В сумраке прошлого

Приложило головой ее нехило. Алекс поначалу показалось: она находилась в состоянии клинической смерти. Вот только эта клиническая смерть продолжалась необыкновенно долго. Врачи должны были ее уже откачать, если только клиническая смерть не превратилась в биологическую. Или еще хуже: в летаргическую. Вдруг Алекс очнется и обнаружит, что находится она в гробу? В XIX веке люди очень боялись, что их похоронят заживо. И страх этот был обоснован. Медики не научились определять: умер человек или нет. Часто врачи прошлого использовали небольшое зеркальце, чтобы определить наличие дыхания у человека: если зеркальце запотевало, человек еще дышал, а значит был жив. Но метод этот не был надежным. Так что в прошлом людей хоронили заживо относительно часто. Вдруг и Алекс так похоронят? Как себя почувствует Лео, когда обнаружит бессознательное ее тело в душе. Они же были так счастливы вместе. Надо же было Алекс так нелепо поскользнуться. И как же ей все-таки неспокойно среди чужаков. Алекс наконец познакомилась с Кровавой Мэри. Точнее, на самом деле Кровавую Мэри звали принцесса Изабелла. Удивительно, но ни деталей знакомства, ни самого знакомства ни Алекс, ни Изабелла не помнили. Просто Алекс оказалась на средневековом корабле и корабль куда-то ее повез. Команда появлению незнакомки тоже не удивилась, словно бы все шло по заранее продуманному плану. Тем более Алекс на корабле оказалась не в современной одежде, а в платье в средневековом, оказавшимся длинным, тяжелым да вдобавок еще и с корсетом. Плюс, Алекс полагалось носить под платьем ночную рубашку. Да и юбок у платья оказалось несколько. Будто бы нельзя было обойтись одной юбкой. Любили люди в прошлом все усложнять. Удивительно также, что Алекс сразу привязалась к Изабелле. Буквально с первого взгляда почувствовала родственную душу в этой юной, немного капризной девушке. Изабелла стала не просто ее подопечной. Алекс полюбила принцессу, как младшую сестру. Была ли здесь замешана магия призрака или она и Изабелла прожили много жизней вместе? Неясно, сколько лет преследовал предыдущие воплощения мстительный призрак. Отчего вдруг перестал испытывать к ней ненависть? Понимала ли призрачная принцесса Изабелла, что Алекс не была виновата в ее смерти. Алекс тогда даже и не родилась еще. И в самом деле Алекс была невинна? Алекс очень пугала мысль, что она всерьез могла навредить кому-то. Да, в детстве и ранней юности Алекс, тогда еще Сашка, часто дралась. Она и другие девчонки царапали друг другу лица, выдирали волосы, оставляли синяки на теле, в общем, вели себя, как разъяренные кошки, но этим все и заканчивалось. Правда, в начальной школе Сашка проколола циркулем ладонь одноклассника, который очень сильно ее доставал. Но одноклассник восстановился довольно быстро, руку не потерял, однако с Сашкой даже заговорить не мог и смотреть в ее сторону побаивался. Мало ли, эта неуравновешенная снова психанет? Алекс нравилось, когда с ней боялись связываться. Нравилось, что ее считали психованной в детдоме. К психованным не лезли, психованных старались не замечать. Вот только в прошлом и попсихованнее ее найдутся. Алекс знала: она не способна ни убить, ни покалечить человека, как бы сильно этот человек ее не раздражал. Однако в прошлом убивали с легкостью. Сможет ли Алекс дать достойный отпор всем врагам и защитить принцессу? Их же еще, похоже, в плен должны взять будут. Принцесса же не просто так к султану попала. Ее привезли в Османскую империю силой. — Как же я устала от этого путешествия, — пожаловалась принцесса Изабелла. — Когда же все закончится? От этой постоянной качки у меня болит голова. Только ты меня и спасаешь, Феличита, — обратилась Изабелла к Алекс. (В прошлом Алекс получила новое имя). — Без тебя мне было бы совсем тоскливо. У тебя волшебные руки. А еще ты очень красиво рисуешь. Я бы никогда так не смогла. У тебя талант. Ты, наверное, из очень знатной семьи. Жаль, ты многого не помнишь из своего прошлого. Я бы хотела знать твою историю. Лучше