джерард вздыхает.       Фрэнк берёт последнее сухое полотенце и повязывает его вокруг талии Джерарда, поле чего берёт его за руку и ведёт в спальню. Он начинает рыться в чемодане Джерарда и достаёт чистые пижамные штаны и футболку, которые передаёт Джерарду.       — Я отпустил и всё остальное, ты же понимаешь? Ну, это было необходимо, чтобы снова вступить в отношения с тобой. Но большую часть я отпустил сильно раньше, наверное, где-то ко времени, когда группа воссоединилась.       — Я поверить не могу, что ты так легко меня простил. Я изо всех сил старался не думать об этом, но когда наши отношения начали становиться всё серьёзнее, то эти воспоминания просто не прекращают всплывать вновь и вновь.       — Ну, а ты меня простил? Я, в каком-то смысле, бросил тебя в самый сложный момент, — Фрэнк признаётся, — Иногда я всё ещё чувствую себя виноватым из-за этого.       Джерард выглядит озадаченным.       — Конечно я тебя простил, Фрэнки.       — Тогда, думаю, мы квиты.       Джерард одевается, как и Фрэнк, после чего они снова оказываются на кровати. Джерард забирается под одеяла и раскрывает объятия, приглашая Фрэнка устроится рядом, прижавшись к нему.       — Нам не нужно постоянно говорить о прошлом, — Фрэнк говорит.       Джерард начинает перебирать его волосы:       — Я знаю.       — Я бы хотел говорить о будущем.       Рука Джерарда замирает:       — Да?       — Расскажи мне о квартирах, которые ты думаешь арендовать. Насколько они далеко? Потому что, как бы я ни хотел сохранить некоторую дистанцию, мне не хочется, чтобы ты был слишком далеко в случае, если ночью я резко захочу потрахаться.       Джерард смеётся и рассказывает, в каких городах он искал жильё, каких оно размеров, и как выглядит изнутри, если верить фотографиям, выложенным в интернете.       Фрэнк засыпает, слушая его.