Как в старом томике Шекспира

Невысокая веснушчатая девушка восемнадцати лет бодрым шагом преодолевала коридоры Министерства Магии, напевая себе под нос популярные песенки группы «Ведуньи». Остановившись перед дверью с надписью «Аврорат», девушка нерешительно оглянулась назад, будто ожидая, что кто-нибудь подскажет ей, стоит ли заходить. Зачем она только приперлась к родителям на работу? Может, стоит подождать их дома, чтобы сообщить им свою новость? Нет. Не нужно бояться, ведь в этом, наверное, нет ничего плохого?.. К тому же, девушку охватывало столь радостное возбуждение, что она просто не могла держать свою новость в тайне. Казалось бы, обычный августовский день, сопровождаемый дождями и хмурыми прохожими, не вызывал никакой радости. Но Роза Уизли радовалась, и повод для этого был достаточно веский. Решившись, Роза открыла дверь и вошла в еще один длинный коридор, затем свернула в кабинет, где вдвоем работали ее родители. — Роза? — удивилась Гермиона, отрываясь от кипы бумаг. — Что ты здесь делаешь? Ты довольно редко заглядываешь к нам на работу... — Мам, сегодня Скорпиус Малфой сделал мне предложение! — выпалила Роза на едином дыхании. Рон, до этого дремавший на спинке стула, открыл глаза и уставился на дочь. Гермиона тоже изучала Розу внимательным, проницательным взглядом и слегка хмурилась. Роза была точной копией матери, не считая веснушек, только Гермиона, разумеется, выглядела сейчас значительно старше. А Рон... Великий Мерлин, это ходячее недоразумение какое-то! Он приходил на работу поддатым, в мятой мантии, и порой забывал бриться. Роза была уже достаточно взрослой, чтобы понимать, что ее родители давно разлюбили друг друга. Неожиданно Рон расхохотался. — Мерлиновы подштанники! Скорпиус Малфой! Эй, Герм, представляешь, как далеко наша доченька послала этого напыщенного павлина? — Я приняла предложение, — сказала Роза, стараясь, чтоб ее голос звучал спокойно. — Скорпиус не такой, как вам кажется. Сейчас он появится здесь. Я пришла первая, чтобы подготовить вас. Чашка, которую Рон взял в руки, раскололась пополам. Мужчина с необыкновенной резвостью вскочил на ноги и, замахнувшись, ударил дочь кулаком по лицу. Роза с грохотом отлетела к двери. — Рон! — в ужасе воскликнула Гермиона. — Замолчи! — рявкнул на нее муж и снова с силой ударил дочь. Каштановые пряди упали девушке на лицо, частично скрывая следы сломанного носа. — Я из тебя выбью всю эту дурь, сучка! Скотина! Неблагодарная тварь! Мы растили тебя, кормили, поили, а ты связалась с отвратительным Малфоевским отродьем! — Папа! — отчаянно крикнула Роза. — Рон! — одновременно с ней завопила Гермиона. — Заткнитесь! Роза, ты под домашним арестом! Не выйдешь из дома, пока не поумнеешь! Ты пойдешь за Малфоя только через мой труп! Все! Тема исчерпана! Разъяренный Рон оглядел сваленную у стены дочь, перевел взгляд на испуганно-изумленную Гермиону и шумно выдохнул воздух. В данный момент колдун очень точно напоминал разозленного быка, увидевшего красную тряпку. По правде говоря, Рон никогда не испытывал особой любви к детям. С Хьюго он почти не разговаривал и часто избивал его пьяный, а Розу вообще хотел забрать из Хогвартса, узнав, что она попала на Слизерин. Но тут вмешались Гермиона и Гарри с Джинни, и Рону пришлось уступить. Но, как оказалось, инцидент был не исчерпан, потому что через несколько секунд в кабинете появился Скорпиус Малфой, сразу же попавший под горячую руку Рона. — Ты! Никогда больше не появляйся здесь, не то я тебя убью! — рявкнул мужчина, выгоняя Скорпиуса из кабинета. Роза вскочила с пола, юркнула в открытую дверь и побежала за стремительно уносящимся аристократичным блондином. — Скорпиус! — Девушка нагнала его у самого лифта и повесилась у парня на шее. Малфой