А ты хороша, my darling!

Вокруг — вырвиглазно красные, чрезмерно яркие стены. Подстать лужам крови из рядового трукрайм-видео, но вот эти праздничные ленты и флажки повсюду ломают всё восприятие. Хотя можно ли сломать то, что явно было покалечено? Психика? Да уж. Тот ещё вопрос, если честно, насколько применимо это слово в отношении пяти загнанных в угол душ и оцифрованных сознаний. Поэтому пока обо всём по порядку. — Ну вообще, когда мне было восемь, я перебрал пять килограммов мелочи из копилки в поисках монеты 2003 года. Знаешь, чтобы продать нумизматам и купить лимитированный конструктор. И нихера я не нашёл, конечно же, но! Зато бабки подбил — оказалась приличная сумма, на которую слетелись взрослые и потратили на поездку на море, — Джекс улыбнулся, и это выглядело настолько по-кошачьи хитро, что на момент можно было и забыть о его заячьей сущности. — Я там наглотался солёной воды и чуть не умер. Это была моя первая незалетевшая темка, которая научила меня двигаться в тишине. На последних словах он перешёл на шёпот и подбросил в воздух пистолет. Они всё ещё не закончили очередное припизднутое приключение Кейна, поэтому при всей абстрагированности от правил и явном юношеском нонконформизме в обычное время заяц притих. Рядом была Помни. Шли они практически бок о бок, насколько им это позволяла разница в росте. Джекс невольно задумался, а ощущалась бы эта разница, будь они сейчас в реальном мире? И как вообще это могло бы выглядеть? Два придурка, которые гоняют с оружием за пределами этой золотой клетки. Роскошно, роскошно. А ещё максимально по-идиотски. Но, может, именно поэтому самому высокому дураку в этом коридоре так нравилось об этом размышлять. Ровно до того момента, пока он не начинал себя одёргивать от фантазий. Нет, нет. Что-то явно тормозило и не давало развивать ветку подобных грёз в его сознании. — Я рада, что твои родители не сделали аборт. С тобой прикольно общаться. По крайней мере иногда. — спутница рассмеялась и хлопнула приятеля по плечу, а ее голос моментально вернул Джекса в их извращённую реальность. — Оу, как великодушно, my darling. Но мне твой ход мыслей нравится. Точнее, ты понемногу вырубаешь фильтр наигранной вежливости. Не знаю, от Рагаты ты его подцепила или ещё где заразилась. Камон, нужно же быть самой собой! Хоть и странно, что это максимально возможно становится в таком вот, блять, местечке. Но что поделать, зато весело, верно? Новоиспечённые товарищи продолжали размеренную беседу, вперемешку с колкостями, шутками и рассуждениями о всём и ни о чём одновременно. Коридор заканчивался, и за его последней дверью только глухой не услышал бы вопли Гэнгл. — Что за нахер? Готовься-ка. Сейчас, думаю, будет веселуха! Он был прав. Минута — и с автоматом выбежала их застрявшая в цирке подруга Гэнгл. Примечательно, что на ней была грустная маска, которая почему-то выглядела счастливой. Настоящей? Времени на анализ у обоих не было — пришлось бежать и отстреливаться. Началась наконец-то настоящая бойня: звуки выстрелов, погоня, падения из-за злоебучих цветных кубиков на полу. Ах, Кейн. Даже тут подгадил с дебильным реквизитом. Помни была не промах — она отлично атаковала, хотя Джекс даже не надеялся на то, что она сможет хоть как-то защищаться, и был готов быть саппортом для двоих сразу. Вероятно, он всё же её недооценивал. Об этом он успевал думать даже во время спешных поисков укрытия. Как и снова о том, как бы она выглядела в реальной жизни. Как бы она выглядела рядом с ним... — Блядь! — А кому-то отстрелили хвост, походу. Что ж ты за заяц без хвоста, Джекс? Это был ехидный голос Зубл, только непонятно, откуда он раздавался. Между ними были неплохие отношения, Джексу она нравилась: имела собственное мнение, гордость и мозги. Здесь, если позволишь содержимому в голове превращаться в закваску — всё, считай, погиб. Но бесхвостый считал, что ей не хватало похуизма. Ну какой смысл прокручивать моменты своей прошлой жизни, тянуть образ прошлого себя в нынешнее тело, если всё сейчас здесь и такие, какие есть? Ничего не исправить. Поэтому единственный способ не превратить башку в бабкину закваску, по мнению Джекса, — это валять дурака и показывать всем эту сторону жизни здесь. Так что по этой причине дальше потенциала дружбы дело у них с Зубл не пошло. А вот Помни… Он снова поймал себя на задумчивости об этой милой девчонке, которая не знает, чего она стоит. Пока что. Всё ещё впереди, времени у них дохрена, главное — держать черту. И главное — победить, отомстить за отстреленный хвостец. Так что с таким же лозунгом, вперемешку со смехом, Джекс выбежал на прямую атаку и отнял у Зубл последнюю жизнь в этой игре. А Помни, как оказалось, успела попасть в совсем отлетевшую от радости и безумия Гэнгл. Они остались вдвоём. — Воу-воу, my darling, а ты хороша! Классно ты её шмальнула, я даже не заметил. — Да ну, — Помни бросила оружие на пол, вытирая вспотевшие ладони о юбку. — Это вообще-то случайность. Я и целилась-то не в неё… — Она прикусила губу, будто пожалела, что призналась. — Случайность? — Джекс хмыкнул, склоняясь к ней чуть ближе. — Ну вот ты и раскрылась. Знаешь, что это значит? Что ты не бесполезный кусок… эмм, дружбы. Она фыркнула. — Ты всегда так? Сначала льстишь, а потом обзываешь? — Это называется баланс, my darling. Без этого — скука смертная. Она закатила глаза, но уголки её губ дрогнули. Неловкая пауза повисла между ними. Они стояли среди пёстрых декораций цирка, усеянных оружием и обломками кубиков. Внезапно всё стихло. Слишком резко. — Странно тихо, — пробормотала Помни, делая шаг назад. — Обычно Кейн уже врывается с новой тупой затеей. — Может, он решил дать нам свидание на двоих? — Джекс ухмыльнулся, но внутри кольнуло. Слово «свидание» прозвучало слишком… реально. — Не смешно, — холодно отрезала она. — Ты постоянно прячешься за этим своим цирком шуточек. Ты вообще можешь хоть раз поговорить нормально? Джекс замер. Поймал себя на том, что снова уставился на её лицо. Как бы она выглядела там, по ту сторону экрана, без этого идиотского наряда, без вечного страха в глазах? Может, даже с ним рядом… — Нормально - это как? — протянул он, намеренно делая голос ленивым. — Сесть и обсудить наше будущее? Построить планы? Влюбиться и умереть вместе? — Лучше умереть одной, чем с клоуном, который ни к чему не относится серьёзно, — резко выпалила она. Эти слова вонзились глубже, чем Джекс хотел бы признать. Он почувствовал, как внутри что-то дёрнулось, но снаружи лишь скривил усмешку: — Оу, больно. My darling, я растроган. Помни отвернулась, уставившись в пустой коридор. — Ты боишься. Постоянно шутишь, чтобы никто не заметил, что ты такой же потерянный, как и все мы. — Может быть, — он пожал плечами. — Но знаешь, разница в том, что я умею делать это красиво. Она резко развернулась, будто хотела что-то ещё сказать — и в этот момент стены дрогнули. Красные полотна цирка потянуло в стороны, как декорации на сцене. Пол под ногами начал расползаться чёрными трещинами. — Что происходит?! — Помни вцепилась в его руку. — Дежавю, — выдохнул Джекс, но сердце бухнуло так сильно, что пошатнуло его маску беззаботности. Картина перед глазами рванулась, как старое видео на плёнке. Её пальцы выскользнули из его ладони. Помни исчезла в белом всполохе, оставив его одного. — Эй! — крикнул он, но голос утонул в шуме. А потом — резкий свет. Резкий запах антисептика. Он вдохнул — воздух резал лёгкие. Попытался подняться — и понял, что тело налито свинцом. Белый потолок, шорох капельницы, мерный писк аппарата. — Где… цирк?.. — хрипло сорвалось у него. Ни ответов, ни Помни. Только собственное отражение в мутном металле капельницы — и пустота в голове.