Неверный выбор

* * *

* * * Вечер. В полумраке звучала расслабляющая музыка, мягко переливаясь сквозь звон бокалов и монотонное щёлканье игровых автоматов. Их экраны вспыхивали яркими огнями, сменяя друг друга — то в ряд становились яркие фрукты, то на секунду выстраивались долгожданные семёрки. Всё вокруг сверкало, словно заманивая игроков в блестящую ловушку. Чуть поодаль тянулась длинная барная стойка. За ней собрались шумные компании: кто-то азартно спорил о ставках, кто-то, захмелев, хохотал над чужими шутками. Бармен, ловко орудуя бутылками, словно жонглёр, разливал напитки и приправлял каждый заказ короткой ехидной репликой. На его лице не сходила лёгкая усмешка, будто он один знал все тайны этого места. Воздух был густо пропитан ароматом виски и табачного дыма, но сильнее всего в нём ощущался азарт. Он витал в зале как невидимый хищник — пронизывал мысли, цеплялся за сердце, подталкивал игроков снова и снова ставить всё на кон. После каждого нового глотка алкоголя посетители тянулись к автоматам или усаживались за покерные столы, а проигравшись в ноль — возвращались к бару, чтобы запить ещё одно поражение. Мужчина, сидевший в кресле неподалёку, наблюдал за всем этим с холодным равнодушием. Он давно привык к этой картине. Люди были предсказуемо глупы: они легко расставались с деньгами, цепляясь за призрачную надежду на удачу. Но он-то знал: в конечном итоге почти все они превращались в должников казино, а значит — в должников Мафии. А Мафия ошибок не прощала. Здесь всё просто: либо плати, либо пожалеешь, что родился. И всё же среди толпы был один особенный должник. Его история тянулась уже несколько месяцев. В отличие от других, этот парень не собирался подчиняться. Ему дали неделю — он лишь рассмеялся. Даже когда его поймали люди Мафии, он сумел вырваться, бросив им в лицо дерзкий вызов. Он не платил, но продолжал играть, будто сам процесс проигрыша доставлял ему удовольствие. Такой игрок был редкостью — и раздражал особенно сильно. Прошла неделя, но ничего не изменилось. Долг так и не был погашен. Мужчина допил свой виски, поставил прохладный стакан на столик и глубоко вздохнул. Сегодня терпение закончилось. Сегодня начнётся охота. Он медленно обвёл взглядом зал. Это было его царство, его территория. Здесь он мог распоряжаться судьбами — быстро, холодно и безжалостно. Мафия, частью которой он был, не терпела глупцов, а тем более тех, кто пытался их обмануть. Покерный стол. Он задержал взгляд на группе игроков. Всё шло как обычно, пока один не выделился из толпы. Игрок в чёрной федоре, из-под полей которой выбивались редкие серые пряди волос, слишком шумно радовался игре. И вдруг, с хлопком ладоней по столу, он вскочил и крикнул: — Джекпот! Голос тут же врезался в память мужчины. Узнать его было невозможно не узнать. Он нахмурился. Слишком нагло, слишком глупо. Долги душат его по горло, за ним охотятся, а он приходит прямо в их казино, шумит и всем видом заявляет о себе. «Какой же дурак» — холодно подумал мужчина. Он достал из внутреннего кармана старую телефон-раскладушку. Щёлк — короткий набор. Его голос прозвучал низко и тяжело: — Караульте у выхода. Парня в очках. Щёлк. Связь оборвалась. Тем временем игрок в федоре собрал выигрыш и, сияя, направился к дверям. Мужчина залпом допил остатки виски, поставил стакан и медленно пошёл следом. Сегодня этот должник уже не уйдёт. Стоило сероволосому ступить за порог казино, как на него тут же набросились тени. Четверо крепких парней в строгих костюмах скрутили его быстро и жёстко. Он рванулся, зашипел, попытался вырваться, но хватка была железной. Каждая рука сжимала его, как тиски, и он понимал: силы неравны. Его поволокли прочь от света вывесок, вглубь тёмного переулка, где даже шум города казался глухим. Только эхом отдавались шаги и тяжёлое дыхание. Сероволосого швырнули в угол сырой кирпичной стены. Его тело с глухим ударом встретилось со стеной, и он скатился вниз, упав на холодный асфальт. На секунду он застонал от боли, но, подняв голову, увидел