А вот не нужно было изменять

      Многие люди, находясь в отношениях, порой ни с того ни с сего начинают чувствовать, что что-то идет не так. Будто что-то в отношении их партнёра к ним изменилось, и что мог в его жизни появится кто-то другой, и Эмме Свон это было хорошо знакомо. Со своим мужем Киллианом они были женаты уже три года, и в целом всë было хорошо, но в последние пару месяцев женщина заметила, что в поведении Джонса начало многое меняться. Началось всë с того, что он начал уходить в другую комнату, когда ему звонили по телефону, хотя раньше он без проблем мог поговорить по нему, если Эмма была рядом. Потом мужчина начал задерживаться на работе; да, такое бывало и раньше, но именно в последние месяцы подобное стало происходить чаще. Свон это не нравилось, но поначалу особо и не настораживало: мало ли какие проблемы могут на работе появиться. К тому же отношение Киллиана к ней нисколько не изменилось, чем женщина и пыталась себя успокоить. И первое время это помогало, пока Эмма не обнаружила, что от вещей мужа начало пахнуть женскими духами. Нет, само по себе ничего такого в этом не было, поскольку на работе у Джонса были женщины, и было логично, что он с ними общался, и пахнуть их духами могло, но не понравилось потому, что раньше, сколько бы женщина его вещи ни стирала, такого не было, и поэтому Свон и насторожилась. Но, как оказалось, запах духов был только началом… Так, перебирая вещи Киллиана перед стиркой, Эмма обнаружила в одном из карманов упаковку презервативов. Казалось бы, ничего особенного, если не считать того, что они ими не пользовались, ведь женщина предохранялось при помощи назначенных ей врачом препаратов, и если бы Джонсу захотелось это как-то изменить, то он наверняка бы ей сообщил, а не прятал презервативы во внутренний карман, где их будет сложнее найти. Но, по-видимому, это было не единственной странной находкой…       В один из дней Эмма разбирала их вещи для того, чтобы погладить, и когда женщина достала рубашку, в которой Киллиан недавно ходил на корпоратив, она обнаружила на вороте следы губной помады. Тогда уж Свон не выдержала и вызвала мужа на разговор. Тот во время него вёл себя совершенно спокойно: он объяснил, что на корпоративе из вежливости согласился потанцевать с некоторыми из сотрудниц, и наверняка именно во время танца помада одной из них случайно на его рубашке и оказалась. Что касалось презервативов, то он сам их случайно нашёл: наверное, они ещё с тех пор остались, когда он ими пользовался. И вот, казалось бы, говорил он очень уверенно, и звучали его слова правдоподобно, но всё равно что-то Свон не нравилось. Казалось, что что-то всё равно тут не так, и она по-прежнему не чувствовала себя спокойно, и беспокойство не уходило не зря… В один из дней Эмма отправилась в магазин за продуктами и случайно встретилась там с коллегой Джонса. Они разговорились, и потихоньку Свон начала у неё выведывать насчёт того, почему Киллиан вдруг начал на работе задерживаться, что было на корпоративе, и выяснилось, что на самом деле всё это время мужчина уходил из офиса в обычное время и ни разу там не задерживался. Но ещё интереснее было то, что никакого корпоратива у них в офисе не было, а значит, Джонс ей о нём соврал и на самом деле такой нарядный уходил в какое-то другое место, и губную помаду на его рубашке оставила далеко не коллега, а кто-то другой… Так неужели она всё это время не просто так беспокоилась, и у Киллиана действительно могла появиться другая? Но если так, то почему это могло произойти, с чего вдруг он мог начать ей изменять?       Возможно, это было как-то связано с внешностью, ведь за годы она изменилась, но с другой стороны, Эмма старалась за собой следить и в свободное время ходила в салоны красоты на различные процедуры, в принципе старалась за внешностью ухаживать, и даже дома Свон пыталась выглядеть достойно — так неужели этого могло быть недостаточно? Возможно, дело могло быть и не во внешности, а в чем-то другом, но если так подумать, то Эмма всегда уделяла Джонсу много времени и готовила его любимые блюда, и всегда следила за тем, чтобы его одежда и вещи были в порядке, и лаской не обделяла. И ведь казалось, что и отношения их не изменились, что всё было замечательно, и что повода для измены быть не может, но похоже, что Киллиан всё-таки его нашёл… Конечно, прежде чем делать подобные выводы, стоило с мужчиной поговорить, но сделать это никак не получалось, потому что в последнее время того считай, что дома и не было. Всё время у него находились какие-то срочные дела, с которых он возвращался очень поздно. Естественно, Свон ситуация начинала нравиться всё меньше, поведение Джонса вызывало ещё больше подозрений. И, в конце концов, она решила, что сегодня точно его возвращения дождётся и с мужем поговорит, даже если он будет от этого разговора отнекиваться. И вот, день потихоньку начал склоняться к вечеру, чтобы не тратить время в ожидании Киллиана зря, Эмма старалась отвлекаться на бытовые дела.       