глава 4.
24 сентября 2025 г., 22:37
***
Утро в лагере наступало не мягко, а как удар в лоб. Сквозь окна уже било солнце, птицы орали на весь лес, а из соседних корпусов слышались бодрые вопли вожатых:
— Подъём, отряд, подъем! Зарядка через пять минут!
В комнате у девчонок же царил полный пиздец. На полу — шелуха от семечек, какие-то кружки с водой, подушки валялись, как после войны. Илья спал у шкафа, уткнувшись лицом в коврик, и храпел так, что дрожали стекла. Влад, не заморачиваясь, развалился на Олиной кровати, раскинув руки, как убитый. Девчонки тоже еле дышали: Лина свернулась клубком, Оля под одеялом с головой, Соня раскинулась крестом, а Марьяна только-только начала проваливаться в сон.
И тут — дверь распахнулась.
— Доброе утро, — прозвучал строгий голос.
Все дёрнулись, как под током.
На пороге стояла Таня. Аккуратная, с собранным хвостом, в спортивной форме, как будто уже три круга вокруг лагеря пробежала. Взгляд — ледяной.
Секунду она просто молчала, оглядывая картину: Илья с открытым ртом на полу, Влад — в кроссовках на чужой кровати, шелуха, кружки, сонные девчонки.
— Это что здесь... происходит? — медленно произнесла Таня, и от её тона стало хуже, чем если бы она заорала.
Оля первой попыталась выкрутиться, сев на кровати и заикаясь:
— Э-э... мы... это... просто сидели, разговаривали... ну, типа...
— До отбоя!? — Таня подняла бровь.
— Да мы... ну... не заметили, как время... — Соня высунула голову из-под одеяла и тут же пожалела: Таня сверлила её взглядом так, что хотелось снова спрятаться.
— А это что? — она кивнула на Влада.
Тот приподнялся, протирая глаза:
— Э... здрасте...
— Здрасте, — холодно кивнула Таня. — Влад, а ты что здесь делаешь?
Влад зевнул, улыбнулся своей фирменной наглой улыбкой:
— Так я... ну... присматривал за девочками, чтоб всё спокойно было.
— На постели ребёнка? В кроссовках? — голос у Тани даже не дрогнул.
Марьяна в подушку прыснула от смеха, но тут же спряталась — Таня заметила бы.
Илья в этот момент зашевелился на полу и сонно пробормотал:
— Чё орёте... ночь же...
— Ночь? — Таня резко повернулась к нему. — Илья! Подъём уже давно. Зарядка через пять минут.
Илья приподнял голову, увидел её и мгновенно проснулся:
— О... здравствуйте...
Таня глубоко вдохнула, как будто собираясь с силами, и сказала:
— Так. Девочки — быстро собираетесь на зарядку. Комната — чтобы к завтраку была в идеальном порядке. Влад, Илья — выйдите, пожалуйста. У нас есть правила, и нарушать их я больше не позволю.
Тон был такой, что спорить никто не рискнул. Влад только пожал плечами и, криво усмехнувшись, подмигнул девчонкам:
— Ну, короче, доброе утро. Увидимся на линейке.
Илья, ещё толком не проснувшийся, поплёлся следом.
Когда дверь за ними закрылась, девчонки переглянулись. Соня шёпотом:
— Всё... нам пиздец.
Оля прыснула, но тут же прикрыла рот ладонью. Лина упала лицом в подушку. А Марьяна сидела тихо и почему-то чувствовала лёгкий укол в груди: Вики тут не было, а Таня только что разогнала весь уют ночи.
Но... впереди был новый день.
***
Завтрак был, как всегда, кошмаром лагеря. В тарелках — каша, которая больше напоминала клейстер для обоев, и кусочек масла, застрявший сбоку, будто насмешка. Чай в алюминиевых кружках был чуть тёплый и пах железом. Девчонки ковырялись ложками и переглядывались.
— Бля, это вообще можно есть? — прошептала Соня, двигая кашу по кругу.
— Это не еда, это испытание, — буркнула Лина. — Кто это готовит вообще, нахуя?
Оля хохотнула и чокнулась кружкой с Марьяной:
— За здоровье, девочки.
Из-за соседнего стола донёсся громкий голос Влада:
— Тань, ну серьёзно, каша охуительная. Её только кирпичом можно отрезать.
