Классика жанра.

Доктор Томпсон стоял в кабинете Тобиаса Хендрикса и опустил взгляд. Он не ослышался? Что он только что сказал? Джулс всё-таки решил переспросить — слишком уж невероятным показалось услышанное. — Сэр… Можете ещё раз повторить? — осторожно начал он, стараясь выкрутиться, — я думал об одном пациенте и… прослушал ваши слова. Извините, пожалуйста. «Да, другого от тебя я и не ожидал, Джулс…» Тобиас устало выдохнул и потер переносицу. Он знал, что Томпсон умен, даже талантлив, но в такие моменты начинал сомневаться. На секунду мелькнула мысль — проверить его диплом, убедиться, что там действительно стоит печать университета. Но он отмахнулся. В его возрасте, услышь он подобное известие, сам бы, наверное, тоже стоял с видом дурачка. — Томпсон… Ладно. Понимаю, возможно, у тебя и правда слишком много работы. Повторю ещё раз, но в последний. Слушай внимательно, понял? Парень закивал слишком быстро, словно болванчик. В этом движении было и волнение, и скрытая радость. Хендрикс отметил это, сравнивая его немного с щенком, но промолчал, только кашлянул в кулак. — Меня неожиданно пригласили как одного из заведующих нашей больницы на научно-практическую конференцию в соседний город, — сказал он ровно, но наблюдая за каждой переменой на лице Джулс. Это было похоже на математическую прогрессию, — мне, как и остальным главным врачам, нужен ассистент. Сначала я хотел предложить это доктор Рай… Он слегка откинулся на спинку кресла, сложив руки на груди. Его взгляд был тяжелым, оценивающим, и Джулс почувствовал, что каждое его движение изучают и старался стоять спокойнее. — Но потом я подумал, что тебе стоит выйти в свет. — На губах Тобиаса появилась улыбка, — это будет полезно. И среди «серьёзных» врачей ты сможешь завести нужные знакомства. Он придвинул к краю стола листы бумаги. — У вас большое будущее, доктор Томпсон. И стоит использовать время с пользой. Выгодные знакомства будут очень кстати, — голос Хендрикса звучал привычно ровно, но в нём сквозила твёрдая уверенность. — К тому же, своими поступками вы уже стали заметной фигурой. Конференция будет послезавтра, значит, выезжаем завтра утром. Ваших пациентов я уже распределил коллегам. Так что — отрабатываете смену и идёте домой собираться. Всё понятно, повторять не нужно? Джулс просиял чуть ярче и снова закивал. Об этом он мечтал давно: оказаться на таком уровне, среди тех, кто двигает медицину вперёд. Но, насколько он помнил, туда обычно допускали лишь заведующих или директоров с ассистентами. И теперь у него появился шанс — его шанс, благодаря своей работе. Ну и Тобиасу разумеется. — Можете взять заявление и заполнить его дома, — продолжил Хендрикс, — автобус завтра отходит в восемь утра. Поэтому, доктор Томпсон, — его строгий взгляд пронзил воздух, — не опаздывайте. Парень быстро кивнул и аккуратно взял заявление. На душе было легко и горячо, будто она хотела вырваться наружу и подпрыгнуть от счастья. Но не только от этой новости. Оставалось одно нерешенное дело. — Доктор Хендрикс… у меня есть вопрос. Тобиас перевёл на него внимательный, напряжённый взгляд. Но был в нём и другой оттенок — тот самый, собственнический, знакомый Джулс. Он хорошо помнил его с того раза, когда всё пошло не по правилам… когда они поцеловались. С того момента прошло две недели, и — тишина. Рабочая рутина, холодная чёткость. Никаких лишних слов. Отношения начальник и подчиненный. Но теперь, когда предстояли дни, проведённые только вдвоём… может, стоит рискнуть? Джулс выдержал паузу, сжал заявление в руках чуть крепче. Тобиас прожигал его взглядом и пока молчал. Парень едва заметно усмехнулся, будто испытывая его терпение. — Нет… ничего, — сказал он тихо, но в голосе звучала неуверенность, — завтра я буду вовремя. Парень развернулся и направился к двери, стараясь не встречаться взглядом с Тобиасом. Этого было достаточно — глупых чувств, которые в своё время его терзали, он пытался игнорировать. Но сердце не обманешь: оно всё равно тянуло Джулса к Хендриксу. Вопрос только в том, взаимно ли это было. «Я не его собственность, и мы почти не общаемся вне работы. Придётся поговорить об этом… позже. А сейчас — работа и сборы дома.» Тобиас ничего не сказал, лишь слегка хмыкнул, погрузившись в свои мысли. Джулс и не подозревал, что Хендрикс взял его с собой ещё и по другой причине. Он не хотел, чтобы Джулс был вне поля его зрения. Ему было интересно изучить его ещё ближе, наблюдать каждое движение, каждую реакцию — тот поцелуй оставил в памяти слишком яркий след. Хендрикс знал, какой вопрос дрожал на кончике языка у Джулса, но позволил ему молчать. Он едва заметно улыбнулся, и в этой тишине пробудилось лёгкое, почти игривое напряжение. Ему нравилось это — наблюдать, предугадывать, видеть, как Джулс балансирует между независимостью и… чем-то ещё. Он же исследователь по своей сути, верно? Время, проведённое вместе, обещало быть напряжённым и интересным. Очень. *** Автобус скользил по мокрому асфальту, а за окном серело раннее утро. Джулс сжимал сумку в руках, немного поклевывая носом, стараясь не выдавать внутреннего напряжения, но каждый вздох выдавал его эмоции. Он думал об этой поездке весь день, всю ночь и всё утро, отчего не выспался. В сумку набросал лишь пару чистых, приличных вещей и чистое бельё — больше ему ничего особенно не нужно. — Выглядишь странно, — сказал Тобиас, глядя на него краем глаза. Голос был ровным, почти без эмоций, но в нём проскользнула лёгкая нота иронии, — напряжение, радость? Или боишься? — Нет… просто за годы практики ещё не был на таких мероприятиях, — пробормотал Джулс, зевая, смотря в окно на сереющий пейзаж. — Если проявишь себя хорошо будешь на постоянной основе моим ассистентом — такие мероприятия случаются часто. Меня туда приглашают регулярно, хоть я и не люблю покидать стены нашей больницы… приходится ради статусности. И руководства, которое стоит выше. — Не знал, что вы… — он осёкся, — такой. Плюс ещё к одному факту о вас. — Тебе, Джулс, — Тобиас обернулся и слегка улыбнулся, щуря глаза, — мы вне больницы. Я же говорил: на «ты» и просто Тобиас. Парень кивнул, смущённо отвёл взгляд в окно. Хотелось спать — он встал очень рано и почти не спал всю ночь. Зевнув, он облокотился головой на холодное стекло. Тобиас молчал, но это молчание было обжигающим: ровная граница между вниманием и профессионализмом, которую Джулс не мог полностью прочитать из-за усталости. Потом. — Можешь меня разбудить, когда приедем? Очень хочу спать… — Конечно. Силы тебе понадобятся. Тобиас снова погрузился в планшет, что-то читая, а Джулс, не спрашивая, просто закрыл глаза и уснул, лицо прижав к холодному стеклу, чувствуя одновременно лёгкую тревогу и странное, непривычное спокойствие рядом с Тобиасом. Пока он спал, Джулс ощущал странные прикосновения сквозь сон. Чьи-то пальцы мягко скользнули по его ноге, поправили волосы за ухом, лёгкая дрожь прошла по спине. Пальцы провели по руке, слегка сжав её, и тепло