Under Your Scars

Wish you were here Right beside me So I could watch you sleep Hold your body closer, breathe you deep And everything feels broken When you're not next to me Would you still be you If we weren't we

Желаю, чтобы ты осталась здесь

Рядом со мной,

Чтобы я мог смотреть, как ты спишь, Прижиматься к тебе и дышать тобой,

И всё кажется сломанным,

Когда ты не рядом со мной,

Ты могла бы остаться рядом со мной,

Если бы мы не были теми, кем мы являемся

(Under Your Scars– Godsmack)

◊◊◊

Их случайная встреча произошла при странных обстоятельствах, раскрыть которые они так и не смогли. Но с того момента их жизни тесно переплелись друг с другом. Санзу Харучие был парнем весьма неоднозначным и, что уж там, откровенно странным. Всё ещё мягко говоря. Не слишком разговорчивый, таинственный, вечно чем-то недовольный или попросту отстранённый ото всех вокруг. От него исходила дымка опасности, которая шла вразрез с его миловидной внешностью. Голубые глаза с проблеском зелёного в обрамлении пушистых белых ресниц приковывали особое внимание. Как и губы, чаще всего плотно сомкнутые в прямой линии. Эми любила подолгу рассматривать его, каждый раз отмечая что-то новое. Ощущая при этом нездоровый интерес к его персоне. Когда в первую встречу Эми увидела ромбовидные, жуткие шрамы в уголках губ, даже в лице не изменилась. Как будто точно знала про их существование. Санзу это воспринял положительно, но виду, конечно, не подал. – Я не люблю, когда на меня пялятся, – холодно обозначил он, и это было правдой. Взгляды людей, любопытные, жалеющие, раздражали. Но Эми смотрела иначе, это не было похоже ни на один из пойманных им взглядов от других людей. В нём было понимание, но не жалость. Участливость, но не любопытство. – Я не пялюсь на тебя, Харучие, просто ты хорошенький. Он несдержанно фыркнул, услышав такой прямолинейный ответ. – Напомни, а когда я дал тебе разрешение фамильярничать со мной и звать по имени? Эми почти незаметно улыбнулась и нахмурилась, недоумевающе хлопая ресницами. И заговорила на английском: – Простите, но я не понимаю, что вы сказали. Можете повторить? Я иностранка, плохо знаю японский. Санзу на этот раз не сдержался от ухмылки. – Ты очень раздражающая персона, Коулман Амелия. – Амелия Коулман, – поправила она с улыбкой. – В моей родной стране сначала называют имя. – О, вспомнила японский? – Я быстро учусь, – подмигнула она. Санзу не до конца понимал, почему вообще согласился на вторую и даже на третью встречу с ней. Коулман была до одури навязчивой (в его понимании) и шумной. Вездесущей, он бы сказал. Её было слишком много. Бесцеремонно ворвалась в его привычную жизнь, принося за собой хаос. Он лежал на диване, когда от неё пришло сообщение.

Она:

Санзу, давай встретимся сегодня?

Он фыркнул и перевернулся на другой бок, отправив короткое «нет».

Она:

Ну и почему же?

Простой отказ её, очевидно, не устраивал. Потому что у меня есть более важные дела, чем видеться с тобой. Забавно, что именно сегодня ему нечем было заняться. Поэтому он решил всё же подняться и выйти на улицу, чтобы дойти до ближайшего магазина и купить что-нибудь на ужин.

Она:

Нет у тебя никаких дел, не придумывай

Ещё смайлик в конце добавила, серьёзный такой, с прищуренными глазами. Тебе-то откуда об этом знать? Положив лапшу в корзину, он хотел убрать телефон в карман, но сообщение пришло мгновенно.

Она:

Обернись

И улыбающийся смайлик. Санзу нахмурился, оглядываясь назад, высматривая в магазине зелёные волосы, но мимо него прошёл мужчина в возрасте и высокая женщина с коляской. Что? Ты где? Сообщение снова пришло быстро, на этот раз в сопровождении смеющегося смайлика.

Она:

Ты что, правда обернулся?

Санзу несдержанно громко чертыхнулся, чем привлёк внимание женщины с коляской, и получил от неё осуждающий взгляд и бормотание про невоспитанную молодёжь. Я тебе пальцы оторву, Коулман. И на этот раз засунул телефон в карман, не планируя брать его, по крайней мере пока он не выйдет из супермаркета.

Она:

Ну, для этого тебе как минимум придётся сначала встретиться со мной

Перехватив пакет поудобнее, Санзу уже поднимался по лестнице к своей квартире, когда печатал ответ, закатив глаза. Коулман, ты манипуляторша и сука. Ответ не пришёл в ту же секунду, а только через несколько минут. Санзу откинул мысль о том, что ждал сообщение, подальше из своей головы.

Она:

Да брось, тебе же это нравится

Он посчитал, что простого «нет» будет достаточно, и ответа снова пришлось ждать пятнадцать минут.

Она:

Как скажешь

И это всё? Никакого сарказма и попыток продолжить спор? Санзу снова закатил глаза и поставил на стол приготовленную лапшу и нарезанные овощи. Заеду за тобой на байке через час. Ответ не пришёл, но он был готов поклясться, что сейчас она улыбается.

