Открывая глаза

Пол открывает глаза. Вокруг него были дома, на улице стояла довольно темная ночь, а холодный ветер начинающейся зимы продувал почти до костей. Как он тут оказался? Он же буквально несколько минут назад лёг в свою постель, дома, в Лондоне. Почему он здесь? Это что, сон? Пол ущипнул себя, но почувствовал лишь неприятную боль. Раз он не проснулся.. Он что, правда здесь? Кое-как вглядевшись в очертания зданий, он, кажется, узнал это место. "Почему я у дома Джона?" Они с Ленноном не держали контакт уже продолжительное время. Конечно, телефонные звонки никто не отменял, но они были редкими и чаще всего ни о чем. Так что, формулировка, что они уже не держали тот контакт, не слишком неправильная. Однако, все же. Даже если это и сон, даже если он вдруг на самом деле напился и приехал сюда, хотя как бы он это сделал будучи на другом континенте? Да даже если это чертова магия, зачем? До слуха Маккартни вдруг донесся тихий, но до боли родной голос, который он не слышал в живую так давно. Джон. Первым порывом было побежать к нему, на его голос, но Пол остановил себя, ведь эту дымку быстро рассеял второй голос. Высокий и с легким иностранными акцентом. Йоко. Конечно. Пол тихонько стал идти к их скрывающимся в полумраке фигурам, однако, сам не зная как, он каким-то образом почувствовал на себе чей-то взгляд. Затаив дыхание, Пол повернулся и увидел, что, кажется, у кирпичной стены кто-то стоял. Сглотнув, он отошёл в сторону и смог разглядеть, что то был мужчина, полный, и от слабого ночного неба было видно отблески на его очках. Сам он выглядел будто чем-то напуган или встревожен. Пол поспешил отойти подальше от него. Словно какое-то странное шестое чувство подсказывало, что этого мужчину следует держаться как можно дальше. Тот на него, к слову, совершенно не отреагировал. Странно. По идее, с их расстояния его уже можно было разглядеть, а следовательно и узнать. Хм, может, он просто не фанат? Не знает, как Пол выглядит? А с его то довольно не опрятным в последнее время внешним видом, его наверное и не узнать так легко. Маккартни решил идти вдоль стены за Джоном и Йоко. По правде, он сам толком не знал зачем, но все же, что ещё было делать. Пара прошла мимо этого странного парня, и Пол смог заметить, что Джон посмотрел в его сторону и немного улыбнулся. "Почему он это сделал? Они знакомы?" Не отвлекаясь на вылезавшие мысли, Пол краем глаза заметил, что мужчина в очках совсем нерешительно, теребя себя за рукава куртки, сделал явные шаги и встал ровно сзади идущего вперед Джона. "Что он делает?" Макка стал лихорадочно оглядываться по сторонам, но так как было слишком поздно, он не смог никого найти. В это время мужчина выпрямил дрожащие руки вперед, и… О Боже. Пол с расширенными от ужаса глазами застыл как вкопаный. "У него пистолет. У него пистолет. У НЕГО ПИСТОЛЕТ. СУКА ПИСТОЛЕТ." Отмерев, он со скоростью света, и незаметно выступившими на глазах от страха слезами, побежал прямо на него. Но он не успел. Мужчина услышал его, и не медля больше ни секунды, нажал курок, и остервенело сделал выстрел аж пять раз, из-за того, что в какой-то из них промахнулся. Макка повалил его на землю, сразу как тот остановился, и со всей силы ударил кулаком в его морду. От шока он не помнил что, но он кричал. А затем, когда лицо этого ублюдка превратилось в кровавое месиво, будто очнулся и бросился к нему. "Нет.Нет.Нет.Нет.Нет.