разлилось по всему телу. Джулс не проснулся — слишком устал, чтобы осознать происходящее. Всё это он списал на усталость. Но затем кто-то осторожно коснулся его плеча. — Джулс… Просыпайся. Мы приехали. Он вздрогнул, открывая глаза. Голова случайно лежала на плече Тобиаса. — А, чего?.. — заспанно пробормотал он, отводя взгляд, — а, ой… Извини. Я во сне себя не очень контролирую. — Бывает, — тихо сказал Тобиас, убирая планшет в сумку, — мне не было некомфортно. Скорее наоборот. Ты хотя бы не храпишь. Джулс проморгался и заметил, что его почти полностью укрыли пледом. Почувствовал тепло и присутствие Тобиаса рядом. Едва заметное напряжение, исходящее от него, обжигало и одновременно успокаивало. Он чуть смутился, но не растерялся: сдержанно двинул плечом, и всё равно оставался в плену этого тихого чувства во время сна. — Хорошо спал? — добавил Тобиас, взглядом скользнув по нему с присущей ему властной уверенностью и передал ему в руки сумку. Парень благодарно кивнул, забирая ту в руки. — Да… нормально, — выдохнул Джулс, стараясь сохранить спокойствие, но сердце колотилось сильнее. Он ощущал каждое движение Тобиаса, каждую лёгкую нотку запаха духов, который вплетался в воздух вокруг. Сила и уверенность Хендрикса одновременно манили и пугали, оставляя Джулса в лёгком внутреннем напряжении, которое ему нравилось. Он аккуратно прижал сумку к себе, чуть ближе притянув её к груди — почти бессознательно. Но взгляд Тобиас не отводил внимание к своей персоне и заставляло сердце стучать чуть быстрее. И на мгновение ему показалось, что весь автобусный сон, усталость и тревога растворились в этом молчании, наполненном едва уловимой близостью. Или ему это всё показалось? *** «Ну пиздец! Приехали…» — Девушка, посмотрите, пожалуйста у вас в системе. Может, это ошибка? — Джулс едва сдерживал раздражение. Всё шло против него. Как и обычно. — К сожалению, сэр, всё верно. Ничем помочь не можем. Когда они прибыли в отель, Джулс почувствовал лёгкую тревогу и не зря. Была у него чуйка на плохие вещи. По классике жанра оказалось, что номер с одной двуспальной кроватью, и ему придётся делить её с Тобиасом. «Хуже не придумаешь… Что за трындец?! Мне придётся спать с ним в одной кровати. Даже дивана в номере нет. Я сейчас пойду с окна прыгать вниз, клянусь.» — Это… странно, — начал он, пытаясь успокоиться, — правда-правда нет других номеров? Или матрасов, раскладушек, лишнего дивана? — Сожалею, мистер Томпсон, но всё уже разобрано, резервов нет, а свободные номера будут только послезавтра. — Для конференции обычно экономят места, — ровно сказал Тобиас, вздыхая, но Джулс уловил в тоне непоколебимую уверенность. — Но если тебе неудобно… можно попробовать спать вместе, я сплю спокойно. Или кто-то из нас пойдёт на холодный пол. Выбирай. И так как я старше, я буду драться за мягкую кровать. — Ладно. Потерплю пару дней. Но предупреждаю — вместо храпа я пинаюсь и ворую одеяло, — Джулс хмыкнул, пытаясь показать, что остаётся непреклонным. — Думаю, это меньшая из проблем, с которой я справлюсь, Джулс, — уголками губ Тобиас улыбнулся, взяв ключи от номера. — Идём разложим вещи. Я хочу отдохнуть после дороги. Джулс чуть вздрогнул, слыша эту ровную уверенность, которая одновременно раздражала и привлекала. Сердце колотилось чуть сильнее, когда он шел за Тобиасом по коридору, понимая, что эти два дня будут сложными… для него уж точно. Парень аккуратно разложил свои вещи на столике у окна, стараясь упорядочить всё так, как ему удобно. Он ходил по номеру, перебирая рубашки и шорты. Сердце слегка учащенно билось, хотя парень старался не показывать волнения. Было бы , конечно, из-за чего волноваться. Тобиас, не спеша, сел в кресло у окна, сложив руки на груди. Его взгляд следил за каждым движением Джулса, спокойный, но пронизывающий, внимательный. Не было необходимости говорить что-то вслух — достаточно было того, как мужчина наблюдал. Джулс ощущал это присутствие, и от этого в груди появилось странное напряжение, которое он не мог прогнать. Он откладывал вещи, перебирал бельё и аксессуары, а взгляд Хендрикса не отрывался ни на секунду. Это не было любопытством обычного человека. Это был взгляд исследователя, внимательного, аналитичного… Джулс чувствовал, что каждый его шаг фиксируется, что каждое движение изучается. Но вместо раздражения, которое обычно вызывает подобное наблюдение, парень испытывал что-то более сложное — смесь интереса и лёгкой внутренней тревоги. Тобиас слегка наклонился вперёд в кресле, следя, как Джулс перебирает документы и складки рубашек. В уголках его губ мелькнула привычная тихая улыбка — он явно наслаждался этой игрой. Джулс уловил её и, чуть смутившись, ускорил свои движения, пытаясь выглядеть более уверенным, чем был на самом деле. «Если он так будет на меня смотреть, я его книгой пришибу точно.» Джулс аккуратно разложил вещи на столике и повернулся к Тобиасу: — Всё, вроде, готово. Ты будешь раскладывать свои вещи? — сказал он, стараясь звучать спокойно. Было странное чувство оставаться с ним в одном номере. Тобиас приподнял бровь вставая с кресла за бутылкой воды. — Я просто наблюдаю, — голос был ровным, но с лёгкой ноткой вызова. — Хм… наблюдаешь? — Джулс слегка усмехнулся, шагая к сумке. — Не думал, что это так интересно. — Всё, что ты делаешь, интересно, — ответил Тобиас спокойно, почти невозмутимо, но взгляд говорил гораздо больше. — Даже когда просто раскладываешь вещи. Джулс остановился на мгновение, внутренне ощутив странное напряжение. — Ладно, значит, я теперь для тебя шоу? — немного саркастично, но с лёгкой улыбкой, он положил рубашки в шкаф. — Не шоу, Джулс. Просто интерес исследователя, — сказал Тобиас, мягко, но твёрдо, возвращаясь в кресло и садясь, словно подтверждая своё положение. Джулс почувствовал тепло в груди и слегка покраснел, но быстро отвёл взгляд, стараясь оставаться уверенным. — Хорошо, начальник. Наблюдайте дальше, — сказал он и вернулся к сумке, хотя ощущение сейчас, что за каждым его движением наблюдают, стало приятным. Книгой больше пришибить его не хотелось. Только немного стукнуть. Тобиас просто улыбнулся уголками губ, скрестил ноги и откинулся в кресле, попивая воду из бутылки. *** Ночь на удивление была тихой. Под вечер Джулс решил сделать пробежку вокруг отеля, чтобы перевести дух и сбросить стресс. Он не хотел обманывать себя — с Тобиасом он ощущал странное напряжение, которое никак не мог расшифровать. Ответного сигнала не хватало, а холодное спокойствие Хендрикса действовало раздражающе и одновременно притягательно. Он вспоминал свои чувства, тот поцелуй... и пытался отбросить приходящее к нему наваждение. Вернувшись в номер после пробежки, Джулс застал Тобиаса выходящим из душа. Парень сделал вид, что не замечает его обнажённого крепкого тела, прикрытого лишь полотенцем, и поспешил в ванную. Лицо горело от стыда и волнения. Дверь он оставил приоткрытой. Слишком устал, чтобы заморачиваться, но ощущал, как напряжение между