◊◊◊

Санзу начал ловить себя на мысли, что ищет возможность встретиться с ней и даже думает о Ней. Иностранное имя, которое въелось в его сознание: Амелия Коулман. Амелия. Коулман. Эми. Странная девчонка с ужасным цветом волос – тëмно-зелëный, болотный, как будто зелёнку на себя вылила – и пирсингом в брови с зелёным камнем, словно под цвет глаз. Разговоры с ней были странными, долгими, иногда душевными. Его удивляло, как Эми могла рассказывать о каких-то, по его мнению, сокровенных вещах открыто, честно и с улыбкой. Во вторую встречу она упомянула о напряжённых отношениях с родителями: отцу не нравилось своеволие дочери, попытки идти против него и делать то, что хочет именно она. Мать особо не препятствовала и не спорила, предпочитая заниматься своими делами, даже новым хобби обзавелась – ходила по аукционам и выставкам, скупая всякое ненужное, но дорогое барахло: вазы, картины, статуэтки. Эми говорила, что давно не видела такое скопление безвкусицы в одном месте. Она ему не нравилась и даже раздражала. Так Санзу думал. Но что-то всё же заставляло его прокручивать её нелепый образ каждую ночь перед сном. Её искренняя открытость подкупала бессознательно: хотелось ей довериться, потому что доверилась и она. Но такую роскошь, как доверие к кому-то, Санзу себе позволить не мог. Поэтому своё согласие на встречи он оправдывал наличием свободного времени и желанием избавиться от скуки. Но в конце концов он решил спросить, что ей нужно. Потому что она не отставала, а лишь пыталась приблизиться. А он не подпускал людей к себе, предпочитая оставаться на расстоянии во всех смыслах. Я не до конца понимаю, что ты хочешь от меня, Коулман. Санзу в самом деле не понимал. Эми словно пыталась ворваться в его привычную размеренную жизнь и всё там разворотить. Интересовалась его самочувствием, рассказывала глупые истории и ничего не просила взамен, кроме присутствия.

Она:

Мне просто нравится проводить с тобой время?

Он нахмурился, читая ответ. Что именно ей может нравиться? Собеседник из него неважнецкий. Это странно. Мы виделись четыре раза. Поднявшись с дивана, Санзу подошёл к холодильнику, но, ничего не выбрав, закрыл его. Смотрел в экран в ожидании ответа.

Она:

И мне бы хотелось, чтобы виделись чуточку чаще, Харучие

Он закатил глаза, шумно выдохнув. Эти бессмысленные слова по-прежнему не давали ответов на его вопросы. Всё ещё не понимая, что ей нужно, Санзу решил обозначить своё отношение. Коулман, ты же в курсе, что я не твоя подружка? И не какой-то там охуеть интересный собеседник, чтобы ты пиздец как хотела проводить со мной время. Ты меня абсолютно не интересуешь. Ответ пришёл быстро.

Она:

Но ты согласился на вторую встречу

Лаконично и понятно. Действительно ведь согласился, не поспоришь. Потому что ты бы мне мозги выебала. Стояла бы под окнами, выкрикивая моё имя. Ты же неадекватная. Он усмехнулся, вчитываясь в собственный текст. Коулман даже его адреса не знала, чтобы заявиться к нему.

Она:

Ты можешь просто признать, что тебе нравится проводить со мной время тоже. Нам обоим упростишь задачу

И в конце добавила улыбающийся смайлик. Она вообще любила их ставить. Это не так. Ему стало интересно, что она ответит.

Она:

Санзу, а в чëм проблема?

Она:

Я тебе просто предлагаю иногда выходить куда-нибудь на прогулки, куда-то сходить выпить, не более

Она:

Просто, ну, общаться? Разве это странно?

Она:

И ты сам не против, но строишь из себя недотрогу и злую буку зачем-то

Несколько сообщений подряд прислала, что вызвало у Санзу ухмылку. Я никого из себя не строю и просто хочу, чтобы ты от меня отвязалась. Она не ответила ни сразу, ни через час. Санзу не мог понять, что он чувствует по этому поводу: радость или негодование. Медленно моргнул, откинувшись на спинку дивана, и ждал. Амелия Коулман обычно отвечала на сообщения быстро, иногда даже слишком, но сейчас почему-то медлила. Взяв телефон и ещё раз пробежавшись по тексту, Санзу криво улыбнулся – сам же сказал отвязаться, вот она и не отвечает. Но как только он поднялся, чтобы пойти в душ, мобильный завибрировал.

Она:

Ну хорошо, как скажешь, Санзу.

Он сглотнул, сдвинув брови к переносице. Вот так просто? Очевидно, решила пошутить, поэтому Санзу откинул телефон подальше и всё же пошёл в ванную.

◊◊◊

Эми ему не писала три дня. Никаких нелепых историй, бессмысленных анекдотов и тупых подкатов. Абсолютно ничего. Санзу бы ни за что не поверил, что девчонка отвяжется после пары грубых слов, учитывая, сколько их было до этого. А потом он увидел её. Случайно, разумеется. Прогуливалась в районе Роппонги, с кем-то болтая по телефону, громко смеялась и улыбалась. С кем она разговаривает, выглядя такой счастливой? Она его даже не заметила, но он успел разглядеть всё: широкую улыбку и новый цвет волос. Светло-розовый, нежный такой, словно ей подходящий. Вечером, когда он пришёл домой, решил ей написать. Не планировал, но несколько выпитых бутылок пива в компании развязали ему руки. Тебе наконец-то удалось закрасить это болото на голове? Задумавшись, следом отправил ещё одно сообщение. Смотрится не так ужасно, кстати. Наконец-то ты не выглядишь так, будто вылила на себя ведро зелёнки. Тихо ухмыльнулся, всматриваясь в экран, уверенный, что такое она не проигнорирует. Слишком своенравная, любит спорить. Когда Санзу предположил, что цвет изначально задумывался не таким, Эми уверенно заявила, что так и планировала. Но она не ответила, а сообщения прочитала. Он удивлённо приподнял бровь, не веря. Ты прочитала мои сообщения и решила не отвечать? Снова ничего. Это вызвало раздражение вперемешку с удивлением. Коулман, ты меня игнорировать вздумала? Прошло полчаса, но его сообщения оставались лишь прочитанными. А я хотел тебя сегодня позвать в бар Даже не планировал и не думал об этом. Но поставил улыбающийся смайлик и теперь точно знал, что она ответит. Не ответила. Подожди, ты вот это серьёзно? Охуеть. На этот раз Санзу ощутил прилив злости, которая заставила его плотно сомкнуть зубы и сжать кулаки. Она оказалась куда более своенравной и принципиальной, чем ему думалось изначально. Коулман, я же приеду и ты получишь по башке, если сейчас же не ответишь мне, блять. И снова никаких уведомлений. Не верит ему. Он чертыхнулся и поднялся на ноги. Выезжаю. Телефон завибрировал меньше чем через минуту, и Санзу довольно улыбнулся.

