Он исключение.

      Саэ не любил физический контакт. Ну покрайне мере, в целом.       С самого детства он старался избегать этого, как чумы, даже когда играл в футбол — физический вид спорта, — он надевал длинные рукава и искал способы увернуться от других игроков.         Рин был исключением, но только потому, что он действительно этого заслуживал. В тот момент, когда он впервые увидел его игру, их отношения и динамика изменились. У него был потенциал, который мог превзойти потенциал любого другого игрока, кроме, конечно, Саэ. Ему не нравилось проигрывать или быть вторым, потому что для Саэ это было равносильно провалу.         Может, он и был злопамятным неудачником, но дело не в этом.         Играть с Рином было интересно, поэтому он не стеснялся делать ему комплименты или даже при необходимости гладить его по голове. Рин был таким изобретательным и верным своему стилю игры, он знал, что ему подходит, а что нет. Никто не замечал того естественного хаоса, который его младший брат привносил на сцену. Рин не возражал против того, чтобы быть вторым, если это означало возможность играть с Саэ. Если это означало, что он будет рядом с ним.         В последний раз Саэ гладил Рина по голове перед отъездом в Испанию. Потом всё изменилось…   Рин больше не был исключением.       «Ты не тот старший брат, о котором я мечтал!» — Рин напрягся. Может быть, из-за холода или усталости после тренировки, но Саэ был не в настроении терпеть ребячество Рина.         Саэ думал, что Рин его поймёт. Что он поймёт его решение стать лучшим полузащитником в мире, но он ошибался…         «Давай, если ты сможешь победить меня один на один, я снова буду с тобой в твоих снах. Но если я выиграю — нашим снам конец». Полный решимости, он объявляет правила, которые определяют будущее, не спрашивая об этом. Это была не просьба и не сделка. Это было заявление.         Он видел отчаяние в глазах Рина, его движения были слабыми, неуверенными и вялыми. В его венах текла нерешительность, а реакции были замедленными. Пройти сквозь него было очень легко, и это ещё больше разозлило Саэ.         «Рин… Меня не было четыре года. Что ты здесь делал всё это время?» И на этом Саэ поставил точку. Тишина… единственным звуком было тяжёлое дыхание Рина. Он всё ещё не мог осознать, что только что произошло.         Он изменился, и это было совсем не так, как представлял себе Саэ, и не так, как... Больше не полон потенциала, больше не свободен, больше не Рин... Больше не тот, кем его считал Саэ.       Рин всё ещё дрожал, и на его лице читалась неуверенность. Губы двигались медленно, голос звучал напряжённо, но в тот момент — Саэ было всё равно или он был недостаточно сосредоточен.         «Если я не смогу осуществить свою мечту вместе с тобой, то у меня не будет причин играть в футбол...» А?         Он намеренно препятствовал собственному успеху, копируя свой «неудачный» стиль и желая стать номером 2. Это так наигранно.         Взгляд Саэ был пустым, усталым и безжизненным. Его выражение лица не изменилось ни на секунду. Может быть, он плохо соображал, а может быть, его слова были просто холодными и прямолинейными.         «Тогда сдавайся. Это так слабо... Чего ты ожидал? Что я подставлю тебе плечо, чтобы ты мог выплакаться? Ты просто бракованный товар».   Посредственное, мусорное мышление.       «Кажется, меня сейчас стошнит. Не используй меня как повод снова поиграть в футбол». Его лицо помрачнело, и он схватил свой чемодан. «Может, для тебя я и особенный, но для меня ты просто унылый младший брат, от которого одни проблемы. Как футболист, ты совершенно бесполезен… Отвали, Рин. Ты мне больше не нужен».         — Саэ... — Рин хотел заплакать, но Саэ не обернулся, чтобы увидеть его разбитое сердце, потерянный взгляд, дрожащие брови и прерывистое дыхание. Рин так и остался лежать на земле, а Саэ ушёл. Снова.         Как холодно... Слова Саэ были резкими, полными замешательства и разочарования. Рин больше не был тем бойцом, которого он знал, а Саэ не был тем братом, которого помнил Рин. Все ожидания, все воспоминания о прошлом, все слова были разрушены этим оцепеневшим и горьким моментом.         У Саэ больше не было исключений. Ни для родителей, ни для товарищей по команде, ни даже для собственного брата. Он не ненавидел Рина, он ненавидел то, что японский футбол сделал с ним. С его мышлением, с его навыками… С его ценностью.   