над собой четыре тёмные фигуры. Их лица скрывали тени, но не нужно было и слов — это была Мафия. Та самая, от которой он бегал. Но вместо страха его губы растянулись в дерзкой усмешке. Приподнявшись на локтях, он прохрипел: — Гк-хах… Какая неожиданная встреча! Один из парней бросил взгляд через плечо, ожидая приказа: — Босс, что с ним дальше делать? Ответ прозвучал без паузы, ровный и холодный, словно удар ножа: — В машину. Нам не нужны лишние свидетели. Сероволосый дёрнулся, пытаясь вскочить. Но не успел. Один из мафиози занёс руку и ударил его по голове. Звонкий треск, вспышка боли. В глазах начало темнеть. Резко еще удар прилетел в живот, от чего парень согнулся и его тело безжизненно рухнуло на холодный асфальт, словно сломанная марионетка. Тело сероволосого повисло в безвольных руках. Двое из крепких парней подхватили его под руки и потащили к чёрному автомобилю, припаркованному неподалёку. Машина выделялась в темноте своим блеском и массивностью — матовый кузов, затемнённые стёкла, и едва заметный хром на ручках дверей. Звук открывающихся дверей гулко разнёсся по пустому переулку. Мужчины без особых усилий закинули обмякшее тело должника на заднее сиденье. Голова сероволосого безжизненно мотнулась набок, ударившись о подлокотник. Кровь тонкой полоской стекала по его виску, оставляя тёмный след на коже. Мотор загудел низко и уверенно, как зверь, готовый сорваться с цепи. Машина плавно выехала со стоянки и растворилась в ночных улицах города. Сквозь приоткрытое окно тянуло прохладным ветром, но в салоне царила тяжёлая, вязкая тишина. На переднем сиденье сидел мужчина — тот самый, кто наблюдал из зала. Его взгляд был устремлён в окно, но глаза оставались холодными и сосредоточенными. Он чувствовал, как внутри постепенно нарастает странное удовлетворение. Охота закончилась удачно. Сегодня этот должник уже не сбежит. Он слегка повернул голову и посмотрел назад. Сероволосый лежал неподвижно, только грудь едва заметно поднималась и опускалась. Даже в бессознательном состоянии тот выглядел вызывающе — на лице застыла тень той самой ухмылки, с которой он позволял себе бросать вызов. — Хитрый ублюдок.. — произнёс мужчина тихо, почти с уважением. Остальные лишь сидели и молчали. Они знали: слова босса — не просто эмоция, а знак того, что с этим должником всё будет не так просто. Машина мчалась всё дальше, в сторону окраины. Свет неоновых вывесок сменился редкими фонарями, а затем и вовсе исчез. Город остался позади. Теперь дорога вела в сторону старых складов у самого порта — места, где редко появлялись чужие глаза и где Мафия могла работать спокойно. Колёса заскрежетали по гравию, машина свернула во двор. Сквозь туман показалось здание с проржавевшими воротами и выбитыми окнами. Здесь хранили не только грузы, но и тех, кто задолжал слишком много. — Приехали — сказал водитель, заглушая мотор. Дверь со щелчком открылась, и холодный ночной воздух ворвался внутрь. Двое мужчин снова подхватили сероволосого и вытащили его наружу. Его тело безвольно болталось, но слабый стон вырвался из его губ. Он начинал приходить в себя. Мужчина в костюме встал рядом, закурил сигарету и глубоко затянулся. В свете огонька его глаза сверкнули. — Ну что, — произнёс он спокойно, выпуская дым, — теперь посмотрим, насколько далеко простирается твой азарт. Парня приволокли и снова бросили на холодный бетон, словно мешок. Тупая боль пронзила его тело — ребра ныли, колени саднило, а затылок гудел от удара. Воздух в этом месте был спертый, пахло сыростью и машинным маслом. Судя по звукам капель и эху, они находились в каком-то заброшенном складе или подвале. Трое парней возвышались над ним, тени от их фигур, вытянутые тусклым светом лампы под потолком, казались ещё длиннее и угрожающе извивались по стенам. Босс стоял немного в стороне, не шевелясь, словно хищник, спокойно наблюдающий за своей добычей. Четвертая тень наклонилась, настойчиво, с силой, похлопывая должника по щекам холодными руками, пытаясь привести его в чувства. Сероволосый