бы вам не знать, принцесса, — подумала Алекс. Они вдвоем лежали с принцессой на широкой кровати. Алекс, попав в прошлое, получила значительные привилегии. Она была не служанкой, а именно компаньонкой принцессы. Ее не заставляли трудиться. Алекс могла хоть целый день проваляться в постели, причем и постель эта была непростая — Алекс с принцессой спали в одной кровати. Нередко о чем-то шептались. Алекс смешила принцессу, рассказывала ей сказки. А сказок Алекс знала немало: в детстве она хотя и была очень активной девчонкой, но книги читать любила и, разумеется, знала немало историй. Да и младшая ее сестра, Ника, очень любила сказки. И писать, и сочинять. Ника мечтала стать писательницей, когда вырастет. Но Ника так и не выросла. Она погибла в девятилетнем возрасте. Погибла и мама Алекс. В их старенькую красную Ниву врезался на большой скорости пьяный водитель. Произошло лобовое столкновение. Пьяный водитель и мама Алекс, находившаяся в момент столкновения за рулем Нивы, погибли на месте. Ника прожила на несколько минут дольше, но дожить до приезда скорой она не успела. Алекс могла бы тоже погибнуть. Спасла Алекс нелепая случайность: мама наказала ее. Дело в том, что Алекс вместе с другими одноклассницами поймали с сигаретами в туалете для девочек. Классуха нажаловалась маме Алекс. Алекс получила наказание: неделю домашнего ареста. А тут еще в один из дней наказания, когда Алекс вынужденно сидела дома, мама и Ника поехали в парк развлечений. Алекс заперлась у себя в комнате, уткнулась в телефон, обиженная на весь мир. В комнате ее и нашли представители службы опеки. От них Алекс и узнала о страшной аварии. Так, в тринадцать лет Алекс осталась совсем одна в этом жестоком мире и попала в детдом. — Это очень печальная история, принцесса, — усмехнулась Алекс. — Мои родители умерли рано и я попала в приют. В приюте я получила воспитание и образование. — Мне так жаль, Феличита. Ты перенесла столько боли, — ладонь Изабеллы осторожно накрыла ее ладонь. Алекс невольно улыбнулась, чувствуя поддержку принцессы. Удивительно, как быстро они сблизились. Видимо, в отношения в эти вмешалась магия. Но магия эта была добрая. С принцессой Алекс было уютно. Наверное, они бы сблизились еще больше, если бы жили в одно время. И Алекс не пришлось не договаривать что-то о себе. Или же нет… Хюррем так хорошо «сблизилась» с Изабеллой, что принцесса «случайно» оказалась в Босфоре. Алекс не могла допустить смерть принцессы снова. Причем Алекс уже хотела защитить принцессу не только для того, чтобы вернуться поскорее к Лео. Алекс сама захотела защитить принцессу, потому что сблизилась с ней, чувствовала родство их душ. Алекс словно бы обрела младшую сестру и не собиралась никому давать ее в обиду. Однажды она уже потеряла родных. И теперь собиралась защищать своих близких любой ценой. Больше принцессе Изабелле не посмеет никто навредить. Бестия Хюррем не посмеет избавиться от принцессы. Они обе выживут в плену и вернуться домой к своим близким. — Уверена, твои родители были хорошими людьми. И теперь они в раю, — убежденно произнесла Изабелла. Она верила в существование рая и ада, находила утешение в молитвах. На шее у нее висел большой крест, украшенный драгоценными камнями. У Алекс же на шее висела дешевая металлическая подвеска в виде кошки. Кошка смотрела на мир синими пластиковыми глазами. Глаза у Алекс также были синими. Алекс и сама временами сравнила с себя с кошкой: маленькой бездомной кошкой, побитой жизнью, которая однако продолжала выкручиваться и оставалась жива на зло своим врагам. Правда, у Алекс еще не было врагов, которые искренне радовались бы ее смерти. Но, похоже, они у нее появятся, причем очень скоро. Султанский дворец был тем еще змеюшником, а именно в змеюшник ее везли. Правда, принцесса пока об этом не знала. Она наивно полагала, что едет в Неаполь к своему жениху. Но, видимо, на пути что-то случится. Алекс не знала, что именно. Могла лишь предполагать: скорее всего на их корабль нападут