Крысолов

В Низине всегда пахло гнилью и сыростью. Обиталище крыс, насекомых и отбросов общества, нижний ярус подземного города-государства Согжар ассоциировался с кладбищем, на котором погребены надежды и мечты на мало-мальски сносное существование. Всюду царила атмосфера обречённости, разбавленной озлобленностью на весь мир. Тео Чевастон брезгливо морщился от каждой капельки воды, проникавшей сквозь ботинки и брюки, касавшейся кожи ног. Вонь нечистот сводила с ума, желание очистить желудок напоминало о себе частыми рвотными позывами. Но Тео держался. Натянув капюшон драного плаща до кончика носа, ускорил шаг, стараясь не обращать внимания на омерзительную массу грязи и мусора под подошвами ботинок. «Давай, Тео, — подбадривал он себя, — ты справишься. Ты сможешь прикинуться местным обитателем и не выдать в себе представителя верхних ярусов». Несмотря на воцарившиеся в Низине безысходность и мрак, находились люди, намеренно сюда приходившие. В спокойное время, когда вспышки инфекций и чрезвычайные ситуации не угрожали населению Согжара, на нижнем ярусе собирались группировки бандитов, обсуждавших грабёж и прочие рискованные дела, за которые им грозило лишь одно наказание — смертная казнь. Также Низина была излюбленным местом нелегальных торговцев. На встречу к одному из таких торговцев и шёл Тео. Это был его первый опыт не только посещения Низины, но и рискованной встречи с сомнительной личностью. Парень уверенно брёл по залитому тухлой водой коридору, хрустя панцирями снующих под ногами мокриц. Перед мысленным взором он держал карту — надо сказать, не самую надёжную и качественную, но другую раздобыть не удалось. Беззвучно шевеля губами Тео проговаривал черты нужного ему человека. — Чёрные сапоги, чёрная куртка, лысая голова, длинный шрам на правой стороне лица, — радостно выдохнул он, заприметив торговца. Тот тоже заметил робкого чужака и приглашающим жестом поманил к себе. — А я думал, Паскаль надул меня, пообещав встречу с гражданином верхов. — Вы Симон? — поспешил перейти к делу Чевастон, поёжившись под изучающим взглядом торговца. — Он самый. Товар не новый, но лучшего качества ты сейчас не найдёшь. Разве что в хранилищах Канцелярии. Тео робко принял и развернул протянутый свёрток. Прикасаться к жирной ткани неприятно, но это не самая мерзкая вещь, увиденная им в Низине. Да и к тому же он нуждался в этой вещи — весьма нуждался — значит, брезгливость можно засунуть куда подальше. Маленькая металлическая коробочка приятно холодила пальцы. Коснувшись посеревшей от времени и исцарапанной от небрежного хранения и эксплуатации крышки, парень ногтем подцепил и открыл её. Взору открылись разноразмерные шестерёнки, пружинки и валики. Некоторые детали едва тронуты бледными касаниями ржавчины — менялись, и, скорее всего, не единожды. — Точно работает? — спросил Тео, завернув покупку в ткань и убрав за пазуху. — Обижаешь, — мужчина скрестил руки на груди. — У меня только качественный товар. Не всегда новый, но всегда рабочий. Запомни, Симон не из тех недобросовестных торговцев, обманывающих своих клиентов. — Вот, — Тео извлёк из кармана жилетки пачку чуть помятых в уголках купюр и протянул мужчине. Симон внимательно пересчитал деньги и, пожелав парню удачного пути из Низины, скрылся в одном из сотен неприметных тоннелей, коих на уровне отбросов имелось неисчислимое количество. Тео поспешил назад, молясь, чтобы память не подвела, и он не стал узником лабиринта коридоров и бесконечных ответвлений. Нахождение в этом месте само по себе опасно. Если за ним следят или какой-нибудь в край отчаявшийся и опустившийся бедолага решит его ограбить, то любая лишняя минута, проведённая в Низине, может стоить ему жизни. Чевастон покачал головой, отгоняя дурные мысли. Рассказы охранников и торговцев, периодически наведывающихся сюда, упорно проклёвывались в памяти и заставляли оборачиваться каждые несколько шагов. И это были