Она:

Тебе следует прочесть нашу последнюю переписку, чтобы как-то заполнить пробелы в памяти

Она:

Кажется, ты сам не хотел продолжать общение со мной

Он запустил руку в волосы и приглушëнно рассмеялся. Интерес разрастался внутри него, как ядовитый плющ. Прекрати вести себя как сука, Коулман, тебе не идёт. Встречаемся возле кафе, где мы покупали чизкейки, через час. И только попробуй опоздать. Он взглянул на время, понимая, что уже достаточно поздно, и она навряд ли куда-то пойдёт.

Она:

И с чего ты взял, что я приду?

Он хмыкнул. Да куда ты денешься. Снова несколько минут напряжённой тишины, а потом одно слово.

Она:

Санзу.

Коулман.

Она:

Попробуй ещё раз.

Эми?

Она:

Я приду.

◊◊◊

Они поцеловались почти случайно в первый раз. Санзу приехал за ней на байке и увёз к морю. Они немного постояли на берегу, наслаждаясь запахом и видом, этим непривычным спокойствием – так бывает, когда возвращаешься в старый дом, где когда-то ты чувствовал себя уютно. Выпили бутылку вина, прямо из горла, на что Санзу сначала отреагировал с отвращением, не желая пить из одной ёмкости. Но под испепеляющий взгляд Эми почему-то сдался. Он смотрел на её лицо и потянулся к нему рукой, Эми восприняла это как знак к действию и быстро обхватила мужские плечи, сделав шаг вперёд и приоткрыв губы. Выглядело это неловко и глупо. Потому что Санзу собирался убрать какую-то веточку, запутавшуюся в её волосах. Только тогда Эми поняла, какой идиоткой она себя показала. Санзу же это позабавило, и он рассмеялся, даже искренне, не слишком громко, но этот звук у Эми отпечатался в сознании и запомнится на долгие годы. – Какой позор, – пробурчала она, ощущая, как горят щёки. Развернувшись, она собиралась уйти, желательно как можно дальше, чтобы пережить этот позор в гордом одиночестве и потом вспоминать его в случайные моменты перед сном лет через десять. Но Санзу, всё ещё тихо посмеиваясь, схватил её за кофту и резко потянул на себя. Развернул к себе и поцеловал. Сам. Быстро и почти грубо, обхватив скулы Эми пальцами. Ответила она не сразу, сперва опешив, и уставилась своими широко распахнутыми глазами. Но, ощутив вторую руку на своей талии, расслабилась и подалась вперёд. Она вспомнила те пробные поцелуи с Хайтани, которые больше походили на поцелуи с родными братьями; случайные поцелуи на вечеринках с парнями, которых потом отваживали Ран и Риндо. Это отличалось настолько, что у Эми коленки подкосились от нахлынувших чувств. Они приятной негой растекались по всему телу, вызывая мурашки и едва заметную дрожь. Чувство знакомое и незнакомое одновременно, как будто ощущение его губ было чем-то привычным и правильным. Уже известным. Харучие сначала не понял, что именно он чувствует, поэтому отстраняться не спешил. Сильнее обнял дрожащее тело – её реакцию он заметил – и углублял поцелуй каждый раз, когда Эми сжимала его кожаную куртку пальцами. Ещё он не торопился прерываться потому, что не знал, что сказать после, как вести себя и что делать дальше. Он нахмурился, не понимая, почему так сильно захотелось сжать шею Эми рукой. Внезапный порыв удалось сдержать крепким объятием. Но прекратить всё же пришлось, когда волна неожиданно подкралась и промочила им ноги. Санзу нехотя отпрянул и ожидал увидеть довольную улыбку, но не это. Эми покраснела и взгляд потупила, руки на спине скрестила и словно боялась даже взглянуть на него. – Вот уж не ожидал, что ты умеешь смущаться, – сразу нашлось, что сказать, и Эми посмотрела на него с осуждением. – Это что, румянец? Она облизнула опухшие губы, и от этого действия внутри Санзу что-то зашевелилось, захотелось прижать Эми снова к себе и не останавливаться на одном поцелуе. – Вот уж не ожидала, что такой несговорчивый бука умеет так классно целоваться, – парировала она, но вместо язвительного комментария, который планировался изначально, только похвалила его, чем вызвала тихий смешок. – Я не это хотела сказать. – Ну конечно. Тогда считай, что я просто спас тебя от позора. Эми раздражённо фыркнула и убрала пустую бутылку в рюкзак. – Мне пора домой, обещала вернуться до полуночи.