пираты. Причем, эти пираты окажутся довольно грозной силой. Корабль принцессы сопровождал еще один корабль. Не флотилия, конечно. Но на двух кораблях по-любому имелись пушки, да и матросы владели холодным и огнестрельным оружием (имелось же у них огнестрельное оружие?) и могли дать отпор пиратам. Но пираты отчего-то посчитали эти два корабля легкой добычей, поэтому и напали на них. Значит, пиратов действительно было очень много. — Мой отец любил собирать самые разные камни и минералы, — сообщила вдруг Алекс: отчего-то ей захотелось рассказать принцессе побольше о своей семье. — Он был ученым. Много путешествовал. Мы с сестрой и мамой всегда ждали его возвращения. Отец рассказывал мне много интересного о мире. А еще у нас в доме всегда было очень много книг. Я любила читать. И сейчас люблю, — призналась Алекс, принцесса внимательно ее слушала: Изабелла умела слушать и любила истории Алекс. Изабелла даже признавалась, что эти истории скрасили ее путешествие и сделали его не таким невыносимо скучным. Изабелла жалела, что расстанется с компаньонкой. Она хотела бы пригласить Алекс жить к себе во дворец, сделать ее своей фрейлиной. Алекс же вежливо отказывалась: такого глубокого погружения в Средневековье она просто не выдержит. Лучше пусть они с Лео побывают на экскурсии в одном из средневековых замков. К счастью, в Европе сохранилось немало замков, а Лео был достаточно обеспеченным, чтобы свободно путешествовать по Европе. И ладно бы забросило ее хотя бы в век XIX. Тогда во многих странах общество уже начинало задумываться о правах человека. Но нет, Алекс попала прямо в XVI век, где активно велись религиозные войны, человеческая жизнь стоила очень мало, а эпидемии выкашивали целые города. До антибиотиков человечество еще не додумалось. А медики того времени имели об анатомии и физиологии человека лишь отдаленные представления. Алекс тосковала по цивилизации. Правда, в первые дни ей все казалось ново. Алекс с интересом ребенка рассматривала каюту. Трогала письма для письма, чернильницу, свитки, бархатное кресло, в котором часто сидела принцесса, стеклышки на трех маленьких окошках каюты, расшитые золотыми и серебряными нитями шелковые наволочки перьевых подушек, тончайшие кружева на одеялах. Алекс словно бы попала в музей, где отсутствовали оградительные ленты и можно было потрогать все экспонаты руками. Однако новизна обстановки быстро приелась и Алекс откровенно заскучала. Хорошо, хотя бы с принцессой они оказались родственными душами. Без принцессы бы Алекс оказалось совсем паршиво. А так они могли болтать и смеяться часами, радуя Кармину, — служанку принцессы, которой веселье госпожи приносило немалое удовольствие. Кармина любила молодую хозяйку и искренне желала ей счастья и благополучия. А еще к восторгу обеих девушек Алекс играла на скрипке. Призрак Изабеллы позволил прихватить Алекс с собой скрипку, а заодно и лекарства, спасающие Алекс от мучительных панических атак. К сожалению, в шестнадцатом веке до пластиковых бутылок еще не додумались. И Алекс приходилось запивать таблетки водой из золотого кубка. Кубки и тарелки также для нее нашлись. Играла же на скрипке Алекс классическую музыку, для шестнадцатого века чересчур современную. Произведения Паганини. Особенно часто играла Алекс композицию Каприс № 24 — любимое произведение ее отца. Радовало Алекс, что ни принцесса, ни Кармина не лезли сильно в ее жизнь. Стикеры-смайлики на футляре для скрипки их не смутили. Алекс наклеила их, желая сделать футляр для скрипки менее строгим. По-хорошему Алекс бы следовало избавиться от стикеров, но Алекс так не хотела обрывать нить, связывающую ее с прежней жизнью. В конце концов, принцессу со служанкой все устраивало, а избавиться от стикеров Алекс еще успеет. — Твои родители наверняка были очень обеспеченными людьми и нанимали тебе лучших учителей, — предположила принцесса, положив голову на плечо Алекс, как когда-то делала Ника. Сердце Алекс заныло: нет, она сделает все возможное, чтобы уберечь эти милую, пусть