Молочко принца

Фаенон обеспокоенно ходил вокруг небольшого дома в выделенном для кремносцев районе. Периодически он стучал в дверь, но хозяин так и не удосужился ответить. – Мидей, всё в порядке? – предпринял очередную попытку достучаться, но безуспешно. Когда он не явился на собрание златиусов Фаенон промолчал. Когда перестал отвечать по камню связи он тоже стерпел. Но когда Мидей пропускает запланированный спарринг, игнорировать происходящее между ними уже невозможно. – Мидей, что случилось? Это совсем на тебя не похоже. Без ответа. В окнах даже намека на свет не было. Может, Мидея нет дома? Фаенону хотелось выломать к чертям эту дверь и проверить, но создавать много шума нельзя. Кремносцам и без его глупостей тяжело приходится, не хватало ещё охемских стражей тревожить попусту. Пнув стоящий рядом ничем не провинившийся камень, Фаенон уселся у порога дома, обиженно скрестив руки. – Не думал, что в кремносском появился глагол "бояться". Дверь тихонько открылась, слегка ударив Фаенона по плечу. Не ожидав, что такая детская провокация сработает, он уставился на возникшее в проеме лицо и глупо хлопал глазами. – Какой ты настырный, Спаситель, – хриплый голос разом смыл всю обиду с души, оставив только неприятный привкус тревоги, – заходи, иначе скоро на твои вопли сбежится вся Охема. Глубоко вздохнув, Фаенон поднялся и осторожно взял ручку двери. Тревожные мысли, всё это время таившиеся где-то на дне сознания, понемногу начали всплывать на поверхность, отражаясь в чуть нахмуренных бровях. Что случилось? Почему у него такой болезненный голос? Может, стоит позвать Гиацину? От сильной хватки ручка двери немного заскрипела. Если всё настолько серьёзно, почему Мидей ему не сказал? Зайдя в небольшой, малообставленный дом, Фаенон оглянулся в поисках принца – пока он собирался с духом, кремносец уже успел куда-то уйти. К тревоге прибавился стыд. Возможно, Мидей хотел побыть один. Зачем он так навязывается? Заметив краем глаза небольшую кухню, Фаенон решил, что принести стакан воды будет неплохой идеей. Больному организму нужна жидкость, верно? Если Мидей не против, чуть позже Фаенон может приготовить ему теплого бульона. Подойдя поближе, он сразу нашёл кувшин, но стаканов нигде не было видно. – Тебе подарить сервиз, Мидей? – усмехнувшись прошептал Фаенон, заглядывая в каждый уголок кухни, в надежде на чудо, – в кремносском вообще есть слово «сервиз»? Не найдя ничего на кухне, он решил посмотреть в другой комнате. И замер. Весь стол был уставлен стаканами с какой-то белой жидкостью. Мало стаканов, весь пол был усеян разной кухонной утварью всё с тем же белым наполнением. Фаенон аккуратно обошёл все препятствия – кисловатый аромат неприятно осел во рту, но рвотный рефлекс, к счастью, не появился – взял один из стаканов с самой приличной жидкостью на вид и принюхался. Пахло чем-то напоминающим молоко. Разбавленным молоком? Но зачем это Мидею и почему так много? И на кой черт это стоит и тухнет? Фаенон задумчиво почесал затылок и покрутил в руках стакан. Ничего необычного, молоко как молоко. Мидей же не будет против, если он выпьет немного? Фаенон поднёс стакан ко рту и немного отпил. На вкус эта жидкость явно отличалась от привычного молока. Она была мягче и слаще, немного улавливался привкус граната. Возможно, чем-то напоминала меликратон. Постояв немного в замешательстве Фаенон взял ещё один стакан, надеясь, что содержимое ещё пригодно для питья. Серьёзно, почему Мидей не приберётся здесь? В прочем, молоко полезнее для ослабленного организма, чем обычная вода. Придя к такому выводу, Фаенон отправился в соседнюю комнату. Зайдя туда, он чуть не выронил стакан. Наследный принц лежал в одном белье на лежаке. Его раскрасневшееся лицо уставилось в потолок, смотря замыленным взглядом куда-то в даль. Но главное, что привлекло внимание Фаенона, заставляя щёки пылать, а сердце заходиться в бешеном ритме – красные соски на широкой, накаченной груди, из которых сочилась полупрозрачная жидкость. Она по капельке стекала на льняное покрывало, оставляя свои белые дорожки на теле Мидея. Что, во имя Кефала, здесь происходит? – Мидей, ты в порядке? Что это такое? – отбросив смущение, Фаенон кинулся к лежаку, обеспокоенно заглядывая в глаза Мидея и