◊◊◊

Жизнь продолжала плыть по течению, и все последующие дни они практически не общались и произошедшее не обсуждали. Ран и Риндо Хайтани, её лучшие друзья детства, собирались на вечеринку, которую организовывал один из членов Поднебесья. Брать с собой Эми они не планировали, но её щенячий взгляд заставил разрешить всем желающим привести своих девушек тоже, чтобы Эми не заскучала и не была окружена одними парнями. Никто бы, разумеется, не подумал ей навредить, но на всякий случай. – Только ни с кем никуда не уезжай, поняла? – строго сказал Ран, собирая волосы в хвост вместо привычных косичек. – Не как в тот раз. В прошлый раз – Эми уехала с компанией байкеров, благо, те оказались знакомыми Хайтани. – Иначе я всем скажу, что ты моя девушка, и к тебе никто даже не подойдёт поздороваться, – подхватил Риндо, усмехнувшись. – А вот это жестоко... – Зато эффективно, – хмыкнул Ран. Подойдя ближе, похлопал Эми по макушке и переспросил: – обещаешь? Без глупостей. Она толкнула его в бок и кивнула. – Обещаю. Музыка, играющая слишком громко, через некоторое время начала мешать. Эми нашла общий язык с двумя девушками и их братом, они немного поболтали и выпили, а потом те решили уехать домой пораньше. Эми поднялась на второй этаж и вышла на балкон, но, прощупав карманы, разочарованно выдохнула: зажигалку она кому-то отдала. На улице начал накрапывать мелкий дождь, ударяясь о стёкла. Эми посмотрела в окно, разглядывая деревья и тёмное небо, за городом открывался чудесный вид. Мысли непроизвольно подкидывали образ Санзу: его хмурый взгляд и почти незаметную улыбку, светлые волосы, к которым хотелось прикоснуться. Они это не обсуждали, но Эми не могла выбросить из головы тот поцелуй. Отбросив мысль позвонить ему прямо сейчас, среди ночи, она развернулась и планировала найти зажигалку в другом месте. Но у выхода она едва в кого-то не врезалась. Знакомый запах дал о себе знать раньше, чем она успела открыть глаза. – Санзу?.. – удивлённо прошептала Эми. – Неожиданно, но приятно. Она не собиралась этого говорить и несвоевременно прикусила язык, смущëнно отводя взгляд в сторону. Алкоголь притуплял сознание и развязывал язык. – Коулман, – тихо хмыкнул он, сощурившись. – Преследуешь меня? Эми явственно ощутила, как негодование подступает к горлу, а щëки краснеют от недовольства и вопиющей наглости, исходящей от этого человека. – Ты хамло, Харучие, – надувшись, бросила она и, демонстративно вскинув волосами, прошла мимо. Санзу не сдержался от тихого смешка и схватил её за майку, резко потянув на себя. Развернувшись, впился внимательным взглядом в широко распахнутые глаза напротив. От Эми приятно пахло, чем-то кедровым и ненавязчивым, совсем не сладким, больше похожим на мужской парфюм. – Я просто пошутил, – нехотя произнёс он. – Новые духи? Эми сначала не поняла, о чëм он говорит, а потом, осознав, широко улыбнулась. – Одолжила у своего парня. О, это определённо того стоило. Такую внезапную смену эмоций за долю секунды Эми наблюдала впервые: глаза Санзу потемнели, уголки губ опустились, а щëки втянулись. – Познакомишь? – стиснув зубы, напряжённо спросил он. Эми пришлось немало усилий приложить, чтобы состроить серьёзную мину. – Прямо сейчас? Он сегодня здесь, кстати. Санзу посмотрел на неё недоверчиво. Внутри клокотала ярость, которую он старался сдерживать. – Фамилия Хайтани тебе о чëм-то говорит? – Хайтани? – неверяще повторил он. – Ты встречаешься с кем-то из Хайтани? Эми изо всех сил пыталась не рассмеяться и хотя бы немного продлить этот диалог и запомнить лицо Санзу в мельчайших деталях – как просто, оказывается, проверить, испытывает ли человек к тебе чувства. – Я просто пошутила, – припомнила она сказанные им пару минут назад слова. Санзу склонил голову вбок, и его взгляд напомнил взгляд дикого зверя. Эми на секунду напряглась, но быстро успокоилась: в конце концов он ещё ни разу не пытался ей как-то навредить. Санзу снова дёрнул Эми на себя, заставляя её врезаться в его тело, и медленно улыбнулся. – Играть со мной вздумала? – прошептал он, откинув её волосы назад. – Я бы поспорила о том, кто с кем играет, – задумчиво протянула Эми, неосознанно подставляясь под приятные прикосновения. – Я честна с тобой. – И в чëм же проявляется твоя честность? – В моей заинтересованности к тебе. Ты мне нравишься, Харучие, и это далеко не дружеская симпатия. Уж поверь, я хорошо понимаю эту разницу. Прямота у Эми была от Риндо. Младший Хайтани, хоть и умел, но не любил увиливать и говорить загадками, в отличие от брата. Эта черта ей нравилась и во многом упрощала жизнь. Манипулировать и что-то скрывать она тоже хорошо умела, если нужно, чему мастерски научилась от Рана за долгие годы их дружбы. Особенно этот навык был полезным в отношении родителей: Эми быстро вошла во вкус и научилась обманывать так, что они не могли усомниться в её честности. Дурной пример, как известно, заразителен. Санзу на мгновение опешил. Было очевидно, что девчонка к нему неравнодушна ещё после случая с поцелуем, но он не ожидал, что она так открыто и спокойно скажет об этом, смотря прямо ему в глаза. Он бы списал это на алкоголь, не замечай за ней раньше подобных откровений. – И что я должен делать с этой информацией? – изогнув бровь, с сомнением спросил Санзу. – Выбор за тобой. Ты волен делать, что посчитаешь нужным. Она усмехнулась и провела ладонью по его груди. – Но упростишь нам обоим задачу, если тоже будешь честным. Санзу окинул её изучающим взглядом, словно оценивая возможные варианты. Противиться её близости было сложно и почти невыполнимо. Он бы мог, но не стал. Поэтому его губы, растянувшиеся в усмешке, спешно накрыли её рот, затягивая в долгий поцелуй. Эми улыбалась, он это чувствовал. Это бесило, потому что складывалось впечатление, что она знает о его действиях заранее, о которых сам Санзу мог и не догадываться. Ему нравилось её целовать. Её губы не менее напористо прижимались к его, заставляя Санзу прижимать Эми к себе и ни о чём не думать. Харучие не замечал за собой ранее интереса к фриковатым девушкам, к тому же к чересчур болтливым и откровенно наглым. Не то чтобы он проявлял интерес к кому-либо в целом, но к этой странной девчонке он бессознательно тянулся, и этот факт принимать не хотелось. Из Эми вырвался полувздох-полустон от недостатка воздуха, когда она нехотя отстранилась, и этот звук заставил Санзу нервно сглотнуть. Она смотрела на него довольно, но не как победительница в негласном поединке, а с теплотой и... с желанием. Это он отчётливо уловил в её взгляде. Она хмыкнула, положив руки ему на плечи: – Это ответ? – Это поцелуй, Коулман. Голос у него был спокойным, почти равнодушным, хотя внутри всё горело огнём. И Эми смогла разглядеть это пламя в отражении его глаз, что заставило снова улыбнуться и резко поцеловать Санзу. А потом ещё и ещё, пока губы не заболят.