довольные безобидные истории, если верить Сэму, командиру отряда, выполняющего надзор за людьми, приходящими и покидающими Низину. По его словам, здесь убийства и кражи — дела обычные, а вот о самой жести говорят редко. Под «жестью» он имел в виду кровавые жертвоприношения и каннибализм, практикуемые фанатиками старых культов или одичавшими безумцами, скрывающимися в самых глубоких и дальних тоннелях этого холодного и безнадёжного места. — Жизнь под землёй тяжела, а в Низине просто невыносима, — говорил обычно Сэм, вопреки протестам Тео закуривая свои вонючие сигареты, когда они пили вместе после тяжелого рабочего дня или по выходным. «Молодец, Тео! — корил он себя. — Теперь шкала паранойи достигла отметки «я буду шарахаться каждого звука и трястись от страха весь оставшийся день. Браво! Тебя трясёт, твои постоянные оборачивания привлекают ненужное внимание. Ты в очередной раз создал проблему из ничего. Угадай, чьи шансы выбраться отсюда в целости и сохранности стремительно тают, как кубик сахара в горячем чае?» Тео буквально ощущал на себе хищные взгляды бродяг. Ничего удивительного — вёл он себя подозрительно, даже слишком. Парень ускорил шаг. Необходимо поскорее добраться до лифта, который увезёт его наверх, на знакомый и безопасный второй ярус. Впереди замигали красные точки лампочек пропускного пункта. До спасительного механизма оставалось всего с десяток метров. Тео расслабился и ослабил бдительность. Что вообще может случиться здесь, в непосредственной близости поста охраны? — Ба! Это же наш крысолов! Грубый фамильярный голос ударил по ушам, отчего парень подскочил на месте. Бен и ко. Дерьмо. — Какие люди пожаловали в наши края! Виктор, верный пёс Бена. Постоянно таскается хвостом за своим главарём, всячески стараясь выслужиться. Тео рванул вперёд, но был моментально остановлен тяжёлой рукой, чуть ли не до хруста сдавившей плечо. — Даже не поздороваешься со старыми друзьями? Бен выплюнул сигарету и выдохнул дым в лицо растерявшемуся парню. Тео закашлялся и, не желая смотреть в глаза ухмыляющемуся громиле с чуть повёрнутым на бок носом, уставился на тонущий в луже окурок. Огонёк ярко вспыхнул, прежде чем навсегда угаснуть. — Здравствуй, Бен, — губы непроизвольно растянулись в глупой улыбке. Тео паниковал и терял контроль над эмоциями и мимикой. — Какими судьбами здесь? — Да так, скрываюсь от охраны, — верзила потянул его в сторону бокового коридора — внимание вышеупомянутой охраны было ни к чему. — За мной даже направили разыскной отряд. — Я об этом не знал, — сочувствующе вздохнул Тео. За главарём и его собеседником следовало трое членов банды — остатки некогда большой и опасной группировки. Всех переловили во время неудачного ограбления. Причиной неудачи по чистой случайности стал Тео Чевастон, молодой крысолов, работающий и обитающий на втором ярусе. — Не думал, что буду удостоен такой чести, — Бен продолжал вести светскую беседу, будто встретил старого знакомого, а не человека, которого пару недель назад поклялся придушить собственными руками. — Сам Сэмюэль Крайт бродит по здешним тоннелям, желая отдать меня в руки правосудия. — Весело тут у вас, — нервно хихикнул Тео, сделав очередную неудачную попытку высвободить онемевшее плечо. «Думай, Тео, думай! Этот упырь тащит тебя в тёмный безлюдный тоннель явно не для того, чтобы чаем напоить, — мысли вихрем сменяли друг друга. — А ты молодец, упустил момент, когда можно было позвать на помощь. Вечно ты такой заторможенный, тупишь, когда необходимо действовать быстро, а когда нужно подождать и хорошенько всё обдумать — действуешь, не думая ни секунды; результатом же подобных скоропалительных действий становится ворох проблем». Все попытки высвободиться из стальной хватки или замедлить шаг заканчивались неудачей. Освещение бледнело с каждым метром. Холод кишащих насекомыми и крысами тоннелей пробирал до костей. Множественные ответвления петляли. Тео