Четыре слова про любовь

      Четвёртый год идёт война сама себе.       Не могу понять, зачем сражаюсь сам с собой, но каждый раз прихожу к выводу, что против тебя. Постоянно убегаю, прячусь, закрываюсь… Ты верно тогда подметила, Кэрол, я скрываю в голове и сердце лишь одно — то, с чем сражаюсь уже четыре года. И бегу, бегу всё дальше, мечтая, чтобы ты нашла меня. Где-то в глубине души я знаю правду…       Четвёртый год иду с ума, иду к тебе.       Я пытался. Я обещал. Здесь, только здесь, так далеко от дома, я смог понять, где моё место. Я бежал, но всегда бежал к тебе — сходил с ума, был готов просто оставаться рядом. Потому что расстояние — не для меня. Чем дальше от тебя, Кэрол, тем хуже мысли, тем гуще страхи, тем сильнее горчит жизнь…       Четыре раза в плен попал,       Я попадаю в передряги, и всегда находится спасение. Всегда я попадаю к тебе. В родные руки после холодной камеры, в которой меня заперли чужие люди. В тёплые объятия, к родным глазам, после холодных рук и таких же ледяных признаний. Je t'aime. Сердце не дрогнуло, ничего не произошло ни с телом, ни с душой… Это были обычные слова. А нам с тобой, Кэрол, и слова оказались не нужны…       Четыре безвести пропал,       Я уходил, как и ты, молча, без прощаний, но все тропы приводили к тебе. К твоему покою и теплым рукам, к твоим мягким улыбкам и взглядам. Я пропалал в лесу долгие годы, и только тебе была доступна тропа к моей хижине… Да и к моему сердцу тоже.       Четыре раза душу вымазал в огне.       Пытался спасать чужих людей, боролся не за свои идеи, пока ты сражалась только за меня. Всеми доступными способами. Я считал, что поступаю верно, пока не оказался сломленным, запертым и пристегнутым наручниками к стене. Я не верил в спасение, я готов был сгореть…       Четыре раза сердце в море утопил,       Океаны и моря, которые мы с тобой пересекли, казались такой простой и правильной вещью. Я пытался сбежать, умереть, забыть. Но каждый раз выживал, постоянно чувствовал вкус соли и песок, хрустящий на зубах. Но тогда, в последний раз, было ещё кое-что… Тихий, едва различимый тонкий голос, Кэрол. И мне так сильно захотелось жить…       Четыре раза убивал, но не убил.       Я сражался столько раз за тебя, что уже и не вспомню. Убивал, защищал, закрывал собой и просто находил. Я мог бы прикончить любого, кто посмел бы прикоснуться к тебе, но есть то, что я никогда не смогу уничтожить в себе — чувства. Я пытался, множество раз. И проигрывал, Кэрол…       Четыре жизни потерял,       Я не помню, кем я был, и кем хотел стать. Никогда не знал, кем меня видели другие. Никогда не слышал, кем именно считала меня ты, Кэрол… Но я всегда помнил, кого ты хотела бы видеть рядом. Кто этот «человек чести»?       Четыре чуда увидал,       Я видел ту крепость во Франции, видел её красоту, спрятаную на острове посреди пролива. Видел и тот тоннель под Ла Маншем, который был чем-то невообразимым и невозможным, но я видел его. Видел и знаменитый Биг-Бен, не только на картинке из старого учебника, из которого когда-то крутил самокрутки, а прямо вживую… И тебя видел, Кэрол.       Четыре слова повторял и повторял.       Я шептал их себе каждый раз, сидя на цепи, поедая собачий корм или слыша за стеной чужие признания… Каждый раз, когда всё шло по наклонной, я проговаривал их, Кэрол…       Четыре слова про любовь,       Там, перед амбаром на ферме, прижимая тебя к своей груди, удерживая от неизбежной кончины. Ощущая твою дрожь и боль всем телом, желая защитить…       Четыре слова про любовь,       Там, на могиле, на которую я принес белые розы Черокки, красивые, мягкие, уже для тебя. Желая почтить память, пытаясь признаться уже лишь самому себе…       Четыре слова про любовь, и я умру.       Там, в холодном карцере, где я нашел тебя, поднимая на руки, держа едва живую, уже не дрожащую, хрупкую. Ты цеплялась руками за мою одежду, прижимаясь ближе, ища спасение…       Четыре слова про любовь,       Там, в лесу, где я давно отчаялся тебя найти, где мы едва спаслись чудом от ненормальных каннибалов, появилась ты. Несломленная, сильная, утешающая. И я всё ещё повторял себе…       Четыре слова про любовь,       Там, в машине, держа тебя за руку, молясь о том, чтобы ты выжила. Мы были на грани, тебе досталось сильнее после падения, но я всё равно продолжал про себя повторять, даже, когда тебя похитили…       Я не люблю тебя, тебя я не люблю.       