И вот когда она собиралась пойти полить стоявшие на окне растения, то увидела, что по их улице едет машина. Казалось бы, ничего такого в этом не было, едет себе и ладно, но что-то в сердце Свон вздрогнуло, и она никак не могла перестать на автомобиль смотреть. Тот был синего цвета, явно очень дорогим, и раньше Эмме видеть его здесь не приходилось, и чем ближе машина подъезжала, тем сильнее она по неизвестным причинам начинала волноваться. И ещё больше она забеспокоилась, когда автомобиль остановился около их дома. Через несколько минут из него вышла красивая темноволосая женщина, одетая в бордового цвета костюм. Она осмотрелась по сторонам и, глянув в сторону дома Свон, кивнула, затем уверенно двинулась к нему, и тут же в дверь позвонили. В прихожую Эмма шла так, словно её ноги набили ватой, пару раз даже умудрилась на ровном месте споткнуться, благо, что обошлось без падений, и ей всё-таки удалось до цели добраться. Когда Свон трясущимися руками открывает замок, а потом и дверь, на пороге оказывается та самая брюнетка, за которой она наблюдала из окна. Та обводит её оценивающим взглядом, после чего как-то странно усмехается и заговаривает:       — Здравствуйте! Вы мне не подскажите, я ищу Эмму Свон, она здесь проживает?       — Да, это я. А что случилось?       — О, как хорошо, что я сразу нашла ваш дом, — кивнула брюнетка. — Я хотела бы с вами поговорить касаемо вашего мужа.       Когда женщина об этом услышала, что-то внутри неё невольно дрогнуло, но внешне она постаралась оставаться спокойной.       — Вот значит как, — ответила Эмма. — Ну что ж, тогда прошу, проходите!       Женщина благодарно кивает, заходит в дом и следом за Свон проходит в гостиную. И стоит им сесть в кресла напротив друг друга, как Эмма заговаривает:       — Итак, что вы хотели рассказать? Я вас слушаю.       — Думаю, что для начала мне будет лучше представиться, и тогда вам всё станет понятнее. Меня зовут Реджина Миллс, и я являюсь любовницей Джонса.       Если честно, женщина предполагала, что ей могут сообщить что-то подобное, и хотя слышать это было очень неприятно, Эмма не особо удивилась.       — Вот оно как, — вздохнула Свон. — И сколько же вы уже встречаетесь?       Брюнетка, видимо, ожидала более бурной реакции на свои слова и явно её спокойствию удивилась, но, несмотря на это, на вопрос Эммы ответила спокойно.       — Четыре месяца, — сказала Миллс. — Мы познакомились у Киллиана на работе: я приехала подписывать договор с фирмой, где он работает, заключать, и пока ждала своей очереди, мы как-то разговорились. Он оказался очень интересным и обходительным мужчиной, и в итоге мы договорились встретиться после работы в кафе. Собственно, с этого наш роман и начался.       — Так вот значит, где он пропадал, когда говорил мне, что задерживается на работе и ходит на корпоративы. На самом деле он проводил это время с вами?       — Да, так оно и было. Правда, изначально о том, что Джонс женат, я не знала, поскольку он при знакомстве мне об этом не сказал. И поэтому я считала его человеком от отношений свободным.       — Вон даже как, — поморщилась Эмма. — Но как-то же вы всё-таки узнали, что он женат?       — Благодаря своим связям, — ответила Реджина. — Я ведь надеялась с ним на серьёзные отношения и старательно к этому подводила, а Киллиан вдруг начал как-то юлить, этой темы избегать, что показалось мне странным, и я решила обратиться к своему другу, который работал в полиции. Собственно, благодаря нему и узнала, что Джонс уже как три года женат.       — Как интересно… И зачем же вы решили ко мне прийти? Хотите уговорить меня бросить мужа и отдать его вам?       — Вы, наверное, удивитесь, но я пришла не за этим. Понимаете ли, я вообще после того, как человек меня вот так обманывал, больше не могу продолжать с ним отношения. Тем более после того, как я узнала, что он изменяет мне и вам с ещё одной женщиной…       А вот тут сдержать удивления у Свон уже не получилось потому, что такого она услышать никак не ожидала, и когда она заговорила, голос невольно дрогнул.       — Как это, ещё с одной женщиной? — переспросила Эмма. — То есть Киллиан изменял мне и вам с кем-то ещё?       — Выяснилось, что да, — горько усмехнулась Реджина. — И, что самое интересное, с той девушкой он тоже познакомился на работе. Она вместе со своим отцом пришла в их офис, они с Джонсом начали общаться, ходить в различные заведения, и вот так между ними и закрутился роман… Но опять-таки сам Киллиан мне ничего об этом не говорил, а узнала я всё снова благодаря своим источникам…       Такого женщина тем более услышать не ожидала, и, откровенно говоря, она не понимала, что теперь делать и как на слова Миллс реагировать. Конечно, та могла всю эту историю придумать, но с другой стороны, зачем бы ей было это нужно? Судя по тому, с каким недовольством она о Джонсе говорила, он как будто и правда был ей больше не интересен, но неужели она могла прийти просто чтобы её предупредить? Как-то в это не особо верилось, и в ситуации ей точно требовалось ещё разобраться, поэтому она постаралась собраться и заговорила:       — То есть если верить вашим словам, то Джонс, ни с кем из нас не расставаясь, продолжал с нами встречаться? Но зачем бы ему это было нужно? Ведь гораздо проще завершить с кем-то отношения и уже потом вступать в новые…       — Да, это звучит логично, но, видимо, Киллиан думает как-то по-своему. Хотя у меня есть догадки, почему он мог так делать.       — И почему же он мог так поступить? — спросила Свон. — Я прожила с Киллианом немало; казалось бы, неплохо его за эти годы изучила, но всё равно не могу понять, зачем бы он стал так делать.       — Мне кажется, что ему это просто нравилось это, и он, своего рода, извлекал из этого выгоду, — ответила Реджина. — Ведь это же как здорово, когда у тебя есть сразу несколько женщин. К жене можно вернуться в уютный дом, где тебя всегда накормят и всячески обслужат. К любовницам для развлечения сходить, а может, и благ от них для себя поиметь…       Женщина ненадолго замолчала, недовольно поморщилась, но потом всё-таки собралась и продолжила:       — Например, когда он был со мной, то Джонс часто говорил о том, что ему хотелось бы продвинуться по карьерной лестнице, и зная, что у меня есть связи, он мог надеяться на то, что я смогу с этим помочь. Что касается той девушки, то я слышала, что она тоже благодаря отцу неплохо продвинулась, и денег у неё много, и что там не столько Киллиан её подарками балует, сколько она его. Вот вам и выгода со всех сторон, и Джонс не дурак, чтобы от такого отказываться.       Эмма задумалась: с одной стороны, всё это звучало так странно, не хотелось во всё это верить, но с другой… Если так вспомнить, то Киллиану всегда хотелось жить иначе, и он и правда часто упоминал, что хотел бы работать на более высокой должности. Чтобы у него было больше денег и полезных связей, а бывало и такое, что он говорил, что ради этого готов на всё. Так может, оно и правда: Джонс решил завести все эти романы, чтобы исполнения своих фантазий добиться? Как бы не хотелось этого признавать, но такое вполне могло быть, вопрос только в том, что Свон теперь делать? Конечно, нужно обсудить это с мужем, но что-то Эмме подсказывает, что ничего путного из этого разговора не выйдет. Киллиан наверняка начнёт всё отрицать, всячески оправдываться, и в итоге они могут так ни до чего и не договориться — так как же поступить? Да, об этом определённо стоит подумать, но прежде нужно разобраться с Миллс и ещё кое-что у неё уточнить, поэтому женщина поворачивается к ней и кивает.       — Ну, допустим, оно так, но я ведь не могу просто поверить словам. У вас есть какие-то доказательства?       Реджина в ответ спокойно кивнула, достала из кармана пиджака телефон, пару раз провела по экрану и протянула его Эмме.             — Конечно, я понимаю вашу настороженность и была к этому готова, — ответила женщина. — Вот, посмотрите эти фотографии, тут как мои с Джонсом есть, так и с другой его любовницей несколько кадров.       Свон забирает у неё телефон и принимается смотреть фотографии. И правда, там немало кадров, где Реджина с Киллианом вместе. То они сидят в каком-то кафе, держатся за руки и улыбаются, то сидят в парке на скамейке, и Джонс целует Миллс в щёку, то они в спальне пьют вино и друг друга обнимают, а также несколько кадров, где они целуются уже в губы… Смотреть на это всё очень неприятно, но Эмма старается с собой совладать и продолжает просматривать фото. И вот кадры, где женщина с Киллианом вместе, сменяются фотографиями, на которых он обнимается с молодой рыжеволосой девушкой. Опять же, они то встречаются в каком-то кафе, то устраивают пикник на природе, и на каждом кадре то Джонс девушку обнимает, то они целуются и при этом кажутся такими счастливыми… Больше на это смотреть нет сил, поэтому Свон спешит вернуть телефон Реджине, и, стоит ей это сделать, как та заговаривает:       — Да, я хорошо понимаю ваши эмоции, мне тоже было очень больно, когда я узнала, что Киллиан не только женат, но и ещё одну любовницу имеет… — поморщилась Миллс. — У меня ведь были серьёзные планы на наши отношения, а тут вот такие новости.       — Новости так новости, но вы ведь наверняка пришли не только ради того, чтобы мне их рассказать. Почему-то мне кажется, что вы хотели что-то ещё…       — Если говорить откровенно, то да, я не просто хотела вас предупредить. Дело в том, что мне хотелось бы Киллиана немного проучить.       — Проучить? — удивлённо переспросила женщина. — Это как же?       — А если вы согласитесь мне помочь, то очень просто, — кивнула Реджина. — То есть вы пока Джонсу о моём визите и том, что вы об его изменах узнали, не скажете. А просто в день, когда Киллиан будет дома, сообщите, что к вам в гости должна будет прийти новая подруга, собственно, которой буду я.       Женщина ненадолго замолкает, ухмыляется, после чего продолжает:       — И вот мы при встрече устроим перед ним небольшой спектакль, в итоге которого откроем Джонсу, что всё о его фокусах знаем — думаю, для него это послужило бы хорошим уроком!       — Всё может быть, но пока я не могу дать вам однозначный ответ. У меня сейчас в голове такая сумятица, мне нужно всё обдумать…       — Конечно, я всё понимаю, — ответила Миллс. — Тогда давайте сделаем так: я оставлю вам свой номер телефона, и как вы придёте в себя и обдумаете мою идею, то сообщите мне согласны вы или нет.       Сказав это, Реджина достала из сумочки визитку, положила ей на стол и кивнула.       — Вот, можете звонить в любое время. Ну а сейчас я, пожалуй, больше не буду вам мешать и пойду, — встав с дивана, сказала женщина. — Спасибо, что впустили меня и выслушали. Можете меня не провожать, я дойду до выхода сама. Всего вам хорошего, буду ждать звонка!       Сказав это, Свон ей кивнула и неспешным шагом удалилась в сторону прихожей. Вскоре с той стороны послышался стук входной двери, значит, Реджина ушла. Правда, особо легче от этого Эмме не стало, ведь после её визита ей действительно было нужно многое обдумать, и что-то Свон подсказывало, что эти размышления будут очень непростыми.

***

      Следующие пару дней дались женщине очень непросто. Из мыслей никак не хотел выходить разговор с Миллс. И вот настал момент обсудить с мужем всё недавно раскрытое, но Эмма почему-то никак не могла на этот разговор решиться. Казалось бы, после того, как она увидела его фотографии с любовницами, всё было очевидно, но всё равно Эмма словно не могла до конца в это поверить и как будто даже боялась, что Киллиан может это подтвердить. Да, может, для кого-то три года прожитые в браке — это не так уж и много, но Свон считала это приличным сроком, и всё это время у неё оставались чувства к Джонсу: она привыкла к тому, что они вместе, и стоило только представить, что вдруг привычная ей жизнь может закончиться, как женщине становилось дурно.       Но с другой стороны, делать вид, будто всё в порядке и ничего такого не происходит, если измены правда были, Эмма не могла. Ведь это было предательством, а подобное Свон простить не смогла бы никогда, и жить, зная, что твой любимый человек спит с другими женщинами, как прежде, для неё было нереально, поэтому как бы ни было трудно, но было нужно принимать какое-то решение. В конце концов, Эмма всё-таки решила с мужем поговорить, но только она собиралась ему об этом сообщить, как тот, и слова не дав ей сказать, начал собираться на какую-то важную встречу, и как бы Свон ни пыталась до него донести, что им нужно поговорить, тот ничего слушать не стал, а всё продолжал собираться. Но, несмотря на спешку, одежду он выбирал очень тщательно, при этом ещё успевал и себя в порядок приводить.       Да, если наблюдать за Киллианом со стороны, то это было совсем не похоже, что он собирается на какую-то деловую встречу, скорее уж на свидание… И стоит только этой мысли промелькнуть у Эммы в голове, как тут же появляется другая: а что, если ей за Джонсом проследить? Раньше подобные мысли уж точно бы к ней не пришли, но после того, что она узнала, женщина хотела лично увидеть, с кем муж встречается, и если она собственными глазами факт измены увидит, то понять, как дальше поступить, будет полегче.       