ними никуда не исчезло. — С тобой всё хорошо? — послышался приглушенный голос Тобиаса, — Джулс, мне нужно знать, у нас завтра конференция. Я хочу, чтобы ты был в нормальном состоянии. — Да-да, всё хорошо! Просто волнуюсь! — пробормотал Джулс, уже под прохладными струями воды, стараясь сосредоточиться на душе. На самом деле волновался он о другом. Не о конференции, хотя попасть на неё мечтал давно, а о том, что закручивалось в голове: воспоминания того поцелуя, догадки, что могло бы быть между ними, внутреннее дрожание сердца. Он пытался сбросить эти мысли, но тело и разум упрямо сопротивлялись. Опять всё было против него. — Всё будет хорошо, Джулс. Я сам чувствовал себя так же в первое время… потом привыкаешь, — голос Тобиаса звучал ровно, почти спокойно, но холодок, проскользнувший по спине Джулсa, не оставил сомнений — тот наблюдал, внимательно и бескомпромиссно. — Если что — обращайся за помощью ко мне. Я хочу, чтобы завтра ты был во всеоружии, доктор Томпсон. — Да… Спасибо. Если что — обязательно. Спасибо, Тобиас. Джулс выдохнул, стараясь успокоить сердце, но его мысли ещё долго оставались с мужчиной, с этим тихим, ровным, но удивительно притягательным вниманием, которое Хендрикс умел дарить без единого лишнего слова. Он даже не стал оборачиваться, зная, что Тобиас сейчас смотрит на него. Голого, под душем и в пене. По спине пробежала дрожь, но парень услышал, как дверь ванной закрылась. Разговор был окончен. Он слегка выдохнул и осознал, что перед ним теперь другая проблема, которая давно на себя намекала. — Блять… Ты серьёзно? — подумал он, глядя на свой стоящий член. Джулс замычал и коснулся себя, вздрагивая, надеясь, что Тобиас ничего не заметил. «Нужно сделать это сейчас, иначе пока я буду с ним лежать на одной кровати у меня опять встанет и я буду помнить этот позор до конца своей работы в больнице, или жизни.» Парень опустился на колени. Он точно ощущал, что может потерять равновесие, но тихие стоны заглушала вода. Сердце стучало быстрее, а разум смешивал усталость и напряжение. Он прикрыл рот рукой, чтобы подавить свой голос, слегка покусывая пальцы изнутри. Джулс не стал даже закрывать шторку душа и был представлен во всей своей красе. И в этот момент Джулс подумал: что, если Тобиас откроет дверь, войдёт и поможет справиться с этим напряжением? Прижмётся своим телом, коснётся его плоти… Эта мысль сама по себе бросала его в дрожь. Но дверь оставалась закрытой, и он снова остался один со своими чувствами. Было хорошо, очень хорошо. Его рука водила по горячему члену вверх и низ. Прохладные капли били сверху, а его мысли были только о Тобиасе. О его крепких руках, сильном теле, редких прикосновениях, от которых внутри всё замирало. В памяти всплыл тот момент в коридоре, когда он случайно прижался к нему. Для Джулса это стало самым ярким воспоминанием их мимолётной близости. Тепло чужого тела. Он представил, как Тобиас мог бы сейчас войти, наклониться к нему, прижаться горячим телом к его прохладной коже, скользнуть губами по шее, потом по спине… и наконец углубить поцелуй, коснувшись его члена так, как он хотел. Этого оказалось достаточно. Джулс зажал рот ладонью, чтобы сдержать стон, пока его накрыл оргазм. Колени ныли от холодного кафеля, но это казалось пустяком. Вода смывала белые капли семени в сток, оставляя только лёгкую дрожь и пустоту. Он долго приходил в себя, мысли путались. Прижался лбом о прохладную стену. Стало одновременно легче и тяжелее. Но выходить из ванной всё равно пришлось — иначе Тобиас решит, что он слишком надолго засел там и точно зайдёт. Когда Джулс вытерся полотенцем и вышел, сердце ухнуло вниз: дверь ванной была приоткрыта. Совсем чуть-чуть, но достаточно, чтобы проскочила тревожная мысль — мог ли Тобиас что-то увидеть или услышать? «Ой нет.» Однако в комнате его встретила тишина. Тобиас уже лежал на своей половине кровати, почти полностью укрывшись одеялом. Джулс облегчённо выдохнул и тихо прошёл к своей части. Натянул чистую одежду, быстро промокнул полотенцем мокрые волосы — не хотел будить Тобиаса шумом фена, ему спасибо за это точно никто не скажет, и лёг в кровать, накрывшись вторым одеялом. Хоть за это спасибо отелю: не придётся делить одно на двоих. «Была бы классика жанра номер два.» Джулс пытался уснуть, но всё время ловил на себе ровное, чуть слышное дыхание Хендрикса. Казалось, оно отзывалось на каждое его движение, будто бы считывало его. Парень сглотнул и осторожно повернулся на бок. Тобиас спал. Лицо его оказалось почти рядом, слишком близко, чтобы это не сводило с ума. Между ними сохранялась дистанция, но Джулс не хотел её держать. Он придвинулся чуть ближе, будто невзначай, чтобы рассмотреть спокойные черты лица ещё отчётливее. Так хотелось протянуть руку, коснуться, ощутить под пальцами кожу, слегка шершавую от щетины. Мысль вдруг унесла его дальше: а подошла бы Тобиасу борода? Наверное, да… но Джулс тут же скривился. На себе он бороду терпеть не мог, а вот Тобиас… нет, лучше без. Он тяжело выдохнул и всё же перевернулся обратно, заставив себя прекратить эти глупые мысли. Голова наливалась усталостью, и вскоре он провалился в дремоту, прижимая к себе подушку, тихо посапывая. Джулс так и не узнал — и не понял бы, даже если бы проснулся — что в этот момент на него смотрели светлые глаза заведующего. Хендрикс не спал. Годы научили его безупречному самообладанию, и сейчас оно было как никогда кстати. «Вот значит как.» Он видел всё. И в ванной тоже. Дверь он пытался закрыть, но хлипкий косяк предательски поддался, и щель осталась. Тобиас должен был отвернуться… но не смог. Вуайеризм? Нет. Просто… Джулс. Его спина, движения, стон — всё это будто приковало. Он знал, что не имеет права, но чувствовал: хочет его. Хочет рядом. Хочет только для себя. Откуда это собственническое чувство? Или это сам Джулс каким-то образом тянул его к себе? Он всегда притягивал к себе людей и это было видно и мужчину это немного бесило. Тобиас подавил вздох и отвернулся на другой бок. Возбуждение он сумел унять, с этим у него проблем не было. Но вот с чувствами к Джулсу… всё было куда сложнее. Об этом он решил не думать, по крайней мере до утра. Он уже почти засыпал, когда почувствовал, как его пнули по заднице и кое-кто попытался утянуть к себе его одеяло. Хендрикс едва заметно улыбнулся в темноте. Ночь обещала быть долгой. *** Перед конференцией Тобиас решил не упоминать о том, как ночью Джулс пытался спихнуть его с кровати и стянуть одеяло. Парню и так хватало волнения, а лишние подколки могли только добавить напряжения. Тобиасу это было не нужно. Да и по лицу Джулса было видно — он выспался на удивление хорошо. Даже слишком: взгляд светился, губы всё время норовили растянуться в довольную улыбку. Правда, стоило встретиться с глазами Хендрикса, как Джулс тут же смущённо отводил взгляд в сторону. Конференция обещала быть насыщенной. Уже в просторном зале Джулс собрался, будто надел невидимую маску