◊◊◊

Эми была уверена, что после того случая на вечеринке Санзу снова будет её избегать и игнорировать. Но он не только отвечал на её сообщения достаточно быстро, но и писал ей сам. Спросил, откуда ей известно о Хайтани. Эми уклончиво ответила полуправду: живёт в Роппонги и знает, какая дурная слава ходит о них. Ей показалось, что он не поверил, но переспрашивать не стал. Тем не менее о поцелуе они не говорили, как и об их неоднозначных взаимотношениях. Эми понемногу узнавала его: любимый десерт – чизкейк; не любит большое скопление людей; предпочитает жаре холод. Санзу упоминал только поверхностные факты о себе, очевидно, не желая открываться, но Амелия Коулман всегда отличалась терпением и не давила, не забывая рассказывать о себе более важные и глубинные вещи. – Амелия, ты точно что-то скрываешь, – наблюдая, как Эми довольно улыбается и смотрит в зеркало, подметил Ран. Он редко называл её полным именем, обычно когда собирался серьёзно поговорить или был чем-то недоволен. Эми замерла на месте, прикусив губу, но не показала никаких изменений ни телом, ни мимикой. – Врать не буду, поэтому ничего не скажу, – развернувшись, в конце концов резюмировала она. Риндо хмыкнул и сложил руки на груди, присев на диван рядом с братом. – Эм, ты же в курсе, что узнать что-то, что нам нужно, мы сможем достаточно быстро? – в его голосе мелькнула едва заметная нотка осуждения. – Знаю, – вздохнула она. – Мне действительно есть что рассказать, но дайте мне немного времени, ладно? Когда Ран открыл рот, чтобы ответить, Эми добавила: – Я не совершаю никаких глупостей, мне ничего не угрожает, честно. Просто... Мне нравится один парень, но я пока не уверена, хочет ли он чего-то со мной. Риндо нахмурился, покосившись на неё с недоверием. – Что за парень? Хотелось бы его проверить. – Просто дайте мне пару дней, пожалуйста. Обещаю, я во всём разберусь и расскажу вам. Не выясняйте ничего сами хотя бы за это время, умоляю. Ран шумно выдохнул и поднялся на ноги, стукнув её по носу. – Сорок восемь часов, Эми, и отсчёт уже начался.