Нет. Джон, ты не мог. Ты можешь. Нет. Нет. Нет. Пожалуйста, Джон, пожалуйста, Господи, умоляю, только не так." Джон лежал на ступеньках лестницы, по которой он пытался убежать от убийцы. Он истекал кровью и издавал какое-то бессвязное бормотание из-за слишком сильной боли. — Джон! Джонни! Пол, совершенно не заботясь о том, что падает в лужу алой крови своего лучшего друга, схватил его под голову, стараясь действовать так, чтобы тот оставался в сознании. — Джон! Джон, не умирай! — слезы лились из глаз уже в три ручья, и Пол, не зная что делать, просто прижал свои руки к кровоточащим ранам на его животе. — Ты слышишь меня? Джон! Слышишь? Не умирай! Не умирай! Голос уже сорвался, но Маккартни это не заботило. — Врача! Господи, нужно врача! — закричал он так, чтобы весь город услышал его давно потерявший мелодичность голос. — Пол? — прохрипел вдруг Леннон, мутными глазами узнавая своего друга. — Да, Джон? — неосознанно укрепив хватку на ранах и его затылке, сказал Пол со стекающими прямо на его лицо слезами. — Что… — но Джон не успел договорить, так как от боли его глаза закрылись. — Джон! Джон! Джон! Он не мог перестать плакать, склоняясь прямо к телу Леннона, упираясь головой в его ключицу. Когда он почувствовал, что его начали оттаскивать, то стал вырываться и даже ударил, но сотрудники скорой помощи были сильнее и скрутили его, пока на всю округу раздавались мольбы пустить его к Джону. Он не мог. Нет. Чёртов Леннон ни за что не мог умереть. Но раненое тело погрузили на носилки и увезли. Пол, все еще находясь в истерике и частично обездвиженный, все равно ринулся за удаляющейся машиной. Он бежал так, как никогда раньше не бежал. Его мозг просто не был способен принять факт, что Джон.. Нет. Нет. Нет. Пол не знал, сколько уже пробежал, но догнать его так и не смогли. Он уже чувствовал непреодолимое жжение в ногах, и вскоре окончательно потеряв силы, рухнул на асфальд, раздирая джинсы, а с ними и собственные колени. Гул в ушах не давал услышать многочисленных вопросов прохожих, а пелена на глазах их увидеть. Пол просто бездумно смотрел в никуда перед собой, слыша лишь громкое. "Джон.Джон.Джон.Джон.Джон." И следующие один за другим громкие выстрелы. Пол открывает глаза. Вокруг него были дома, на улице стояла довольно темная ночь, а холодный ветер начинающейся зимы продувал почти до костей. Что?.. На его щеках все еще были слезы, и Макка в полном шоке стал оглядываться по сторонам. Что?!.. Его взгляд зацепился за две идущие впереди фигуры, и до мозга снова стали доходить окружающие звуки. Голоса. Один мужской, а второй высокий и с легким иностранным акцентом. Его голос. Слезы снова полились вниз, но Пол уже сорвался с места, летя прямо к Джону. Его живому Джону. Он налетел на Леннона со спины, вцепившись руками в его одежду. Тот вскрикнул, и явно испугавшись, стал вырываться. Но Пол схватил его еще сильнее. — Отпусти, ублюдок! Придурок! Йоко, помоги! Джон ногой ударил Макку по разбитому колену, и от этого его нога подкосилась, и Леннон воспользовался этим, ловко избавившись от его рук, и ударил куда-то под дых, так, что Пол просто упал, но все равно, вцепился руками в куртку уже развернувшегося к нему лицом Джона. — Маккартни? — зло и испуганно сказал ошарашенный Леннон. Пол после этого громко всхлипнул, не сумев связать и слова, поднялся с колен и не церемонясь загреб Джона в объятия. Тот шокировано поднял брови и повернул голову к Йоко. Та была испугана и удивлена не меньше. Джон попытался отстраниться, но Пол вдруг снова почувствовал силу и совершенно не был намерен его отпускать. Смирившись, Леннон отбросил попытки вырваться. — Пол, что с тобой? — испуганно и неловко спросил он, но в ответ лишь почувствовал, как Макка ещё больше задрожал от безудержных рыданий. — Пол? — настойчивей повторил он. Пол всеми силами прижался глазами к его плечу, а пальцами стал чуть ли не рвать его куртку в желании убедиться, что он здесь, он здоров, он жив. Постояв в таком положении, сопровождаемом громкими рыданиями Пола, минут пять, Джон попробовал ещё раз. — Пол, успокойся, — он с усилием оторвал от себя сопротивляющегося мужчину за плечи. — Пол? — встревоженно спросил он, стараясь заглянуть тому в глаза. Маккартни все еще старался вернуть объятия. Джон снова переглянулся с Йоко, затем