серьёзности. Сосредоточенный, внимательный, он впитывал каждое слово. Тобиаса поражала эта переменчивость — совсем недавно перед ним был беззаботный парень, а сейчас рядом шёл настоящий коллега, готовый к профессиональным дискуссиям. Иногда Хендрикс ловил себя на мысли, что перестаёт различать, где он сам — человек, а где просто заведующий. Но одно он знал точно: в профессионализме Джулса можно было не сомневаться. Тот оказался отличным ассистентом. Его записи, сделанные на ходу, поражали аккуратностью — ясный, разборчивый почерк, будто он заранее знал, что Тобиасу всё должно быть понятно с первого взгляда. Хотя если вспомнить случаи с их работы, то так оно и было. После докладов и обсуждений для гостей организовали фуршет. Джулс, едва оказавшись у длинных столов с закусками, выдохнул чуть свободнее. Впечатления переполняли, но сил они забрали немало. Сейчас его могло спасти только что-то вкусное и много. Он целый день не ел от волнения сегодняшней ночи и предстоящего дня. Салаты, мясо, овощи и, обязательно, безалкогольный мохито будут его спасением. Набрав себе тарелку, он машинально начал искать глазами Тобиаса. Тот стоял чуть поодаль, окружённый коллегами из других больниц, и говорил о чём-то важном, привычно уверенно, лишь изредка жестикулируя. Джулс усмехнулся: ну да, связи налаживать он умел, в отличии от него. Сам парень не любил светские беседы, поэтому просто вернулся к закускам — набрать ещё, уже и для мужчины. В конце концов, тот наверняка тоже был голоден. — Доктор Джулс Томпсон. Какая встреча. Джулса пробила дрожь. Этот голос он узнал бы из тысячи. И точно предпочёл бы никогда больше не слышать. Он выдохнул, прикрыл глаза и потер лоб. Тарелки с набранными закусками пришлось поставить на стол. Аппетит отбросило напрочь. «Вселенная меня ненавидит.» Оборачиваясь, натянул вымученную улыбку. Перед ним стоял человек, из-за которого он когда-то ревел несколько ночей подряд. Из-за этого мудака. — Привет, Альберт. Смотрю, тебя пустили хоть на какое-то приличное мероприятие. Как прорвался? — Джулс демонстративно откусил закуску. Кусок в горло не лез, но соус оказался вкусным. Хоть что-то хорошее в этот момент. — А я вот удивлён, что вижу тебя. Ещё и ассистент Тобиаса Хендрикса. Что, так сильно хотел доказать, что хоть чего-то стоишь? Джулс хмыкнул и снова откусил. Альберт не изменился. Всё такой же самодовольный. И к тому же мудак. Даже странно, что Джулс когда-то из-за него убивался. — Я ничего никому не доказываю. Только себе. И, да, я работаю в больнице Хендрикса. Он прекрасный руководитель, и я рад быть его ассистентом и подчиненным. Так что, если это всё, что ты хотел мне сказать, позволь закончить ужин. У меня есть чем заняться, а ты мне мешаешь. Он отвернулся от этого придурка, словно от ненужной пыли, и сделал глоток мохито. Но в следующую секунду почувствовал чужую ладонь на талии. Потом пальцы нахально скользнули на бедро и сжали сильнее. Глаза Джулса чуть не вылетели из орбит. «Чего?!» — Извини, извини, — протянул Альберт с улыбкой, — вижу, ты стал серьёзным доктором. И хорош собой. Помнишь, как мы классно время проводили? На самом деле, я бы хотел поболтать с тобой наедине и тут есть одно местечко в городе… Пальцы впились в бедро ещё сильнее. Щёлк. У Джулс внутри оборвалось терпение. Он схватил со стола тарелку с кусочками торта и размазал их прямо по лицу придурка бывшего. Вокруг воцарилась тишина. Люди переглядывались, перешёптывались, но не вмешивались. Намечалось что-то интересное. — Ты что, блядь, творишь, Томпсон?! — взревел Альберт, размазывая крем по щеке, — да ты после этого из своей больнички вылетишь! Ты хоть знаешь, кто мой руководитель?! Покруче твоего Хендрикса будет! — Да плевать, — спокойно бросил Джулс пожимая плечами и, не моргнув, схватил соусницу с шоколадом. Мгновение — и густая тягучая масса залила дорогой светлый костюм. — Вот. Теперь идеально, — Джулс улыбнулся уголком губ, — мечтал об этом столько лет. Ах да. За домогательства я ещё и в суд могу на тебя подать, придурок. Альберт покраснел от злости и уже хотел налететь на Джулса с кулаками, но его удержали крепкие руки Хендрикса. Злость ушла и Томпсон резко почувствовал стыд — перед людьми, перед самим собой и, в какой-то степени, перед Тобиасом. Похоже, придётся писать заявление об увольнении по собственному желанию. — Вы и так устроили достаточно шума, Альберт. Думаю, этого более чем достаточно, — голос Хендрикса звучал ровно, но в нём была такая непоколебимая твёрдость, что спорить не имело смысла. Его взгляд стал ледяным, и было невозможно понять, что скрывалось за этой маской. — Джулс, отойди. — Я могу сам разрулить ситуацию, — твёрдо сказал Джулс, встречая его взгляд, — Мне не нужна защита. Он почувствовал странную смесь раздражения и… возбуждения? Вот от такого вида Тобиаса. Он видел, что мужчина сдерживает рамки приличия и просто убивает Альберта взглядом. Неужели это была ревность? «Зачем он вмешивается?» — пронеслось в голове. Джулс не привык к тому, что его защищают. И уж точно не собирался снова быть в роли слабого. Достаточно того, что было когда-то. Теперь он никому не позволит вытирать о себя ноги. — Этот идиот сам измазал меня едой, я не виноват! — начал оправдываться Альберт, сверля Джулса злым взглядом, — я требую, чтобы его уволили. Он некомпетентный и неуравновешенный, сами посмотрите! По ледяным глазам Хендрикса было видно: ему самому стоило огромных усилий не врезать по этому лицу. Но он держался куда лучше, чем Джулс. Годы практики. — Альберт, здесь множество свидетелей, и, если вы забыли, есть ещё и камеры. Да, возможно доктор Томпсон вёл себя не совсем корректно. Но и ваше поведение оставляло желать лучшего. Я подам запрос на пересмотр вашего дела и вашей лицензии. А со своим доктором я разберусь сам. Альберта вывела охрана. Люди вокруг ещё какое-то время наблюдали за Хендриксом, но вскоре разговоры возобновились, словно ничего не произошло. Только в воздухе всё ещё витало напряжение. Мужчина вздохнул и понял — чего-то, а точнее кого-то сейчас не хватало. — Джулс? — Тобиас оглянулся. Парня рядом не оказалось. Джулс уже шагал к выходу. Плечи были напряжены, дыхание чуть сбилось. Внутри всё ещё бурлили эмоции — раздражение, стыд, злость и странная, едва уловимая дрожь. Он едва сдерживал себя, чтобы не бежать прямо к номеру отеля. В голове крутилась только одна мысль: «Хочу быть один. Сейчас». Тобиас понимал, что Джулсу нужно побыть одному, чтобы привести мысли в порядок. Он не хотел оставлять его одного в таком состоянии, но должен был. Как бы ему не хотелось. И Хендрикс понимал — единственное место, куда Джулс отправится — это отель. Город он почти не знал, а ночью бродить в одиночестве точно не станет, особенно накануне раннего выезда обратно в Сиэтл. Он его точно не потеряет, он предсказуем. Парень был в расстроенных чувствах — на самого себя и на всю эту ситуацию. Он так ждал этой конференции, предвкушал возможность показать себя, впитать