***

          Он не планировал оставаться в Японии дольше, чем было необходимо. Он сделал это просто из любопытства, чтобы узнать о «проекте “Blue lock”». Это пробудило в Саэ интерес. Может быть, он всё ещё надеялся или просто хотел верить, что из этой флегматичной страны выйдет лучший нападающий.         Саэ больше не мог этого выносить. «Стоило ли оно того?» — спрашивал он себя в первом тайме матча. Ужасная игра сборной Японии до 20 лет. Он собирался домой. Ему не было дела до этих недоучек. Он уже собирался уходить, когда Айку остановил его.   «Мы слабы», — без обид, Шерлок. «Но у нас всё ещё есть демон в запасе».         Ах да, точно. Рюсей Шидо. Он даже не входил в состав "U-20", но всё равно выбрал его, потому что Саэ считал, что его стиль игры освежает, и он имел в виду не только «освежает» в прямом смысле. Он был таким свободным и экспрессивным в выражении своей философии, в своей игре, и всё в нём кричало «зверь».         Как бы то ни было, возможно, стоит дать этому демону шанс...         Шидо определённо не был исключением из этого правила. «Нет! Убери этого извращенца от Саэ.» Он сошёл с ума, если думает, что сможет получить его номер, даже если они договорились, что он даст его, если сделает хет-трик. «Нет… э-э-э, ну, Саэ действительно сказал ему, чтобы он не сдерживался, но не в ЭТОМ смысле».         Тем не менее, Саэ не мог отрицать, что между ними возникла химия, даже несмотря на то, что из уст этого демона могло вырваться немыслимое количество ругательств.         Он знал, куда и когда Шидо нужно сделать пас. Когда появляется возможность, он просто концентрируется и точно выполняет свою задачу. Дело не в природном таланте, а в годах практики и опыте, которые позволяют ему быть намного лучше любого посредственного игрока в этом матче.         Ему потребовалось позорно много времени, чтобы понять, кто был «сердцем» этой команды. В его защиту можно сказать, что все они играли так слабо, что он не мог определить, есть ли у команды база помимо Рина. А потом он увидел только синий цвет. Мощный электрический — нет, он был темнее, вроде как у Прусии? Неважно, какой это был синий, важно то, что его игроки начали быстро развиваться, почти нечеловечески. Кто-то с хорошим зрением, да? Интересно.         Прозвучал свисток, ознаменовавший окончание матча со счётом 4:3 в пользу «BLUE LOCK». Саэ тяжело дышал, по его телу разлились пот и знакомое, отвратительное чувство поражения. Он ненавидел проигрывать, но эти последние минуты запомнятся ему надолго.         Рину удалось победить его, пусть и всего один раз. «Он всё ещё мог делать такое лицо». Эта энергия, этот способ двигаться и разрушать всё на своём пути… Как меланхолично и чисто. В этом была суть Рина, но ему всё ещё не хватало техники.         Теперь о другом или, скорее, о другом человеке, который произвёл на него неизгладимое впечатление...   «Я ошибался. Я думал, что Япония никогда не сможет вырастить нормального нападающего». Его голос и весь его вид по-прежнему выражали безразличие, он даже не выглядел так, будто только что отыграл 90-минутный матч.         — Саэ... — в глазах Рина читались страсть и надежда, от которых он когда-то отказался. С того рокового дня ни один из братьев Итоши не проронили ни слова. Может быть, это оно и есть... Рин почувствовал надежду         «Тот, кто пробудил в тебе инстинкты и изменит японский футбол... Это Йоичи Исаги. Возможно, он просто эгоист, которому нужна эта работа». Всё произошло в тот момент, когда казалось, что само время остановилось. Саэ был так сосредоточен на происходящем, что даже не заметил убийственного взгляда, которым его одарил младший брат.         «Япония ещё может измениться». И, возможно, этот эгоист сможет не только оправдать ожидания Саэ, но и стать его следующим исключением.  

