Диверсанты

— Да чтоб я ещё в этот сезон хоть одну миссию взял, — в сердцах плюнул Райдо, заваливаясь в квартиру. Дома было тихо, пусто, вещей напарника на привычных местах не наблюдалось. «На миссии», — сердце Райдо на мгновение ухнуло куда-то в пятки, прежде чем вернуться на прежнее место. — «Я же забыл его предупредить». Пытаться догнать Ширануи было бесполезно. Генма вернулся ночью. Уставший, грязный и с объёмистым мешком. На выскочившего из комнаты напарника он посмотрел таким взглядом, что тот сразу понял, самого страшного избежать не удалось. — Сколько? — спросил он, но в ответ Генма только обречённо махнул рукой и потащился в душ. Райдо развязал мешок, заглянул в него, нервно сглотнул и завязал обратно. Чего-то подобного он и ожидал, но не настолько же плохо. Похоже, в эту ночь отдых им не светил. От содержимого мешка следовало избавиться любой ценой и не привлекая внимания.

***

— Что горит? — Откуда дым? — Кто по суитону? Гасить надо! — Кого гасить? — Да не кого, а что. Пожар, похоже. — Мужики, я с миссии. Пожарных вызывайте. — Опух?! А квартал сгорит? — Да и хуй с ним. Новый построят. Давно пора. — Так нас же и припашут. — Ладно, а где горит? — А... А правда, где? — Кажется, у Ширануи. — Это, а может, это у них так от страсти полыхает? А тут мы… — В самый неподходящий момент. — Однозначно, надо идти!

***

— Генма! Райдо! Вы там живые? — в дверь забарабанили. Спустя несколько минут, когда самые активные уже собирались высадить её, дверь приоткрылась, выпуская клубы дыма, запах гари и полуголого мечника, больше похожего на кочегара или демона. — Что орёте? — дружелюбия в голосе мечника не наблюдалось. Покрасневший глаз и щека, точно по старым рубцам прочерченная чёрным, нервно дёргались, не добавляя образу демона привлекательности. — Пожар тушить хотели. Но вы тут сами, да? — добровольно-принуждаемый пожарный, поняв, что может отдыхать, слился не прощаясь. — Ты что, шаринганы отрастить решил? — заржал Аоба, посмотрев на красные глаза приятеля. — Иди на хуй, Ямаширо, — с чувством пожелал Райдо. Коллектив добровольных спасателей начал быстро рассасываться. — Твой занят, — за словом в карман Аоба не лез, но на этот раз шутка пролетела мимо. Посмотрев на мечника Аоба понял, что дела неважные. — Что, всё хреново? А как Генма? — Как-как. Пытался ужин приготовить. Теперь вот кухню спасаем, — Райдо оглянулся на донёсшийся грохот и, тихо выругавшись, захлопнул дверь. — Дело-дрянь, мужики, — объявил Аоба, выходя. — Но пожара не будет. Шиноби понимающе покивали и разошлись. Чужие проблемы решать не надо — уже счастье. Тут свои бы разгрести. В кого ни плюнь — биджу знает что. На миссии хоть не ходи, в госпитале все злые, как аспиды, дома никакого отдыха, да ещё и по ночам то и дело подскакивай по тревоге. И это в родной деревне! Будто кто проклял.

***

Шиноби и ночь — две части одного целого. Может потому в Конохе хватало улиц и переулков, на которых фонари если вдруг и были, то не зажигались никогда. Но не этим летом. Наплевательски относящиеся ко всему бытовому шиноби неожиданно начали беспокоиться из-за темноты у своих домов и своими силами оборудовать освещение. Самые ушлые либо экономящие на электриках ставили ловушки. Конечно, есть патрули АНБУ, но плох тот шиноби, который не способен защитить себя и свой дом. — Стой, здесь печати. Две тени крались по конохским улицам, старательно избегая освещённых участков, по малейшим признакам, а то и чисто шестым чувством угадывая, где незваных гостей может подстерегать ловушка. Они избежали уже несколько, обходя их, где возможно. Запоминая расположение. Можно было снять, но это отняло бы драгоценное время и силы. — Ого, уже не шутки, — одна из теней пригнулась к земле, изучая ловушку. — Вот это я, пожалуй, сниму. Несколько минут тишина была полной. Ни шороха, на звука дыхания. — Всё. — наконец выдохнул тот, который снимал ловушку. — Здесь я точно внеплановый подарок оставлю. И не один. — Уходить надо. Переулок опустел, будто никого и не было секунду назад. Двое диверсантов уверенно продолжали свой извилистый путь по ночной Конохе, скрываясь в тенях, избегая ловушек и патрулей, иногда задерживаясь и оставляя заготовленные неприятные сюрпризы. Утром в Конохе будет шумно. — Почти всё. Теперь... — диверсанты остановились, затаившись. Башня хокаге высилась совсем рядом. Патрули АНБУ, охрана, печати. Они не обязаны были идти туда, но это был вызов. Это была месть деревне, — последний штрих. — Если спалимся... — тот что повыше перехватил свою ношу удобней, с тревогой глядя в сторону площади, которую предстояло миновать. — Если нас с этим поймают — нам звездец. — Ага, — странно спокойно ответил его напарник. — Вставят всей деревней так, что ни один ирьёнин не поможет. Пошли.