Не люблю, Кэрол, слышишь? Никогда не любил. Ни там, где ты целовала меня в лоб на поляне, ни там, где тебя и Мэгги взяли в плен Спасители, ни там, где мы вас спасли…       Я видел их, валяясь трупом под луной.       Всех твоих мужчин, видел. Аккуратные, чистые, заботливые. Неважно, что на самом деле это было не так, и Эд был абьюзером, в конце концов, я не дотягивал даже до него. Это и не удивительно — я мог предложить лишь дохлую белку, а потом другой предложил тебе целое Королевство. И зачем тебе тот, кто жрал собачий корм, рыдая голышом в карцере?       Луна горела окровавленной звездой.       Всё залилось кровью на той поляне с пиками, Кэрол… Всё словно и началось там — ты цеплялась руками за меня, ища спасение, а я лишь мог молча удерживать тебя вновь, прижимать к себе, вдыхать запах волос. Кэрол, я не мог умереть вместо твоего сына, но так хотел…       И ты гори, но не молчи.       Говори со мной, просто говори. Я так сильно этого желал, пытался тебе помочь, делал всё и даже больше. Никогда тебя не винил и гонялся по лесу за призраками вместе с тобой. Но ты замкнулась и больше не доверяла мне… Почему, Кэрол?       Четыре слова о любви.       Я знал, что это твои особые признания для меня. Молчание резало, куда сильнее любого слова — ты убегала от всех, но так же и от меня. И мне иногда казалось, что от меня всё дальше…       Молись и пой, молись и пой,       Я был рядом всё это время, но неустанно держал в голове наставления для себя же, чтобы не сломаться, чтобы продолжать жить, чтобы просто принимать реальность такой, какой она всегда и была…       Молись и пой.       Скажи же мне, Кэрол, скажи мне их. Точно так же, как я могу снова и снова тебе их преподнести. Повторять и повторять, неустанно, донося истинну до своего сердца. Их нужно всегда говорить себе…       Четыре слова про любовь,       Я их повторял и там, где ты сидела со мной в «Святилище», делясь прелестями жизни с Королем, рассказывая, как он добр, честен, как он предложил тебе брак. А мне не было до этого никакого дела, представляешь? Я повторял про себя…       Четыре слова про любовь,       И там, на пирсе в Оушенсайде, когда ты бросилась в мои объятия, отталкивая очередного бывшего мужа, спрашивая, скучал ли я… Я говорил правду, что не совсем. Не видеть тебя было лучшей наградой…       Четыре слова про любовь, и я умру.       И даже там, где я держал тебя над пропастью с ходячими в пещере, там тоже проговаривал про себя эти слова. Умоляя тебя вернутся со мной, вытаскивая тебя и шахты, злясь за то, что ты подвергала себя опасности, даже там…       Четыре слова про любовь,       Там, в битве за Хилтопп, где я был в первых рядах, зная, что ты далеко, за моей спиной, я готов был кричать в лица всех этих мертвецов, доказывать и себе и им, что это правда. Что они — правдивые…       Четыре слова про любовь,       Там, где я отдал все стрелы за тебя на той военной базе, бросил свои лучшие ножи, спасая тебя от холодных, мерзких лап смерти. Там, где ты думала о других, а не о себе. И мне пришлось кричать про себя, кричать о своих настоящих чувствах, спасая тебя, Кэрол!       Я не люблю тебя, тебя я не люблю.       Я это говорил и там, где ты спасла меня в Содружестве, когда уже не хватало дыхания, а голова дурманилась, я всё ещё повторял и повторял про себя это послание для тебя, Кэрол… Никогда, слышишь? Никогда не любил. И сейчас не люблю…       Люблю.       Твою улыбку, когда ты приняла мой браслет из бичевки…       Люблю.       Твои ледяные глаза, блестящие теплом для меня, отражающие нечто сокровенное внутри меня…       Люблю.       Твой голос, который так легко, мягко мне ответил «Я тебя тоже», без тени сомнения или сожаления…       Люблю.       Твои объятия с запахом самолетного топлива, ходячих и затхлости коридоров Мон-сен-Мишель…       Люблю.       Твой смех, озаряющий всё вокруг солнцем, словно самый знойный день в году, словно песня, льющаяся лишь для меня…       Люблю.       Твой запах, смешанный с солью и песком с пляжа на берегу Испании, который отпечатывался годами в моей душе…       Люблю.       Твою настойчивость, упрямость, силу, красоту и нежность…       А тебя, Кэрол, нет…       Тебя я не люблю.