Выше только звёзды

             Когда-то давным-давно, в самом сердце небес, на белоснежном облаке, скрывалось от посторонних глаз поселение волшебных существ — элементалей. Выглядели они совсем как люди, но силу таили в себе далеко не человеческую. Элементали обладали древней магией управления природой, благодаря им дышало и росло всё живое, дули ветра, протекали реки и цвели цветы, день сменял ночь, осень — лето. Благодаря элементалям и их каждодневному труду, люди на земле могли ничего не бояться. Небесный совет бережно охранял гармонию в мире.       В центре поселения гордо возвышалась Природная Академия. Это было место, где дети — будущие винтики вселенной элементалей, обучались искусству управлять силами природы. Ученикам, или же адептам, с рождения была уготована та или иная способность, поэтому академия была поделена на множество факультетов, каждый из которых возглавлял мудрый профессор, мастер своего элемента. На теории детям читали о законах природы, их основах. Также немало времени они проводили на свежем воздухе, наблюдали, взаимодействовали с окружающим миром, пробуждали свой дар, практиковали навыки магии.       Ученики земных школ выводят аккуратные знаки, адепты академии — призывают ветер и создают грозовые тучи. Дети считают на пальчиках и складывают фигуры из палочек, элементали — создают водовороты и управляют языками пламени.       Важной частью обучения было развитие внутренней силы и способности к концентрации. На таких уроках адептам преподавали техники медитации и обретения внутреннего покоя. На занятиях по этике юные элементали учились использовать свои знания и способности для блага окружающего мира. «Большая сила несёт в себе большую ответственность» — твердили старейшины. Главной задачей академии было научить не только магии, но и заботе, ведь достойные выпускники — смена для старшего поколения, мудрые и добрые хранители всего живого. Природная академия гордилась своими адептами — это всегда трудолюбивые, активные, любознательные ребята.       Таким был и Лирик — дерзкий и отважный, всегда жаждущий новых знаний мальчик-элементаль с врождённым даром покровителя ночи, обучается на факультете сумеречных адептов. Их время наступает после заката. Солнце уходит на покой, на землю опускаются сумерки — в свои права вступают тёмные элементали. Они возводят на небо месяц, следят за его циклом — прохождением всех фаз до полнолуния и обратно, помогают зарождаться новым звёздам и до последнего вздоха сопровождают те, что уже вскоре сгорят, иногда рассыпают звёздный дождь, а ещё ворожат сны для людей и бережно охраняют их от найтиков — демонят-проказников, что нагоняют кошмары. Лирик с успехом познаёт все эти хитрости с остальными адептами, они со своим профессором уже успели создать несколько новых звёзд, и за хорошие оценки получили разрешение самим ворожить сны для детей. Лирик был в восторге. Он получал настоящее удовольствие от того, что делает. Хоть скучные уроки теории и давались ему с трудом, зато остальное схватывал на лету, старался прилежно учиться, чтобы после выпуска стать настоящим элементалем и выполнять свою работу на все сто. Одно лишь огорчало бойкого Лирика — люди работали, веселились и хорошо проводили время, зачастую, только днём, а ночью все спали и очень редко выходили на улицу. Особенно дети, родители старались заводить их домой до темна, рано укладывали спать. Лирику было интересно ворожить для малышей, дарить им самые красочные сны, но он чувствовал острую несправедливость и мечтал показать им однажды насколько прекрасно небо после заката.       Идея устроить ночь днём поначалу казалась гениальной, потом безрассудной, и снова гениальной. Не дожидаясь следующей стадии сомнений, Лирик решился устроить для всех представление. Как-то днём, около полудня, когда ученики сумеречного факультета чаще всего отсыпаются и просто слоняются по поселению без дела, Лирик пришёл к главному посту, как на несчастье, неподалёку крутились адепты дневных. Лирик подумывал подговорить их помочь, но заметил среди юношей одного из лучших (наравне с ним) учеников академии — Сола. Всегда довольно спокойный и сосредоточенный на занятиях, он успел научиться управлять своей силой с удивительной грацией, делал солнечную энергию частью себя самого. Занудой и ботаником Сол не был, но нарушать правила явно бы не полез, да и другим вряд ли разрешил. Оставалось только затаиться и ждать.