и капризную девочку. Принцесса Изабелла будет жить. — Я очень рада, что могу учиться у тебя, — увлеченно говорила Изабелла. — Мы теперь можем общаться на английском и нас никто не поймет. Я хочу продолжать занятия: здесь все равно нечего делать. Взамен я могу научить тебя латыни и рукоделию. — Боюсь, я буду скверной ученицей, принцесса, — Алекс покачала головой: вспомнив свои успехи на трудах. Однажды она чуть швейную машинку не сломала. У Алекс никогда не получалось рукодельничать: не хватало усердия и сосредоточенности. Это ее мама шила, вышивала, делала игрушки и даже создала в Интернете сайт, на котором продавала свои изделия, причем довольно успешно. Алекс на такие подвиги не была способна. — Мне легко давались науки, а вот рукодельница из меня ужасная. Думаю, не стоит тратить на меня ваше время. Все равно ничего стоящего не выйдет. — Я решу сама: на что тратить мое время, — заявила принцесса. — Не бойся, — подбодрила она Алекс, погладив ее ладонь тонкими изящными пальцами. — Я уверена: все не так плохо. Да и латынь тебе знать нужно. Удивительно: ты знаешь несколько языков, но твои учителя так и не научили тебя говорить на латыни. Это так странно. Алекс осторожно кивнула. В шестнадцатом веке латынь знали все образованные люди. Принцесса считала Алекс образованной, вот только из латыни Алекс знала всего несколько выражений, выученных лишь для того, чтобы произвести впечатление. Алекс любила выделываться. Причем часть этих выражений была откровенно неприличной. Их не следовало произносить в обществе принцессы: а то мало ли чего принцесса от нее нахватается. Принцессы должны были оставаться хорошими девочками, чтобы нравится принцам. Алекс перестала быть хорошей девочкой уже с тринадцати лет. Но притвориться хорошей девочкой стоило для соблюдения безопасности, хотя время от времени маленький чертенок внутри Алекс просился наружу. Но Алекс приходилось сдерживаться. Она все-таки оказалась благородной дамой пусть и в весьма сомнительным обликом морале. Следовало быть паинькой. А вот хвастаться знаниями латыни перед принцессой точно не стоило. Латинские ругательства принцесса, может, и оценит. А вот ее жених Фридрих вряд ли, особенно если его будущая женушка научится посылать мужа далеко и надолго, когда этот муж ей надоест. Принцессы не матерились, даже на латыни. Зато Алекс использовала в речи крепкие выражения, оставалось надеяться: принцесса не научится матерится. Вряд ли Изабеллу обрадует слава главной матерщинницы Европы. Хотя будущим историкам, несомненно, будет интересно изучать биографию этой удивительной женщины. — Принцесса, — попросила Алекс, желая сменить тему. Они обе лежали на кровати и держались за руки. — Будет ли мне позволено использовать ваше перо и бумагу? Я недавно выучила несколько греческих слов и выражений. Хочу их записать, чтобы не забыть. — Ты еще и греческий знаешь? — удивилась Изабелла: она лежала на спине и равнодушно изучала потолок каюты. — Мой жених наполовину итальянец, а наполовину — грек, — объяснила Алекс, смутившись непонятно отчего. Наверное, от того, что разоткровенничалась с принцессой. Прежде Алекс подбирала слова осторожнее. — Я очень хочу понравится его родным. И это было правдой. Алекс очень хотела понравится бабушке Лео и Иоанны, которая вырастила обоих внуков после того, как их родители погибли в авиакатастрофе. Бабушка Лео и Иоанны была гречанкой и Алекс захотела заговорить с ней именно на греческом, опасаясь, что с английским возникнут сложности. Впрочем, бабушка Лео и Иоанны прекрасно знала и итальянский. Итальянский Алекс знала хорошо благодаря Лео. С детства учила английский и уже в семь лет могла объясняться на ломаном английском, когда отдыхала вместе с всей семьей в Турции. Алекс бегала по пляжу и играла вместе с загорелыми девчонками и мальчишками, которые не понимали русский, в волейбол. А заодно выучила несколько турецких слов, но быстро их позабыла со временем. Зато не позабыла английский и испанский. А как тут позабудешь эти языки, если