— Влад! — строго оборвала его Таня. — Без выражений, пожалуйста.
Илья сидел рядом, спокойно ел, будто у него был иммунитет к лагерной кухне.
— Он это ест, прикиньте, — прошептала Оля. — Нахуй.
Через десять минут всех уже гнали на стадион. Солнце припекало, воздух дрожал. На траве уже стояли колонки, и Таня с серьёзным видом включала музыку.
— Так, отряд, внимание. У нас скоро отрядный танцевальный конкурс. Нужно начинать учить связку. — Голос у неё был жёсткий, без лишних эмоций.
Девчонки переглянулись. Марьяна уже знала — сейчас будет цирк.
— Илья, Влад, вставайте тоже. — Таня глянула на них как на двух двоечников.
— Чего? — протянул Влад. — Мы ж мужики, нам не по статусу.
— Статус у тебя будет один: делать так, как я сказала, — сухо ответила Таня.
Отряд загоготал. Илья вздохнул, встал, но выглядел так, будто ему надо таскать мешки, а не танцевать.
Музыка заиграла. Таня начала показывать шаги — чётко, красиво, как в спортшколе. Все старались повторять. Девчонки путались, но хотя бы выглядели мило.
А вот Влад...
— Опа, гоп-стоп, — он сделал па и тут же превратил его в кривой брейк-данс, рухнув на колени.
Отряд взорвался смехом.
— Влад! — Таня вспыхнула. — Ты издеваешься?
— Я вдохновляю, — ухмылялся он. — Смотри, дети улыбаются, настроение боевое.
Илья тем временем пытался честно повторить, но выглядел так нелепо, что Соня согнулась от смеха:
— Боже, Илья, ты как будто мебель передвигаешь!
— Я стараюсь, — пробурчал он.
Таня хлопнула в ладони:
— Сосредоточьтесь! Нам нужен единый танец, а не цирк.
Девчонки кое-как собрались, хотя смех всё равно прорывался. Марьяна танцевала неловко, но украдкой оглядывалась: а где Вика?
Вики не было.
Потом, уже во время паузы, Оля тихо сказала:
— Она в корпусе осталась. С теми... ну... троими. Плакат рисовать.
Марьяна кивнула, хотя внутри кольнуло. Ей хотелось, чтобы Вика была здесь, смеялась над Владом и Ильёй вместе с ними. Но Вика была там — с Мэри, Ангелиной и Ирой.
Музыка снова заиграла, Таня повторяла связку. Все двигались, солнце жгло, трава липла к кроссовкам. Влад снова чудил, Илья кряхтел, девчонки сбивались.
А у Марьяны всё внутри было где-то не на стадионе — а в том корпусе, где сейчас Вика, с кем-то другим, и, наверное, тоже смеётся.
— Та-а-аня! — взвыла Соня, когда Таня в сотый раз включила музыку на стадионе. — Можно в туалет? Ну правда, щас умру тут!
— Мне тоже надо! — подхватила Оля. — И всем нам!
Марьяна с Линой кивнули так серьёзно, будто это был вопрос жизни и смерти.
Таня остановила музыку, смерила их своим фирменным взглядом-лазером:
— Хорошо. Но быстро. Влад, сопроводишь?
— Конечно, — ухмыльнулся Влад. — Ну что, команда, марш-бросок до цивилизации!
Они двинулись по дорожке к корпусу. Гравий хрустел под ногами, воздух был наполнен запахом сосен и чуть влажной травы.
— Ну что, как вам наш лагерь-санаторий имени строгого режима? — спросил Влад.
— Я больше никогда не буду есть эту кашу, — буркнула Соня.
— Это не каша, а цемент, — вставила Оля.
Все прыснули.
— Таня бы вас за такие слова убила, — сказал Влад. — Она же у нас генерал, дочь директора. Ей двадцать три, но ведёт себя как тридцатилетний командир батальона.
— А тебе сколько? — прищурилась Лина.
— Восемнадцать, — гордо выдал Влад. — Я тут самый мелкий. Илье девятнадцать, Вике тоже девятнадцать. А Таня у нас старшая.
— Да ну нахуй, — не поверила Оля.
— Вот именно, — ухмыльнулся Влад. — Но зато у меня харизма!
