Под звёздами

Этот вечер наполнялся покоем и безмолвием, нарушаемый лишь тихим шепотом опадающей листвы. Она, словно старое золото покрывала землю шуршащим ковром, по которому люди проходили своими сапогами с уже засохшей грязью на подошве. Порыв холодного ветра развевал каштановые волосы, от чего те трепетали в воздухе. Замерзшие руки были спрятаны в карманы светло-коричневой куртки, а в зубах парень держал дымящуюся сигарету. Все это характерно не для кого иного, как Димы Побрацкого. Холод пробирался под одежду студента, принуждая поежиться от мороза поздней осени. К сожалению, тёплый свет фонаря не согревал, но зато одаривал душу чувством покоя и уюта. Впрочем, это не единственное, что радовало в прохладный осенний вечер. – ... Это Большая Медведица! О, а это Кассиопея, – Олежа летел возле "друга", указывая пальцем на маленькие, светящиеся белые точки, которые рассыпались по беспросветному небу, словно крупинки сахара. В его глазах сияли шальные огоньки, передавая всю его увлечённость в данный момент. – А там.. Полярная звезда.. Дима вытащил изо рта сигарету и выдохнул дым, засевший в лёгких. Уголки губ приподнялись и он повернул голову к Олеже. – Ты столько знаешь.. Астрономию изучал? – Да, – нежно ответил Олежа, слегка улыбнувшись. – Увлекался раньше. Энциклопедии дома кучами лежали. Я еще любил ночами, когда родители спят, звезды рассматривать. Садился у окна и.. Олежа замолк. Взгляд его циановых глаз стремительно перемещался с одного созвездия на другое, пока он не вспомнил что-то и не отвлекся от любования ночным небом на Диму. Олежа неловко усмехнулся и почесал шею. – Что мы обо мне то только? Неприятно тебе наверное..Прости..– дух отвёл взгляд. Его указательные пальцы соприкоснулись друг с другом стыдливо и с нотками неловкости. Дима на минуту растерялся, а после хмыкнул и стряхнул пепел с сигареты на влажный асфальт. Переведя взгляд на Олежу, он без капли лицемерия заявил: – Даже не смей так думать. – он уверенно улыбнулся. – Рассказывай о себе сколько хочешь, мне правда интересно. Олежка заметно оживился. На лице в ту же секунду образовалась широкая, ласковая улыбка. – Честно? – Честно. Но только не ночью, иначе на паре засну. – Хах, я и не планировал. Дима бросил дотлевающую сигарету на землю и затоптал её ботинком, дабы ничего не дай Бог не загорелось. Затем, он посмотрел в глаза Олежи, в которых отражался он. Только он. И никто больше. Спустя несколько секунд его взгляд уже опустился на губы Душнова. Желание вцепиться и поцеловать собеседника брало вверх. Впрочем, никто ему и не запрещал подобные поступки. Дима приблизился ближе к Олеже на шаг. Их лица были буквально в пару сантиметрах друг от друга. Наконец, их губы соприкоснулись под золотистым светом фонаря и сиянием звёзд. Дима почувствовал едва ощутимый холодок губ полтергейста, но это не мешало получению удовлетворения от поцелуя. Олежа в свою очередь не противился, наоборот, отвечал на все нежности. Раньше он считал, что после смерти больше никогда не будет счастливым. Что крепкие цепи одиночества сковали его навечно.. Но теперь Олежа так не думал. Он наконец смог откинуть все негативные мысли прочь, ведь теперь у него был Дима. Побрацкий отстранился и тепло улыбнулся Олеже, что выглядел максимально умиротворенно. Казалось, в эту минуту им было плевать на все. Они просто были друг у друга и это важнее всего. И им было похрен кто жив, кто мёртв..Кто какого пола... Они любили друг друга. – Ха.. Возвращаемся в общагу? – спросил Побрацкий. – Ага. Они вдвоём ушли. И только листва будет помнить, что было на этой улице поздним осеннем вечером под сияющими крошками сахара на небе.