казалось, что они ходят кругами. Коридоры уводили вниз, к царству тьмы и пещерных пауков, встречи с которыми парню очень хотелось бы избежать. — Пришли, — радостно возвестил Бен, втолкнув крысолова в круглую маленькую пещеру. — Уютненько. Я бы даже сказал, мило, — Тео в панике осматривал убранство помещения. Криво спаянный из ржавых обломков стул с окровавленными ремнями на подлокотниках, ведро с водой (судя по запаху, протухшей как минимум год назад), ящик с хирургическими инструментами и настольная лампа с облупившейся на помятом абажуре зелёной краской. — Чувствуй себя как дома! — осмелился подать голос Виктор и зашёлся смехом человека, чей интеллект ниже, чем у грибного слизня. — Премного благодарен за гостеприимство, — Тео попятился, но тут же уткнулся спиной в одного из подручных главаря банды. — Но у меня дела, я, пожалуй, пойду. — Дела подождут, — добродушие Бена испарилось. — Ты разве забыл, что сделал? Забыл своё предательство? Тео не забыл. Он не считал свой поступок предательством; он выполнял свой долг и поступил так, как должен был. — За свои поступки надо отвечать, — Виктор скалился, словно жизнерадостный пёс при встрече с хозяином, которого не видел долгое время. — А можно я всё-таки пойду? Пожалуйста? «Давай, Тео, мысли! Думай! От твоей сообразительности зависит твоя жизнь, так что прекращай тупить! Тяни время, не зли Бена. По нему, может, и не видно, но он наверняка в ярости и щадить тебя не будет. Давай, Тео, включай соображалку! Как ты там любишь говорить? Безвыходных ситуаций не бывает!» — Нет, Тео, — Бен вцепился в плечо, заставив молодого человека зашипеть от боли. — Ты доставил мне немало проблем. Из-за тебя арестовали и казнили почти всех моих людей, а я с несколькими уцелевшими вынужден скитаться по Низине, скрываясь в самых отдалённых туннелях! Да надо мной теперь смеётся самое жалкое и никчёмное отребье! А всё из-за тебя! Кокон терпения и напускной доброжелательности лопнул, рассыпался крохотными песчинками, даровав свободу долго подавляемой злобе. Спаянной с ненавистью, обидой и желанием отомстить. Лицо громилы побагровело, белки глаз налились кровью, отчего он напоминал перепуганного борова со свинофермы. Тео пожалел, что в его голове вообще возникла абсурдная мысль купить механизм на чёрном рынке. Лучше бы он и дальше оставался сидеть в своей квартире, без электричества и возможности нормально существовать. Зато живой и невредимый. — Не бойся, убивать тебя я не собираюсь, — Бен подтолкнул Тео к креслу. — Мы же всё-таки друзья. Чевастон хотел было возразить, но смог издать лишь сиплый смешок, чем рассмешил стоявших за верзилой подчинённых. Крысолов не считал ни Бена, ни кого-либо из его прихвостней друзьями. Впервые они встретились несколько месяцев назад в баре на втором ярусе. Обычно Тео пил с Сэмом, но в тот день его друг был занят, поэтому Чевастон остался в одиночестве. Бен подсел к нему, угостил выпивкой и начал диалог. Беседа затянулась. Тео рассказал о непростых трудовых буднях крысолова и жизни на втором и третьем ярусах. Бен поведал историю своей непростой жизни и рассказал о мечте получить работу в мастерских второго яруса. Только потом Тео узнал, что всё это было ложью. Вторая встреча состоялась пару недель спустя. Тео проверял крысоловки на фермерских складах, когда его внимание привлёк нетипичный для этого места шум. Бен со своей бандой пробрался на склады, намереваясь выкрасть продукцию. Он считал Тео наивным болтливым дурачком, не представляющим опасности. Взял парня с собой, пообещав поделиться выручкой с продажи, если тот будет помалкивать. Чевастон согласился, а при первой же возможности ускользнул и сообщил обо всём Сэму. Бену и пятёрке везунчиков удалось скрыться, остальных воров ждала незавидная участь. О своём поступке крысолов не жалел. От тех запасов зависели жизни сотен людей, населяющих Согжар. Подобная утеря могла вызвать голод и панику. Тео не мог этого