— Харизма двенадцатилетнего клоуна, — парировала Марьяна.
— Клоун тоже звезда! — не растерялся Влад.
Они уже дошли до корпуса. Внутри пахло краской и пылью — старое здание, деревянные двери, тусклый свет. Девочки по очереди забегали в туалет, а Влад сел на подоконник и болтал ногами.
И тут из соседнего кабинета вышла Виктория. В руках у неё была папка с какими-то листами и несколько разноцветных маркеров.
— О, — удивилась она, увидев их. — А вы чего тут?
— В туалет, — бодро отрапортовала Соня. — Мы же не железные.
Вика усмехнулась, качнула головой:
— Ладно, только быстро. Таня уже, наверное, там всех построила.
— А ты чем тут? — осторожно спросила Лина.
— Плакат рисуем, — ответила Вика, слегка подняв папку. — Для завтрашнего мероприятия. Младшие помогают.
— Вот, видите, — вставил Влад. — Кто-то рисует, а кто-то страдает от каши и зарядки.
— Ты тоже должен был помочь, между прочим, — заметила Вика, прищурившись.
— Я? — Влад изобразил удивление. — Я вообще-то в ответственной миссии — охраняю девчонок по пути до туалета. Если б не я, они б заблудились, честно.
— Ага, в двух шагах от стадиона, — Вика закатила глаза. — Ладно, идите. Не задерживайтесь.
Она пошла дальше по коридору, каблуки кед гулко стучали по полу. Девочки переглянулись и тихо прыснули. Влад театрально вздохнул:
— Вот она, разница поколений. Ей девятнадцать, а уже вся из себя серьёзная.
— А ты — восемнадцать и ведёшь себя как клоун, — повторила Марьяна.
— Но зато весело! — Влад улыбнулся и подмигнул.
Они гурьбой вывалились из корпуса обратно к стадиону, смеясь и подталкивая друг друга.
***
В комнате стояла липкая тишина. Сквозь занавеску пробивался свет, душный и вязкий, будто воздух сам лип к коже.
Марьяна свернулась калачиком и закрыла глаза. Голова кружилась всё сильнее, будто в ушах звенело. Она с утра почти ничего не ела — кашу задвинула, обед просто не смогла проглотить.
— Ты чё такая белая? — тихо спросила Оля, оборачиваясь к ней.
— Да нормально, — пробормотала Марьяна. — Просто башка крутится...
Оля нахмурилась, потом резко схватила телефон.
— Ща, блядь, я всё решу.
— Кому ты звонишь? — спросила Соня, отрываясь от книжки.
— Владу, конечно. Пусть хоть раз принесёт пользу, кроме своих шуток, — прошипела Оля.
Через пару минут дверь скрипнула, и в комнату просунулся взъерошенный Влад. Он приложил палец к губам:
— Тссс... генерал по корпусу ходит. Чё случилось?
— Марьяне хуёво, — сразу сказала Оля. — Она ж со вчера ничего не ела.
Влад посмотрел на Марьяну, присвистнул:
— Бля, да вы охуели. Тут жратва говно, согласен, но вы же сдохнете так.
— Я не могу это есть, — еле слышно сказала Марьяна, открывая глаза.
Влад вздохнул, почесал затылок.
— Ладно, есть план. Магазин тут рядом в отеле есть метров через четыреста. Если по-тихому... — он посмотрел на окно. — Да похуй. Через окно слиняем, а я заранее Илье наберу — пусть караулит, если Таня вдруг решит обойти.
— Ты ебанутый, — шёпотом сказала Лина, но глаза у неё загорелись.
— Я спасатель, — возразил Влад, уже доставая телефон. — Щас, секунду...
Он быстро набрал Илье:
— Брат, нужно прикрытие. Таня где? ...Ага, понял. Короче, если она к нам сунется, ты начинаешь её отвлекать любой хуйнёй, понял? Всё, спасибо. Понял.
Повесив трубку, Влад снова обернулся к девчонкам:
— Так, Марьяна остаётся. Я кого-то оставлю с ней, чтобы не скучала. Остальные — если хотите хавчика нормального — идём.
И тут дверь приоткрылась снова. На пороге появилась Виктория. Она встала, прислонилась к косяку, руки скрестила на груди:
— А что это у нас тут за собрание заговорщиков?
