Под Софитами [УШЛО НА ПЕРЕПИСЬ]

Вспышка камеры уже не раздражала, как было впервые. Не раздражали разговоры фотографов, не раздражали просьбы сменить позу и позицию. Не раздражало и то, что остается больше свободного времени.  Хотя нет, последнее как раз раздражало. Свободное время уходит на самокопание, которое никому не нравилось. Даже Гарри.  Он уже вторую неделю как согласился на предложение, с которым к нему приходила Беллатрикс.  Он согласился был моделью. Чертовой, ебучей моделью.  Гарри, конечно, особо не отказался от своих обыденных обязанностей, все также ходил к Реддлу домой по понедельникам, средам и пятницам, и проводил занятия у более младших танцоров.  Больше ничего. Он не ходил в другие концы Лондона на подработки, не выгуливал чужих собак, не убирался в чужих квартирах.. Больше не хотелось. Инцидент трехнедельной давности отбил всякое желание ходить к чужакам на квартиру. *** Это был четверг. В этот раз у него была готовка. Готовка в доме старика, за которым наблюдали по причинам нестабильного психологического состояния.  В заявке говорилось, что никакой опасности нет. И ее не было, месяца три или четыре.   Старина Геллерт находился под наблюдением другого пожилого человека, Альбуса.  Альбус — работник которого приставили для наблюдения за Геллертом.  И все бы ничего.  Но в тот раз Альбуса не было в доме у Геллерта.  Сначала это не напрягало, Гарри, как обычно, пришел приготовить еды на неделю, но какое-то непонятное ему напряжение не хотело слезать с плеч.  В этот раз даже не хотелось надевать наушники во время готовки, не хотелось пританцовывать, не хотелось вообще находиться в этом месте.  Может быть, и хорошо, что он послушал свою интуицию — не надел наушники. Это спасло ему жизнь.  Он стоял за плитой, помешивая суп в кастрюле, как услышал шаги. Тихие, словно кто-то крадется. Ему не показалось. С другой стороны кухонного островка стоял Геллерт. Он улыбался, спокойно улыбался, не было ни оскала, ни каких-то лицевых спазмов, которые могли бы показать его ненормальность. Он просто.. улыбался.  — Все хорошо?— Гарри выключил плиту и повернулся полностью к старику.  — Конечно, Гарри, конечно. Его прошибло холодным потом, и казалось, волосы на затылке встали дыбом.  Нужно уходить.   Срочно, блядски, валить из этого дома. — Хорошо, тогда я схожу в магазин, не хватает сметаны для второго блюда. — подросток постарался сохранить нормальное лицо, и улыбнулся.  — Хорошо.. Я подожду тебя.— старик наклонил немного голову в бок, все также продолжая улыбаться.  — Я ненадолго.  Парень оттолкнулся от столешницы, и прошел мимо кухонного островка.  Слава всевышним, что в этом доме планировка такая, что зайти можно как и со внутренней части дома, так и сразу с прихожей.  Блять, только бы ему показалось. Пожалуйста.  Гарри показалось, что Геллерт держал нож. Кухонный нож. Его лезвие сверкнуло, когда Гарри проходил в прихожую.  Как только он выбрался на улицу — побежал. А пробежав несколько кварталов, позвонил в полицию. Потому что он понимал.  Ему не показалось. Полицейские приехали быстро. Кажется, кто-то раньше жаловался на какой-то шум и глухой стук. Кто-то из соседей, может пару дней назад.  В доме нашли труп. Альбус Дамблдор был бессердечно зарезан Геллертом Гриндевальдом пару дней назад. *** — Самочувствие?— голос донесся словно из-под глубины.  Он перевел взгляд на стоящего рядом, и обнаружил, что и сам подпирает стену спиной.  Похоже, ему дали перерыв.  — М?— Гарри посмотрел на Тома.— Ничего, нормально.  — Ты же понимаешь, что то была не твоя вина? Старикашка просто сошел с ума окончательно. Ты не мог никого спасти, тебе и не нужно было.— Том проследил взглядом за тем, как Гарри сползает по стене, садясь на корточки. — Понимаю..— он вздыхает,— Просто, что-то не отпускает. Такое ощущение, сделай бы я все как обычно, то тоже бы оказался мертв.  — Это нормально. Когда избегаешь смерти, не получается думать ни о чем, кроме того, что было бы, если бы ты сделал что-то другое.— Реддл, хотел может и что-то еще сказать, но Поттер его перебил. — Почему вы здесь?— только через несколько секунд, до подростка дошло, что это глупый вопрос.— Ну, не в смысле в здании, а зачем пришли сюда? В фотостудию?  У Тома не было ответа. Просто… — Просто.