Семь минуточек...

Бутылочка замедлила вращение, её зелёное горлышко — насмешливый палец судьбы, указало прямо на Цифер. Та лишь лениво хмыкнула, откинувшись на подушки на полу. В шумной гостиной, забитой одноклассниками, повисла напряжённая тишина, полная ожидания. — Твой ход, Цифер, — протянул кто-то из толпы. — Выбирай. Цифер обвела комнату прищуренным взглядом. Её глаза, похожие на кошачьи, скользнули по нескольким парням, по паре ухмыляющихся девчонок и остановились на Гиацине, сидевшей чуть в стороне. Та сжимала в руках стаканчик с соком и выглядела так, будто мыслями была где-то очень далеко — в своём тихом дворике с книгами и фотографиями птиц, а не на этой душной вечеринке. — Пойдём, Розочка, — бросила Цифер, поднимаясь с кошачьей грацией. На лице Гиацины промелькнуло удивление, смешанное с лёгким румянцем. Она не возразила, лишь молча встала и последовала за Цифер к старому встроенному шкафу в коридоре. За их спинами раздались одобрительные смешки и свист. Дверь захлопнулась, отрезая их от гомона вечеринки. Наступила почти полная темнота, которую нарушала лишь тонкая полоска света под дверью. Пахло нафталином и старой тканью. Несколько секунд они стояли в тишине, прислушиваясь к гулкому стуку собственных сердец. — Ну вот мы и в раю, малышка Гиацина, — нарушила молчание Цифер. В её голосе звучала привычная усмешка, но в тесном пространстве она казалась менее уверенной. — Цифер, ты уверена? — тихо спросила Гиацина. Её силуэт едва угадывался в полумраке. — Тебе не обязательно... — Дурочка, — выдохнула Цифер, делая крошечный шаг вперёд. Их плечи почти соприкоснулись. — Я же сама тебя выбрала. Гиацина вздрогнула, когда тёплое дыхание коснулось её щеки. Она почувствовала едва уловимый запах вишнёвой газировки. Сердце Гиацины пропустило удар, а затем забилось чаще, отгоняя все тревожные мысли. Цифер медленно подняла руку и кончиками пальцев коснулась подбородка Гиацины, мягко приподнимая её лицо. Её обычная дерзость сменилась более хрупким, почти уязвимым. — Ты слишком много волнуешься, — прошептала она. Их губы встретились. Сначала это было лишь лёгкое, почти невесомое касание — робкая проба, проверка. Гиацина замерла на мгновение, а затем, повинуясь внезапному порыву, ответила, подавшись навстречу. Её рука нашла плечо Цифер, пальцы неуверенно сжались на ткани её толстовки. Это был сигнал, которого Цифер ждала. Цифер свободной рукой зарылась в мягкие волосы Гиацины, притягивая её ближе, не оставляя ни миллиметра свободного пространства между ними. Воздух в шкафу стал горячим и густым. Язык Цифер скользнул по её губам — дерзкая, вопросительная ласка. Гиацина, забыв о смущении, приоткрыла рот, встречая её. Мир сузился до этого тесного шкафа, до вкуса вишни на губах Цифер, до того, как её пальцы нежно массировали кожу на затылке Гиацины. Всё исчезло: шумная вечеринка, школа, бесконечные тревоги. Была только эта темнота и лихорадочный поцелуй. Глухой стук в дверь заставил их резко оторваться друг от друга. — Эй, семь минут! Вы там живы? Они тяжело дышали, пытаясь прийти в себя. В тусклом свете из-под двери Гиацина видела блеск в глазах Цифер и её раскрасневшиеся, припухшие губы. На лице Цифер больше не было привычной ухмылки — лишь тень чего-то мягкого и настоящего. Она провела большим пальцем по нижней губе Гиацины, стирая невидимый след. — Пора, — хрипло сказала Цифер, отступая на шаг.