Все замерли. Влад вздрогнул, чуть не выронил телефон.
— Вик... это... — он начал мямлить, но Вика лишь закатила глаза.
— Мне Оля написала, — сказала она спокойным голосом. — Что Марьяне плохо. Я пришла посидеть с ней. А ты, Влад, со своими походами в магазин — аккуратней. Если Таня узнает, всем влетит.
— Так поэтому я Илью поставил на прикрытие, — буркнул Влад.
— Ты идиот, — сухо сказала Вика, но в её голосе проскользнула тёплая нотка. Она подошла к кровати, села рядом с Марьяной и поправила ей подушку. — Ты лежи спокойно. Сейчас они принесут тебе что-нибудь нормальное.
Марьяна слабо кивнула, чувствуя странное облегчение от того, что Вика рядом.
— Ладно, — Влад хлопнул в ладони. — План работает: мы с девчонками прыгаем в окно, Вика тут за старшую. Через полчаса вернёмся как герои с добычей.
— Герои-идиоты, — пробормотала Вика. — Только живыми вернитесь.
Влад показал ей язык и, подмигнув девчонкам, полез к окну. Лина и Соня прыснули от смеха, Оля подхватила рюкзак. В комнате запахло настоящей авантюрой.
А Марьяна прикрыла глаза и впервые за день почувствовала себя чуть спокойнее: кто-то решает, кто-то прикрывает, а Вика сидит рядом и держит её в зоне тишины.
Оля первой толкнула раму, и та скрипнула так, что у всех сердца ушли в пятки.
— Бля, щас весь корпус проснётся, — прошипела она.
— Да не ссы, — махнул рукой Влад. — Давайте, по одному, там всего полметра до земли.
Соня, не раздумывая, перекинула ногу, развернулась и с лёгкостью соскользнула вниз. Даже кроссовки пыли не подняли.
— Ха! Изящно, как кошка, — хмыкнула она и подмигнула девчонкам.
— Кошка, которая орёт «ебать, жрать хочу» каждую минуту, — огрызнулась Оля и сама полезла.
Она тоже спрыгнула легко, только край футболки зацепила за ручку окна. Влад помог стянуть — и они оба прыснули.
Лина застыла, держась за подоконник, словно думала, что это прыжок с девятого этажа.
— Я боюсь...
— Лина, бля, тут два шага! — Влад едва сдержал смех. — Даже если ты ебнёшься, максимум носом в одуванчик.
Лина всё же аккуратно спустилась, даже не прыгнув — просто села и соскользнула.
— Ну вот, — довольно протянул Влад. — Все живы, никто не разъебался. Погнали.
Они гурьбой двинулись вдоль корпуса, пригибаясь, хотя в этом вообще не было смысла. Но именно от этого смех и поднимался — чувствовалось, что они реально как в фильме про шпионов, только в тапочках и с соплями от смеха.
— Я отвечаю, это охуенно, — задыхалась Соня, идя боком вдоль стены. — Мы будто спецназ на миссии «выкрасть сухарики».
— Нет, миссия «выжить после каши», — поправила её Оля.
Влад с хмурой рожей шепнул:
— Тише! Если Таня спалит — нам всем пиздец. У неё взгляд, как у палача.
— Ага, генерал в юбке, — фыркнула Соня.
Они переглянулись — и снова прыснули, уже не сдерживаясь. Лагерь был тихий, жаркий и будто вымерший: окна закрыты шторами, ни одного движения. Только где-то вдалеке щебетали воробьи и трещал кузнечик.
И в этой тишине их шёпот и ржач казались самым громким звуком на свете.
Дорога была недолгой. От лагеря через лесную тропку всего минут десять — и уже виднелись серые стены отеля, которые выглядели почти как замок на фоне сосен. Большие окна, аккуратные занавески, кондиционеры гудят. Совсем другой мир по сравнению с облупленными корпусами лагеря.
— Ебать, цивилизация, — протянула Соня, задрав голову. — Тут, наверное, нормальную еду продают.
— Ага, — ухмыльнулся Влад. — Тут мини-маркет при отеле, для туристов. Только не орите, как стадо, а то вас за километр спалят.