осторожно взял мужчину за щеки. Пол, почувствовав прикосновение, кое-как раскрыл глаза, из-за чего слезы полились вниз, прямо на пальцы Леннона. Джон испуганно уставился на него, на мгновение потеряв дар речи. Он не видел Пола в живую так давно… А плачущего Пола… В последний раз это было, кажется, ещё до того, как «Битлз» начали своё существование. Когда они были ещё подростками. И то, такого Пола, настолько… отчаянного, он не видел никогда. Он совершенно не пытался сдерживаться или как-то закрыться. Он рвался к нему, громко рыдая, словно он вовсе не был на улице, а рядом не стояла Йоко, да даже Джон, которого он тоже должен был бы в своей манере стесняться или что-то такое? — Пол, ч-что случилось? — заново вспомнив, как говорить, отмер Леннон. Пол, уже державшийся собственными руками за запястья Джона, через пелену на глазах смог сфокусироваться на его лице. Конечно, из-за этого слезы снова полились вниз. — Ну хватит, Макка, — чувствуя крепкую хватку на запястьях, Джон все равно аккуратно провёл большими пальцами по щекам мужчины, вытирая слезы. — Не надо, — видя, что Пол все равно не особо успокаивается, он повернулся к Йоко. — Помоги завести его в дом. Та послушно взяла Пола с другого бока, пока Леннон, кое-как пятясь спиной, поднимался по лестнице. Пол все не мог разжать пальцев. Йоко стала отпирать дверь, а Макка от потери её поддержки снова стал валиться в объятия к Джону. Тот завёл его внутрь и следом, уже вместе с Йоко, они, пройдя лестницы и зайдя в квартиру, довели измученного Макку до кровати. — Пол.. — от обращения он вздрогнул и неосознанно снова вцепился Леннону в спину, прижимаясь к его груди головой. Джон осторожно опустил руку на его темную макушку, стараясь незаметно отстранить. — Что с тобой? — наконец уловив его взгляд, спросил он. — Я-я, Джон, т-ты, Джонни, — заикаясь, попробовал выдавить из себя членораздельные звуки мужчина, но все равно сорвался на полу крик из-за уже осипшего горла. — Тихо, тихо, — Джон стал гладить его по голове. — Хочешь воды? Йоко может принести. — будто общаясь с ребенком, медленно спросил он. — Д-да, Пол, я могу принести, если хочешь. Маккартни не смог ничего ответить. — Йоко, принеси, пожалуйста. — со вздохом попросил Леннон. Женщина обеспокоенно ушла. Пол снова содрогнулся в его руках, и Леннону невольно стало страшно. Что же случилось? Йоко вернулась, и Джон взглядом попросил поставить стакан с водой на тумбочку. — Джон, что с ним? — серьезно спросила она, встревоженно глядя на то, как Пол судорожно хватался за тело её мужа, и спрятав лицо где-то в его куртке, плакал, действительно как маленький ребенок. — Не знаю, — тихо ответил он. Йоко вздохнула. Они оба понимали, что на сегодня Пол остается у них. Ведь, говоря честно, похоже, они его просто не оттащат, и даже если бы в противном случае захотели его выгнать, он бы не дал это сделать. Услышав новый громкий всхлип, у Леннона по-настоящему сжалось сердце, а по телу пробежались мурашки. Он почувствовал, что теперь уже его футболка пропитывается слезами его друга, а его хватка вновь стала сильнее. Будто он боялся, что Джон просто исчезнет. Но… Почему же? Задаваясь этим вопросом, Джон сам посильнее сжал Пола в объятия, надеясь, что, возможно таким образом Маккартни быстрее успокоится. И.. Сказать тем самым Полу, что он здесь? — Джон, я пойду тогда в другую спальню, ладно? Я спать уже хочу. Разберешься сам? — спросила Йоко, выгоняя Джона из размышлений. — Ага. — безэмоционально ответил он. — Если что у нас есть успокоительное. — А? Да.. Я помню. — Джон? — А? Йоко посмотрела на него с каким-то странным выражением лица, затем на свернувшегося на нём Пола, и кажется передумала говорить изначальную мысль. — Спокойной ночи. — Спасибо, надеюсь на неё, — с сарказмом, хотя скорее просто, чтобы скрыть нервозность и страх, ответил он ей. Йоко кивнула