английский Алекс учила сколько себя помнила, а испанскому ее научил призрак испанской принцессы, привязавшийся к ней в девятилетнем возрасте? Алекс и подумать не могла, что встретится с этой принцессой, только живой. Пока живой. Не могла Алекс подумать, что принцесса станет для нее кем-то вроде младшей сестренки. Быстро они привязались друг к другу. Алекс спала в одной кровати с принцессой, ела те же лакомства, что и принцесса: виноград, персики и абрикосы. У нее и своя переносная ванна имелась: чему Алекс была очень рада. Ванна в этом времени была предметом роскоши, а не необходимости. Так что определенные удобства у нее имелись. — Можешь писать все, что тебе захочется, — разрешила принцесса. — Но ты тогда научи меня рисовать. Мне очень нравятся твои рисунки. И заняться здесь все равно нечем. — Хорошо, — согласилась Алекс. — Но сначала будем изучать английский. Нас никто не должен понимать, — поспешно добавила она, чтобы убедить принцессу. — Да и знания языков лишними не будут. — Не будут, — согласилась принцесса, а Алекс улыбнулась: это была ее победа. Поначалу принцесса полагала, что английский ей не понадобится. Но очень она скучала в этом путешествии, поэтому согласилась учиться. Теперь Ибрагим-паша не мог их понимать: насколько помнила Алекс полиглот Ибрагим английского не знал. В это время английский еще не успел стать мировым языком. Вдобавок язык Шекспира заметно отличался от современного английского. Алекс надеялась: лингвистические нестыковки не заметят. Алекс также научила играть принцессу в крестики-нолики и морской бой. Принцесса поначалу удивлялась, что существовали такие мощные корабли, на которых существовало четыре палубы. Но потом решила: эта игра, а ради игры можно было пожертвовать достоверностью. Еще принцесса научилась играть в точки. Правда, чернила имелись в каюте одного цвета. Так что принцесса рисовала треугольники, а Алекс квадратики. Алекс и принцесса старались захватить на бумаге фигурки противника. Алекс играла в эти игры еще с детства и пользовалась шариковыми ручками. Качество бумаги также было другим. Но имевшаяся в каюте бумага и перья для письма вполне оказались пригодными для этих игр. Принцесса научилась даже делать самолетики из бумаги. Правда, Изабелла наивно считала, что это были диковинные птицы. В общем, обе подруги смогли отлично повеселиться. Путешествие принцессе уже не казалось таким скучным. Алекс же старалась не унывать и постараться получить удовольствие от вынужденного путешествия во времени. Да и с принцессой они оказались родственными душами. В размышления Алекс ворвался скрип открывающейся двери. — Ваш завтрак, принцесса — в каюту вошла служанка Кармина с подносом. — Госпожа, — Кармина вежливо наклонила голову в знак приветствия. Алекс улыбнулась девушке. — Идем, Феличита. Нам нужно позавтракать, — Изабелла легко поднялась с кровати, последовала к столику. Алекс последовала за ней. — Ехать придется долго. Добираться до Неаполя еще неделю. Не меньше. Сколько? — чуть было не взвыла Алекс, но сдержалась. Уселась рядом с принцессой на кушетку, тяжело вздохнула. Определенно, придется им ехать очень долго. Алекс оставалось надеяться: эта посудина не затонет. Кораблик казался таким маленьким и не внушал Алекс доверия. Кораблик этот больше напоминал Алекс катер, правда, большего размера. Только катер ехал быстрее, мотор у него имелся. Современные корабли не зависели от силы ветра. Для них и отсутствие ветра не было проблемой, в отличие от парусников, на которых они ехали. Хорошо, хотя бы у Алекс не обнаружилась морская болезнь. Не хватало всю неделю провести в обнимку с тазиком. Им еще в плен к пиратам попадать. Плена Алекс боялась, как и людей, с которыми должна была свести ее судьба. Сулейман, Ибрагим-паша, Хюррем — величайшие люди Османской империи. Хватит ли ей сил, чтобы противостоять им? Алекс помотала головой, прислушалась к болтовне служанки, желая отогнать тревожные мысли. — Я слышала венгерский король Лайош погиб, — рассказывала Кармина. — Сегодня