***

— Обошлось, — Генма, наконец отмывшийся, растянулся прямо на полу. — Всё, никаких больше миссий на этой неделе. — И в этом месяце, — Райдо, вытираясь, вышел из душа. В сторону кое-как отдраенной кухни напарники даже не смотрели. Всё съедобное, что было не запаковано и не убрано, пропиталось запахом гари. — Видеть их больше не могу. — Угу, — Генма согласно качнул сенбоном. — Думал, рехнусь. Так и в нукенины податься недолго. — Ты? — Райдо недоверчиво посмотрел на напарника. По его мнению, если кто в этой деревне и мог свихнуться самым последним, так это Ширануи. А уж в нукенины точно никогда. — Всему есть предел, — философски ответил Генма. Дальнейшие рассуждения прервал настойчивый стук в дверь. Напарники переглянулись. Гости им не требовались. Что может быть лучше раннего утра после бессонной ночи и в пропахшей гарью квартире? Только четверо АНБУ на пороге и допрос. Допрос не состоялся. АНБУ деловито распределились по квартире, осматривая всё, пока один в птичьей маске и с блокнотом задавал стандартные вопросы, а второй шкафом маячил за спинами токубецу. Едва Орёл дошёл до «чем были заняты ночью», как из кухни и санузла выглянули двое других, отрицательно качая головами. — Не они. Показания соседей сходятся. Вся кухня в копоти, — покинувший кухню АНБУ старательно вытирал руки о штаны и, судя по невнятности речи, что-то жевал. — Здесь тоже, — АНБУ, побывавший в санузле, продемонстрировал охапку мокрых, серых, густо покрытых пятнами сажи полотенец. — А я только хотел рассказать, что ночью делал. И как именно, — Генма лихо щёлкнул зубами, вновь зажимая между ними сенбон. Орёл, даже в наклоне головы которого просматривалось что-то птичье, снова взялся за блокнот. Но трое других не были настроены терять время. Двое, изобразив подобие вежливого «извините, что отвлекли», вытащили своего товарища. Третий метнулся в санузел, откуда донёсся звук сливного бачка, и исчез следом за товарищами. — Не догадались, — Райдо запер дверь. — Один догадался, — Генма посмотрел на вздрогнувшего напарника и лучезарно улыбнулся. — Смыть за собой. — Блядь. Уже в чужой сортир зайти поводы придумывают. — Эй, вы там живые ещё? — донеслось с кухни. Генма выругался. Стоило попытаться проветрить квартиру, как гости в окно лезут. Напарники выглянули посмотреть, кого там нелёгкая принесла, и поступить соответствующе. Аоба, до того по-птичьи сидевший на подоконнике, тут же переместился внутрь кухни. Летать, с чужой помощью, за неимением крыльев желания он не испытывал. — Прикиньте, какие-то сволочи по всей деревне напакостили. В башне хокаге особенно, — он с ходу начал делиться новостями. По привычке пронёсся через кухню, затормозил на пороге и присвистнул, оценивая масштабы уже с другой стороны. — Ничего себе, ужин готовил… — Уж как умею, — Генма подошёл к незваному гостю почти вплотную. — Так кто там кого кому нагадил? — А хрен их знает. Диверсанты какие-то, — Аоба, вопреки привычке сенсоров избегать лишних физических контактов, с места не сдвинулся. — Я бы на вас подумал, если бы не вот это. Всю ночь долбались? — Не представляешь, как утрахались. Здесь АНБУ перед тобой были, я бы им рассказал со всеми подробностями, — Генма тянул слова с ленцой, следя за руками Аобы. То, что он не отошёл, уже являлось тревожным признаком. Сенсором Ямаширо был достаточно хорошим. — Но они наверно не то подумали. — Точно, — Аоба опустил уже поднятую руку. — Извини. Сам понимаешь, задание. — Понимаем. И что делать будешь? — Ничего, — Аоба улыбнулся, на этот раз без наигранности. — Пойду доложусь и домой. — Так что с деревней? — Райдо посторонился, пропуская сенсора. — Да ничего особенного. Диверсантов ловят. И если их поймают, им лучше сразу... — Аоба выразительно чиркнул себя по горлу. — Всем от них досталось. Даже в башню хокаге мешок этой дряни пронесли и у кабинета поставили. — Профессионалы, — не моргнув глазом дали заключение напарники. — Не то слово, — согласился Аоба. — Но, думаю, смазка им точно пригодится, если поймают. Столько кабачков всем подбросить. Вы как, участвуете? — Издеваешься? Мы всю ночь как проклятые здесь трахались и ещё не кончили, — Генма кивнул в сторону кухни. — На диверсантов нас точно не хватит. Аоба прикинул что-то, фыркнул, ещё раз заглянул на кухню и, оценив чистоту подоконника и пятна сажи на собственной форме, покинуть квартиру предпочёл через дверь. Может он и призывал ворон, но перекрашиваться под них полностью не собирался. Уже перешагнув порог, он внезапно обернулся: — Генма, а ты в курсе, что кабачок тоже тыква? — Ямаширо, пошёл на хуй! — хором рявкнули оба напарника, захлопывая дверь. — И снова не сказали, на чей, — вздохнул Аоба и не спеша пошёл прочь. Ширануи мог сколько угодно напускать на себя этот ленивый, невозмутимый вид. Но Аоба слишком хорошо знал и его, и Райдо, с которым неплохо сработался, чтобы быть абсолютно уверенным в личностях диверсантов. И даже знал почему. Никаких способностей сенсора для выяснения этого не требовалось. Всё-таки они были его друзьями. А друзей не сдают, даже по приказу хокаге. Хуже того. Если ему снова заплатят кабачками, он присоединится к этим диверсантам в их справедливом возмездии. Вот тогда все и не так попляшут. И хрен с ней, со смазкой.