допустить — совесть бы не дала ему покоя. — Стой! Стой! Стой! — готовый забыть про самообладание и поддаться затмевающей рассудок панике Тео упёрся ногами в усыпанный каменной крошкой пол. — Не надо! Давайте договоримся! — Договоримся? — Бен захохотал, его шайка подхватила смех, зайдясь как стая взбесившихся гиен. — И что ты можешь мне предложить? Крыс? — Я… В самом деле, что? Его ремесло приносило неплохие деньги, но богачом он себя назвать не мог. Ценностей у него не было, тайного склада с молочно-мясной или овощной продукцией тоже. У него не было ничего, на что можно было бы обменять свою жизнь. — Я поговорю с Сэмом, попрошу оставить вас в покое. — Ты уже один раз с ним поговорил. И вот теперь мы здесь, — вякнул низкорослый тип, чьего имени крысолов не знал. — Зик дело говорит, — Виктор недоверчиво взглянул на Тео, которого била мелкая дрожь. — Откуда нам знать, что ты снова нас не предашь? — Я не предам! Честно! — Нет, Тео, — холодный тон Бена вдребезги разбил все надежды. — Ты ответишь за смерть моих людей здесь и сейчас. Сэму мы отправим весточку, — головорез сжал пальцы крысолова. — А когда он кинется на поиски своего бестолкового друга, мы устроим ему радушный приём. — Стой! Пусти! Крепкий подзатыльник на миг вышиб из крысолова способность к сопротивлению. В глазах вспыхнули всполохи ярких искр. Когда зрение вновь приобрело чёткость, а тело — чувствительность, Тео уже сидел в неудобном кресле, связанный по рукам и ногам. Дёргаясь, словно по телу пропустили заряд тока, он пытался освободиться. — Не надо, Бен! — Для начала уменьшим количество твоих пальцев, — осклабился Виктор и извлёк из ящика секатор. — Для начала вы все бросите оружие и поднимите руки! Приказ ошеломил остатки банды. Синхронно обернувшись, они уставились на главу занимавшегося их поиском отряда. — Сэм! — радостно воскликнул Тео. Он спасён! Спасён и даже не покалечен! Чудо, не иначе! Силы были неравны. Сопротивление головорезов Бена было подавленно в считанные минуты. — Как ты нашёл это место? — освобождённый Тео готов был кинуться к Сэму с объятиями, — Я думал, о таких дальних ответвлениях только обитателям Низины известно. — Мне подсказал один торговец, — улыбнулся Сэм. — Симоном звать. Знаешь такого? — Не знаю, — замешкавшись и опустив голову, соврал крысолов. Сэм приблизился к другу и достал у того из внутреннего кармана куртки завёрнутую в тряпицу коробочку. — А это тогда откуда? — Нашёл. — Не знал, что подобные детали можно так просто найти. Думал, они под строгим контролем техотдела Канцелярии. — Как видишь, ты ошибался. Сэм рассмеялся, Тео присоединился к нему. — Держи, — он протянул механизм крысолову. — Сделаю вид, что об этой вещице ничего не знаю. Пойдём, провожу к лифту. — А Симона… — Не арестовал. Скажу по секрету, я тоже его покупатель, да ещё и постоянный. — А что покупаешь? — Тео не ожидал от правильного и чтящего все правила и законы Сэма подобного откровения. — Информацию. Возле лифта Тео встретился взглядом с Беном и отвернулся. Главарю теперь уже полностью уничтоженной банды ничем не помочь. Отчасти, Чевастон приложил к этому руку. — Больше не надо подобной самодеятельности, — сказал напоследок Сэм. — В Низину опасно спускаться без оружия. Лифт внешне напоминал ветхую клетку, но на деле был надёжен. Лифтёр запер дверцу, дёрнул за рычаг, и кабина, жалобно и протяжно скрипнув, не спеша поползла вверх. И без того бледный свет фонарей Низины рассеялся во мраке, единственным источником освещения стали маленькие лампочки лифтовой кабины. Тео устало потянулся и взглянул на потолок. Подъём долгий. Прошла только половина дня, а крысолов уже с ног валится — неудивительно, учитывая уровень испытанного стресса. В густую тьму проникли слабые огни второго яруса. До слуха донеслись голоса лифтёров и охранников, а чуть позже — скрежет и стук расположенных недалеко от лифта мастерских. Тео не хотел разговаривать с Яном, главой