наверху об этом все только и говорят. Будто бы его убили эти варвары-турки. — Турки дошли до середины Европы, — заметила принцесса. В голосе ее слышалась горечь. Алекс ободряюще сжала пальцы принцессы, Изабелла благодарно ей улыбнулась. — А никто не Карл, не Фердинанд, никто… Даже Папа не пришел на помощь. Лайош остался один. — Лайош казнил османского посла, — подала голос Алекс, вертя в руке сочный персик. Давно она не лакомилась персиками. Алекс любила персики. Мама всегда покупала летом им с сестрой персики, абрикосы, черешню и лукум. Много лукума. Лукум был любимой сладостью Алекс. Однажды в Турции она съела слишком много лукума, у нее появилась сыпь, все лицо чесалось. Однажды даже это происшествие не заставило Алекс разлюбить лукум. — Сулейман не мог не ответить на оскорбление. Лайош недооценил врага и заплатил за свою ошибку жизнью. — Нужно объединить все силы и остановить этих варваров, — настаивала принцесса. — А что ты думаешь, Феличита? Удастся ли остановить турок? — принцесса с надеждой посмотрела на Алекс. Алекс едва сдержалась, чтобы не пожать плечами. Она бы лучше задала этот вопрос учебнику истории. Алекс знала: Сулейман много времени проводил в войнах, при нем Османская империя значительно увеличилась в размерах. Вот только какие страны завоевали турки? Вряд ли бы османские воины выдержали суровые зимы. Генерал мороз не раз спасал северные страны от вторжения захватчиков. Скорее всего, глубоко на Север турки не пробрались. — Помнится, в свое время именно варвары захватили Рим, — Алекс поедала персик, губы ее сделались липкими от сока. Определенно, фрукт этот был очень вкусным и совершенно натуральным. Персик этот появился на свет еще до создания таблицы Менделеева, поэтому химикатов в нем не было. — Впрочем, — поспешно добавила она, желая подбодрить принцессу, — на любую силу найдется еще большая сила. Весь мир турки точно захватить не могут. — Говорят, турки очень сильные и похожи на ужасных чудовищ, — говорила Кармина. Алекс покачала головой. Служанка могла бы посообразительнее быть. Напугает госпожу. Придется успокаивать. — Ими правит король, которого Сулейман зовут. И будто из его глаз бьют языки огня и в них невозможно взглянуть. — Занятные сказки, — хмыкнула Алекс: ни служанка, ни принцесса не подозревали о существовании бабушек на лавочке. Эти бабушки могли с первого взгляда распознать в безобидном на вид человеке представительницу древнейшей профессии, наркомана, сатаниста, агента вражеских сил или даже инопланетянина, только притворяющегося человеком. А какие истории принцесса могла бы услышать по телевидению при условии, что в шестнадцатом веке уже появилось бы телевидение. Определенно, с наличием телевидения люди прошлого врали бы красочней и интересней. — Я вот слышала: Сулейман был раньше женщиной, но из-за отсутствия наследников ему пришлось стать мужчиной и отрастить себе мужские признаки, — съязвила Алекс: обе девушки вытаращились на нее с удивлением и ужасом. Похоже, эти две доверчивые души поверили в ее версию. — Шучу я, шучу, — Алекс обезоруживающе подняла вверх руки. Персик она уже доесть. — Люди чего только не болтают. Верить слухам — занятие неблагодарное. Девушки переглянулись и вдруг начали смеяться. Легко, беззаботно. Вместе с ними смеялась Алекс. Когда им удастся еще так посмеяться? Совсем скоро их захватят пираты. Удастся ли тогда Алекс подбодрить девушек, сделать так, чтобы они оставались сильными? Удастся ли Алекс защитить их? Алекс не защитила ни маму, ни сестру, ни Марию — лучшую подругу. Их убили. Точнее, Мария убила себя сама, спрыгнула с крыши многоэтажки, предпочла разбиться, но не жить изуродованной. Алекс не смогла защитить Марию от парня-мудака, который плеснул ей в лицо кислотой. Сможет ли Алекс теперь защитить этих девушек, доверившихся ей? Она не знала, но должна была постараться изо всех сил. Даже не из-за того, чтобы вернуться поскорее домой к Лео. А чтобы доказать самой себе: близкие люди рядом с ней могут жить в безопасности.