***

        Саэ хотел снова встретиться с Исаги после матча, но его нигде не было. Он без устали вглядывался в даль, медленно массируя лицо, пока в раздевалку не ворвался абсолютный хаос.         «Привет, Саэ-тян», — ах, это был последний человек, которого он хотел видеть в тот момент. Шидо попытался обнять Саэ, даже сделал дурацкий жест, изображая поцелуй, но вместо этого его поцеловала холодная земля. Он издал тихий звук, возможно, от боли или разочарования, но на его лице по-прежнему играла дьявольская улыбка.         «Ты, зверюга, не смей так нагло ко мне прикасаться», — его голос звучал резко и приглушённо, он был не в настроении продолжать с ним препираться. Саэ упёрся рукой в бедро, и его взгляд быстро утратил интерес к Шидо. «Чего ты хочешь?»         «Ой~ только не говори, что ты забыл!» Шидо оторвал лицо от земли и надул губы, как будто ему было больно, но его медовый голос говорил об обратном, скорее он был удивлён. «Я здесь за своей наградой~ как и обещал. Я дождался, пока ты примешь душ. Я очень внимательный~» он поднялся с земли и подмигнул Саэ. «Оно того стоит, поверь мне, детка»         Саэ в этом сомневался, и от одной мысли об этом у него слегка дернулась бровь, но он пообещал и не хотел, чтобы дело закончилось ссорой. Он попросил у Шидо телефон, и тот с радостью отдал его Саэ. Ах, почему он не удивился? Конечно, это будет телефон с розовой темой «Hello Kitty». Но это лучше, чем хентай или что-то другое извращённое, что он мог бы сделать. Быстрыми движениями пальцев он добавил свой номер в телефон Шидо и сразу же вернул его.         «Такой милый Саэ-тян» — Шидо держал телефон обеими руками, чтобы он не упал, и с большим энтузиазмом смотрел на номер. Саэ было не по себе, может, ему стоит установить какие-то правила… Ах… В голову пришла идея.         «Теперь ты должен соблюдать три правила, если не хочешь, чтобы я тебя заблокировал». Шидо оторвался от телефон, вероятно, ожидая этого, но всё равно ухмыльнулся.         “Ммм”         «Правило № 1: не спамите мне на телефон, это касается сообщений, звонков, фотографий и всего остального. Правило № 2: никакой обнажёнки...»         «Я не настолько отвратителен, чтобы присылать откровенные фото без спроса». Оправдывался Шидо.         «Хорошо, а правило № 3...». Саэ замялся, но, вероятно, это был его единственный шанс. «Назови мне номер одиннадцатого.» В комнате воцарилась тишина, но не неловкая, а просто странная. Выражение лица Шидо было трудно разобрать, потому что он не ухмылялся, как обычно, а просто выглядел ошарашенным.         «Номер Йоичи? Зачем?» Он снова улыбнулся, на этот раз, очень забавляясь этой просьбой.         «Не твоё дело, просто передай мне контактную информацию Исаги Йоичи». Он просто хотел пойти в свой номер в отеле и немного поспать.         «М-м-м, я не знаю, я не могу дать тебе его номер без его разрешения или разрешения Эго». Он явно шутил, потому что, скорее всего, ему было всё равно и он просто пытался что-то выманить у Саэ.         Саэ вздохнул и приподнял бровь. Он оставит этому демону такое приятное воспоминание, что никто ему не поверит, даже если он решит прокричать об этом на весь мир.         Он медленно взял Шидо за подбородок и приблизил своё лицо к его лицу, сократив расстояние между ними. Он чувствовал и слышал, как быстро бьётся сердце Шидо. «Мой демон, будь хорошим мальчиком и дай мне номер Исаги». Он не изменил ни своего голоса, ни выражения лица, но взглянул на Шидо с искрой в глазах — так он никогда ни на кого не смотрел. Он сделал для него исключение, но только — на этот краткий миг.         Шидо был совершенно ошеломлён тем, что только что произошло. Последнее, что он помнит, — это как Саэ прощается с ним, дав ему новый номер телефон, и, кажется, улыбается? ЧТО?!    