охраны второго яруса. Как только лифт остановился, парень отодвинул дверь в сторону и поспешил поскорее пройти мимо поста охраны. — Стоять! Чевастон встал как вкопанный, обречённо наблюдая за высоким мужчиной, в чьих серых глазах отчётливо читалось недовольство. — Привет, Ян. Рад тебя видеть, — крысолов изобразил наивную улыбку, делая вид, что совершенно не понимает, чем мог привлечь внимание столь важной персоны. — Почему ты никого не уведомил о причинах спуска? Зачем ты вообще спускался в Низину? — Просто посмотреть, как там люди живут. Тео отвернулся. Перед спуском он специально выжидал момент, когда лифтёры и охранники отвлекутся на обед. Парень хотел тайно спуститься в Низину и у него это получилось. Вернуться он планировал в пересменку, когда есть вероятность, что его не заметят или не обратят внимания. — Тебе повезло, что один из людей Сэма заметил, как ты самостоятельно запускаешь лифт, и сообщил мне. Сейчас я тебя отпущу, благодари Сэма. Но ещё одна подобная выходка — отправишься на допрос и под арест. Откуда мне знать, что ты не затеваешь заговор или не участвуешь в нелегальной торговле? Тео закатил глаза и побрёл домой. Какой же Ян дотошный! Всё ему надо усложнить! Но сам Тео тоже хорош. Как-то по-дурацки всё получилось. Шагая вдоль пропитанных руганью, перекрикиваниями и просто громкими разговорами коридорам, Тео медленно приходил в себя. Всё закончилось. И закончилось хорошо для него. Вскоре он перешёл в следующий сектор и свернул в коридор, ведущий вглубь Согжара. Государство располагалось под землёй и поначалу состояло только из прорытых некогда шахт. Постепенно прокладывались новые туннели, разрабатывались шахты, вновь осваивались туннели, покинутые ещё до ухода людей под землю. Согжар состоял из трёх ярусов. Первый — Низина, прибежище отбросов и фанатиков, изобиловала узкими и длинными ходами и скрытыми пещерами. На втором ярусе располагались медблоки, фермы и теплицы, мастерские и инженерные отсеки, жилые сектора и общественные заведения. В глубине яруса находились граничащие с подземной рекой отсеки, обеспечивающие электро- и водоснабжение. Третий ярус занимал наименьшую площадь и являл собой сосредоточение политической жизни подземного государства. Здесь находилась Канцелярия, в которой обсуждались и принимались законы, суд, оружейные склады. Все ярусы связаны между собой лифтами и лестницами. Помимо этого, существует множество тоннелей и заброшенных шахт, через которые можно проникнуть в тот или иной отсек. Население Согжара составляет несколько сотен человек. Большинство старается по мере своих сил и возможностей принести пользу обществу. Но есть и те, кого заботит лишь собственное благополучие. Одним из таких людей был Кристиан Гаран, чья семья десятилетиями владела рудными шахтами. Тео недолюбливал этого человека, сколько себя помнил. Коренастый мужчина пятидесяти лет, чьи серые глазки всегда смотрели с неприязнью — на всех без исключения — умел испортить настроение одним только своим присутствием. — Эй, крысолов! Тео резко остановился и, закатив глаза, медленно обернулся. Вложив в голос всю язвительность, на какую только был способен, он произнёс: — Здравствуйте, Кристиан. Я необычайно счастлив видеть вас в этот ничем не отличный от предыдущих день. Вы — единственный человек, чьё общество помогает скрасить серые и унылые будни. — Не дерзи, мальчишка! Тео достиг цели — Гаран побагровел и слегка затрясся от злости. Проведя ладонью по чёрным с проседью на висках волосам, мужчина сделал глубокий вдох и недовольно уставился на парня. — Я вообще-то вхожу в Совет! Так что прояви больше уважения! Правом принимать важные для Согжара решения обладали пятнадцать человек — Совет пятнадцати, или просто Совет, — и Кристиан Гаран входил в их число. Из всех представителей Совета он меньше всех переживал о судьбе населения, зато эгоизм его не знал границ. Гаран жаждал власти, всячески пытался распространить