Больной и любимый

❝ Семью определяет не кровное родство,

семья — это те, о ком ты заботишься.

Поэтому вы для меня больше,

чем друзья: вы — моя семья. ❞

Южный парк (South Park)

Любому человеку свойственно болеть. Будь-то ребенок, молодая девушка или взрослый мужчина — все они, несмотря на отсутствие желания, болеют. И это неизбежно. Когда ты понимаешь, что начинаешь болеть, настроение тут же ухудшается, нос перестает дышать, а желание укутаться в плед и уснуть растёт. Вот и Гарри, который зашивался в собственной работе, начал это понимать. Дышал он теперь исключительно ртом, ведь нос, как назло, отказывался функционировать. В голове покалывало вспышками, а температура тела росла в геометрической прогрессии. Поттер не любил болеть и старался не замечать своих простуд. Он просто отлеживался в кровати, время от времени готовя себе чай, но не больше. В последний раз он действительно болел лет 7 назад, когда Волан-де-Морт был жив, а сам Гарри ещё учился в Хогвартсе. С тех самых пор, когда Мадам Помфри отвечала за его жизнедеятельность, он и перестал болеть. Теперь парень и не знал, что делать. Они с Малфоем съехались почти 3 года назад и обручились чуть больше года назад. Гарри не знал, что его капризный и нагловатый супруг может сделать, явись аврор домой больной-хромой, ещё и без настроения. Он знал, что Драко, на самом деле, добрый и отзывчивый, но не мог предугадать, как тот отреагирует на вялое состояние самого Гарри. Гарри с трудом справился с замком на двери и буквально ввалился в квартиру. Сапоги он оставил криво у порога, шарф свалился на пол — и всё это было ему абсолютно безразлично. Единственное, чего он сейчас хотел, — добраться до кровати и провалиться в сон. Но судьба распорядилась иначе. — Поттер! — возмущённый голос донёсся из гостиной. — Ты собираешься разуваться как цивилизованный человек или продолжишь демонстрировать навыки дикаря? Гарри только хрипло фыркнул и махнул рукой. Но уже через секунду в дверях появился Драко: безупречно одетый, с идеально уложенными волосами и выражением лица, словно ему подсунули чай с лимоном без сахара. Драко слишком любил сладкие напитки. — Мерлин, ты выглядишь хуже, чем тролль после дуэли, — протянул он и сузил глаза. — Ты болен. — Я просто устал, — пробормотал Гарри, пытаясь пройти мимо. Однако Драко, вопреки всей своей репутации "белоручки", тут же подхватил мужа под локоть, не позволяя ему завалиться прямо на пол. — Устал? Да у тебя нос краснее, чем у Уизли после бутылки огневиски. И ты горишь, — ладонь Драко коснулась лба Гарри. И хотя Малфой закатил глаза с театральным вздохом, Гарри уловил мельчайшее движение: брови на мгновение дрогнули, будто от тревоги. Поттер опешил. Он ожидал язвительных комментариев и раздражённого «иди в Мунго сам», но никак не этого — заботливого прикосновения, внимательного взгляда, мягкого движения. — Отлично, — продолжил Драко, всё же сохраняя привычную манеру. — Умирающий аврор прямо у меня дома. Это всё, о чём я мечтал. — Вот именно, Малфой. Мечты сбываются. — Гарри слабо усмехнулся, но в груди у него почему-то стало теплее. — Замолчи и двигайся в спальню, — отрезал Драко. — Если свалишься на пол, я тебя не потащу. Я позову эльфа. И знай, он точно будет комментировать твоё идиотское упрямство. Гарри не сопротивлялся. Сил не было, да и… черт возьми, он просто не ожидал, что его супруг окажется таким уверенным и надежным рядом. Он знал, что Драко бывает нежным, бывает милым, но чтобы такой нянькой для больного - нет. Через несколько минут он уже лежал в постели, укрытый одеялом, а Драко куда-то исчез. Гарри решил, что муж просто вернулся к своим делам, но вскоре дверь тихо приоткрылась, и Малфой появился снова. В руках он держал кружку с дымящимся отваром, а на плечо был накинут домашний плед. — Пей, — коротко сказал он, протягивая кружку. Гарри осторожно сделал глоток и тут же сморщился. — Омерзительно. — Это не омерзительно, это лечебный отвар. Между прочим, я сам стоял у плиты, — Драко приподнял подбородок так гордо, словно только что победил в дуэли. — Так что пей и цени мои жертвы. — Ты?.. У плиты? — Гарри удивлённо вскинул на него глаза. — Да, Поттер, представь себе, я умею не только блистать на званых вечерах. Иногда я могу и приготовить отвар, если мой муж умудряется развалиться от какой-то жалкой простуды, — Малфой с лёгким шлепком поправил плед на его плечах. Гарри хотел что-то ответить, но вдруг понял, что просто смотрит на него — с искренним восхищением. Никогда бы он не подумал, что этот заносчивый, язвительный и, казалось бы, далекий от бытовых забот человек, может вот так сидеть рядом, готовить отвары и укутывать его. — Ты… невероятный, — сорвалось у него, прежде чем он успел прикусить язык. Драко замер, а потом резко фыркнул, будто Гарри сказал что-то глупое. — Ещё слово — и я уйду. Пей, Поттер. Гарри усмехнулся, но отвар допил до конца. Потому что теперь каждая его горькая капля казалась чем-то особенным — сделанным именно для него.