прижал к себе всхлипывающую девушку, но вскоре отпустил и с усталым сожалением в голосе произнес: — Прости, мне нужно срочно поговорить с папой. Он уезжает в Германию с минуты на минуту, и я должен его догнать. Боже, да твой отец тебе пол-лица снес! — Ты не собирался говорить ему! — воскликнула Роза, не выпуская его рук. — Он запретит, и тогда нам точно не жить! Скорпиус, давай убежим! Прямо сейчас! — Пойми же, все не так просто! — В голосе Малфоя слышалось отчаяние. — Где мы будем жить и вообще? Прости, я должен сказать все папе. Он не чудовище, Роза, он поймет! Я вернусь через пару часов. Сказав это, Скорпиус шагнул в кабину лифта и уехал. Роза долго смотрела на закрытые дверцы, не подававшие признаков жизни, пока на ее руке не сомкнулись мертвой хваткой пальцы Рона Уизли. * * * Роза плохо помнила, как отец тащил ее в свой кабинет, отвешивая бесконечные пощечины и удары в ухо. Едва закончился рабочий день, Рон проволок дочь через камин и, когда они вывалились на ковер собственного дома, отец грубо втолкнул Розу в ее комнату и запечатал дверь на все заклинания. Роза не плакала. Ее вдруг охватила сонная вялость, и девушка даже не стала обращать внимание на ругань родителей на первом этаже. Роза тупо лежала в темной комнате, на кровати, и зачарованно наблюдала за часовой стрелкой, которая неумолимо двигалась вперед. Ничто не могло поколебать эту стрелку. Ей нипочем были чужие беды, любовь и прочие природные катаклизмы. Лишь севшие батарейки или падение на каменный пол могли заставить часы остановиться. Но они не останавливались. Когда стрелка перевалила за полночь, а внизу все затихло, Роза начала отчаиваться. А если он не придет? Скорее всего, отец страшно воспротивился женитьбе аристократа голубых кровей на полукровке, на грязной нищенке Уизли. Драко Малфой умел хорошо запугивать. А если он отговорил Скорпиуса? Рози распахнула окно и подставила избитое лицо прохладному ночному ветру. Под окном расстилался пожелтевший газон, все небо усыпали маленькие желтые звезды, и было на удивление ясно. — Где ты сейчас? — прошептала девушка в непроглядную темноту. Сова, сидевшая на крыше противоположного дома, тихонько ухнула. Она тоже не знала. * * * В третьем часу ночи Роза, не выдержав отчаянного, безмолвного ожидания, вылезла в окно и трансгрессировала за ограждение Хогвартса. Легко перемахнув низкий забор, девушка дальше пошла пешком. Сонный замок смотрел на Розу слепыми темными окнами. В августе здесь почти никого не было, лишь привидения да несколько учителей, которые сейчас спали крепким сном. В этом году Роза и Скорпиус закончили Хогвартс и сразу решили пожениться: они любили друг друга довольно давно, еще с четвертого курса. Снегг тогда заставил ребят в паре готовить довольно объемный и занудный доклад о свойствах яда акромантула, тем самым невольно подтолкнув их к сближению. Разумеется, любовь пришла не сразу. Розу еще долго воротило от «этого заносчивого Малфоя», а Скорпиус не скоро перестал плеваться на «грязную нищенку Уизли». И только к седьмому курсу, окончательно преодолев гордость и предубеждение, они решили пожениться. Снегга никто не любил, все до слез жалели, что змея так плохо его грызла и не угрызла насмерть, однако злобный зельевар, сам того не ведая, сделал доброе дело. Пожалуй, Роза и Скорпиус должны быть ему благодарны, ведь это он невольно дал им шанс узнать друг друга поближе. Недаром же Роза Уизли попала на Слизерин... Прошел час, два, а Роза все стояла на Астрономической башне и смотрела вдаль, предаваясь печальным воспоминаниям. В школьные годы Роза и Скорпиус часто здесь бывали, и каждый камень, каждый уголок напоминал девушке о нем. Здесь, на балконе, на этом самом месте, Скорпиус впервые поцеловал ее, а потом они нередко