— мужчина пожал плечами. — Просто?— зеленые глаза скептически посмотрели на мужчину, а после снова вперились в пол.— Просто так просто.. — Тебе нужно отвлечься. Сходит куда-то. У тебя же есть друзья, знакомые. Почему бы не погулять с ними?  — Не могут, или не хотят. Или я не хочу. У всех своя жизнь. — У тебя тоже своя жизнь. Парень повернул голову в бок и снизу вверх посмотрел на Тома.  — И что вы мне предлагаете? С вами сходить?— в самом деле, это уже раздражало. Да, ему плохо, да, он не может отпустить ситуацию, но не приставайте к нему. Он сам разберется!  — Почему бы и нет?— юноша вытаращил глаза на Реддла.  Он ослышался?  — Что?  — Вечером, в районе пяти, на площади.— и он просто… ушел..? Том Реддл просто-напросто куда-то его пригласил, и… ушел? Ушел, мать его?!  *** За остаток рабочего дня, он успел бы и забыть что смолол. Но не успел.  Выходя из многоэтажного офиса «MORSMORDE», мужчина застал интересную картину.  Гарри Поттер, смотрящий в небо и грызущий запаленную сигарету. Палочка была тонкой, и это дополняло образ юношы, наверное.. Мужчина спустился со ступенек, и просто пошел. Гарри — последовал за спиной Тома. Им не нужны слова. Пока что.  Пока что, наверное, достаточно простого похода. Простого передвижения. Каждый мог думать о том, о чем ему хочется.  Но Гарри не думал. В голове было пусто. Все было так приятно затянуто никотиновой дымкой, что даже немного кружилась голова. А он относительно недавно бросил. Курить плохо.  Но его не попрекают, а значит — все нормально. Смертность в нынешние времена — велика. Даже если большинство сами накладывают на себя руки. Все равно, смертность высокая.  Но если Гарри умрет, то по нему никто скорбеть не будет. По крайней мере, скорбеть некому.  На родственников со стороны матери надеяться не стоит, это уж точно. Родственников со стороны отца он не знает. Наверное, и к лучшему?  Одна сигарета сменилась другой. Он уже не курил, а просто держал палочку в зубах. Не подпаленную.  — Будут.— он только сейчас вспомнил, что все-таки идет не один.  — М? Вы о чем? — По твоему лицу видно, что у тебя в голове. Скорбеть будут. А смерть — дело житейское, она прийдет тогда, когда ей положено.— Том Реддл уже давно стоял впереди, лицом к юноше, наблюдая за его мыслительными процессами.— Просто отпусти и забудь эту ситуацию. Тебе повезло, твоя интуиция хороша, поэтому тебе повезло. Тебе не нужно думать о то, что случилось бы.  — Хорошо говорите. Это цепляет.— юноша слабо улыбнулся.— Может быть, вы правы, а может прав я.— он пожал плечами.  Вот так, наблюдая, за довольно взрослым мужчиной. Который был, и остается его кумиром, Гарри хочется послушать его. Сделать так, как он говорит. Но он слишком хорошо знает, что ничего не бывает так просто.  — Но, между прочим, у ваших консилеров очень хорошее перекрытие. Как и у тоналки.— Гарри перевел тему, а Том позволил ему это.  Сигарета покинула подсушенные губы, и снова оказалась в пачке. Совсем недавно начатой.  Похоже, депрессию можно и отложить. Просто стоит быть более внимательным к тем, кому собираешься предоставлять услуги.  *** Лежа дома на кровати, Гарри не понимал. А чего он действительно крутит в голове тот случай?  Он же, выжил? Выжил.  Так почему? Что не дает ему покоя? Почему?  Эх, а он так и не отметил свой восемнадцатый день рождения, который провел в больнице. Обидно даже. Телефон звякнул от пришедшего, от кого-то, сообщения. В телефоне высветилось сообщение от Регулуса. Он просит прийти его по… какому-то странному адресу. Сегодня, сейчас.  Пишет, что очень срочно. Странно.  Ему снова пришлось подняться с кровати, снова стянуть с себя пижамные штаны и кофту, снова натянуть на себя джинсы-клеш и надеть футболку с эмблемой какой-то группы, он когда-то спер ее у Сириуса, пока тот был еще жив.  Прежде чем выйти из съемного жилья, Гарри накинул на себя кофту с огромным капюшоном, и проверил карманы, все ли на месте.  Телефон, проводные наушники, ключи, зажигалка, пачка тонких сигарет “Kiss”.  Вроде как, все на месте. Денег на автобус, или на такси тратить не хотелось, поэтому парень решил идти пешком. Плевать, что с окраины Лондона к тому месту пешком будет где-то минут тридцать.  