Приняв решение, Эмма больше не стала к Киллиану с разговорами приставать, а сделала вид, будто она собирается посмотреть телевизор. Но стоило только Джонсу собраться и, чмокнув её в щёку на прощание, дом покинуть, как она быстренько всё выключила и, закрыв дом, отправилась следом за ним. Благо, что он не поехал на автомобиле, а пошёл пешком и улицы выбирал многолюдные, где идущей следом Свон было проще затеряться и спрятаться, поэтому женщине удавалось оставаться незамеченной. И вот так они прошли пару улиц и добрались до местного кинотеатра: тут народу было поменьше, поэтому, чтобы её не заметили Эмме пришлось спрятаться за одной из колон и наблюдать за мужем оттуда.       И вот Киллиан остановился неподалёку от входа, но в само здание заходить не спешил. Судя по тому, что он периодически посматривал на наручные часы, Джонс кого-то ждал. И вот спустя примерно минут пять к кинотеатру подъехал дорогой автомобиль, а из него вышла та самая рыжеволосая девушка, которую Свон видела на фотографиях вместе с мужем. Киллиан, увидев её, очень обрадовался, поспешил к девушке навстречу, принялся её обнимать, целовать, и, Боже, как же неприятно было на это смотреть… Благо, что длился этот обмен нежностями недолго: видимо, Джонс с девушкой вспомнили, что хотели сходить в кино и, улыбнувшись друг другу, они берутся за руки и вскоре скрываются в здании, вот, правда, Эмме от этого легче не становится.       Внутри всё буквально клокочет от обиды и боли, она не понимает, как муж мог так с ней поступить, при этом продолжая вести себя как ни в чём не бывало и лезть к Свон с ласками и поцелуями. Нет, это просто невообразимо! Ей настолько неприятно, что хочется сотворить что-то невообразимое, то, до чего женщина раньше точно бы никогда не додумалась, и с одной стороны, было бы можно пойти за этой парочкой и устроить им незабываемый киносеанс со скандалом, но с другой — немного подумав, Эмма вспоминает предложение Миллс, несколько раз всё хорошенько обдумывает, после чего достаёт из кармана мобильный, набирает нужный номер, и стоит только в трубке послышаться знакомому голосу, как она заговаривает:       — Реджина, здравствуйте! Я подумала насчёт вашего предложения, и я согласна! Можем начать претворять его в жизнь хоть сегодня…

***

      Стоит признать, что женщина приехала к ней очень быстро, только Свон успела добраться до дома, как через несколько минут в дверь позвонили, и на пороге оказалась брюнетка. До её приезда Эмма ещё старалась держать себя в руках, но стоило только той зайти в дом, как её словно прорвало. Казалось, все скопившиеся эмоции вырвались из неё разом. Свон начала сдавленно ей рассказывать о том, что произошло, при этом она не выдержала и разрыдалась. Благо, что Миллс не растерялась, а начала делать всё возможное, чтобы быстро её успокоить. Реджина принесла ей салфетки, постаралась утешить Эмму словами, а когда это не помогло, принесла ей воды и успокоительных капель, и только после этого женщине начало становиться лучше. Да, расстройство и боль никуда не ушли, но благодаря лекарству немного притупились, и плакать уже не хотелось, поэтому она, взяв салфетки, принялась остатки слёз с лица вытирать. Первое время наблюдавшая за этим Миллс молчала, но стоило Свон выкинуть использованные салфетки и убрать упаковку с ними в сторону, как женщина заговорила:       — Ну как, вам получше? Хотя бы немного пришли в себя?       — Да, сейчас мне полегче, — кивнула Эмма. — Конечно, не могу сказать, что мне из-за всей этой ситуации не больно, но хотя бы впадать в истерику больше не хочется, что уже неплохо…       — Это да, мне тоже первое время было непросто, — вздохнула Реджина. — Но потом я всё хорошенько обдумала и поняла, что из-за таких мужчин расстраиваться совершенно не стоит. Они не достойны наших слёз и страданий, и вместо того, чтобы переживать о расставании с ними, стоит наоборот этому порадоваться.       — Порадоваться? Что же в такой ситуации может быть хорошего?       — Ну, хотя бы то, что такого человека вовремя удалось распознать и с ним распрощаться. Мне кажется, было бы гораздо обиднее, если бы он так и продолжал со всеми подряд романы крутить, но этот факт так бы и оставался неизвестным.       — Возможно, вы и правы, — ответила Свон. — Но всё равно мне понадобится время, чтобы это обдумать и принять. Но одно я знаю точно: жить с Киллианом дальше я не смогу, и скорее всего, что всё закончится разводом.       — Да, это правильное решение: после такого предательства жить с человеком вместе уже нельзя; раз он сделал это сразу несколько раз, то продолжит делать и дальше, — горько усмехнулась Реджина. — Хотя, быть может, после того, как мы немного его проучим, Джонс таки возьмётся за ум и поймёт, что так поступать нельзя.       — Хотелось бы на это надеяться, но даже если и нет, мне хотя бы самой, возможно, стало бы легче — оно определённо того стоит.       — Мне нравится ваш настрой! Вот только в таком расстроенном виде вам лучше перед Киллианом не представать. Нужно, чтобы вы выглядели так, будто просто решили встретиться с подругой дома, то есть непринуждённо, стараться держаться бодро. Так что следует постараться привести себя в порядок.       — Да, выгляжу я сейчас и правда не лучшим образом, — глянув в висевшее на стене зеркало, вздохнула женщина. — Но ничего, сейчас пойду в ванную, умоюсь, немного подкрашусь, и станет получше. Вы тут пока посидите, подождите, а я постараюсь побыстрее привести себя в достойный вид и вернусь.       Реджина кивает, садится в кресло и принимается рассматривать лежавший рядом журнал, готовая к тому, что ей предстоит долгое ожидание. Но нет: буквально через пятнадцать минут Эмма вернулась в гостиную, и стоит признать, что за такое короткое время она успела преобразиться. Свон заколола волосы в небрежный пучок, сделала лёгкий макияж и из комбинезона переоделась в платье. Этот образ ей очень шёл, и выглядела женщина красиво, о чём Миллс спешит ей сообщить:       — Ну вот, так гораздо лучше, — улыбнулась брюнетка. — Единственное что — вы кажитесь немного грустной, но ничего, Киллиан навряд ли будет особо присматриваться после того, как увидит нас вместе, так что, всё должно пройти хорошо. Кстати, а когда Джонс будет должен вернуться домой?       — Судя по его ответу на моё сообщение, примерно минут через двадцать. Хотя вполне может и задержаться, наверняка любовнице так просто его отпускать не захочется: пока вдоволь не развлекутся, не разойдутся.       — Да, такое может быть, но, с другой стороны, оно нам и на руку: можно как следует подготовить нашу сцену с чаепитием.       — А я уже успела всё подготовить. Осталось только всё собрать, сюда перенести и на столе расставить. Но думаю, что вместе мы быстро с этим справимся.       — Конечно, — кивнула Реджина. — Давайте прямо сейчас этим и займёмся!       Эмма согласно кивает, после чего они отправляются на кухню. Там женщины быстренько собирают всё необходимое для иллюзии чаепития на подносе, после чего аккуратно переносят его в гостиную и принимаются выкладывать содержимое на стол перед диваном. И только Свон успевает разлить по чашкам чай, как со стороны прихожей слышится звук открывания замка, потом хлопок двери и голос Киллиана.       — Я дома, — кричит Джонс. — Ох и вымотала же меня эта встреча, так много пришлось разговаривать, что аж во рту пересохло… Эмма, дорогая, ты не могла бы сделать чего-нибудь попить?       Женщина, услышав его голос, недовольно морщится, прекрасно понимает, как он на той встрече выматывался, но когда заговаривает, она старается держаться спокойно и ничем себя не выдать.       — Да, проходи в гостиную. Мы тут чай пьём и тебя заодно угостим.       Судя по приближающимся звукам шагов, Киллиан на её зов решил отозваться, и когда он подходит чуть ближе, он снова заговаривает:       — Прости, мне показалось, или ты сказала «мы»? У нас гости?       Тут Киллиан заходит в гостиную и видит их сидящих за столом, и когда его взгляд падает на сидевшую напротив Свон брюнетку, Джонс в удивлении замирает, моргает глазами часто, словно поверить не может, что это и правда Миллс, что она ему не мерещится. И со стороны наблюдать за ним смешно, но Эмма старается держать себя в руках и говорить спокойно.       — Да, я к себе подругу пригласила, — ответила женщина. — Помнишь, я тебе рассказывала, что недавно в салоне красоты, пока в очереди сидела, с его хозяйкой познакомилась, и что она очень классным человеком оказалась. Так вот, это, собственно, и она, прошу знакомиться, Реджина Миллс!       Мужчина по-прежнему стоит ошарашенный и ничего в ответ не говорит, но зато заговаривает Реджина:       — Здравствуйте, мистер Джонс, — улыбнулась Миллс. — Приятно с вами познакомиться!       Тут Киллиан наконец в себя приходит и в ответ кивает, правда, когда заговаривает, голос у него почему-то подрагивает:       — Добрый день, Реджина! Рад с вами познакомиться!       — Ох, ну если честно, выглядите вы не особо радостно: голос у вас дрожит, сами какой-то бледный… Вы хорошо себя чувствуете?       — Да, когда ты в комнату заходил, то выглядел получше, — согласилась Свон. — Что вдруг случилось? Тебе нездоровится?       — Нет-нет, всё в порядке, — поспешно отвечает Джонс. — Просто на встрече устал очень, поэтому и кажусь немного вялым. Но не стоит волноваться, со мной всё в порядке!       — Хорошо, если так. А вообще, ты, кажется, пить хотел; вот, держи, я тебе тоже чаю налила, присаживайся, посиди с нами!       Мужчина бросает в сторону Миллс настороженные взгляды и, осторожно стараясь держаться от неё подальше, подходит к столу, забирает свою чашку и, выдавив улыбку, кивает.       — За чай спасибо, но посидеть с вами я, к сожалению, не смогу. Есть ещё некоторые дела, которые нужно сделать — кое-кому по работе необходимо написать, — так что развлекайтесь без меня. Уверен, вы и вдвоём славно проведёте время.       — Да, мы тут вовсю развлекаемся, — горько усмехнулась Эмма. — Реджина мне тут такие весёлые истории рассказывает: о том, как ты с ней на свидания ходил, постель делил и ещё одновременно с другой девушкой роман крутил. А когда я фотографии с ваших свиданий смотрю, то это вообще эмоции незабываемые! Так что да, время мы проводим славно, скучать не приходится.       Киллиан, услышав её слова, бледнеет ещё больше. Кажется, будто он того и гляди может сознание потерять. Но каким-то чудом ему удаётся удержать себя в руках, и он, тяжело вздохнув, вновь кивает.       — Так значит, ты всё знаешь, — сказал Джонс. — Миллс тебе всё рассказала, но я не понимаю, как она всё узнала и смогла тебя найти: я ведь не говорил, что женат…       — Не говорил, но вёл себя очень подозрительно, и поэтому я решила своими связями всё узнать сама. Вот так мне и стало известно, что ты женат. А потом выяснилось, что у тебя имеется ещё одна любовница, и мне показалось, что будет честно, если об этом буду знать не только я, но и твоя жена.       — Да, всё именно так и было. Хотя я и до визита Реджины начала догадываться, что у тебя мог кто-то появиться: слишком ты странно себя вёл, и вот выяснилось, что предчувствие меня не обманывало. Единственное, что я не могу понять, зачем было так поступать, Киллиан? Ну допустим, понравилась тебе другая женщина, ну так скажи об этом честно, закончи со мной отношения и встречайся с кем хочешь. Зачем же такую путаницу устраивать и встречаться со всеми одновременно?       До этого казалось, будто мужчина может в обморок свалиться, но тут он вдруг резко переменился. Бледность резко пропала, во взгляде появилось что-то похожее на уверенность, и когда он заговорил, голос у Джонса больше не дрожал.       — А затем, что на самом деле мне две эти женщины не нужны, я не планировал с ними серьёзных отношений, а просто встречался ради своей выгоды, — ухмыльнулся Киллиан. — Вот у Миллс связей много, и я наделся, что она поможет мне по карьерной лестнице продвинуться, с нужными людьми познакомит…       До этого брюнетка держалась спокойно, но стоило ей услышать слова Джонса, как Реджина вздрогнула и болезненно поморщилась, и, судя по довольной усмешке Киллиана, для него это незамеченным не осталось, и он продолжил:       — Что касается второй девушки Белль, то с ней я встречался потому, что у неё отец богатый, и все её капризы исполняет, а она, в свою очередь, может достать всё дорогое, что нужно мне, — сказал мужчина. — В общем нужны они мне были только чтобы что-то получить, но так я их обоих никогда не любил и с ними быть не хотел.       — Очень интересно… Значит, с ними ты встречался только ради выгоды. Тогда интересно, а ради чего со мной?       — А с тобой потому, что я как раз-таки этого хочу, — ответил Киллиан. — Мы ведь уже три года вместе, и я к тебе привязался, привык. Знаю, что человек ты надёжный, мы многое вместе пережили, что ты не предашь и в сложной ситуации всегда поможешь. И естественно, что такой человек для меня гораздо дороже всех остальных!       — Ох, какая честь, я оказалась для него важнее всех! — горько вздохнула Свон. — И, по твоей логике, я, наверное, должна этому обрадоваться и оставить всё как есть? Он ведь с другими женщинами только ради выгоды встречается, а я ему дороже, а раз так, то ладно, будем жить так же замечательно, как и раньше…       — Ну а почему бы и нет? Мы ведь и правда живём хорошо, так зачем же из-за этих интрижек это прекращать? Ведь если так подумать, то я для нас двоих стараюсь, ведь если у меня всё наладится, то и наша жизнь станет лучше!       Тут уж до этого просто наблюдавшая за ними Миллс не выдержала и в разговор вмешалась:       — Господи, Джонс, ты хоть сам слышишь, что говоришь? Ты предлагаешь своей жене спокойно относиться к тому, что ты крутишь интрижки с другими женщинами, и даже хочешь сделать её за это благодарной. Нет, ну это какой-то бред!       — Ой, Реджина, вот давай ты не будешь в наш разговор вмешиваться, — отмахнулся мужчина. — Я с Эммой это обсуждаю, а не с тобой, так что будь добра, не мешай!       