и удалилась в спальню, оставляя Джона сидеть с Полом. Спустя, по ощущениям, минут двадцать, а может тридцать, Пол наконец задышал чуть ровнее, чем, разумеется, очень обрадовал Джона, но тем не менее, что-то говорить Макке он не стал. Так, в полной тишине, нарушаемой лишь уже редкими лихорадочными вздохами, прошло ещё минут тридцать. Джон все это время так и не переставал успокаивающе гладить Пола по спине и волосам, положив подбородок на его макушку. И вот, кажется, Пол, настолько вымотанный и истощённый истерикой, просто отключился. Джон услышал, что его дыхание стало более-менее ровным, а постоянная дрожь тела прекратилась. "Ох, Макка, что же с тобой случилось то?" — думал Леннон перед тем, как и сам провалился в сон, ведь тоже довольно устал за день и вечер, проведённый в студии. Пол открывает глаза. Вокруг него были дома, на улице стояла довольно темная ночь, а холодный ветер начинающейся зимы продувал почти до костей. Стоп. Пол судорожно хочет оглядеться по сторонам, но чувствует какое-то препятствие. Вдруг он слышит громкие выстрелы. Бам. Бам. Бам. Бам. Бам. Он кричит, потому что знает, что они значат, но внезапно прямо над его ухом появляется голос. — Поли, проснись, Поли, слышишь? Это кошмар, хватит кричать, как девчонка на нашем концерте. Сейчас такая рань. Пол сначала оцепенел, но затем почувствовал похлопывания на своем плече, и наконец вынырнул из сна. По-настоящему открыв глаза, Пол видит прямо перед собой лицо Леннона, из-за чего непроизвольно появляется множество воспоминаний, как столько раз он просыпался именно так. В прошлом. — Ну, чего ты опять ревешь? Что? Джон пальцем смахивает слезинки с щек Пола, которые он даже и не заметил. И тут до него доходит. — Джон. — шепчет он. Тот слабо улыбается. — Нет блин, Уинстон Черчилль. О Боже — Джон! — радостно вскрикивает Маккартни, не думая влезая под его руки. — Ещё не наобнимался, а? — с наигранным раздражением спрашивает Джон, но все равно кладет свою руку поперек его спины. — Господи Боже, Джонни. — куда-то ему в грудь бормочет Макка. — Ну что же ты мне так льстишь с порога то, а, Поли? Пол поднимает глаза на Джона. Тот, поймав его взгляд, замолкает. И как тогда. Как раньше. Между ними снова что-то замкнулось. Что-то, что они потеряли. Это что-то вернулось. То самое что-то, что отличало их от других. То самое что-то, что могло быть только у них двоих. И они снова понимают. — Макка, — шепчет Джон, раскрыв глаза в неверии. — Джон, я.. я… Пол с силой прикусывает губу и лишь снова ложиться на Леннона. И тот понимает, что Пол расскажет. Только потом. Джон ещё не знает, что именно он скажет, но то, что он увидел в его глазах, сказало само за себя. Пол смотрел на него с искренним счастьем, будто Джон был единственным, кто вообще волновал его во всем мире. Будто он абсолютно не знает, забыл, что существует что-либо ещё. В последний раз он видел этот взгляд ещё до шестидесятого, когда они только-только познакомились с Полом. Когда их группа ещё называлась «камнеломы» или что-то такое, что мог придумать только Джон с друзьями, желая показаться крутыми тедди-боями музыкантами-истинного-рок-н-ролла в коженках и прическами как у Элвиса, хотя сами даже не умели правильно зажимать аккорды. Как с того момента они почувствовали друг в друге это что-то, и как оно стало ещё сильнее и крепче после смерти Джулии. Именно с того момента оно всегда было с ними, и у них даже не было мыслей, что когда-нибудь они смогут его потерять… Но вдруг снова. Вдруг снова это щемящее, трепещущее в груди, во всем теле чувство. Что они снова стали тем самым целым, коим когда-то были. За окном уже наступил рассвет, и Нью-Йоркское небо стало облачно-белого цвета. — Джон… — прошептал Пол, слегка поднимая голову. — Да, принцесса? — опять использовав так давно, казалось бы, канувшее в лету выражение, промычал Леннон. — Я