Хлеб режут стоя

— Никита, достаточно. Оно уже вытекает из меня. — Еле еле протараторил голожопый Руди, сжимающий зубы от смущения и возбуждения. Никита вздохнул и отложил тюбик смазки на тумбочку. Он с жадностью смотрел на распластавшегося на постели Руди. Совершенно голый, с широко расставленными ногами, приподнятыми на подушке ягодицами. Смазки и правда было слишком много, она обтекала вокруг припухших краешков сараеобразного анала. Анус здорового человека регулярно секретирует существенное количество естественной смазки, облегчающей движение говна, однако этой смазки совершенно недостаточно не только для фистинга, но даже для обычного анала. Сосидж сложил лодочкой пальцы и надавил на отверстие. Без какого либо сопротивления рука вошла внутрь, сначала пальцы, а дальше по самое запястье. Сайгон затаил дыхание и посмотрел на Руди. Тот замер, зажмурился, и капельки пота собрались между сведенными бровями. Никита не двигался и ждал. Как только мышцы чуть чуть расслабились, он слегка покрутил пальцами. Внутри было очень тесно и горячо, смазка просачивалась сквозь пальцы, Сайгон попробовал сжать кулак, и у него получилось не без усилий. Ростик сжался, глубоко вдохнул и расслабился, кончики губ начали неловко подрагивать в ухмылке, от чего он сразу же прикрыл лицо ладонью. — Продолжай. Никита понял, что не дышал. Он с удивлением смотрел, как бугорок внизу живота Руди медленно поднимается вверх. Рукав рубашки уткнулся в ягодицы и тут же вымазался в смазке. Сосидж неловко подтянул рукав выше и пожалел, что вообще не снял одежду. Он отвлекся и Руди застонал, полушепотом так, почти мямля. От такого рука внутри дернулась и бугорок на животе вылез выше и замер. Член Руди окреп и возвышался перпендикулярно к животу. — Блять, Никита, пожалуйста. И Никита начал двигать кулаком, проходясь костяшками пальцев по выпуклости простаты и заставляя Ростика скулить и извиваться. Смазка хлюпала и порциями выливалась вдоль руки, попадая в рукав и неприятно расплываясь по ткани. Волоски на руке блестели и пригибались против роста каждый раз, как Сосидж вставлял ее по самый локоть внутрь Руди. Казалось, что слизистая ануса нагрелась еще сильнее. Сайгон зачарованно следил за бугорком на животе Руди, который как поршень разгонял смазку по прямой кишке, плотно проходясь по простате. Ростик начал подбрасывать задницу вверх. Он уперся пяткой в бедро Никиты и с силой давил, все время тихо скуля. Красивый, и в тоже время отвратительно порочный в своей распущенной красоте. Он взвыл на особо высокой ноте и задрожал. Сперма толчками выплескивалась из его члена, пачкая живот и грудь. Сосидж остановился, потом приподнял кулак вверх, кожа на животе Руди натянулась, и лужица спермы потекла из пупка по ребрам, скатываясь на высоко поднимающиеся бока. Руди вскрикнул и его член дернулся вверх. С головки скатилась одинокая прозрачная капля предсемени. Его тело словно сдулось и обмякло. Никита медленно и аккуратно вынул руку, он был весь мокрый от пота. Влажная рубашка неприятно холодила кожу. На трясущихся ногах Никита сполз с кровати и скинул с себя все вещи, трусы были липкими и мокрыми. Сосидж даже не почувствовал, как сам кончил, так его занимали вид и ощущения Руди. На душ сил не было. Он салфетками очистил себя, аккуратно привел в порядок Руди и постель.