новое. Но бывший мудак умудрился всё испортить. — Чтоб у него в заднице рог вырос, и никто не смог прооперировать… придурок, мудак… — пробормотал Джулс, почти сквозь зубы. Он вошёл в номер отеля и плотно закрыл дверь. В голове вертелась только одна мысль: собрать вещи и уехать хоть сейчас автостопом до Сиэтла. Но понимал, что в это время скорее нарвётся на маньяка, чем доберётся домой. Поэтому он лишь закинул всё в сумку и остался сидеть в одной рубашке и шортах. Мысли рвали голову. Хотелось смыть этот день, но сил не осталось. Он просто рухнул под одеяло, спрятавшись с головой и включил на тумбе светильник — не хотелось оставаться в кромешной тьме. В номере воцарилась тишина. Джулс вытянул руку, нашарил подушку Тобиаса, прижал её к себе и сжал изо всех сил. Запах его духов, его самого был повсюду. Это успокаивало. Слёз не было. Только горькое ощущение — что же будет дальше? В номере стояла глухая тишина пока дверь вдруг не скрипнула. Тобиас вернулся спустя полчаса после его ухода. Джулс всё это время не спал, вслушиваясь в каждый шорох. Он не хотел, чтобы его сейчас кто-то касался. Сердце билось слишком громко. Внутри ещё пульсировало напряжение: от встречи с Альбертом, от его нахальства, от вмешательства Тобиаса, от чувств к этому мужчине… Он сейчас взорвётся. — Джулс. — Тихо сказал Хендрикс, присаживаясь рядом. Он осторожно стянул с его лица одеяло. Взгляд парня встретился с его взглядом — спокойным и строгим, но в то же время каким-то неожиданно тёплым. — Не притворяйся, что всё в порядке, я же вижу. Джулс опешил, сжал руки в кулаки, будто удерживая себя от паники. — Я… я в порядке, — выдохнул он, стараясь говорить ровно, хотя внутри всё дрожало, как и пальцы. — Мне неудобно говорить с тобой вот так, — тихо добавил Тобиас, чуть отвернувшись. — Поэтому… пожалуйста, присядь. Парень послушался его и сел, всё еще не смотря на Тобиаса, а только на свои сжатые в кулаки руки. — Прости. Я пойму, если после этого инцидента ты решишь меня уволить. Я облажался. Хендрикс наклонился ближе, и Джулс уловил запах духов, смешанный с лёгким акцентом сигарного аромата на коже. Он курит? Нет, Тобиас точно не такой. Он же правильный. Или это Джулс его довёл до такого? Сердце пропустило удар. Тобиас медленно положил руку на его колено, не оставляя выбора. Они сейчас поговорят. — Ты решительный, иногда даже слишком и не всегда думаешь о последствиях. — Сказал Хендрикс успокаивающим голосом, — но сейчас я хочу, чтоб ты успокоился. Что это за одноклеточное к тебе пристало? Мне следует беспокоиться? Джулс прыснул слегка от смеха. Услышать такое от Тобиаса было в новинку. Парень закрыл глаза на мгновение, позволяя собственным ощущениям прорваться. Он был решительным, но не готов полностью противостоять Тобиасу. Его дыхание учащалось, когда Тобиас мягко, но уверенно пригласил его ближе. -Мой... бывший. Мы встречались, когда учились в медицинском. Через пол года он меня бросил, сказав напоследок, что такими как я можно играться и мы ничего не стоим. Просто я тогда был точно не такой, как сейчас. Я очень долго ревел и после него у меня больше не было серьёзных отношений. Я забыл его, но этот мудак решил явить себя именно сегодня. Но когда он начал ко мне приставать, я не выдержал. Прости, это не профессионально, я знаю… но я счастлив, что немного отомстил за себя. Парень хихикнул чуть-чуть и не заметил, как облокотился головой на плечо Тобиаса. Тот же явно прижал парня к себе ближе. Сейчас ему уже было всё равно. На душе было тяжело и хорошо одновременно. Он приобнял его и прижал еще ближе к себе. Сердце у Джулса сильно стукнуло о ребра. — Всё хорошо. Я здесь, — прошептал Тобиас, — только ты и я. Никто больше. Я никому не позволю тебя обижать. И трогать. Джулс почувствовал, как напряжение постепенно сменяется теплом. Он доверял Хендриксу, хотя в нём всё ещё оставалась часть сопротивления, едва уловимая, как лёгкий ветерок. Джулс был готов поддаться. Но он ждал, что же будет делать Тобиас. Он же слегка отстранился, но не убрал руки с его колен. Его взгляд потемнел, дыхание стало тяжелее, и в следующую секунду он решительно потянулся ближе. Его губы настигли губы Джулса — сначала осторожно, будто проверяя его реакцию, но уже через мгновение поцелуй стал глубже, требовательнее. Свершилось. Джулс замер, сердце ухнуло в пятки, а затем он сам поддался, прижимаясь к Тобиасу ближе, чем когда-либо, сжимая лацканы его пальто. Мир вокруг растворился. Рука Хендрикса скользнула по его плечу, потом обхватила затылок, не позволяя отстраниться. Другой ладонью он уверенно надавил на грудь парня, заставляя лечь на кровать. Джулс оказался под ним, дыхание сбилось, а щеки горели. Стало очень жарко. — Тобиас… — выдохнул он, но голос предательски дрожал не от протеста, а от желания. — Тише, — почти прошептал Хендрикс, его голос был низким и хриплым, — я слишком долго этого хотел. Он снова накрыл губы Джулса поцелуем, уже не оставляя мыслей для сомнений. Тобиас прижал его к матрасу, и кровать едва скрипнула от этого движения. Его тело нависало сверху, создавая ощущение полной точки невозврата. Джулс почувствовал, как ладонь заведующего легла ему на запястье, прижимая к подушке. В этом не было грубости, только сила, которой Джулс почему-то хотел подчиниться. Их губы снова слились в поцелуе — жадном, настойчивом. Джулс не удержался и застонал, сам потянувшись ближе, впуская Тобиаса глубже. Он чувствовал вкус его дыхания, его теплоту и эту властность, от которой внутри всё переворачивалось. — Ты… — Джулс выдохнул, когда Тобиас на миг отстранился, — сводишь меня с ума. — Взаимно, — хрипло ответил Хендрикс, скользнув губами к его шее и прикусив кожу так, что у Джулс закружилась голова. — Потому что я сам уже на грани. Джулс невольно выгнулся под ним, пальцы вцепились в простыню. Он чувствовал каждое движение, каждый горячий вдох у своего уха, и впервые за долгое время его собственное желание перестало быть тайной и таким стыдным. Сейчас он сможет его разделить. Тобиас почти рывком стянул с него рубашку, бросив её куда-то на пол. Губы снова накрыли губы Джулса, поцелуй был жадным, тяжёлым, от него кружилась голова, руки поползли на грудь и талию парня, чуть ее сжимая в руках. Джулс чувствовал горячие ладони на своей груди, как пальцы скользят по коже, и от этого по телу разливался жар. Но среди этого жара, среди страсти, он вдруг нашёл в себе силы выдохнуть и немного отодвинуть от себя мужчину. — Тобиас… подожди… — его голос дрогнул, но в глазах была уверенность в своей мысли, — Нам нужно кое-что. Сбегаешь быстро в аптеку? Не думаю, что отель предоставит нам хорошую смазку и контрацептивы… Хендрикс замер, тяжело дыша, и на мгновение их взгляды встретились. В его глазах сверкнуло что-то собственническое, хищное, но он кивнул. Придётся сдержать себя. — Ты прав, — коротко сказал он, и уголки его губ чуть дрогнули в едва заметной улыбке. — Подожди меня. Я быстро. Он в последний раз наклонился и жадно