*** 

          Саэ был очень занятым человеком, у него не было ни минуты покоя из-за журналистов, которые преследовали его и задавали одни и те же вопросы снова и снова. Он был в не лучшем расположении духа. Прошло три дня с тех пор, как он получил номер Исаги и написал ему, но до сих пор не получил ответа, и это его раздражало.           Чего он не знал, так это того, что Исаги потерял свой телефон после матча U-20 и нашёл его только через два дня без заряда, поэтому всё это время он ни с кем не общался.       Так что все могли бы увидеть его удивление и панику, когда он в десятый раз перечитывал одно и то же сообщение.       Исаги был слишком ошеломлён, чтобы говорить... Итоши Саэ написал ему три дня назад. Ну, он хотел верить, что это был настоящий Саэ, а не мошенник, выдающий себя за него, но что, если это действительно был он?         Он сделал единственное, что пришло ему в голову в тот момент... написал Рин, чтобы убедиться, что это его брат. Конечно, Рин не ответил на его вопрос и вместо этого спросил Исаги, как он вообще узнал его номер. «Э-э-э, лучше позвоню Бачире».         После короткого разговора Бачира поддался своему уверенному и безответственному влиянию и решил написать «предполагаемому Саэ». Он извинился за то, что не ответил на его сообщение, и спросил, действительно ли это Саэ… Глупо, он знает, но это называется «удостовериться».         Удивительно, но он ответил быстро и прислал временное фото. Исаги нервно открыл фото, надеясь, что это не тролль и не что-то в этом роде. Вместо этого он увидел Саэ, идущего по случайному переулку. Его лицо было скучающим, но всё равно красивым. На нём была расстёгнутая чёрная рубашка, и была хорошо видна его ключица. Исаги не пялился на него — так он себе говорил, но нельзя винить его за то, что он восхищался красотой другого мужчины. Он никогда не видел эту фотографию, и судя по освещению и времени суток, когда он была сделана, можно было с уверенностью сказать, что это писал Саэ.         Исаги терзали вопросы: от «как он узнал мой номер» до «зачем он мне написал» и «о боже, он такой сексуальный». Он вспомнил, что Саэ сказал ему во время матча, что Исаги «сердце blue lock», может, дело в этом? Может, он увидел его потенциал и захотел узнать о нём больше!       Он улыбнулся про себя, не до конца веря, что причина именно в этом, но всё же радуясь тому, что может произойти.    

***

            Саэ был немногословен во время звонков, но гораздо более экспрессивен в переписке. Возможно, это было связано с тем, что переписка давала больше времени и не было неловких пауз, когда ты не знал, что ответить, или как нормально сформулировать предложение. Поначалу его сообщения были очень короткими и прямолинейными, но Исаги не возражал.         Затем появился NEL. Исаги не мог так часто отвечать на звонки, как раньше, и большую часть свободного времени он тратил на изучение стилей, способностей и т. д. других игроков. Когда он не тренировался, то пересматривал матчи и записывал всё, что видел, чтобы придумать разные стратегии. Теперь, когда у него было метавидение и император, которого нужно победить, он очень быстро развивался, что привело к обмороку от перевозбуждения и истощения после матча «Бастардс Мюнхен» против «Мэншин Сити».         Саэ увидел, что произошло, и тут же схватил телефон, чтобы написать Исаги о его богатстве, но остановился, не успев начать печатать. «Почему? Он не ответит ещё долго, у него нет времени. Наверное, он потерял сознание из-за переутомления или обезвоживания. Тогда… Почему я так волнуюсь? Да, он интересует меня практически во всех смыслах, но всё же я уже давно ни к кому не испытывал таких чувств. Не с тех пор, как он…».         После того как он без умолку болтал с Ноэлем Ноа, Исаги проверил свой телефон, так как ему не разрешили пойти в комнату для наблюдения. Он просто увидел короткое сообщение от Саэ, в котором он спрашивал, всё ли с ним в порядке.         «Он что, волновался?» — подумал он, и его грудь и щёки слегка потеплели. Он занервничал — почему? Он покачал головой и написал ответное сообщение, в котором объяснил, что произошло, и заверил, что с ним всё в порядке.         С нежной улыбкой на лице он заснул в своей постели, прижав телефон к груди. К своему сердцу…    