◊◊◊

Поцелуи Санзу были обжигающими. Когда он проводил языком вдоль шеи, казалось, что остаётся огненный след, так сильно кожа пылала от его прикосновений. Он не осторожничал, но и не напирал. Был ли этот опыт у него первым тоже, Эми уточнять не стала. Ладони Санзу, довольно крепкие для его телосложения, оглаживали ноги Эми, пытаясь расслабить её тело, которое напряглось непроизвольно, когда он стянул с неё футболку вместе с топом. Она глубоко задышала, бегая взглядом по потолку и часто моргая. – Всю смелость растеряла? – усмехнулся Санзу, резко сжав её ягодицы пальцами. – Удивительно много пиздишь для человека, который сейчас на меня посмотреть боится. Эми нахмурилась и приподнялась на локтях. – Я не боюсь! – гордо вскинув подбородок, заявила она. – Да неужели? Шёпот был до того тихим, что Эми едва расслышала. Через секунду Санзу оказался к ней лицом к лицу, заглядывая в глаза в поисках лжи или сомнений. Она стоически выдержала этот взгляд и обхватила его шею рукой, увлекая в поцелуй. Конечно, ей страшно. Но она в этом ни за что бы не призналась. Санзу был красивым, даже слишком, и очень худым. Худее её. Его кожа, бледная и мягкая, выглядела особенно привлекательно в приглушённом свете комнаты. Светлые пряди падали на лицо Эми и в ночи ассоциировались с серебром. Глаза, голубые с вкраплениями зелёного, смотрели внимательно и улавливали каждую эмоцию на её лице. Губы, с неизвестно откуда взявшимися шрамами в уголках, растягивались в почти незаметной улыбке. И Эми с удовольствием касалась их, отвечая на долгие и требовательные поцелуи, которые вызывали внутренний мандраж. И эти ощущения, чувства рядом с этим человеком казались настолько сильными, что от этого тоже было страшно. Почему он вызывал в ней такую бурю эмоций, заставляя хотеть приблизиться к Санзу Харучие? Любой бы испугался, не испытывай подобного ранее. Но Амелия Коулман никогда не была трусихой. Поэтому ни отступать назад, ни сомневаться она не планировала, куда бы сегодняшная ночь и эти странные отношения её не привели. Санзу не сдержал усмешки, что Эми почувствовала и ущипнула того в бок, да побольнее. – Не дразни меня, – беззлобно выдохнула она, забираясь к нему под футболку и проводя пальцами по выступающим рёбрам. – Мне слишком нравится это делать. Санзу помог снять с себя футболку и приблизился обнажённым телом к её, разгоряченному и слегка дрожащему. Она хотела его очень сильно, и это отчётливо читалось во взгляде. Смотрела внимательно, словно в саму душу заглядывая, как будто знала о нём всё на свете, хоть и Санзу практически не говорил о себе. И это безмолвное понимание в глазах одновременно раздражало и вызывало странное тепло внутри. Он хотел бы открыться кому-нибудь, но позволить этого не мог. Кто будет готов принять его истерзанную душу? Его, травмированного маленького мальчика, который боялся близости, но подсознательно хотел этого. Эми, казалось, была готова. Но Санзу в подобную чушь не верил и продолжал держаться на допустимом расстоянии. Секс – всего лишь способ расслабить тело, а не открыть душу. Так он думал, ещё не понимая, как ошибается. – Эй, – тихий хриплый голос вывел его из ненужных размышлений, а горячая ладонь на щеке заставила встретиться с встревоженным взглядом светло-зелёных глаз. – Не уходи так глубоко в себя. Иногда там можно потеряться. Санзу нахмурился, услышав эти слова. Они прозвучали таким спокойным, понимающим тоном, что ему стало не по себе. Словно Амелия, чëрт бы её побрал, Коулман залезла к нему в голову. – Ты иногда несёшь такую хуйню, – фыркнул он и провёл ногтями вдоль её бёдер, оставляя полосы. Она тихо пискнула, и Санзу добавил: – ты же не думаешь, что я буду нежным с тобой? Она ухмыльнулась. – Ты будешь. И он будет. – Что ты... Эми снова его поцеловала, не давая закончить. Жёстко, грубо, кусая и оттягивая нижнюю губу, так, как ему нужно сейчас. Санзу может кусать её до боли и синяков, царапать, сжимать и целовать, не позволяя отдышаться, но он не даст ей почувствовать боль, когда они зайдут дальше. Она это знает, знает и он. Будет – возможно, не нежным в общем понимании этого слова, но осторожным. – Не дай мне пожалеть об этом, Харучие, – на всякий случай добавила она. – Пожалуйста. Он стиснул зубы. И от имени, и от просьбы. Сжал её талию и медленно, закатив глаза, неохотно кивнул. Эми сдержала довольную улыбку и непроизвольно напряглась, сморщив нос, когда Санзу стянул с неё нижнее бельё. Предстать перед человеком, который тебе нравится в романтическом смысле, абсолютно голой – странно и смущающе. Но какой-то трепет, приятный и пробирающий до мурашек, сильнее. Она отзывалась на любое, даже мимолётное, касание. То вздрагивала и задерживала дыхание, то замирала в предвкушении, но каждая реакция доставляла Санзу несомненное удовольствие. Ему казалось, что Коулман была сплошной эрогенной зоной. Или же она так реагировала на него? Это льстило. – Раздвинь колени, – тихо прошептал он ей на ухо, когда Эми машинально их сжала. Она задышала чаще от этой просьбы-приказа, таким властно-вопрощающим был его тон, что Эми даже растерялась от этой неоднозначности. – Ну же, Коулман, – добавил он требовательнее, заметив лёгкое замешательство в её взгляде, и провёл кончиком носа вдоль её подбородка. И голос у него был такой... манящий, что Эми прикусила губу и послушно выполнила «просьбу». Его пальцы, невероятно красивые, длинные и бледные, легли на живот и начали опускаться ниже. Мучительно долго и неожиданно ласково. Эми нетерпеливо заëрзала, собираясь что-то сказать, но едва слетевшие с губ слова превратились в протяжный стон, когда Санзу накрыл её промежность ладонью. Он догадывался, но сейчас понял окончательно: у неё никого не