поцеловал его, потом резко поднялся, схватил со стола кошелек и вышел из номера. Джулс не долго лежал, прислушиваясь к гулкому стуку своего сердца, а потом решительно поднялся. Времени мало. Он поспешил в ванную — смыть с себя остатки напряженного дня и подготовиться к тому, что, он точно знал, уже не остановить. Они оба этого хотели. Даже не так. Его очень сильно желали. Тёплая вода бежала по коже, но мысли всё время возвращались к Тобиасу: к его глазам, к его рукам, к тому, как легко он подчинял своим прикосновениям, поцелуями и своим присутствием. Когда он вышел из душа, длинные волосы ещё были влажные, а сердце всё ещё бешено стучало, Джулс понял: обратного пути нет. Но он и не собирался поворачивать назад. Дверь номера тихо щёлкнула, и Тобиас вошёл. В руках у него был пакет из аптеки, но взгляд сразу нашёл Джулса. Парень стоял рядом с кроватью в свете прикроватной лампы, только в одном полотенце, волосы влажные, отдельные пряди липли к вискам, длинные темные волосы прилипли к шее. Вода ещё стекала по ключицам, и этого зрелища хватило, чтобы у Тобиаса сорвало последние тормоза. Он поставил пакет на тумбочку и в два шага оказался рядом. Его рука рвано сорвала полотенце с Джулса, другая обхватила за талию, прижимая к себе. Поцелуй был резким, требовательным, сдерживать себя он больше не мог и не хотел. Джулс замер лишь на миг, но потом поддался, пальцы сами нашли опору на его плечах, чуть их сжимая. В этом напоре не было грубости — только жадное желание, накопленное слишком долго. — Ты сводишь меня с ума, — выдохнул Тобиас, прижимая его к кровати и поваливая на простыни. Его движения были быстрыми, но при этом он словно оберегал Джулса, не позволяя удариться или почувствовать хоть каплю боли. — Я ждал этого слишком долго. —Не повторяйся, заведующий Хендрикс.— немного дразняще произнёс Джулс. Тобиас прижал парня к матрасу теснее, накрыв его собой. Поцелуи становились всё глубже, жаднее — в них уже не было той выдержки, которой он славился обычно. Только огонь, рвущийся наружу. Он прервался лишь на миг, чтобы задержать взгляд на лице Джулса. Щёки пылали, глаза блестели влажным огнём, а губы, распухшие от поцелуев, будто сами просили о продолжении. Это зрелище сводило с ума. — Ты даже не представляешь, что со мной делаешь… — прошептал Тобиас низко, почти срываясь, и рывком сбросил с себя пальто. — Наблюдать за тобой всë это время было мучением. Он не торопился — пальцы двигались размеренно, освобождая пуговицу за пуговицей, будто смакуя каждую секунду. С каждой открытой линией его тела Джулс чувствовал, как напряжение внутри нарастает до боли. Когда рубашка соскользнула с плеч и упала на пол, перед ним предстала крепкая фигура. Следом — ремень, расстёгнутый резким, уверенным движением. Сердце Джулса провалилось куда-то вниз, и дыхание сбилось. Если он его еще свяжет этим ремнем, он точно умрëт от возбуждения. — Полежи пока. Я скоро вернусь, — коротко бросил Тобиас и коснулся его губ лёгким поцелуем. Джулс послушно откинулся на подушки, не в силах оторвать взгляд. И в этой сцене не было ничего лишнего — только сила, уверенность и та жгучая страсть, которая принадлежала целиком ему. Он наблюдал, как мужчина под тёплой водой проводит ладонями по своему телу. Он наблюдал, как мужчина намыливал себя в тех местах, у которых внутри Джулс закипала кровь. Это выглядело слишком… слишком хорошо. «Классика жанра номер три. Красивый мужчина под душем в мыле. Надеюсь… будет потом мой мужчина.» Когда Тобиас вернулся, его поцелуй был другим — медленным, глубоким, с намёком на нечто большее, чем простое желание. Он навалился сверху, прижимая Джулса к матрасу, и их тела соприкоснулись так близко, что горячий член парня упёрся в твёрдый пресс Тобиаса. Джулс застонал прямо в его губы и прикрыл глаза от этого чувства. Хоть он и снимал напряжение вчера — сейчас было совсем другое. Тобиас усмехнулся и взял в свою руку твёрдый и горячий член парня, слегка его сжимая. Джулс дёрнулся, на секунду потеряв дыхание, а потом сорвался — стон вырвался жадно, отчаянно, будто он больше не мог держать в себе. Его пальцы вцепились в плечи Хендрикса, будто боясь, что тот исчезнет. Тобиас скользнул губами по его шее, оставляя влажную дорожку поцелуев, чередуя их редкими, но властными легкими укусами. Джулс вздрагивал всем телом, откликаясь на каждое движение, и тихо стонал, в отчаянии толкаясь бёдрами в его руку. Его пальцы утонули в светлых волосах Тобиаса, сжимая их, тянули на себя, требуя ещё ближе, ещё сильнее… —Стоило одному мудаку ко мне полезть и у тебя тормоза сорвало. Ай! Тобиас в ответ впился зубами сильнее чуть ниже ключицы, на секунду подняв на Джулса тяжёлый, раздражённый взгляд —Я больше ни одному мудаку не дам к тебе полезть, — сказал он твёрдо, — а если опять скажешь про него — накажу. Мужчина потянулся к тумбе. Шуршание пакета, и на кровать упала пачка презервативов и флакон смазки. У Джулса сердце ухнуло куда-то вниз, и он прерывисто выдохнул. — Я предупреждаю… — голос его сорвался, но он собрался и продолжил, — у меня давно не было отношений. И секса тоже. Только сам, иногда… ну, ты понял. Мужчина на это закатил лишь глаза, но по доброму. — Ничего, — усмехнулся Тобиас, наклоняясь ближе. — Сейчас мы это исправим, — и прошептал так, что у парня по спине мурашки прошли.—Перевернись на живот. Сердце Джулс ушло куда-то ниже. Сам он знал, как ублажать себя, но чтобы его так трогали, целовали, жадно смотрели на него… такого он ещё не знал. Раньше это были неловкие эксперименты с такими же студентами, как он сам. Но Тобиас… это было совсем другое. С ним всё казалось серьёзнее, глубже, опаснее. С ним это сейчас было по живому. Парень подчинился: перевернулся и встал в коленно-локтевую. Почувствовал сильные ладони на своих бёдрах — горячие, властные, разводящие их шире. В груди стучал только один страх: «Только бы не напортачить. Только бы не облажаться…» Он помнил как можно быстро подготовиться к этому, но это было так давно. И надеялся, что в этот момент точно не опозорится на годы вперёд. «Если всё пойдет не так, я точно пойду с окна спрыгну!» — Джулс… — голос Тобиаса стал ниже и мягче, но твёрдый, как всегда. — Расслабься. Не думай ни о чём. Всё будет хорошо. Я не причиню тебе боль. Он навалился сверху, прижимая его ощутимо к себе своим весом, и поцеловал в плечо. Потом — мягко в шею. И, наконец, в затылок. У Джулса перехватило дыхание, но страх отступил. Тело послушно расслабилось. — Умница, — прошептал Тобиас, легко чмокнув его напоследок, а затем отстранился. Джулс тихо выдохнул, когда ощутил прохладный лубрикант сзади. Потом — резкий вдох и сдавленный стон, когда в него вошли два пальца. Как и обещал Тобиас, боли почти не было, лишь тянущее чувство, знакомое от редких попыток самому себя подготовить. Мужчина второй рукой успокаивающе поглаживал его по бедру, задавая ритм. Парень уткнулся лицом в сгиб локтя, тихо мыча. Было немного неприятно, но терпимо. И всё же