положил руку ему на лоб, проверяя температуру. – Спаситель... могу я попросить тебя о помощи? – помутневшие янтарные глаза вяло посмотрели на него, словно на это простое действие ушли все его силы. Сердце Фаенона пропустило удар. Мидеймос никогда не просил о помощи. – Что угодно, Мидей, что я могу сделать? – зашептал Фаенон, нежно сместив руку со лба к золотистым волосам, легонько поглаживая, успокаивая. – Помоги мне... отжать молоко. Фаенона словно молнией ударило. Осознание ситуации ушатом холодной воды окатило его с головы до ног. Откуда у Мидея молоко? И то, что он выпил это... Фаенон рассеяно перевел взгляд на стакан в своей руке. Смущающий жар коснулся ушей и груди, выбивая воздух из лёгких. Ему кажется, или в комнате слишком душно? Помотав головой, чтоб прогнать ненужные мысли, Фаенон, как самый вменяемый в данный момент человек в комнате, решил предложить логичную альтернативу. – Может, стоит позвать Гиацину? Ты выглядишь совсем плохо, – поставив стакан на стоящий рядом столик он снова повернулся к Мидею, стараясь не смотреть на его грудь. Наследный принц никогда не стеснялся своего обнажённого торса и Фаенона абсолютно не смущала нагота друга, но сейчас это ощущалось слишком интимно. Рука об руку златиусы прошли через множество битв, но он впервые видит его таким уязвимым. Мидей тяжело вздохнув, поднял руку и сильно ткнул указательным пальцем в грудь Фаенона, лёгким движением выбивая остатки воздуха и мыслей из беловолосой головы. – Заткнись и помоги мне, либо уходи, Спаситель. От хриплого, властного голоса, колени подогнулись, а по телу пробежали мурашки. Фаенон послушно замолчал и сел рядом на лежак. – Хорошо, как мне это сделать? Теплая рука Мидея взяла чуть дрожащую и холодную руку Фаенона и положила себе на грудь. От перепада температуры принц вздрогнул, судорожно выдыхая сквозь зубы. – Ты никогда не доил скотину? Разочаровываешь, Спаситель. Фаенон, глубоко вздохнув, собрался с мыслями и проглотил неуместный в данной ситуации комментарий. Это всего лишь дружеская помощь. Его товарищу сейчас очень плохо. Мидей крепкий, он не сделает ему больно, если сожмет соски чуть сильнее. Это не должно его возбуждать. На выдохе Фаенон захватил сосок указательным и большим пальцем ближе к его окончанию. Затем плавно, с лёгким надавливанием, переместил пальцы книзу, проводя манипуляции поочерёдно для обоих сосков и стараясь смотреть куда угодно, но не вниз. И без того красный Мидей, казалось, стал сливаться цветом со своими рисунками. Воздух в комнате стал тяжелее, плотнее, а тишина тяжёлым грузом давила на грудь Фаенона, заставляя тщательно следить за каждым вдохом и выдохом. Практически привыкнув и успокоившись, он не ожидал, что из рта принца вырвется тихий стон. Фаенон резко остановился, испуганно убрав руки с груди Мидея. Всё в порядке? Нужно продолжать? – Чего... застыл – почти шёпотом, быстро вдыхая и выдыхая – такими темпами ты тут до ночи… работать будешь. Брюки неприятно давили на полувставший член. Уши, лицо и шея Фаенона цветом могли посоперничать с Мидеем. Стараясь не смотреть на раскрасневшегося принца, он перевёл взгляд на свои руки, усердно работающие с грудью. И тут же пожалел. От вида опухших красных сосков, из которых чуть быстрее, чем раньше, сочилась белая жидкость, стекая по мозолистым пальцам, ему совсем поплохело. Мидей не хочет открыть окно? Ещё немного и помощь нужна будет уже потерявшему сознание Фаенону. Мысль про искусственное дыхание неприятно осела внизу живота. – Спаситель, – хрипло прорычал принц, пряча лицо в сгибе руки, – не можешь руками – делай ртом. Это была последняя капля. И без того возбуждённый Фаенон совсем не мог сопротивляться приказному тону Мидея. По правде говоря, он всегда испытывал слабость к властному поведению принца, но сейчас это ощущалось иначе, словно Спаситель всю жизнь жил ради этого момента. Жил, чтобы исполнять приказы Мидея, удовлетворять все желания своего принца, какими бы непристойными они ни были, с благоговением впитывать каждый вздох, каждый стон. Фаенон раздвинул бёдра кремносца, заняв более удобную позицию и, не желая заставлять его ждать, мигом приблизился к одному из сосков, медленно обвел его языком, собирая стекающее молоко. – Ты... – не успел удивиться