Они прошли через асфальтовую дорожку, мимо припаркованных машин и аккуратно подстриженных кустов. В окошке ресепшена скучала администраторша, но никто внимания на них не обратил.
Магазин оказался внизу, за стеклянной дверью с яркой вывеской. Когда они вошли, в лицо ударил прохладный воздух кондиционера и запах кофе с шоколадом. Полки аккуратные, с импортными чипсами, газировкой в стеклянных бутылках, мороженым в холодильнике.
— Охуеть... — тихо выдохнула Лина, будто впервые попала в другой мир.
— Так, — взяла инициативу Оля, — чипсы, шоколад, «кола», мороженое. Берём всё, что спасёт нашу психику после лагерной каши.
Соня тут же припала к полке с печеньками.
— Эти! Эти, блядь! Возьмём все!
Влад только усмехнулся, но сам взял пару энергетиков и сухариков.
— Марьяне оставим «Сникерс» и сок. Она же реально сейчас сдохнет от голода.
Они быстро накидали полный пакет всего вкусного. На кассе стоял улыбающийся парень в форме отеля. Он даже не удивился, что к нему пришла стая подростков. Видимо, лагерные дети тут были постоянными клиентами.
— Оплачиваем и быстро валим, — шёпотом сказал Влад. — Если кто-то нас тут увидит и стукнет Тане — жопа.
Сумки оказались тяжёлые, но настроение было такое, будто они провернули какую-то грандиозную операцию. На обратном пути они шли быстро, пригибаясь, ржали и шутили.
— Чувствуете? — Соня подняла лицо к солнцу. — Это запах победы.
— Это запах пота и чипсов, — огрызнулась Оля.
Когда вышли к лагерю, адреналин зашкаливал. Они шли уже молча, по двое, будто «партизаны в тылу». Возле корпуса Влад первым проверил, нет ли Тани поблизости. Тишина.
— Всё, по одному, — прошептал он. — Сначала пакеты внутрь, потом сами.
Соня снова первой юркнула в окно, легко как кошка. За ней Лина и Оля, чуть шумнее. Влад залез последним, аккуратно прикрыв раму.
В комнате тут же посыпались шёпоты, смех и радостное шуршание пакетов. Сумки вывалили на кровать — и полотно сладостей, газировки и печенья блеснуло в полумраке.
— Мы герои, нахуй, — торжественно сказала Соня.
***
В комнате 108 было тихо. Только вентилятор где-то в коридоре жужжал, да солнце полосками падало на пол. Остальные — Лина, Оля, Соня, и Влад — уже минут двадцать как смылись в магазин. Смех и матерки ещё долго тянулись из окна, пока их шаги не растворились.
Марьяна сидела на кровати, держась рукой за висок. Голова кружилась так, что мир будто плыл.
— Ты как долго ничего не ела? — спросила Вика с подоконника, откладывая телефон.
— Да хрен его знает...примерно со вчерашнего обеда. — тихо ответила Марьяна. — Голова крутится, будто я бухая.
Вика поднялась и подошла. Села рядом, положила ладонь на спинку кровати.
— Ляг. А то ещё ебнешься тут, потом отдувайся за тебя.
Марьяна усмехнулась, но подчинилась. Лёгкая забота в голосе Вики пробралась куда-то глубже, чем стоило.
— Я нормально, — пробормотала она, хотя знала, что выглядит паршиво.
— Нормально ты выглядишь, всего лишь как будто тебя асфальтоукладчиком придавило, — Вика чуть улыбнулась и поправила одеяло на её плече.
Марьяна приоткрыла глаза. Слишком близко. Она чувствовала её запах — немного сигаретный, немного сладкий, какой-то странно родной.
— Зачем ты вообще осталась? — шепнула она.
— А ты чё, думала, я тебя тут одну к хуям оставлю? — Вика посмотрела прямо в глаза. — Ты ж если с кровати упадёшь - кто ловить будет?
Марьяна тихо рассмеялась, но смех сразу перешёл в усталый вздох.
— Спасибо.
— Да не за что, — Вика опустила взгляд, будто смутилась самой серьёзности момента. — Просто не сдохни раньше времени, ладно?
Они замолчали. В комнате было тихо, только где-то за окном снова заголосила чужая компания. Но здесь, в 108-й, казалось, время остановилось.