***

      Лирик осторожно прокрался на пост, воспользовавшись моментом, когда все полуденные, в том числе и Сол, разбредутся по академии. Пришлось постараться и собрать всю внутреннюю силу, чтобы получилось запустить небесный механизм. Он знал, что справится — делал это раннее, когда профессор устраивал сумеречным адептам здесь практику после закатов. Сейчас же, поднять луну самостоятельно, да ещё и средь бела дня оказалось немного сложнее, да и что уж там врать — страшнее. Но отступать было некуда, лунный диск двинулся наверх. С каждой секундой подбирался всё ближе, плавно перекрывая свет солнца. Краем глаза Лирик заметил, как засуетились люди внизу, собрались толпой на большой поляне, не сводя растерянных взглядов с нового спектакля природы. Небо окрасилось в глубокие оттенки оранжевого и красного, наступил таинственный полумрак. Многие из элементалей, в том числе и старейшины, тоже побросали свои дела, зачарованные прекрасным сочетанием света и тени. Остановить процесс никто не решался. Луна, тем временем, достигла своего пика, заслонила солнце, оставляя лишь мерцающее кольцо вокруг тёмного диска.       Сердце в груди Лирика замерло. Поступал ли он правильно? А может, всё сделал зря? Сумеречный отчаянно вглядывался в сотни лиц, там, на земле, пытаясь найти ответ. И вот, спустя всего мгновение, выпутавшись из маминых объятий, на середину поляны выбежал мальчишка — кроха совсем, на вид не больше пяти вёсен, — и уставился на небо. Лирик увидел, как его тёмные глазёнки наполнились искренним восторгом и волнением, и у самого на душе стало так легко и радостно.       Всё-таки, не зря.       Лирик уже плохо слышал, как, наконец, всполошились и примчались на пост, грозно ворча, остальные элементали, лишь взглядом скользил по сияющим улыбкам людей, ловил каждый их вздох и восхищённый шёпот. Небесный механизм завели, луна осторожно поплыла по кругу, небо снова прояснилось и всё вернулось на свои места.

***

      Далеко за полночь, когда луна и звёзды заняли на небосводе своё законное место, Лирик, окутываемый их мягким светом, примостился у подножия мраморной лестницы академии. Откуда-то сверху послышался шорох, и юноша обернулся. На ступенях с ноги на ногу переминался тот самый полуденный — Сол. Губы сами дрогнули в виноватой улыбке, наверняка за выходку сумеречного отругали и его. Но Сол лишь беззаботно махнул рукой, спустился и уселся рядом.       — У вас ведь сейчас практика, почему ты здесь один? — спросил он.       — Наказание, — с грустью вздохнул Лирик, — Старейшина отстранил меня от уроков на несколько ночей, запретил ворожить сны. Конечно, я столько правил нарушил. Но главное, что людям понравилось, до сих пор не могу забыть их зачарованных взглядов. А ты почему не спишь в такой час? — спохватился вдруг он.       — Столько произошло сегодня — как-то не спится, — пожал плечами Сол. Прохладный ветерок взъерошил его пшеничные волосы — стихийные не дремлют.       — Знаешь, — снова заговорил полуденный, — вышло, и правда, очень красиво. Повторим как-нибудь? — золотистые брови озорно вздёрнулись.       — Обязательно, — по-доброму усмехнулся Лирик.       Обещание скрепили лёгким ударом кулачков.       — А теперь иди спать, у вас завтра рано занятия. А я наворожу тебе хороших снов.       — Тебе же нельзя.       — Для людей нельзя — про адептов профессор ничего не говорил, — хитро прищурился сумеречный. Сол в ответ широко улыбнулся, и лёгкое сияние вокруг его образа только усилилось. То было особенностью всех полуденных — хорошим настроением создавать заразительную атмосферу для окружающих. А от одной их искренней улыбки, даже самая глубокая ночь (как бы сумеречные не старались) становилась капельку светлее. Сол помахал ему на прощание и ушёл к себе.

***

Чуть позже Лирик очерчивает круг руками в воздухе, по кончикам длинных пальцев бежит светло-сиреневое свечение, магия приятным теплом течёт по жилам. Он ворожит всё самое хорошее и доброе, что может вспомнить — огромную поляну цветов и мягкой травы, заливистую птичью трель, пару пушистых кроликов — белого и чёрного и, конечно же, много солнечного света. Собирает всё в один ловец и лёгким движением отправляет его в сон друга. Поднимается с лестницы и решает прогуляться, подхватывает ладонью крохотную дрожащую звезду, любуется и думает, что лучшего предназначения во вселенной нельзя было и придумать. Он не знает, будет ли это чувство внутри ещё расти, потому что уже сейчас оно заполняет его до краёв, делает лучше, ярче, счастливее. Ночное небо для него — источник вдохновения, которым он хочет делиться с людьми, каждую ночь укрывая их от всех невзгод его волше бным чёрным покрывалом.