было раньше. Собственник внутри него ликовал от этого осознания. Пальцы начали двигаться по кругу, иногда ускоряясь, а потом также резко замедляясь, меняли направление в другую сторону или почти не касались. Эми хватала ртом воздух, а все её стоны тонули в долгих поцелуях. Санзу наслаждался, наблюдая за её зажмуренными глазами, и следил за реакцией, пытаясь понять и запомнить, как нравится ей. Хотя казалось, что нравится ей абсолютно всё, что он делает, и тогда Санзу осторожно проник одним пальцем внутрь. Почувствовал влагу и осторожно протолкнул глубже. Эми невольно укусила его за язык от этого действия и шире раздвинула ноги, извиваясь на подушке, когда он подключил и второй палец, не переставая касаться большим клитора. – Хватит вертеться, – выдохнул ей в губы и второй рукой обхватил за скулы, заставляя смотреть на него не отрываясь. Эми покрылась мурашками от этого тона и взгляда. Его и без того низкий голос прозвучал на пару тонов ниже, от чего в нём проскользнула едва слышимая хрипотца. И замерла она не только от слов, но и от внезапно накатившего оргазма, медленно расползающегося по всему телу. Она часто-часто задышала и втянула живот. – Неожиданно, – прокашлявшись, прошептал он, вынимая пальцы и смотря, как они блестят от влаги. – Даже не вздумай это комментировать, – шикнула Эми, прервав его возможный поток слов, состоящий из усмешек или ещё чего. – Нравится мой голос, значит? – тихо вопросил он, приблизившись к её уху. Санзу придвинулся ближе, ухватив Эми за колени. Каждое его движение казалось осторожным, хоть и дëрганным и даже резковатым. Это сочетание было удивительным, потому что он боролся с желанием всё сделать по-своему и не думать о ней и нежеланием ей навредить. И эти внутренние стенания отражали его действия. Но Эми тем не менее не выглядела испуганно или напряжённо. Скорее заинтересованно. Выжидающе смотрела на него, а в глазах – никакого сомнения, страха и недоверия. Немного волновалась, что выдавали поджатые губы и пальцы, нервно сжимающие одеяло. О, Амелия Коулман выглядела просто изумительно. И она ему доверяла. Наверное, это осознание было особенно болезненным и заставляло его действовать аккуратно. Тогда Санзу невообразимо медленно, стиснув зубы и кулаки, придвинулся ещё ближе, едва ощутимо проникая внутрь. Эми крепко зажмурилась и непроизвольно напряглась, но почувствовала, как Санзу водит руками вдоль её бёдер, ничего не говоря, и попыталась расслабиться. Он хотел спросить, всё ли нормально, но не смог найти в себе силы для этого. Не хотел звучать заботливо. Не хотел, чтобы она подумала, будто ему не плевать. Но Эми неожиданно упростила ему задачу, когда сама двинула бёдрами, давая понять, что всё в порядке и можно продолжать. Санзу окинул её внимательным взглядом, когда она закрыла глаза: чуть сморщила нос и брови свела к переносице; на лбу выступила лёгкая испарина; плечи приподнимались от частого дыхания; волосы, взлохмаченные, разлетелись по всей подушке, а на шее пестрели два ярких засоса, оставленные им несколько минут назад. Он хотел запомнить эту картину до самых мельчайших деталей, чтобы потом воспроизвести в памяти как наяву. – Я чувствую твой взгляд, – вдруг сказала она, усмехнувшись, и резко открыла глаза. Её глаза ассоциировались у Санзу с утренней травой в лесу, на которую падают солнечные лучи и которая ещё хранит ночную росу. Вместо ответа он вошёл глубже, придерживая её бёдра, что заставило Эми пискнуть от неожиданности, прикусив язык, а потом несдержанно простонать. А потом ещё раз и ещё, смяв пальцами покрывало и прогнувшись в спине. – Пиздец ты громко стонешь, – удивлённо выдохнул Санзу. – Это плохо? – прерывисто дыша, спросила она. – Мне заткнуться? Санзу криво усмехнулся, покачав головой. – Не думаю. Просто кажется наигранным. Эми прикусила губу, закрывая глаза от приятных ощущений. Вторая рука Санзу хаотично перемещалась вдоль её бедра, иногда сжимая слишком сильно и грубо. – Я не притворяюсь, не волнуйся. Он сдержал довольную улыбку, но добавил: – Как будто я планировал волноваться на этот счёт. Эми фыркнула. Эта черта характера Санзу Харучие была невообразимо раздражающей, он словно специально так вёл себя, чтобы позлить и поиздеваться. Вполне возможно, так и было на самом деле. Из открытого окна подул приятный ветер, шевеля их волосы и принося лёгкую прохладу. Эми остро реагировала на каждый толчок, откидывая голову назад и сжимая плечи Санзу пальцами. Но его движения, когда Эми привыкла и просто поддерживала выбранный темп, резко изменились на грубые и почти жёсткие. Проследив за реакцией, он понял, что с ней не только всё в порядке – ей нравится. – Есть ещё что-то в твоём характере, о чём я не знаю? – он усмехнулся, когда услышал громкий стон, а её ногти вцепились в его спину. – Ты многого не знаешь, Харучие, – на её губах появилась подлая улыбка, когда Эми попыталась подняться, чтобы оказаться сверху. На неудачную попытку она отреагировала разочарованно-удивлённым выдохом и нахмуренными бровями. Попробовала снова, но Санзу, с ухмылкой наблюдая за её действиями, лишь вжал в кровать сильнее и приблизился к недовольному лицу. – И что же ты пытаешься сделать? – А то непонятно, – пробурчала она, и третья попытка подняться была встречена тихим смешком. – Зря стараешься, Коулман, – покачал головой Санзу и больно укусил её за подбородок. – Веду я. – Боишься потерять контроль? Ясно. Эми была сообразительной и проницательной. К тому же достаточно умной, чтобы не идти напролом, а принять к сведению и после придумать, что с этим делать дальше. Поэтому она просто улыбнулась, придвинув Санзу за голову к своей шее, и решила отложить попытки на следующий раз. Или разы. Санзу не