***

Гарри метался в постели, словно никак не мог найти удобного положения. Одеяло то сползало, то становилось слишком тяжёлым, подушка казалась раскалённой, и голова будто наливалась свинцом. В какой-то момент он даже попытался сбросить с себя всё и встать, но руки оказались слишком слабыми, тело — слишком тяжёлым. Он погрузился в полудрёму, ощущая только то, что горит. И вдруг стало прохладнее. Кто-то поправил одеяло, но не укутал его, как в кокон, а аккуратно расправил так, чтобы плечи оставались открытыми, а ноги в тепле. Чуть позже ко лбу прижалось что-то влажное и прохладное, и Гарри застонал — слишком приятно было это ощущение после долгих часов жара. Он медленно открыл глаза и увидел размытый силуэт. Несколько раз моргнув, Гарри всё-таки сфокусировался: прямо рядом с ним, сидя на краю кровати, был Драко. Его обычно идеальные волосы растрепались, халат висел на нём чуть небрежно, но всё равно казалось, что он сидит на троне — прямая спина, гордый профиль. Только рука, осторожно держащая влажную салфетку, выдавалась небрежно нежной. — Ты не спишь, — хрипло прошептал Гарри. Голос сорвался на кашель. — А ты храпишь так, что, думаю, соседи снизу уже собирают вещи, — сухо заметил Драко, даже не обернувшись, но Гарри уловил: он слегка дёрнул плечом, будто его застали за чем-то непозволительным. — Драко… — Гарри хотел сказать что-то ещё, но язык словно заплетался. — Ты сидишь тут… всё это время? Малфой резко повернулся к нему. Серые глаза блеснули в полутьме — в них было что-то острое, но прячущее за собой беспокойство. — Не воображай лишнего, Поттер. Просто я не мог уснуть. Вечно ты умудряешься свалиться не вовремя. — Он снова приложил прохладную ткань к его виску, и Гарри, несмотря на все слова мужа, почувствовал себя почти ребёнком, за которым заботливо ухаживают. Стало как-то… уютно. — Тебе… не обязательно… — пробормотал он, проваливаясь обратно в сон. — Замолчи. Если я уйду, ты через пять минут собьёшь одеяло и умрёшь от пневмонии. Я не собираюсь оставлять тебе поле для героических подвигов даже в этом, — тихо отрезал Драко. Пауза. Гарри уже почти провалился в сон, когда услышал едва уловимое, совсем другим тоном, мягким и почти сломленным: — Чёртов герой… не смей меня больше так пугать. И прежде чем он успел что-то ответить, прохладная ладонь скользнула по его волосам. Одно лёгкое движение — и исчезло. Но Гарри, несмотря на лихорадку, успел это почувствовать и запомнить. Он уснул с мыслью о том, что даже в самые тёмные ночи рядом есть свет — и этот свет принадлежит Драко Малфою. Его муж был таким нежным и мягким, когда был уверен, что никто этого не видит. Гарри поставил себе галочку в голове, обязательно поговорить об этом с Драко и раскрывать его тёплые стороны с большей силой.

***

Через пару дней температура ушла, и Гарри впервые смог подняться с кровати, не ощущая, будто его ноги налиты свинцом. Он вышел в гостиную, всё ещё сонный, но довольный тем, что снова дышит носом. — А вот и наш воскресший аврор, — голос Драко донёсся с кухни. — Надо же, целых три дня мучений, и ты всё-таки решил встать. Поздравляю, теперь можно устроить парад. — Я почти здоров. — Гарри усмехнулся и потянулся. Драко каким-то чудом всегда чувствовал его присутствие. Даже самые тихие шаги он улавливал музыкальным слухом и ни одно движение не оставалось незамеченным. — Почти? — Драко появился в дверях, скрестив руки на груди. Вид у него был властный и раздражённый, но Гарри сразу заметил лёгкие круги под глазами. — Ты ещё слаб, Поттер. Тебе нужно как минимум три дня тишины, покоя и полного подчинения моим указаниям. — Твоим указаниям? — Поттер не удержался от улыбки. — Да. Ты будешь пить отвары, есть суп, который я с таким трудом варил, и спать не меньше восьми часов. Никаких отчётов, никаких дел в министерстве, никаких героических спасений. — А если позвонят? — с притворной серьёзностью спросил аврор. — Если позвонят, я сам отвечу и скажу, что ты умер. Гарри прыснул от смеха, но смех тут же перешёл в кашель. Драко мгновенно оказался рядом, ладонь легла ему на спину. — Осторожнее, — голос звучал всё так же язвительно, но движение было слишком нежным. Гарри посмотрел на него сверху вниз, с мягкой улыбкой. — Ты заботишься обо мне так, будто я… — Будто ты мой муж? — перебил Драко, приподняв бровь. — Позволь напомнить, именно это и происходит. И хотя он снова сделал вид, что раздражён, Гарри заметил, как уголок его губ дрогнул в сторону улыбки. Впервые за долгое время Поттер понял: выздоравливать с таким супругом — не просто легче. Это ужасно приятно.