приходили сюда читать потрепанный томик Шекспира, взятый в школьной библиотеке. Нет, она не сможет без него жить. Роза посмотрела вниз, и ей в голову вдруг пришла пугающая, но очень привлекательная сейчас мысль: освободиться от боли, забыть все свои беды и несчастья и провалиться в пустоту, не столь страшную, сколь нанесенные ей боль и обида. Шаг вперед — и конец. Роза никогда всерьез не задумывалась о смерти, а теперь могла буквально потрогать ее кончиками пальцев. Шаг вперед — и Розы Уизли больше не будет. Скорпиус, конечно, будет страдать, но со временем забудет и найдет себе новую девушку, а папа... Нет, он никогда ни о чем не будет жалеть. Что ж, тем хуже для него… — Никогда, — произнесла Роза одними губами — и ясно поняла, что действительно этого не сделает. — Сейчас мне плохо и больно, но я буду бороться... Она попятилась назад. И именно в этот момент судьба решила сыграть с ней злую шутку. В эту ночь, незадолго до появления Розы на Астрономической башне, шел дождь. На плоской крыше образовались лужи, и они до сих пор не просохли. Отшатнувшись от обрыва, Роза поскользнулась на одной из них, коротко вскрикнула — и в следующее мгновение уже летела вниз, считая этажи и перегоняя яростно свистящий ветер. Она отвергла Смерть, столь любезно протянувшую руку — а теперь неумолимо летела в ее объятия. Роза не хотела умирать. Не хотела! — НЕНОРМАЛЬНАЯ!!! ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ?! Этот пронзительный крик прорезал звенящую тишину, и Роза поняла, что она еще жива. Она не умерла, не размазалась по земле, а лежала на чьих-то руках, обладатель которых с трудом выровнял метлу и приземлился около хижины Хагрида. Метла, совершившая несколько сложных петель, до сих пор вибрировала от напряжения. — Что... происходит... Губы плохо слушались Розу, но обладатель метлы явно услышал ее. Он сердито спрыгнул на землю и осторожно опустил девушку на газон. Приоткрыв глаза, Роза увидела над собой то же темное небо. И те же далекие звезды где-то за гранью. И разгневанное лицо Скорпиуса в нескольких сантиметрах от ее собственного. И когда Роза увидела любимое лицо, у нее перехватило дыхание. На нее каменной лавиной обрушилась невероятная глупость ее поступка: вскарабкаться на Астрономическую башню вскоре после дождя и бродить у самого обрыва по мокрой крыше! О чем она только думала? — Черт бы тебя побрал, — шептал блондин, то укоризненно качая головой, то целуя девушку в висок. — Роза, а если бы я не успел? Когда я узнал, что ты не дома, я догадался, что ты можешь пойти сюда, в наше место, но мне и в голову не пришло бы, что ты попытаешься покончить с собой!!! — Я не пыталась, — все еще слабым голосом возразила Роза. — Тогда что это было — ты вдруг решила, что умеешь летать без метлы?! — В какой-то момент я об этом думала, но, клянусь, я не собиралась... На крыше были лужи... Я попятилась от края, не посмотрела под ноги, ну и вот, — сбивчиво прошептала девушка. — А почему ты так долго? Я думала... — Что я не вернусь? — перебил ее Скорпиус. — Ничего подобного! Роза, я же обещал, что заставило тебя думать иначе? Впрочем, я действительно задержался, потому что не застал отца дома. Пришлось разыскивать его по всей Германии, это был сущий кошмар... Но, Роза, он дал добро! Папа разгневался, узнав, как поступил твой отец, и он согласен принять тебя в Малфой-меноре как мою жену. — Что? Как?! — изумилась Роза, прекрасно наслышанная, как Малфои всегда относились к ее семье. — Потому что, вопреки общему мнению, он человек, а не монстр. Роза медленно поднялась с земли, все еще не веря, что все это реальность. С ее одежды посыпались комья грязи, но никто из них не обратил на это внимания. — Послушай, — Скорпиус подошел к ней и взял за руки. Издалека, на