своё влияние в каждом секторе. Он был богат и частенько пытался выкупить то часть теплиц и ферм, то мастерские и медлаборатории. Его стремление к власти не поддерживали ни Нори Адамс, лидер подземного государства, ни другие члены Совета, ни большая часть жителей. Во время последнего заседания Нори Адамс, не выдержав бесконечной критики Гарана по отношению ко всем, пригрозила исключить его из Совета и передать шахты менее самовлюблённому человеку. В шахтах Кристиана Гарана залегали огромные запасы руды, от которых зависело развитие технологий Согжара, производство деталей и инструментов. Помимо этого, в принадлежавших ему территориях располагалось много туннелей, о которых он предпочитал не распространяться. Ходили слухи, что там у него хранились запасы продуктов, медикаментов и оружия, оставленного до катастрофы, вынудившей людей укрыться под землёй. — Мои работники видели в южной шахте стаю крыс. Я хочу, чтобы ты немедленно отправился туда и избавился от этих мерзких тварей. — Смогу заняться вашей шахтой только послезавтра, не раньше. Если дело срочное, поищите другого крысолова. Будь его воля, Тео бы вообще никак не стал помогать заносчивому Гарану. — Нет! Сию же секунду отправляйся туда! Я не намерен терпеть вредителей в своих владениях! — Сегодня у меня смена в теплицах, а завтра — на фермах. Ваша шахта может подождать. — А если они заразят моих рабочих? Это будет твоя вина, твоя преступная халатность. Кристиан позабыл о спокойствии и готов был силком тащить крысолова в шахту. Гаран был влиятельным человеком и терпеть не мог, когда ему перечат или что-то идёт вразрез с его планами. — С подобной ситуацией будет разбираться медкорпус, — Тео обхватил плечи руками и водил пальцами по швам куртки. Как же его бесил этот напыщенный индюк! — Ты обязан избавляться от крыс! — Да, я обязан избавляться от крыс, — легко согласился парень. — Но я не единственный крысолов. Вам ничего не мешает подать заявку на доске объявлений или отыскать другого человека, готового прямо сейчас взяться за эту работу. Если вам лень идти туда, то это ваша проблема, не моя. — Ты… — явно не ожидавший подобной дерзости Гаран пытался подобрать слова, способные в полной мере выразить его недовольство. — А сейчас я спешу. Всего доброго. Развернувшись, Тео быстрым шагом пошёл прочь. Губы непроизвольно растянулись в самодовольной усмешке, когда вслед донеслись грозные выкрики владельца шахт. Парень свернул в коридор, ведущий вглубь яруса, и направился к лифту, спустившему его в тепличный сектор. Теплицы — один из самых больших секторов Согжара. Множество отсеков находятся под постоянным наблюдением и охраной. Теплицы имеют при себе собственную электростанцию и систему орошения со сложным механизмом прокачки и подачи воды по трубам из ближайшего подземного водоёма. Крысолов брёл между рядов теплиц. Его путь лежал в небольшую конторку, где он должен был выяснить у дежурного, видели ли сегодня крыс и, если да, сразу отправиться в то место для установки ловушек. Всё было в порядке, срочного осмотра какой-либо теплицы не требовалось. Тео переоделся в рабочую одежду и по привычному маршруту отправился проверять крысоловки. Работы была несложная, но монотонная и занимала почти весь день — на огромной площади располагалась по меньшей мере сотня ловушек. Усталый парень мечтал поскорее оказаться дома. Как назло, его напарники — Грег, Кая и Рика — сегодня не явились на работу. Ничего, при следующей встрече он устроит им выговор. Выйдя из теплиц, Тео заметил идущих в его сторону Альтиса Итэ, владельца теплиц, и его дочь Елену. По их нахмуренным лицам можно было понять, что они чем-то обеспокоены. — Здравствуй, Тео, — кивнул Альтис. — Как обстоят дела в нашем секторе? Альтису было пятьдесят два года, но сейчас, сонный и измождённый, с покрасневшими глазами, всклокоченными седыми волосами и взъерошенной бородой он выглядел как столетний отшельник, герой