напору Мидей, так как в этот момент рот Фаенона накрыл его сосок и с силой начал втягивать в себя молоко. Другая рука, уже не так осторожно, как раньше, начала сдавливать второй сосок, выжимая из него все соки. Мидей, не выдержав усилившейся стимуляции, громко застонал и обхватил ногами талию практически залезшего на него сверху Фаенона. – Сколько энтузиазма, Спаситель – между стонами и вздохами слабо посмеялся принц, почувствовав колом стоявший член между своих ног. В отместку, не отрываясь от своего занятия, Фаенон с силой двинул бедрами, чувствуя под собой такой же возбужденный стояк. Мидей, неожидав такого удара ниже пояса, схватился за волосы Спасителя, сжимая, в поисках опоры. Фаенон приглушённо застонал, усерднее работая ртом. Доведённый до края грубой лаской сосков Мидей, услышав чужой стон, резко оттолкнул Фаенона от себя. Не успев спросить, что случилось, Спаситель увидел, как, вцепившись до крови в свою руку зубами, кремносский принц судорожно трясся, а на его белом белье появилось мокрое пятно. Фаенон широко открыл глаза, заворожённо разглядывая устроенный им беспорядок. Растрёпанный, покрасневший и тяжело дышавший принц выглядел слаще любого молока, пьянил словно амброзия. Помутневшие тёмные янтари смотрели ему в глаза, заставляя сердце бешено колотиться, а зябкий жар разлился по телу, вынуждая искать тепла и приложить что-то холодное ко лбу одновременно. Едва проступающие в месте укуса капельки граната притягивали взгляд, напоминали о том, что он довел принца до такого состояния. Казалось, будто сама Мнестия вплетала золотые нити в эту картину. Отдышавшись, Мидей приподнялся на локтях и пощупал соски. Замыленным взглядом и таким же мутным сознанием он не сразу понял, что молоко больше не идет. – В Кремносе все так плохо орудуют своим мечом, Мидей? – не отрывая взгляда от пятная на белье хрипло произнёс Фаенон, не в силах сдержать идиотский комментарий. – Спасибо, HKS, – проигнорировал Мидей и, перестав рассматривать свою грудь, обратил внимание на выпуклость в штанах Фаенона, – видимо, моя очередь помогать? От услышанного по позвоночнику пробежались мурашки, а тугой узел в животе сжался ещё сильнее. Одежда неприятно сковывала, умоляя снять себя и наконец-то полностью отдаться желанию. – Мидей, тебе плохо, я так не могу... Не слушая беспокойные речи, Мидей поудобнее уселся, поправляя съехавшие подушки. Вытянув свою украшенную красными рисунками ногу, он осторожно коснулся пальцами ширинки, прощупывая почву. Фаенону казалось, что он сейчас задохнётся. – Судя по твоей реакции много времени это не займет – хрипло посмеялся Мидей, увереннее надавливая на горячую плоть сквозь мягкую ткань брюк. Ткани Аглаи никогда не были жесткими, что лишь усиливало приятные ощущения от трения, – возможно, мотыгой Спаситель орудует лучше? Пальцы Мидея на его члене заставили проглотить едва вырвавшийся язвительный ответ. Они уверенно скользили по выступающему члену, немного сжимая кончик бугорка, словно занимались такими массажами каждый день. Вцепившись руками в покрывало, Фаенон в наслаждении откинул голову назад, полностью отдаваясь ощущениям. Мидей приложил к паху всю ступню и начал водить ею вверх и вниз, иногда надавливая пяткой, понемногу наращивая темп. Фаенон мелко задрожал, судорожно вдыхая воздух и тихо постанывая, кое как удерживая своё тело на слабых руках. К сожалению, принц оказался прав и через несколько поглаживаний Фаенон замер, чувствуя, как жар со всего тела приливает к члену. Дрожь усилилась, затекшие руки свело от напряжения. Опьяняюще приятная пустота в голове туманной дымкой заволокла фигуру Мидея, оставляя только размытые очертания и громкий стон наслаждения. Фаенон обязательно припомнит такую ленивую помощь и никогда не признается, что это был лучший оргазм в его жизни. Дав немного времени перевести дыхание Мидей, усмехнувшись спросил. – А твой бардак я буду убирать, Спаситель? Помутневшие голубые глаза уставились на него, усваивая услышанное. Пустота в голове мешала ясно мыслить, но ослушаться приказа не позволяла. Фаенон взял в руки ступню Мидея и приблизил ко рту. Затаив дыхание принц наблюдал, как герой Охемы сосёт его пальцы и с наслаждением слизывает свою сперму с пяток. – Хороший мальчик, Фаенон.