Burning wires

— Так и будешь молчать? Кои нехотя отлепил щёку от барной стойки. Операция завершилась полчаса назад. Он хотел жрать и спать (дежурная сигарета была выкурена первым делом), но никак не болтать. — Пожалуйста, не начинай. — Забыл, с кем говоришь? — Сальма угрожающе наставила на него коктейльную шпажку, которой поедала оливки из банки. — Ты исчезаешь. Появляешься сам не свой. Потом возвращается этот парень, а у тебя внезапно находятся деньги на покрытие долгов за последние два года. Отвечай, в какое дерьмо ты вляпался на этот раз? Он мрачно уставился на шпажку. Во рту всё ещё стоял мерзкий привкус. Веркор… Чёрт, голова. Пальцы машинально потёрли ноющее место. Сальме не нужно знать. Просто не нужно. — Я уже разобрался, больше не о чем… Чтоб тебя, Флоренс! — рявкнул Кои, чудом не навернувшись с внезапно отъехавшего вместе с ним стула. — Флоренс работает в режиме «уборка», — монотонно сообщил андроид и взмахнул шваброй, окатив джинсы амвера брызгами грязной воды. Разумеется, совершенно случайно. — Ты совсем охренела?! — Это ты охренел! — вступилась за любимицу Сальма. — Сидишь и выдумываешь отговорки вместо того, чтобы просто вытащить язык из жопы. — Не хочу тебя втягивать, — пробурчал Кои сквозь зубы. — Напоминаю, ты живёшь в моём доме, крошка, так что я уже втянута. Она права. И беспокоится не только за себя, как можно было бы подумать. Таков уж её язык любви — язык подколов, ругани и звонких щелбанов. Пожалуй, повезло, что сейчас он далеко сидит, иначе непременно схлопотал бы. Распространяться о произошедшем небезопасно, по многим причинам. С другой стороны, его часть сделки выполнена. «КИС» кудрявый забрал с собой — измотанный Кои даже не уточнил, зачем. У него осталась лишь гора кредитов, большая часть которых уже потрачена, и воспоминания, от которых избавиться куда сложнее. Предъявить ему нечего. А Сальма действительно заслуживает правды. — Ладно. Флоренс со скрежетом придвинула стул обратно, и Кои вновь распластался по стойке. В подробности не вдавался, ограничился общим контекстом: кудрявый попросил кое-что починить, об этом узнали плохие парни и провели воспитательную беседу. Всё разрешилось благополучно и прибыльно. Ни слова об участии Веркора. От комментариев Сальма воздержалась, даже если не поверила до конца. Молча вытащила из холодильника две банки пива, вскрыла, протянула одну Кои и приложилась ко второй. Чуть запотевший металл приятно холодил пальцы. Странно, но после признания полегчало. Вкус пива перебил неприятную горечь, музыка, игравшая на фоне, начала нравиться, а не раздражать. Ритмы забойные, солист орёт, но орёт хорошо, умело. — Это что? — кивнул Кои на проигрыватель. Сальма едко усмехнулась. — Не узнал? Твоя новая любимая группа. — Какая? — «Аллергены». Это? Стоило догадаться, что бэнд с таким названием наверняка тащится от панк-рока. Грохот барабанов, протест, крики, вот это всё. Вполне в духе кудрявого придурка. Неужели это его голос? Не привычный сиплый бубнёж, а сильный, летящий звук, разрывающий колонки. Кричаще-ироничный, но глубокий и искренний до надрыва связок. Жанровые хрипы в его исполнении не бесили, а откликались в груди мощным резонансом. Обалдеть, он так умеет? Интересно, орёт он тоже с кислой рожей или выпускает наружу все эмоции? Как сегодня, в благодарность за «избавление»… Кои никогда не был фанатом рока, но тут даже он заслушался. А потом заиграла новая песня.