***

          Саэ не обращал внимания на других игроков Gen XI, они были странными и раздражающими, но он мог с этим справиться. С Лоренцо всё было в порядке. Банни вёл себя как полный придурок, ему хотелось разбить этому человеку лицо и стереть с его лица эту садистскую ухмылку. Но в тот момент больше всего он ненавидел Михаэля Кайзера. В целом он не обращал внимания на немца. Он был очень хорошим игроком, и он был бы не против отдавать ему передачи, но теперь, когда у него был Исаги, ему действительно хотелось видеть его чаще и наблюдать за его прогрессом, который Кайзер обеспечивал ему, но при этом очень жёстко. С одной стороны, его забавляла вся эта королевская битва, которая разворачивалась на поле, с таким количеством возможностей и нападающих, демонстрирующих своё эго при каждом удобном случае. С другой стороны, он хотел, чтобы Кайзер держался на расстоянии 10 футов от Исаги.         Саэ не заметил, что хмурился во время матча. Затем Исаги в паре с Хиори забил последний гол, и Саэ невольно улыбнулся, радуясь победе Исаги. Эта редкая улыбка быстро исчезла, когда они приняли торжественную позу и… В этом не было ничего странного или безумного, но Саэ не понимал, зачем это делать, и ему это очень не нравилось, особенно если это происходило внезапно или с кем-то, кого он не считал достойным. Все они вспотели, и на них нахлынули эмоции. Саэ действительно не мог этого сделать, ему было так неловко... А от вида этой сцены на экране телевизора ему стало не по себе.         Но… Почему он так себя чувствовал? Ему было всё равно, что делают другие в честь праздника, но от вида того, как много игроков с синими замками и профессионльных игроков так намеренно и с таким адреналином прикасаются к Исаги, у него закипала кровь. Они не заслуживают того, чтобы прикасаться к нему вот так. Они не заслуживают того, чтобы играть с ним в одной команде. Саэ был лучше и мог проложить более эффективные маршруты для синего нападающего. Он был лучшим выбором.         Ах… может, он ревновал? Неужели он позволил этому вывести себя из себя? И почему всё это вообще крутится вокруг Исаги? Его больше заботила собственная карьера, чем карьера других. Да, он хотел хорошую команду, хорошего нападающего, хорошего товарища по команде, который мог бы использовать его способности. Исаги пока не дотягивал до этого уровня, но в глубине души он очень надеялся, что Исаги поймёт его игру, его логику и будет использовать его для достижения наилучшей сыгранности. Полузащитник и нападающий… Товарищи.    

***

          Последний матч завершился объявлением результатов и новых предложений для игроков. Саэ не удивился, что Рин и Исаги разделили первое место. Этого и следовало ожидать. Возможно, они никогда не узнают, но Саэ гордился ими обоими. Исаги действительно повлиял на игру Рин, и наоборот.   Исаги действительно покорил сердца обоих Итоши.       Он подождал, пока не убедился, что Исаги ответит на его звонок, и стал ждать, когда тот возьмёт трубку.           — А, Саэ? Привет! — его голос звучал спокойно, но в нём слышались радостные нотки. Саэ почувствовал, как краснеют его щёки от того, как молодой игрок произносит его имя.         «Поздравляю с победой и с предложением». Его голос мог бы звучать равнодушно, но Исаги почувствовал за ним лёгкую эмоцию и гордость.         «Спасибо, Саэ! Для меня очень важно, что ты смотрел этот матч и позвонил, чтобы поздравить меня!» Исаги улыбался, всё ещё переполненный радостью.      

***

          Исаги собирался приехать в Испанию. Потрясающая новость! Но Саэ был готов разбить свой телефон, который он крепко сжимал в руке от злости. Что случилось? Случился облом и ужасный Банни.         Достаточно было увидеть его по телевизору, на матчах, в рекламе, в социальных сетях и даже на мероприятиях! От этих мёртвых глаз и мрачной улыбки Саэ становилось не по себе. Наблюдая за голом Банни, он всё больше хмурился и выключил телевизор, прежде чем разбить его.         Глубокий вдох... Саэ решил ненадолго прилечь, чтобы успокоиться. Плохая идея, потому что он проснулся от самого ужасного известия. Его кошмар стал явью: Исаги встретил Банни... Исаги поговорил с Банни. Исаги сфотографировался С БАННИ!         Так Саэ узнал, что его неофициальный нападающий — тот ещё вредитель.         Той ночью Саэ приснилось, что он играет в одной команде с Исаги. Он отдал пас, Исаги принял его и забил... Он подбежал к Саэ и обнял его, переполненный адреналином... Саэ тоже обнял его и даже погладил по голове...         Да, Исаги Йоичи определённо был исключением, потому что Саэ не мог дождаться момента, когда снова встретится с ним и почувствует, какие у Йоичи мягкие волосы.