Женщина только собиралась возмутиться, но Свон её опередила.       — Ну зачем же ты с одной из своих возлюбленных так грубо разговариваешь, ты ведь её для своей выгоды использовал, обманывал, а теперь в чём-то обвиняешь, — усмехнулась Эмма. — А, между прочим, я в этой ситуации с Миллс согласна.       Киллиан собирался было её перебить, но женщина ему этого сделать не позволила.       — Я вообще не понимаю, как тебе в голову могло прийти, что после того, что случилось, мы станем как и раньше жить. Нет уж, мой дорогой, этого не будет! Я не позволю с собой в такие игры играть! Так что давай-ка, иди собирай свои вещи, я подам на развод, и после этого делай, что хочешь, и хоть с сотней девушек встречайся — это меня уже беспокоить не будет!       Джонс явно не такого ответа от неё ожидал, и некоторое время он стоял ошарашенный, но потом всё-таки в себя пришёл, и когда он заговорил, от прежней льстивости и ласки в голосе не осталось ничего:       — Так вот значит как, ну ладно, я уйду! Но только я уверен, что когда ты одна останешься, то ещё раз всё обдумаешь, передумаешь и начнёшь меня обратно звать, а там уж я подумаю, возвращаться или нет. Уверен, ты ещё пожалеешь о том, что сейчас сказала, да как бы потом поздно не было!       Киллиан замер: наверняка думал, что Свон сейчас и правда начнёт восклицать, что она чуть не допустила ошибку, извиняться и говорить, что она передумала. Но женщина лишь покачала головой и, вздохнув, кивнула.       — Нет, простить такого предательства я не смогу и, уж поверь, не передумаю, — покачала головой Эмма. — Да, я знаю, что первое время мне будет больно и тяжело. Но ничего, как-нибудь я справлюсь и переживу. Но что-что, а жалеть я точно не буду, уж поверь!       Мужчина недовольно поморщился, вроде как собирался возмутиться, да видимо передумал, лишь махнул рукой, развернулся и отправился в сторону их спальни. И после его ухода женщине стало как-то легче: до этого на неё словно что-то давило, а тут вдруг отпустило и стало так хорошо… Да, она понимала, что навряд ли это продлится долго, что потом ей придётся пережить ещё немало сложных моментов, но Свон была уверена, что сможет с ними справиться, но как бы оно там ни было, она точно знала, что о своём решении расстаться с Джонсом не пожалеет. Прошёл год.       Иногда время летит совершенно незаметно, особенно, когда в жизни случается сразу много событий; благо, что у Эммы большинство из них вышли приятными. Во-первых, она развелась с мужем. Тот, конечно, первое время пытался этому помешать, пробовал с ней помириться, обещал исправиться, бывало, что пытался даже угрожать, но как бы Киллиан ни старался, так он ничего и не добился, и в итоге они, к радости женщины, разошлись, и после этого Джонс её больше не беспокоил. Хотя, судя по ходившим слухам, ему было и не до этого, ведь ещё одна его любовница Белль тоже о его махинациях с отношениями узнала, рассказала всё своему отцу, и тот устроил мужчине «сладкую» жизнь, в связи с чем Киллиану пришлось далеко уехать, чтобы от его гнева скрыться. Так что, скорее всего, больше он её никогда не побеспокоит, что не могло Свон не радовать, ведь сейчас ей совсем не хотелось на конфликты с ним отвлекаться, ведь она состояла в новых, счастливых отношениях с Реджиной. Так получилось, что они начали очень хорошо общаться, поначалу чисто по-дружески. Брюнетка просто её в трудные моменты поддерживала, они часто куда-нибудь выбирались, чтобы от дурных мыслей отвлечься, и именно благодаря помощи Миллс женщина смогла почти безболезненно пережить развод и начать наслаждаться новой жизнью без Киллиана. Постепенно их отношения начали меняться и из дружеских потихоньку переросли в романтические. Да, были у Эммы некоторые опасения, что как-то слишком быстро у них всё закрутилось. Но ей в этих отношениях было настолько хорошо и комфортно, что вскоре они перестали Свон беспокоить, и она просто наслаждалась тем временем, что они проводили вместе. В общем жизнь после развода заиграла для женщины новыми красками, и сейчас она искреннее ей радовалась и наслаждалась каждым моментом, единственное что — она немного размышлениями об этом увлеклась и чуть не забыла о времени. А ведь скоро Реджина должна прийти с работы, и они договорились, что после этого отправятся в театр на спектакль, который они давно хотели глянуть, а Эмма так до сих пор и не подобрала подходящий платье, непорядок! Но ничего, она быстро это исправит, и Свон точно знает, что впереди её ждёт хороший вечер с любимой женщиной.