фоне ночного Хогвартса, их фигурки напоминали юных Гермиону и Драко — ну вылитые. — Я никогда тебя не брошу. Никогда не предам. Он крепко обнял ее, и Роза повесилась у него на шее, прошептав: — Я знаю. * * * В ту же ночь, только немного раньше, Гермиона, искавшая свою дочь, наткнулась на Драко и его сына. Скорпиус вскоре куда-то улетел на новой модели метлы, и Гермиона с Драко остались наедине. Гермионе, вопреки ее опасениям, не пришлось ни скандалить, ни использовать длительные уговоры и убеждения — Малфой вполне спокойно принял союз Скорпиуса и Розы и даже сам предложил, чтоб они переселились в Малфой-менор, пока он не купит им новый дом. Мужчина и женщина долго сидели в «Дырявом Котле», а на улице уже занимался рассвет. Медленно, почти незаметно бледнели яркие звезды, и на небесном лике стала проступать розоватая полоска света. — Спасибо, что отнесся к этому с пониманием, Малфой, — сказала Гермиона, допивая сливочное пиво и тихо опуская бутылку на стол. — Тебя это удивляет, Грейнджер? — Драко негромко хмыкнул. — Ты думаешь, будто видишь перед собой прежнего школьного недруга, но люди с годами меняются и даже, представь себе, учатся на ошибках. Малфой до сих пор растягивал слова в своей особой манере, но Гермиона уже не чувствовала к этому отвращения. Теперь ей это, пожалуй, даже немного нравилось. Она вздохнула, вспомнив о Роне, и грустно подумала, что да, с годами все становится по-другому. И люди — совсем другие... — К сожалению, не все меняются в лучшую сторону, — непонятно, зачем она произнесла это вслух. Малфой слегка задрал брови ко лбу. — Я не о тебе это сейчас, — уточнила она, заметив его странный жест. — Да я понял... На несколько минут в пабе воцарилась тишина — в столь ранний час в общем зале никого больше не было, кроме них двоих да бармена, протиравшего столы грязной тряпкой. — Как поживает твоя жена? — осведомилась Гермиона, чтобы чем-то заполнить повисшую паузу. — Ты разве не знаешь? — Малфой вскинул на нее удивленный взгляд. — Нет. Что? — Астории уже нет. Драконья оспа полгода назад. Мерлин, лучше бы Гермиона молчала! — Прости... Мне очень жаль, — сконфуженно пробормотала волшебница и даже хотела коснуться лежащей рядом руки Драко, однако не решилась и сделала вид, что ковыряет дырку в столе. — Не извиняйся, ты же не виновата, — пожал плечами Малфой. Гермиона больше не стала ничего спрашивать. Взяв пальто и шарф, она вошла в камин и вернулась домой. Драко задумчиво наблюдал, как за ней догорает зеленый огонь. И почему-то на душе стало легче впервые за эти полгода... * * * Вернувшись домой, Гермиона первым делом накинулась на Рона. — Ты скотина, — прошептала она прямо в налитые кровью голубые глаза. — И я больше не хочу тебя знать. — Ну... — тот почесал в затылке. — Я, наверное, погорячился? Нет, правда... Мерлин, ну чего ты хочешь-то от меня? Гермиона сдернула с пальца дешевое обручальное кольцо, швырнув его на стол, отчего Рон, булькающий огневиски, чуть не поперхнулся. — Развод, Рон, — прошелестел ее голос в сонной тишине квартиры. — Я хочу развод. * * * Солнечным августовским днем Гермиона поднималась по высоким каменным ступеням, ведущим на крыльцо Малфой-менора. С тех пор, как она развелась с Роном, а Роза и Скорпиус поженились, прошел целый год. Дочь Гермионы отныне проживала в Малфой-меноре и ждала ребенка. Рассеянно улыбаясь, Гермиона взяла дверной молоток и постучала, и на пороге тут же возник Драко Малфой в любимом льняном халате. — Здравствуйте, — улыбнулась Гермиона. — Злая теща пришла проверять, как тут ваш сын заботится о моей девочке. — Дорогая, ну сколько можно дурачиться? — на губах блондина играла снисходительная улыбка. Поцеловав Гермиону, Драко зашел в дом, и миссис Малфой зашла вслед за мужем.