сказок, которыми в Согжаре пугают непослушных детей. — По моей части всё хорошо. А что у вас случилось? Елена гневно блеснула голубыми глазами, тряхнула копной светлых вьющихся на концах волос и уже открыла было рот, намереваясь, не тая эмоций, высказать свои мысли, как отец остановил её. — Елена, успокойся. Мы уже обсудили с тобой возможные причины. Девушка пропустила слова отца мимо ушей. — Всё из-за Гарана! — прошипела она. — В последнее время он часто ошивается в теплицах, бродит кругом. Три дня назад он вообще осматривал томатные листья с таким видом, будто он специалист в области ботаники! — Елена, успокойся! — строго сказал Альтис, но его не услышали. — Гаран вообще какой-то странный стал. Он точно виноват! Именно после его визитов у нас и начались проблемы с… — Елена! — старику пришлось повысить голос, чтобы остановить бурный поток речи дочери. — Я так ничего и не понял. Что произошло? — смутился крысолов. — Пошли. Тео последовал за Альтисом. Тот привёл его к отдалённой теплице. На двери красная бумажка. Елена подвела его к прозрачной, чуть запотевшей стенке. — Смотри. Парень увидел несколько увядающих растений. Покрытые чёрно-жёлтыми пятнами листья и стебли морщились и клонились к земле. — Что это за болезнь? — Мы не знаем, — сказал Альтис. — Впервые это заметили позавчера. Мы сразу закрыли эту теплицу и отнесли образец в лабораторию. Это что-то новое, мы не знаем, как быстро распространяется эта болезнь и чем обрабатывать растения. — Именно в этой теплице Гаран смотрел листья. А сегодня эту гадость обнаружили ещё в нескольких теплицах, — добавила Елена. — Ты хочешь сказать, что это Гаран принёс сюда болезнь? — спросил Тео. — Да. До того, как он начал сюда захаживать, всё было нормально, — Елена отвернулась. — Но откуда она у него? Если даже в лаборатории не знают, что это, то как Гаран может? У него нет в собственности ни лаборатории, ни своей теплицы, где можно найти или создать подобное. — Это не то событие, которое может произойти исключительно по вине человека, — примирительно проговорил Альтис. — Уверен, наши химики и ботаники найдут средство, и мы сохраним теплицы. Помните, как было с грибной гнилью? Как и сейчас, мы понятия не имели… Старик вспоминал прошлое, сравнивал ситуацию с нынешней, выражал надежду на скорое решение проблемы. Лирических отступлений и пересказов не имеющих к той ситуации отношения эпизодов становилось всё больше. Тео потерял нить рассуждений Альтиса и уже не понимал, что тот хотел до него донести. Крысолов извинился и, попрощавшись, покинул теплицы. — Тео, стой! Елена озиралась по сторонам, не желая, чтобы кто-либо услышал их разговор. — Иди сюда! — девушка потянула его за собой в небольшое подсобное помещение. Убедившись, что их никто не подслушивает, она посмотрела в серые глаза ничего не понимающего крысолова. — Смотри! Она достала из кармана маленькую стеклянную баночку и протянула Тео. Внутри находилось высушенное насекомое, напоминавшее большую полосатую муху. — Никогда таких не видел. — Я тоже. Ни я, ни отец, ни Рик, ни наши учёные. Моя подруга-энтомолог Юлия сказала, что это насекомое похоже на пчелу. Название насекомого показалось знакомым, и Тео попытался вспомнить, где раньше мог его слышать. Точно! В детстве он много времени проводил в отцовской библиотеке. Там было много книг про внешний мир. Маленькому Тео нравилось рассматривать картинки животных и растений и мечтать, как однажды он придумает способ покинуть Согжар и увидит описываемых в старых книгах животных своими глазами. — А откуда у тебя эта пчела? — Я нашла её около входа в заброшенный сектор, когда следила за Гараном. — Мне кажется, слежка – это уже лишнее. — Он точно что-то замышляет! — обиделась девушка. — Постоянно бродит по туннелям, возвращается весь в пыли, ещё и особо озлобленный. И озирается по сторонам постоянно. Я всегда прекращаю преследование, когда он заходит вглубь заброшенных