предвкушение того, что скоро Тобиас будет в нём и с ним полностью, перевешивало всё остальное. С каждой секундой его тело становилось мягче, а дыхание — быстрее. Вскоре тихие стоны сами сорвались с его губ. Казалось, эта подготовка длится вечность. И когда пальцы наконец покинули его тело, Джулс — вспотевший, с дрожащим дыханием — выдохнул, будто пробежал марафон. А ведь его ещё даже не начали брать. Он рискнул оглянуться через плечо — и сердце пропустило удар. Тобиас стоял у раковины, мыл руки, брал влажные салфетки. Движения чуть резкие, будто он удерживает себя на грани. Слишком старается казаться спокойным, но Джулс видел это — чувствовал, что его не просто возьмут. Его сожрут. Когда Хендрикс вернулся, его взгляд сразу нашёл Джулса. Парень стоял на коленях, смущённый, с влажными растрёпанными волосами и горящими щеками. Картина била в самую суть — слишком уязвимый, слишком зовущий. Даже если бы он молчал, его поза сама кричала о том, что он готов. И в этот момент Тобиас понял окончательно: теперь Джулс будет принадлежать только ему. — Ложись на спину, — голос мужчины был низким, ровным и не терпящим возражений. Спорить не хотелось, да и не имело смысла. Джулс послушно улёгся, чувствуя, как сильные руки бережно, но уверенно подхватывают его за талию, приподнимают и подкладывают под копчик подушку. Поза оказалась слишком откровенной, слишком открытой. Щёки вспыхнули ещё ярче, но отказаться он и не думал. Он хотел этого. Хотел его. Тобиас устроился между его ног, но не спешил. Ладонь скользнула по горячему члену, по лобку, по напряжённому прессу, задержалась на груди, большим пальцем он провёл по тёмному соску, вызывая дрожь, и только потом наклонился ближе. Его глаза были серьёзными, тяжёлыми от сдерживаемого желания. Он ждал разрешения. — Ты уверен, что хочешь этого? Пути назад не будет, — спросил он низко. В голосе не было ни насмешки, ни игры. Только честность и требование ответа. Джулс сглотнул, прикрыл глаза, собираясь с силами. Пути назад действительно не будет. Если он отдаст Тобиасу дозволение — тот привяжет его к себе. Парень глубоко вдохнул, снова открыл глаза и прямо посмотрел в эти светлые глаза, не дрогнув: — Да. Я хочу тебя. Хочу тебя в себе, всего хочу. Возьми меня, Тобиас… Его ладонь потянулась к щеке мужчины, скользнула по коже, оставляя на ней тепло. Тобиас рвано выдохнул, поддавшись в эту ладонь, и коротко кивнул, будто именно этого ответа ждал всё это время. Он коснулся её губами, поцеловал костяшки пальцев. Его рука легла на бедро Джулса — мягко, но властно, закрепляя слова парня. Мужчина наклонился к его губам и поцеловал — медленнее, глубже, позволяя прочувствовать каждое движение, каждый вздох. И только после этого потянулся за смазкой и презервативом. Его движения были уверенные, собранные, но взгляд он не отводил — всё так же наблюдал за реакцией Джулса, будто впечатывал каждую в память. Упаковка хрустнула в его руках, и у Джулса перехватило дыхание от самого этого звука. Всё становилось слишком реальным. Слишком осязаемым. Тобиас натянул презерватив уверенным жестом, размазал смазку по своему члену и по входу Джулса, готовя его окончательно. А потом снова наклонился к нему, словно хищник, склонившийся над своей добычей. — Смотри на меня, — тихо велел он. — И не отворачивайся. Джулс рвано выдохнул, кивая, хотя сердце колотилось так, будто готово выпрыгнуть из груди. Он чувствовал, как холодная капля лубриканта скатилась по коже, а затем — сильные руки, удерживающие его бёдра, и осторожное, медленное давление. Он постарался расслабиться и не отводить взгляда от Тобиаса. Пальцы сжали простыню, из груди вырвался резкий вдох, сдавленный стон. Больно не было — скорее, непривычно. Слишком тесно. Сначала так. Потом станет хорошо. — Дыши, — мягко напомнил Тобиас, наклоняясь и целуя его губы. Ласково, успокаивающе, чтобы отвлечь. — Всё хорошо. Я рядом. Он толкнулся чуть глубже, и Джулс застонал прямо в его рот — не от боли, а от смешанных ощущений, от того, что его тело принимало другого. В каждом движении Тобиаса чувствовалась сила, но и сдержанность: он входил медленно, давал время привыкнуть, держал бёдра, чтобы не дёрнулся, и одновременно гасил напряжение поцелуями. — Ты сейчас очень красивый… и полностью раскрываешься подо мной. Прекрасная картина, — выдохнул Тобиас, вильнув бёдрами чуть глубже и начав медленно двигаться, размеренно, будто выстраивая ритм, заставляя Джулса дрожать и вцепляться в его плечи сильнее. — Чёрт… — сорвалось у Джулса, голова откинулась назад, глаза закрылись. Резкая пауза. Тёплое дыхание у самого уха. Голос — низкий, твёрдый. — Открой глаза. Я хочу видеть, что ты смотришь на меня. Джулс подчинился. Встретил взгляд — тёмный, прожигающий, требовательный. И вместе с этим напряжение отступило. Вместо боли пришло тепло и странное чувство заполненности. В груди дрогнуло что-то новое. Тобиас двинулся глубже, крепко сжимая его бёдра, притягивая ближе. Джулс застонал громче и, неожиданно для себя, сам подался навстречу, обвив мужчину ногами за спину и сжав коленями его рёбра. Тобиас ухмыльнулся на это, глаза блеснули. — Вот так… — удовлетворённо прошептал он, снова целуя его. — Хороший мальчик. Движения стали увереннее, но по-прежнему подконтрольные. Джулс то напрягался, то полностью отдавался, позволяя телу чувствовать жаркий ритм. Его дыхание сбивалось, губы приоткрылись, глаза блестели от влаги. Каждый шепот Тобиаса, каждый поцелуй лишь разжигали огонь внутри. Этот мужчина был ходячим преступлением. — Всё хорошо… — тихо, ободряюще шептал Тобиас, оставляя дорожку поцелуев по плечам, к шее. — Смотри на меня. Ты мой. Парень подался ближе, сжимая его бока, будто боялся отпустить. Его руки держали, направляли, контролировали — и в то же время дарили чувство защищённости. Джулс стонал, прижимаясь к его шее, и понимал: это не случайность. Это именно он. Тобиас. — Ты чувствуешь меня? — хрипло прошептал тот, едва касаясь губами его уха, двигаясь глубже. — Да!.. — выдохнул Джулс, голос дрогнул от удовольствия. Его тело отзывалось на каждое движение, как в унисон. — Хорошо… — Тобиас прикусил его мочку, усилив толчки. — Я не оставлю тебя без внимания, мой любимый доктор Томпсон… — Что… А-а-ах! Рука Тобиаса легла на его член, скользя по нему в такт движениям, размазывая выступившие капли. Джулс вскрикнул, пальцы вцепились в плечи мужчины, ногти оставляли красные полосы на коже. — Тобиа-а-а-с… Он не успел договорить: в ответ на его протяжный стон последовал резкий шлепок по бедру и толчок глубже. Джулс едва не потерял дар речи от наплыва ощущений — было слишком хорошо. Тело горело, дрожало, металось под каждым движением. — Сука… если ты так продолжишь — я быстро кончу… Тобиас только усмехнулся с тихим рыком и сжал его член крепче. — Джулс… ночь длинная. А я ещё даже не устал. Тобиас толкался всё глубже, чувствуя, как Джулс буквально горит под ним. Каждый стон, каждый судорожный вдох сводили его с ума, и он сам уже