застонал, пытаясь отогнать мутную пелену перед глазами. Постепенно очертания фигур стали чётче, и он понял, что оказался в западне. Руки дрожали, дыхание сбивалось, но он судорожно пытался сохранить видимость уверенности. — Х-хэй, ребята… А п-по лучше место не могли выбрать? — выдавил он, пытаясь ухмыльнуться, хотя голос его предательски дрожал. Треснувшие очки плохо держались на лице, а за их стеклом скрывалась явная паника. Мафия видела это. Видела всё. — А я думал, у вас есть отдельные камеры для пыток. А вы — в подворотне.. Неужели кризис? — язвительно продолжил он, стараясь поймать ритм уверенности. Но вместо ответа последовал выстрел. В тот же миг его пронзила боль в левой ноге. Жгучая, острая, как пламя, расползающееся по венам, заставила его зажмуриться и стиснуты зубы. Тишину разорвали тяжёлые шаги. Сам Босс приблизился. Его костюм сидел безупречно, ботинки блестели даже в этом мраке. Он медленно присел, ухватил парня за волосы и грубо дёрнул вниз, заставляя встретиться взглядом. Глаз босса не было видно, они были в тени, но парень ощущал неприятный холод от его взгляда. — Знаешь.. — тихо, но тяжело произнёс он — Не хочется пачкать хорошее место грязной, дешёвой кровью. В этот момент сзади послышалось хмыканье. — Я щедро дал тебе неделю, — произнёс он холодно, сдавливая пальцами серые пряди так, что кожа побелела. — И где же твоя благодарность в виде отданного долга? Сероволосый скривился — улыбка начала сползать с губ, обнажая зубы, в которых дрожала неуверенность, но всё ещё пыталась казаться насмешливой. — Зачем я должен возвращать то, что честно выиграно? Оно мое теперь по п-праву— его голос дрогнул, но в нём слышалось раздражение и старая, вынужденная наглость. — Оно не твое. — ответил мужчина ровно, без тени сомнения. — Ты решил играть грязно. А у таких, как ты, срок всегда короткий. Он откинул голову парня, словно отбросив бесполезный мусор. — Агх, я-я верну всё, дай еще немного времени..— шептал сероволосый, стараясь выглядеть умоляющим. Но ответ был коротким и беспощадным: — Поздно. Теперь придётся платить тем, чем есть. Сероволосый ухмыльнулся сквозь боль, пытаясь понять, шутят ли с ним. Это было то самое дерзкое выражение, которое раньше выводило из себя окружающих — но сейчас оно звучало жалко и беззащитно. — Например? — проговорил он хрипло, будто продиктовывая последнюю надежду. — Собой. — сказал Босс, словно это было самое логичное условие на свете. Парень нахмурился, представляя все возможные варианты этой «оплаты». Его взгляд метнулся по комнате в поисках поддержки, выхода, хоть какой-то лазейки. Выхода нет. — Я же не п-первый у вас... — начал он жалобно, тянув слова, пытаясь выиграть время, — Неужели вам не надоело издеваться над людьми? Если что, сразу говорю, я не пиньята, из меня деньги не посыпятся. Или что вам там от меня нужно.. — Я не интересуюсь избиением ради удовольствия, от этого нету толка. — прервал его мужчина, — Мне нужна польза. Спустя минуту молчания, мужчина выдает: — Будешь работать на меня. У тебя есть навыки, которые мне нужны. На эти слова сзади раздался смешок — кто-то усмехнулся, услышав, как «нашёлся товар» для использования. Мужчина же, стоявший над сероволосым, не улыбнулся. — Или ты больше предпочитаешь долгую и мучительную смерть? Этого достаточно, чтобы отбросить все иллюзии. Сердце должника стучало как бешеное; он видел в глазах приспешников, стоящих сзади, холодную решимость, без малейшей жалости. Казалось, стоит ему только отказаться от оплаты — и они тут же разорвут его на месте. — Нет, спасибо — проговорил он быстро, — Первый вариант мне б-больше нравится. — Запомни одно, — продолжил босс. — Если где-то проколешься или попытаешься сбежать, второй вариант настигнет тебя быстрее, чем ты успеешь удрать. Сероволосый кивнул, губы стиснулись. Он чувствовал, как в его горле застревает горький комок, и уже не оставалось места для высокомерия. Теперь ему предстояло решить только одно — как далеко он готов зайти ради собственного выживания.