Первые расставания
24 сентября 2025 г., 22:35
— Гарри Поттер, ты меня слушаешь? — крикнула Пенси прямо в ухо зазевавшемуся парню.
— Извини, Пенс. Сплю на ходу, — виновато улыбнулся Гарри.
— Я говорю, бабушка приехала, чтобы забрать меня в Голливуд. Нас с бабулей пригласили сниматься в фильме! Правда здорово?
— Ты уедешь? — тупо спросил Гарри.
— Да! — радостно воскликнула Пенси. — Я стану звездой!
— И надолго ты уедешь?
— На несколько месяцев, — жизнерадостно говорила Пенс. — А Дракула и Гриндевальд поживут тут, пока мы с бабулей не вернёмся.
— Несколько месяцев? — севшим голосом переспросил Гарри. К горлу начал подступать склизкий противный ком, похожий на водоросли, а на глаза навернулись слёзы.
— Гарри, что-то не так? — удивилась Пенс. — У тебя глаза покраснели… Курил опять?
— Это я... от радости... — Поттер обнял подругу, вцепившись в нее, как утопающий в корягу. — Я очень рад за тебя!
— О, ну спасибо, — улыбнулась Пенси, явно не ожидавшая от друга таких бурных эмоций. — Мы вылетаем завтра утром, в семь. Вы с Драко проводите меня?
— Конечно! — воскликнул Гарри и окончательно разошелся в соплях.
Обстановку разрядил Филч, за ухо втащивший в гостиную Драко Малфоя.
— Отпусти меня, старый ссохшийся бубонтюбер! — вопил крайне возмущённый Драко. — Ты хоть знаешь, кто мой отец?!
— Полагаю, такой же идиот, как и ты! — рявкнул Филч.
— Он один из богатейших людей магической Англии! Возглавляет Попечительский совет в Министерстве! И я все ему расскажу! — не унимался Драко.
— Я не испугался твоего отца! — огрызнулся Филч.
— Может, нас испугаешься? — насмешливо спросил Влад Дракула, только что вошедший в гостиную. Вампир угрожающе сверкнул клыками.
Драко хотел крикнуть Филчу вслед какую-нибудь гадость, но завхоз был уже далеко...
Следом за Дракулой в гостиную Слизерина вошел Геллерт Гриндевальд.
— Облажался, сопляк, — мрачно прокомментировал темный волшебник.
— Чего это Филч на тебя так взъелся? — смеясь, спросила Пенси.
— Ничего особенного, — хмыкнул Драко. — Просто заскочил в душ к когтевранкам и объявил, что буду там ссать.
— И это всё, на что ты способен? — разочарованно фыркнул Дракула. — Неудивительно, что завхоз не оценил твою шутку!
— Что ты вообще делал в когтевранском женском душе? — с подозрением спросил Гарри.
— Мне стало скучно, — невинным голосом ответил Малфой.
— И ты решил, что голые девчонки тебя развеселят? — поднял брови Гриндевальд. — Ну да, логично.
— Меня вот что интересует, — полушутливо-полусерьезно сказал Малфой. — Что там делал сам Филч?
* * *
Часы пробили полночь, но многие не спали. Пенси и Чума-дель-Торт лихорадочно собирались в Голливуд, Дракула и Гриндевальд пьянствовали, а Гарри и Драко просто болтали. Всё бы ничего, но они не нашли лучшего места для разговоров, кроме как Запретная секция библиотеки. Некоторые до сих пор наивно полагают, что в Запретной секции хранятся редкие книги по темной магии, но они ошибаются — там находятся только журналы «Плейбой», эротические романы, «Камасутра» и даже секретный выход в Интернет, правда для этого нужен был свой модем, а парни не догадались его захватить, поэтому пришлось тупо побазарить, как двум старым бабкам на остановке. — Значит, Пенс уезжает на несколько месяцев? — задумчиво переспросил Драко. — Ты ей признался в своих чувствах? — Ты что, нет конечно! — испугался Гарри. — Она же меня к Волдеморту пошлёт! — Ты должен рискнуть, брат, — посоветовал Малфой. — Я так не думаю, — возразил Мальчик-который-втрескался. — Ты не понимаешь! — Драко посмотрел на него, как на дебила. — Это Голливуд! Оттуда не возвращаются! Не знаю ни одной нормальной тёлки, которая бы добровольно оттуда свалила. — Но Чума сказала… — Чума, Чума… Вот подпишет Пенс контракт на пять лет, и поминай как звали. — Я понял, — оборвал его Гарри. — Но что мне теперь — обосраться и не жить? — Дай ей причину, чтобы вернуться, — посоветовал Малфой. — Ладно. Я это сделаю, — решился Гарри. — Теперь хватит обо мне. Поговорим о тебе. — Обо мне? — удивился Драко. — А что со мной не так? — Мне кажется, это как-то связано с Когтевраном... — А, ты об этом... — вспомнил Драко. — Нашел я там себе одну девчонку. Она — супер! — А кто она? — поинтересовался Поттер. — Тебе нужно знать одно — она первая красавица Хогвартса... Драко вдруг притих. За соседним стеллажом раздался шум. Ребята прислушались и услышали шаркающие шаги и хриплые проклятия, потоком извергаемые школьным завхозом Аргусом Филчем. Разговор, естественно, пришлось прервать.* * *
Гарри Поттер проснулся рано, за целых полчаса до того, как запищал электронный будильник. Он быстро сбегал к Хагриду и нарвал на его клумбе букет каких-то сомнительных цветов, отдаленно напоминающих мартышкину задницу. Мальчик-который-очень-разозлил-великана надеялся, что Пенс букет понравится, тем более что достать его было непросто: пока Поттер убегал от Хагрида, он потерял свои очки. И вот Гарри уже постучал в комнату Паркинсон. Дверь открыли, и перед Гарри предстала Пенс в розовом плащике. По крайней мере, Поттер так решил, ведь без очков он очень плохо видел. — Э-э-э... это тебе, — он трясущимися руками протянул Пенси букет. Девушка осторожно взяла его. — Ты сегодня очень красивая, — с придыханием произнес Гарри, хотя и не мог разглядеть Пенси. — И ты мне очень нравишься. Всегда нравилась. Мерлин мой, а без очков я такой красноречивый… — О-о-о, спасибо! Мне сто лет никто не дарил цветы и не делал такие комплименты! — раздался старческий брюзжащий голос Чумы-дель-Торт. Бедный Гарри не на шутку перепугался и уронил челюсть на грязный пол. — И-извините, — выдавил он, — я, вообще-то, к Пенс. — Пенси в ванной, — пробрюзжала Чумиха. — Ей что-нибудь передать, мистер Гаттер? — Я Поттер, — поправил её Гарри. — Передайте ей… этот букет.* * *
И вот настал момент прощания. Гарри стиснул Пенс в объятиях, а Драко подцепился сзади, образовав неаккуратную каракатицу. — Хватит соплей, — пробурчала Та-кого-не-было. — Внучка, садись на метлу! Пенси обняла друзей в последний раз и села. Метла начала набирать высоту. — Сейчас или никогда! — зашипел Драко на брата. — Пенс!!! — заорал Гарри во всю мощь своих легких. — Я желаю тебе удачи!!! — Спасибо, Гарри, спасибо! — крикнула Пенси, и метлу поглотили облака. — Какой же я идиот…