Он последний раз глянул на зеркало в прихожей, проследил взглядом по своему внешнему виду, по своему лицу, задержался на оставшемся с дневной фотосъемки макияжу, по красной подводкой, которая создавала красивые контраст с его зелеными глазами. Задержался взглядом на пирсинге брови, задержался на укусе ангела на верхней губе, перевел взгляд на волосы, и растрепал и так непослушную шевелюру еще больше.  Теперь, можно и идти.  Идя по улицам Лондона, парень чувствовал, что наконец-то в голове блаженное ничего. Музыка в наушниках смешалась, создавая фоновый шум, а вечерний ветер очень приятно обдувал лицо и путал волосы.  Это было похоже на ощущение того, как Гарри впервые сбежал из дома Дурслей. Он впервые так, всю ночь шатался по улицам небольшого Литтл Уингинга, встречал рассвет в поле, торчал на качелях детской площадки катаясь до тех пор, пока его не начнет тошнить. Это было круто. Когда-то.   *** Добравшись до нужного адреса, парень даже не понял, зачем его сюда позвали? По крайне мере до тех пор, пока он не маякнул Регулусу о том, что добрался.  Спустя, может пару секунд после отправленного сообщения, Регулус выскочил из небольшого одноэтажного здания, держа в руках повязку для сна.  — Наконец-то, пришел! — он весело хлопнул парня по плечу,— Ты как? Все нормально?— он повторно осмотрел его с ног до головы. — Та в норме, я думаю.— взгляд Гарри будто прилип к этой сраной повязке для сна. Она была чертовски розовая и с дебильными глазами, которые были полу-открытыми.— Это какой-то сюрприз, или что? — Да, именно сюрприз, так что натягивай повязку, и я тебя проведу.— не дожидаясь действий со стороны парня, Блэк сам растянул резинку на повязке, и натянул ее на голову подростку.  Он положил руки Поттеру на плечи, и толкнул вперед. — Мы так подумали..— «мы»? Регулус приостановился, все еще держа реки на плечах у зеленоглазого,— Осторожно, ступеньки. Ты со своей болезнью прочах свой день рождение в больнице, а потом закинулся с головой работой.. да и отвлечься бы тебе не помешало. Так что.. Мы тут подумали, и решили, что стоит тебе отвлечься.— прийдя, по ощущениям в какую-то комнату, Блэк стянул с глаз подростка повязку и Гарри оказался в полной темноте и тишине.— Ну, в общем.. С днем рождения. Как по команде, с последней фразой включился и свет в комнате, который по началу дезориентировал, и донесся нестройный хор голосов, которые на пару с татуистом поздравляли его с днем рождения.  Здесь был его друг Рон,— то-то он думал, куда рыжий запропастился,—и по совместительству сожитель, здесь была Гермиона,— его подруга и девушка Рона. Здесь была Луна, которая своим характером и поведением «не от мира сего» создавала ощущение будто он, вместе с ней, находится в каком-то другом мире, будто все, что существовало и существует сейчас — отошло на второй план, здесь была Нимфадора, здесь был Невилл, а левую стену подпирал собой Реддл(по виду которого казалось, будто его заставили сюда прийти). Именно в этот момент, Гарри почему-то не смог сдержать улыбку, которая тянется по его лицу. *** — Это довольно странно, я не впервые замечаю.— Гермиона, стоящая около столика с закусками и наблюдающая за танцующим под руку с Луной Гарри, обращалась, одновременно к Рону, и к никому в общем. — Ты о чем?— Рон примостился около Гермионы и пытался не пожирать глазами закуски и слабоалкогольные напитки. — Ну, ты глянь только.— она кивнула головой в сторону танцующих под медляк друзей,— Он только с ней вот так, расслабленно ведет себя, хотя мы с ним дружим дольше чем она. Знаем его больше — чем она. Тебе не кажется это неправильным? С нами Гарри, будто какой-то зажатый.  — Ну, не знаю. Я мог бы подумать что Гарри любит Луну, но только в том случае, если бы не знал, что он гей.— Рон все же потянулся за тарталеткой с яичным белком и шапочкой из красной икры сверху, за что получил по руке от Гермионы,— Ай, да за что? — Прекрати жрать, Рональд Уизли!— она даже не взглянула на рыжего, будто ее взгляд был приклеен к танцующим,— Знаешь, с того что я знаю о Луне, и с того, как с ней ведет себя Гарри — это наводит меня на неприятные мысли.  *** — Как себя чувствуешь, Гарри?— Луна кружилась в танце вместе с Гарри, который, смотря на нее улыбался. Будто отрешился от всего внешнего мира. — Все нормально, не переживай.