так рад, что ты здесь. Джон приоткрыл глаза и мягко посмотрел на Пола, который сейчас хоть и выглядел жутко устывшим, с красными и опухшими глазами, хриплым сорванным голосом, но звучал искренне и открыто. — С чего такие откровения? — лукаво ухмыльнувшись, он стал лениво перебирать волосы на его затылке. — Я… — голос Пола вновь обрёл оттенок скорби, и он отвёл глаза, за что Леннон мысленно наградил себя щедрым ударом по лбу. — Ничего. — он крепче обнял Пола. — Не говори. Все хорошо. Я тоже рад, что ты здесь. Какое-то время они лежали в тишине, однако, это было их тишиной, поэтому в сердце снова прокралось спокойствие и чувство, что неужели, это оно, теперь всё снова словно как прежде. За окном облака уже стали рассеиваться, показывая голубое небо. — Джон, я… — пытаясь собраться с мыслями, снова начал Пол. — Макка, ты можешь сказать мне об этом позже, если хочешь. — Нет, — сделав глубокий вдох Пол продолжил, — Джон, ты… Ты не представляешь, как ты мне дорог. — Так.. — Я… — похоже, что всё-таки нет. Пол не был готов говорить об этом. — Тише, все нормально, Макка, давай ты расскажешь потом. — Джон очень не хотел, чтобы у его друга снова случилась истерика, поэтому он как можно скорее пытался убедить его, чтобы тот не начинал и пока не вспоминал о той вещи, что бы ей не было, ведь она причиняет Полу всю эту боль, которую он выплескивал ему в футболку через слезы и всхлипы всю ночь. — Да… Да, Джон, — согласился Пол, благодаря его за то что тот понимал и не настаивал. Спустя ещё некоторое время, в коридоре послышались шаги. — Кажется Йоко встала, — прошептал Джон, выглядывая головой в дверной проем, но, конечно, не в силах хоть что-то увидеть. Пол подумал, что ему следовало бы встать, но Леннон наклонился к его уху и прошептал, — если хочешь ещё здесь полежать, притворись, что спишь. Пол удивленно поднял брови, но Леннон лишь ему подмигнул, принимая хитрое выражение лица. Боже, это снова был Джон. Хотя почему снова, Джон всегда был Джоном, просто это тот самый Джон, тот самый, с которым они вместе прогуливали уроки и по ночам гуляли, где вздумается. Поэтому Пол послушно, пряча внезапное восхищение, словно он снова подросток, закрыл глаза и уткнулся носом в его грудь. Тот одобрительно потрепал его за волосы. — Доброе утро, — в дверях показалась уже одетая Йоко. Леннон кивнул ей. — Он ещё не проснулся? — ровным тоном, особо ничего не выражающим, спросила она, указывая на притворно спящего Пола. — Ага, — прошептал он, краем глаза видя, как Маккартни старательно сдерживает улыбку. Йоко выдержала небольшую паузу, но Джон больше ничего не сказал. — Ладно, я пойду к Шону. — его сын в это время был у своей няни. — Хорошо. — нейтрально ответил Леннон. Йоко кивнула, и одарив взглядом лежащего на нём Макартни, забрала свою сумку и ушла. Как только дверь захлопнулась, Маккартни открыл глаза, и они вместе с Джоном, поймав взгляды друг друга, рассмеялись. — Молодец, Макка, тебе в актёры пора. — Завались ты, я чуть не заржал, пока ты так серьезно ей отвечал. Они снова засмеялтсь. От этого момента внутри у обоих что-то защемило, и дало разлиться их общему теплу. Отсмеявшись, они снова стали лежать, погрузившись в комфортную тишину. — Я бы провёл с тобой в кровати весь день. — гладя Джона по груди, сказал Пол. — Так что же тебе мешает? Мы можем. — невозмутимо констатировал Леннон. — Правда? — Ну да, — Джон посмотрел в направленные на него глаза Макки. Тот смотрел на него то ли с недоверием, то ли с радостью, то ли с надеждой. — Конечно мы можем, что нам мешает? — не удержался Леннон, вновь произнося свои мысли. И Пол просиял, отчего и Джону стало лучше. Видеть все еще заплаканное лицо друга и слышать в голове его отчаянные ночные слезы было очень больно, так что улыбка, озарившая его личико, была его личным лекарством от этого. — Я не знаю.. — ответил