ответил, крепко зажмурившись и втянув щёки. Несмотря на то, что он не позволил ей сделать, что хотела, тон у грёбаной Амелии Коулман не был проигравшим. Она лежит под ним, принимает его правила игры, но почему именно у Санзу было ощущение, что проиграл он? Может быть, потому, что он отвечал на её сообщения, поцеловал её сам, причём дважды, а сейчас они занимаются сексом у него дома, потому что Эми настояла на визите к нему? Санзу мало кому разрешает приходить в его квартиру. Это неприятное осознание ножом резануло по грудной клетке, и Санзу больно укусил Эми за плечо, да так, что она запротестовала, шипя и хлопая его по спине. Он медленно отстранился, наблюдая за оставшимся следом, который завтра превратится в синяк. В голове стремительно пронеслось дежавю, и Санзу покачал головой. Эми закатила глаза, рассматривая слишком довольную улыбку. – Что, больно? – Терпимо. Руки Санзу провели вдоль её талии, стискивая кожу пальцами, словно желая запомнить каждый изгиб. Губы опустились на грудь, на что Эми выгнулась, схватив его за волосы и перебирая их, оттягивая и массируя кожу головы. От него чертовски приятно пахло шампунем и парфюмом – смесью ароматов, которые окутывали её, заставляя вдыхать глубже. Толчки стали медленнее, но жёстче, глубже, чувственнее. Ладонь Санзу скользнула меж её бёдер, кончиками пальцев исследуя самые чувствительные места, вызывая у Эми резкие выдохи и протяжные стоны. На её лбу появилась капля пота, а ногтями она вцепилась в предплечья Санзу, ощущая скорый оргазм. Сам Санзу был на пределе, не в силах сдерживаться, поэтому резко ускорился. Его бёдра двигались быстро, ударяясь о тело Эми, и каждое движение было почти отчаянным. Ему требовались титанические усилия, чтобы не сорваться и самому не застонать вслух. Поэтому он, укусив Эми за шею, уткнулся в её ключицы, когда тело пронзил приятный и долгожданный спазм. Эми зажмурилась, ощущая сначала лёгкие прикосновения пальцев, а потом более грубые и быстрые. Обхватив плечи Санзу обеими руками, она привстала и вжалась лицом в его шею, а потом замерла. Тепло прокатилось по всему телу, зарождаясь внизу живота, а кончики пальцев ног онемели. Она часто-часто дышала, ещё несколько секунд ощущая остатки охватившего её оргазма. Перед глазами плыло, делая силуэт Санзу нечётким, поэтому Эми вместо губ поцеловала его лишь в уголок, ощущая шершавую поверхность шрама. Харучие отстранился первым, медленно поднялся и улёгся на спину, пытаясь восстановить дыхание. Мысли в его голове были хаотичными, быстро сменяющие друг друга. В теле ощущалась приятная усталость, которая расслабляла и голову. Он не помнил такого ощущения или попросту не знал раньше, каково это. Они просто лежали на кровати, смотря в потолок. Санзу хотел сразу же пойти в душ, ощущая липкость на теле, но Эми вдруг решила положить голову ему на грудь. Как будто они в какой-то мелодраме, ей-богу. – Я планировал пойти в ванную, – сухо сказал он. – А я не планировала лишаться девственности до свадьбы, – протянула она и устроилась удобнее, водя ногтями по его животу. – Серьёзно? – скептично спросил он, выгнув бровь. Эми тихо рассмеялась и привстала, опираясь о его грудь. – Конечно, всегда представляла себе пышную свадьбу, страстную брачную ночь и после трёх детишек. Она потянулась вверх, выгибаясь в спине. Санзу засмотрелся на её выпирающую грудь и красивую спину, которую ему сегодня не довелось разглядеть. Эми подняла руки выше, разминая мышцы, и прикрыла глаза. Это зрелище заставило Санзу судорожно сглотнуть, жадно пробегаясь взглядом по изгибам, и ощутить возбуждение снова. Он никогда не страдал внезапной эрекцией, даже в самом начале полового созревания, но почему-то Коулман возбуждала его даже тогда, когда говорила или ничего не делала вовсе. – Иди в душ, потом я пойду, – зевнув, сказала она и плюхнулась обратно. Эми закрыла глаза, распластавшись на кровати лицом в подушку. Её вовсе не спортивные ягодицы приковывали взгляд, как и чёртова спина. Санзу цокнул и обхватил её за талию, резко поднимая. – Ты пойдёшь со мной, – констатировал он с улыбкой. Она удивлённо выдохнула и опустила глаза вниз, смотря на член Санзу. На его стояк, если быть точной. Выбора ей не предоставили, настойство утягивая за собой в ванную комнату. Она и не слишком-то возражала, но не ожидала, что следующий их секс наступит вскоре после первого. Поэтому Эми буквально вывалилась из ванной комнаты, на негнущихся ногах шагая к кровати. Время перевалило за полночь, и она с удивлением обнаружила, что они провели в душе почти два часа. – Вот же… тихоня, блин, – буркнула она себе под нос, ощущая, как у неё ноет всё тело. – Серьëзно, как будто всю жизнь терпел, чтобы на мне оторваться. Достав телефон из куртки, она уставилась в экран, смотря на несколько сообщений и пропущенных звонков от Рана и Риндо и матери. Они появились, пока Санзу и Эми были в душе. – Эми, твоя мать на нас всех собак спустила, – раздался недовольный, шипящий голос Рана. – Мы, конечно, выкрутились и сказали, что ты с нами, но какого чёрта? Почему ты где-то шляешься ночью без нас? – Эми, я тебе ноги сломаю, чтобы ты хотя бы несколько месяцев посидела дома, – добавил раздражённо Риндо. – Думаю, что она и на костылях найдёт приключения на свою задницу, – усмехнулся Ран. Эми прикусила губу. – Хайтани, как я вас люблю, – прошептала она, вытягиваясь вдоль кровати. – Я вам всё расскажу завтра, ну или уже сегодня, обещаю. Я с тем парнем, про которого упоминала. Со мной правда всё в порядке. Честное слово. Санзу зашёл в комнату, удивлённо приподняв брови. – Хайтани, я вас люблю..? Эми закусила губу, смотря на его обнажённое тело. – О, тебе предстоит многое узнать. Надеюсь, ты выживешь... – Что?