— он слабо улыбнулся и повернул их пару, снова заходясь в медленном вальсе. — Что нового? А то мы так и не виделись с того дня как ты помогал мне с нарядом. Поттер только мотнул головой, показывая что ничего нового в его жизни не приключилось. Ничего, важного, нового. — А как же тот человек который, ну, такой, хмурый и холодный с виду?  — М? Это Мистер Реддл, он мой работодатель.— Гарри улыбнулся. — Тебе нравится о нем говорить.— Луна расплывалась в улыбке и резко, так же как и Гарри раньше, повернула их пару.— Он, тебе нравится. — Но ты знаешь мою историю, Луна.  — Знаю, Гарри, правда знаю. И я рада, что ты нашел человека, который очень близок к тебе душевно.— Гарри даже не заметил, как девушка, а в этот раз вела она, подвела его к краю танцпола, и отпустив его руку, ухватила чужую.  Мужчина только и успел, чтобы поставить на стол бокал с шампанским, как девица, с которой танцевал Поттер, поставила его на свое место.  Она передает Гарри в руки Реддла, а Гарри только и может, что на мгновение вытаращить глаза.  — Вальс танцуете?— вырывается из его уст непроизвольно. Том поднимает бровь и, так уж и быть, становится в вальсирующую стойку.  — Я поведу.— только и отвечает Реддл, прежде чем музыка сменяется, будто по волшебству.  Сначала это был медленный вальс, но сейчас.. сейчас движения должны быть быстрее.  Луна же, в это время, успела сместить с места ди-джея Регулуса, и включить более подвижную мелодию.  — Специально это делаешь?— Блэк быстро сгонял за стаканами газировки к столу, и снова вернулся к девушке. — Я помогаю.— расслабленно улыбнулась Луна, без благодарности принимая стакан с крем-содой в руки.— Ему нужна эта помощь, даже если он сам этого не понимает. Вы многого о нем не знаете, но это не страшно. Я рада что познакомилась с ним в центре поддержки. Мы помогаем друг другу. — И чего же я о нем не знаю?— Блэк закатил глаза. — Он сам расскажет, когда придет время. Не давите на него, это душевная травма, с которой он справляется и, почти справился.— Лавгуд подарила Регулусу улыбку и покинула его пост ди-джея. — И где ты только таких друзей находишь, а?— он знал, что Гарри его не услышит, но все же озвучил то, что крутилось в голове. *** Это было жарко. Толи из-за более подвижного темпа, толи из-за объекта его воздыхания перед лицом. Гарри чувствовал себя так, будто он цыпленок на сковороде. Не было того нежного, спокойного и медленного танца, в котором можно было обменяться фразами и полноценно поговорить, как с Луной.  Сейчас это было.. волшебно.  В глубине души, он восхищался тем, как его ноги попросту не путаются в чужих ногах.  А достаточная близость к чужому телу, позволяла услышать хвойный аромат. До боли приятный аромат хвойного леса, будто после дождя.. Хотелось просто отпустить время, отпустить момент, лишь бы продолжить танцевать так вечно.  Ему казалось, будто не было людей вокруг, он не замечал взгляды своих друзей, не замечал ничего. Его восприятие мира сузилось. Сузилось до этого запаха, до этих движений, до этой рубашки, с расстегнутыми верхними пуговицами, до этих глаз, до этой музыки, до этих движения.. Он не заметил как музыка окончилась, и он на автомате поклонился.  Аристократично, будто благодаря партнера за танец.  На самом деле так и было, но это казалось настолько естественным, что этому невозможно было противостоять. *** Это было отвратительно. Эти руки. Эти потные руки, жирные, будто после масляных блинчиков. Они трогали… трогали его, а он не мог вырваться.  Этот мерзкий голос шептал.  Шептал-шептал-шептал. А руки трогали, трогали..  Ужасно. Он сам не понял, что это оказался сон. Он не помнил, как набрал номер человека, который поможет ему. Этот человек всегда помогал ему.  Было позднее время. Точнее, ранее утро, но она пришла. Всегда приходила если ему нужна помощь. Как и он приходил когда нужна помощь ей.  Он не понимал, как оказался в мягких, теплых и нежных объятиях, он чувствовал будто сама ночь обнимает его, жалея, не говоря ни слова.  Луна была спокойствием, была теплотой и тем, в ком можно спрятаться от пережитков прошлого. От кошмаров. От страхов. От отвратительный, жирных рук, которые, кажется навсегда останутся его вечным кошмаром. Он слышал как бьется его сердце в ушах.