Пол, а Джон, так глупо залюбовавшийся им, почти забыл к чему был ответ. — Я думаю, что Йоко будет с Шоном весь день, так что да, Макка, я тоже хотел бы просто провести этот день с тобой в постели. — Джон… Тот понял, что Пол снова может вспомнить о причине его нахождения здесь и поспешил перевести тему. — А хочешь расскажу тебе про свой новый альбом? — Какой? — Я над ним сейчас работаю. — Конечно хочу! Джон тепло улыбнулся, и стал рассказывать про идеи новых песен и рифов, нисколько не заботясь о том, что у них с Маккартни уже нет сотрудничества, и он мог бы украсть их, что они нормально не общались уже больше пяти лет, все было неважно, он просто говорил о музыке, а Пол слушал и задавал вопросы. Время пролетело абсолютно незаметно, что даже за окном стало вечереть, а они так и не встали. — Вот… — протянул Джон, заканчивая очередную глупую историю, в этот раз про то, как у него чуть не украли целый мешок яблок прямо из-под носа. В комнате снова повисла тишина, от которой они почти успели отвыкнуть за увлекательными историями Леннона. — Джон.. — уже в третий раз за сегодня начал Пол. Леннон сразу уловил перемену в его тоне и незамедлительно поддался вперед. — Да, Пол? — Я хочу сказать тебе… Джон, ты даже не представляешь, как дорог мне, я… Я очень очень боюсь потерять тебя. Из-за этих слов появилось слегка напряженное и неприятное чувство, ведь, по факту, они и так "потеряли" друг друга на фоне распада группы. Но Пол сейчас говорил, будто не об этом вовсе. И Джон это чувствовал. — Что ты имеешь в виду? — Я.. — Пол понял, что если он сейчас скажет, что во очию видел смерть Леннона, то тот ему совершенно не поверит и посмеется над ним. — Я очень.. — Пол сделал глубокий вдох, стараясь сохранять спокойствие, ведь в голове вновь стали раздаваться оглушительные пять роковых выстрела, — Джон, я очень боюсь потерять тебя в том самом смысле. Джон поерзал, потому как Пол сказал это с такой горечью, будто уже потерял, уже пережил. — Пол, с чего у тебя вообще такие мысли? Если.. Мы не общались какое-то время, это же не значит, что я… — Джон! Просто.. Я не могу это объяснить, ты сочтешь меня сумашедшим придурком! — Пол, я бы никогда.. — Я знаю это! Я бы сам так сделал. — Что же ты такого хочешь сказать? — Мне.. Я видел твою смерть, Джон.. После этих слов оба на какое-то время замолчали. До Джона доходил смысл его слов. Пол шутил так? Ни за что. Пол выглядел так удрученно и честно, что Джон просто не мог поверить, чтобы тот так хорошо притворялся. — Пол.. Ты верно ш.. у тебя верно был кошмар или что-то такое, но я жив, Поли. Услышав это, у Макки по спине пробежался холодок, и тот посмотрел на свои все еще разбитые колени и разорванные джинсы. Боль из-за этого была самым главным указателем, что то, что он пережил было реальностью. — Пол, я не умер и не собираюсь. По крайней мере, в ближайшем будущем точно, — видя, что Маккартни каким-то опустошенным взглядом пялится вниз, он неуверенно положил свою руку тому на плечо. — Пол. Позвал он его. Макка вздрогнул и перевёл на него взгляд. — Я здесь. И ты здесь. Мы живы, слышишь? Пол из-за резко появившегося в горле кома, просто кивнул, не в силах ответить. — Спасибо, Джон, я… Он остановился в поиске подходящего слова. — Джон, я правда.. — Пол закрыл рот ладонью и отвернулся. Так как его неосознанное состояние истерики прошло, сейчас он бы не хотел, чтобы Джон видел, как он плачет, просто из-за того, что не может произнести это… — Я тоже, Пол. Каким-то невиданным образом Джон понимает, что имеет в виду Маккартни, и заключает его в объятия. — Я тоже. — шепчет он ему, успокаивающе гладя по волосам, и на этот раз Пол и правда это делает, спокойно прижимаясь ещё ближе. Ведь Джон был жив. Сейчас они вместе. Это самое главное. — Люблю тебя. То самое, что так и не смог сказать Пол, но тем не менее, они оба это услышали.