едва сдерживался. Но взгляд — эти глаза, блестящие от слёз и удовольствия, — удерживали его от того, чтобы сорваться слишком быстро. — Ты мой, — выдохнул он низко, резко толкнувшись, и Джулс вскрикнул, выгибаясь дугой. — Слышишь? Мой. Парень кивнул, но этого Тобиасу было мало. Он наклонился к уху, снова толкнулся и прошептал требовательно: — Скажи. — Т-твой… — задыхаясь, прошептал Джулс, вцепившись ногтями в его плечи. — Я твой, Тобиас! И мужчина будто получил от этого новую силу. Его движения стали быстрее, глубже, и рука на члене Джулса ускорилась. Парень уже не мог сдерживаться — его тело тряслось, бедра сами толкались навстречу, он тихо выл от переполняющего ощущения. — Тобиас!.. — сорвалось с его губ, и в тот же момент мужчина прижал его крепче, сжал бёдра, не давая уйти от себя. — Джулс… — рыкнул он, наклоняясь и целуя его так жадно, что у парня перехватило дыхание. Томпсон попытался что-то сказать, но вместо слов вырвался громкий стон — его накрыло, горячая волна прокатилась по телу, и он кончил прямо в руку Тобиаса, брызнув семенем на свой живот и на его ладонь. Тело Джулса дёрнулось, мышцы сжались вокруг члена мужчины так сильно, что у того перед глазами потемнело. — Чёрт… — выдохнул Тобиас, теряя остатки контроля. Несколько жёстких толчков — и он сам рванулся, стиснув зубы, захлебнувшись в собственном рыке и стоне. Его руки крепко держали Джулса, как будто боялись отпустить хоть на секунду. И лишь спустя мгновение, когда дыхание начало понемногу выравниваться, Тобиас опустился на него сверху, уткнувшись лицом в его шею. Джулс обнял его спину, всё ещё дрожа мелкой дрожью, и прижал ближе. — Я думал… — хрипло начал он, но осёкся, не зная, как закончить. — Не думай, — прошептал Тобиас, всё ещё тяжело дыша и целуя его в висок, — много думать вредно. Джулс закрыл глаза, позволив себе раствориться в этом. Его сердце билось быстро, но впервые за долгое время — спокойно. Тобиас ещё какое-то время оставался внутри него, медленно дыша и прижимая к себе. Затем осторожно поцеловал в висок и чуть приподнялся, чтобы встретиться взглядом уставших синих глаз. — Передохни немного, — сказал он тихо, но всё ещё легким возбуждением в голосе. — У нас вся ночь впереди. Он медленно вышел из парня, снимая презерватив и выбрасывая его, после чего лёг рядом, протянув руку и бережно притянув Джулса к себе на грудь. Парень всё ещё тяжело дышал, но от этих слов его сердце снова пропустило удар. Вся ночь… от одного этого обещания внутри стало горячо. И он о кое-чем думал. Некоторое время они лежали в тишине, лишь дыхание и редкие поцелуи нарушали её. Но вскоре Джулс вдруг поднял голову и посмотрел на мужчину с хитрым выражением лица. — Знаешь… — начал он. Глаза блеснули решимостью. — Ты не всегда будешь вести. Иногда… я тоже хочу попробовать. Тобиас чуть приподнял бровь в немом вопросе и даже не стал спорить. Он лишь откинулся на спину, подложив руки под голову, и его взгляд стал вызывающе спокоен. — Доктор Томпсон, — произнёс он тихо, — я весь твой. Удиви меня. Что ты там придумал. Джулс сглотнул, набрался смелости и решительно перевернулся, оседлав его бёдра. Тело ещё горело, но внутри — волнение смешивалось с предвкушением. Щёки пылали, волосы прилипли к вискам, но в глазах горело что-то новое — дерзость, перемешанная с желанием. Он провёл ладонью по груди Тобиаса, скользя пальцами по напряжённым мышцам, и наклонился, целуя мужчину жадно, настойчиво, полностью беря инициативу. Тобиас слегка опешил и позволил, отвечая на поцелуй — и в этом разрешении, в этой добровольной сдаче себя, было что-то такое, что ещё сильнее раззадорило Джулс. Руки мужчины легли на бёдра парня, крепко, уверенно, словно держали, чтобы он не сбежал, но при этом давали полную свободу. Теперь Томпсон хотел показать, что способен не только подчиняться. Но и немного подчинять. Совсем чуть-чуть. *** Утро в отеле было тихим. Хотя ночь… точно такой не была. Джулс медленно проснулся, с трудом открывая глаза. Эта ночь была длинной и закончилась для них всего пару часов назад. Он сонно зевнул и прижался к тёплому телу сзади. Тепло Тобиаса и кольцо его рук держало его так крепко, будто невидимой защитой. Парень улыбнулся, повернулся кое-как на другой бок и уставился на ровное дыхание и спокойное лицо мужчины. — Доброе утро, — тихо сказал Джулс, слегка ткнув Хендрикса пальцем в живот. — Я знаю, ты уже не спишь. Тобиас улыбнулся, открыл сначала один глаз, потом второй, чуть прищурился и ответил тем же ровным тоном, только в голосе скользнула мягкая нотка: — Доброе. Выглядишь так, будто ты выспался. Удивительно. — Да, — Джулс посмеялся. — Даже несмотря на то, что пришлось делить кровать с тобой. — Да? Тебе рассказать, как ты пытался меня спихнуть и украсть одеяло? — Хендрикс чуть нахмурил брови, но с усмешкой. — Пришлось держать тебя в охапке, чтобы ты не пинался. — Пф… не было такого. Обман и провокация. Тобиас лишь улыбнулся уголком губ, но взгляд остался непреклонным и игривым одновременно. Джулс почувствовал лёгкую дрожь — это было странное, приятное ощущение, когда кто-то вот так внимательно на тебя смотрит. — Не смотри так, прожигаешь взглядом, — буркнул он, отворачивая немного голову в сторону. — Ладно… не буду. Наверное. Джулс хмыкнул и перевёл взгляд на часы, висящие на стене. Через секунду его глаза округлились: — Бля… Тобиас… — М? — Мужчина сейчас был похож больше не на строгого начальника, а на ленивого кота, который нашел что-то интересное в черных волосах Джулса, перебирая их между пальцев — Время одиннадцать! Наш автобус до Сиэтла был в восемь! Мы проспали! Тишина повисла гробовая. Было слышно только тиканье часов и их напряженное дыхание. Джулс нервно дёрнул плечом, не зная, куда себя деть. А Тобиас спокойно смотрел, чуть щуря светлые глаза. Потом просто резко сгрёб его в охапку, прижимая к себе и накрывая их голые тела одеялом. — Тобиас! Ты чего? Нам надо собираться! — Мы уже опоздали на три часа, — вздохнул он, прижимая чужую голову к своей груди. — Поедем на следующем автобусе. За больницу не переживай, там хорошие замещающие врачи. Просто лежи. Отдыхай. Джулс хотел возразить, но понял, что это бесполезно. Да и… было так приятно. Он тихо кивнул и уткнулся носом в ключицу Тобиаса, вдыхая его запах. В животе закрутило от этой близости. И в этом моменте он хотел бы остаться еще очень долго. Но на губах был один вопрос. И Джулс должен был знать на него ответ. — Тобиас… у меня есть вопрос… — Мы теперь пара. — Мужчина ответил сразу, не дожидаясь этого очевидного вопроса. Прижал его крепче и ущипнул его за бок. — Лежи и отдыхай. Не заставляй меня тянуться за ремнём и связывать тебя. Джулс на это только фыркнул, но спорить не стал. Просто поддался этому моменту — и решил послушаться. Просто отдыхать. Рядом с ним и быть с ним. В этот момент они оба знали: между ними не было необходимости в словах о правильности или границах в их отношениях. Просто был этот момент — и он был теперь только их.