Тишину разорвал звонок. Телефон Марьяны завибрировал на тумбочке, экран загорелся: «Мама ❤️».
— Блядь... — простонала она и, морщась, потянулась за трубкой.
— Давай-давай, отвечай, — усмехнулась Вика. — А то обидится.
Марьяна ткнула «принять вызов». Экран мигнул — и вот уже мама, в домашнем халате, на кухне, где закипает чайник.
— Марьяночка! — голос мамы был слишком звонкий для больной головы. — Ну как ты там? Привыкаешь? Кормят? Где Линочка?
Марьяна натянуто улыбнулась.
— Нормально, мам. Всё окей.
Вика, не успев отойти, всё ещё сидела рядом на кровати, и камера телефона захватила её в кадр. Мама сразу заметила:
— Ой, а это кто? Девочка какая красивая!
Марьяна резко кашлянула.
— Мам, это... это Вика. Вожатая.
Вика хмыкнула и чуть махнула рукой в экран:
—Здравствуйте.
— Какая воспитанная! — обрадовалась мама. — Следит там за вами? Чтобы вы не шалили?
— Ага, следит, — Вика усмехнулась, бросив на Марьяну быстрый взгляд. — Только ваши дети быстро сбегают в магазин, так что я вот тут караулю.
Мама засмеялась, а Марьяна прикрыла лицо рукой:
— Мам, всё, хватит, я потом тебе перезвоню.
— Ладно-ладно, не отвлекаю, — улыбнулась мама. — Главное — не простывай. Люблю тебя.
Экран погас. Марьяна откинулась на подушку, простонав:
— Пиздец...
Вика прыснула со смеху.
— Да ладно, чё ты. Мама у тебя хорошая. И, кстати... сказала, что я красивая.
Марьяна повернула голову и закатила глаза, но не смогла сдержать улыбку.
Марьяна лежала на кровати, чувствуя, как мир снова плывёт перед глазами. Желудок болезненно сжался, и она тихо простонала.
— Ну и дурочка ты, — сказала Вика, придвигаясь ближе. Она осторожно поправила одеяло, прикрыв Марьяну. — Целый день без еды. Ты чё, себя угробить решила?
— Я не могу это жрать, — еле слышно ответила Марьяна. — Оно воняет, как помои.
Вика вздохнула и на секунду задержала ладонь у неё на плече.
— Всё равно надо было хоть кусок хлеба съесть. Не геройствуй мне тут.
Марьяна повернула к ней голову, в глазах стояли слёзы от слабости.
— Я реально больше не могу.
— Потерпи, — мягко сказала Вика. — Сейчас эти вернутся — и всё нормально будет.
Дверь внезапно открылась, и в комнату вошёл Илья.
— О, тусовочка! — ухмыльнулся он. — А чё вы тут...
Он осёкся, увидев Марьяну.
— Что случилось у вас?
— Голодная она, — коротко ответила Вика. — Со вчера ничего не ела.
— Ебать... — Илья почесал шею. — Так, ну скоро Влад с девками притащат еду. Дотянешь?
— А я-то знаю? — буркнула Марьяна и закрыла глаза.
Несколько минут они сидели молча. Илья нервно крутил ключи в руках, Вика всё ещё была рядом с Марьяной, иногда смотрела на неё, будто проверяя, все ли хорошо.
И тут под окном послышался шум. Сначала — тихий скрип. Потом — приглушённый мат.
— Блядь, быстрее! — шипела Соня. — Влад, держи пакет!
— Осторожней, ты мне руку прищемила! — заорала Оля.
Илья подскочил, дёрнул штору — и обалдел: в окно уже протискивалась Лина с огромным пакетом чипсов. Следом сунулся Влад с бутылкой газировки в зубах.
— Вы ёбаные акробаты, — пробормотал он.
Через минуту вся компания ввалилась в комнату, сгрузив добычу прямо на кровать.
Запах булок и шоколада ударил в нос. Марьяна приподнялась, глядя на всё это, и на губах появилась слабая улыбка.
— Вот вы клоуны... но спасибо.
— Не клоуны, а герои, — гордо сказал Влад, швырнув ей батончик. — Держи, сейчас твоя жизнь станет лучше.
Вика усмехнулась и тихо добавила:
— Я же говорила — не дам тебе сдохнуть.
***