тоннелей, но в следующий раз точно последую за ним до конца. Я выясню правду и докажу, что он виноват. — Но вдруг он контролирует своих рабочих? — Заброшенный сектор — не его владения, это во-первых. Во-вторых, из заброшенных туннелей давным-давно вынесли всё полезное, залежей руды, которая теоретически могла бы его заинтересовать, там тоже нет. Зачем тогда, по-твоему, Гаран туда ходит? Тео задумался. Действительно, зачем? — Я уверена, эта пчела доказательство того, что он что-то затевает, — от Елены не укрылось замешательство собеседника, и она с новыми силами принялась убеждать его в своей правоте. — Сам подумай, откуда она могла там взяться? Гаран наверняка ходит туда на встречи к какому-нибудь контрабандисту. Болезнь растений тоже его рук дело. Не удивлюсь, если у него окажется тайным бункер, о котором никому, кроме него, неизвестно. Тео задумчиво смотрел на Елену, не в силах подобрать слов. Он верил ей. — Просто будь осторожен, ладно? — Я постараюсь. Попрощавшись, он продолжил путь. Свернув в очередной лабиринт коридоров, углублявшийся во второй ярус, направился к жилым отсекам. Возле квартиры его ждал Сэм. — Привет. — Пришёл меня арестовать? — Тео открыл дверь и пригласил друга войти. — Пришёл чинить твой обогреватель, а то с твоим «талантом» к механике ты всё доломаешь, и придётся на чёрном рынке уже не отдельные детали искать. Тео отдал деталь и обиженно отвернулся. — Готово! — спустя четверть часа объявил Сэм. — Можешь прятать обратно в шкаф свою гору одеял. — Спасибо! — от души поблагодарил Тео. Он уже неделю сидел без тепла. Сначала он решил, что проблема заключалась в бракованном топливе, но после его замены обогреватель окончательно вышел из строя. Вызванный ремонтник сказал, что необходимо заменить деталь. Тео писал заявление в инженерный отдел, который обещал всё починить в кратчайшие сроки, но так ничего и не предпринял. Тео поговорил с Паскалем, о деятельности которого знали многие завсегдатаи бара, в том числе охранники, но не трогали, так как его главным товаром была информация о происходящем в Низине. Он-то и отправил Тео к Симону. — А теперь скажи, почему ты не додумался воспользоваться обходной тропой и отправился на первый ярус на лифте? — спросил Сэм. — Ян теперь неделю будет меня отчитывать. — Паскаль сказал, все тайные тропы под охраной и по ним не пройти. Сэм тяжело вздохнул и посмотрел на друга. — И ты не понял его намёка? — Какого намёка? — крысолов уставился на собеседника. — Намёка на то, что за подобную информацию Паскаль хочет денег. Серьёзно? Ты связался с нелегальным торговцем и думал, что тот что-то сделает просто так? — Вообще-то, да. А откуда мне было знать, как вся эта система работает? И вообще, почему и ты, и Ян отчитываете меня как ребёнка? — Мы за тебя переживаем. Во-первых, ты нам даже не сказал, куда направляешься. Во-вторых, по тебе сразу видно, что ты — ничего не знающий о Низине человек с верхних ярусов. Тебя могли убить за ближайшим от лифта поворотом. В-третьих, зная, что сейчас на первом ярусе скрывается опасный преступник, имеющий на тебя зуб, ты всё равно туда полез. Ты идиот. — Ты бы сразу арестовал меня, скажи я, куда иду. — Я бы отговорил тебя, а потом помог. Ты же знаешь, в Низине полно работы, и я не могу по первому же твоему зову всё бросить. — Ладно, всё обошлось. Сэм собрался уходить, но крысолов остановил его. Тео рассказал о своей встрече с Кристианом Гараном, о поразившей растения болезни и о подозрениях Елены. — Не знаю даже, — Сэм в задумчивости коснулся пальцами подбородка. — Подумаю об этом на досуге. Думаю, стоит сообщить об этом твоему отцу. При упоминании отца Тео поёжился. Их последняя встреча закончилась ссорой, и парень пока не хотел его видеть. — Хочешь, сам с ним поговорю? — предложил Сэм. — Не, — крысолов помотал головой. — Завтра всё ему расскажу. Оставшись в одиночестве, Тео думал о Елене и беде, с которой столкнулась её семья.