Гран-при, или кто, если не Лена

Поезд Москва-Казань очень удобный по времени: засыпаешь в Московской области, просыпаешься в Татарстане. Гостиницу Степнов выбрал в центре. Не очень удобно, конечно, добираться до места проведения, зато очень удобно гулять. Он решил, что не надо скромничать, а надо «выкачать» из Николая Павловича по максимуму: хорошие условия проживания, дополнительный день. Пусть у них с Ленкой хоть раз будет нормальная поездка, а не как обычно. Ради этого он даже обещает не донимать директора вопросом нового инвентаря и ремонта спортзала аж до конца года.  Заселились они довольно быстро, бросили вещи, приняли душ с дороги, позавтракали. Спать никому не хотелось, выспались в поезде, поэтому решено было отправиться знакомиться с городом. Оригинальничать не стали и направились туда, с чего обычно начинают все туристы - в Казанский Кремль. Считается, что именно этот кремль был построен по приказу Ивана Грозного взамен разрушенного им в ходе нападения на Казанское ханство. Сейчас он представляет собой тринадцать башен, соединенных между собой белоснежной кирпичной стеной. Сложно представить, что когда-то внутри этого небольшого по современным меркам сооружения убирался весь город. Внутри, также, как и во всей Казани, мирно сосуществуют рядом, как добрые соседи, мечеть Кул-Шариф и Благовещенский собор. Оба сооружения даже чем-то похожи между собой в своей сине-белой цветовой гамме, разница только в возрасте, если христианская церковь была воздвигнута в шестнадцатом веке, то мусульманский храм намного моложе и построен уже при нашей жизни, на тысячелетний юбилей города. Но больше всего привлекает в этом комплексе башня Сююмбике. По легенде, которую рассказывают всем приезжим экскурсоводы, Сююмбике была женой, правившего на том момент в этих краях, хана. Когда Иван Грозный захватил Казань и обезглавил здешнего правителя, то решил непременно жениться на прекрасной царице. Одни говорят, что так она поразила его в самое сердце своей красотой и умом, что ни о чем русский царь больше не мог думать, а другие убеждены, что это был просто грамотный политический ход, ведь женитьба на здешней правительнице помогла бы ему упрочнить свое положение. Но Сююмбике было не так просто расположить к себе, она задала мужчине практически невыполнимое задание: построить башню в семь этажей за семь дней, тогда она выйдет за него замуж. Но когда это влюбленного мужчину останавливали испытания? Сказано -  сделано! Ровно через неделю рядом с дворцом выросла семиэтажная башня. Но лучше бы Иван Четвертый не спешил угодить возлюбленной, потому что эта просьба, на самом деле, была не более, чем хитрой уловкой черноокой татарки. Она изначально не собиралась предавать своего мужа, и намеревалась сохранить ему верность любой ценой. А потому, когда башня была достроена, гордая царица в тот же день сбросилась с самого верхнего яруса, покончив с жизнью.  Поэтому особенно и любима местными жителями и гостями города эта башня. Каждый посетитель музейного комплекса, обязательно подходит прикоснуться к ней, отдавая дань уважения верности и чести царицы из прошлого. После кремлевского комплекса они идут к Дворцу Земледельцев, он здесь неподалеку, буквально в пятнадцати минутах ходьбы по набережной реки Казанки. Несмотря на свой внешний вид, это не историческое сооружение, а новодел. Также, как и мечеть Кул-Шариф, оно построено уже в нашем веке, хотя при разработке проекта архитекторы старались максимально выдержать его облик в классических требованиях архитектуры эпохи Возрождения, чтобы дворец мог гармонично сочетаться с кремлем. Дворцом Земледельцев это здание называется потому, что здесь расположилось Министерство сельского хозяйства и продовольствия Республики Татарстан. - Приглашаем вас приехать к нам в гости тридцатого августа. – слышится голос экскурсовода туристической группы неподалеку. – Каждый год тридцатого августа на этой площади проводится фестиваль оперной музыки «Казанская площадь». Виктор думает, что хоть он никогда не считал себя любителем оперы, но ему хочется приехать на этот фестиваль под открытым небом. Конечно же вместе с Ленкой. Интересно, ей бы понравилось? Когда он в начале сентября пригласил ее на классической концерт, чтобы поднять настроение, упавшее после отъезда родителей, вроде она была довольна. Как было бы здорово стоять здесь теплой августовской ночью, под яркими и низкими звездами, среди толпы людей, слушать академических исполнителей, обнимая сзади свою любимую девочку… - Ленка, ты, наверное, голодная? – сам себя выводит из приятных мечтаний Степнов. Ну, а смысл предаваться глупым фантазиям о несбыточном? - Да в принципе, можно пообедать… - неуверенно отвечает девочка, она увлеклась архитектурой незнакомого города, что даже не может теперь понять, хочет есть или нет. - Тогда пошли искать пропитание! – уверенно говорит ее учитель, оглядываясь по сторонам в поисках какого-нибудь общепита. После недолгих блужданий Ленка тащит его в «Тюбетей», это некий местный аналог «Макдональдса», только с татарским колоритом. Виктор, конечно, против, он, как истинный спортсмен, не приемлет всяких фаст-фудов. Уж если обедать, то по нормальному, нормальной пищей. Но, как всегда, отказать своей звездочке не может ни в чем. Впрочем, в последствии оказывается, что не так уж и похож «Тюбетей» на любимый всеми подростками «Макдональдс». Здесь нет привычных бургеров и картошки фри, зато есть эчпочмак, элеш, костыбый, губадия и много чего еще. И кухня неожиданно оказывается не как в классическом ресторане быстрого питания, а, скорее, как дома, а еще точнее, как у бабушки в деревне. Эчпочмак, традиционный татарский пирожок с картошкой, мясом и луком, очень напоминает бабушкины пирожки, хотя та совсем и не была знакома с татарской кухней. И элеш, который отличается от эчпочмака только тем, что вместо говядины в него кладут курицу, тоже. А губадия вообще какой-то уникальный пирог, осмыслить который разумом не представляется возможным. Дело в том, что начинка для него представляет собой слои из риса, сваренного в сладкой воде, обжаренного до коричневы творога, вареных яиц и изюма. Соединить эти вещи в одном блюде могло прийти в голову только безумцу, но это, оказывается, безумно вкусно. А для таких поборников здорового питания, как Виктор Михайлович, здесь есть токмач – татарское блюдо, которое объединяет в себе одновременно и первое, и второе. С одной стороны, это классический суп-лапша с курицей, картофелем, зеленью и травами, а с другой, он настолько густой, что уже не поймешь, то ли это очень густой суп, то ли очень жидкая паста с курицей. После обеда сворачивают на улицу Баумана. Это старинная пешеходная улица, существовавшая еще во времена Ивана Грозного, правда, называлась она в те времена, разумеется иначе. Виктор и Лена долго спорят над тем, кто такой Бауман, в честь которого названа улица. Кулемина утверждает, что это какой-то знаменитый ученый, скорее всего физик-ядерщик, потому что в честь него назван еще и самый престижный технический университет страны, а Степнов утверждает, что это революционер . В итоге договариваются по возвращению спросить у Рассказова. В самом центре улицы расположен «нулевой километр» - небольшой каменный «компас», указывающий расстояние и направление до некоторых значимых точек мира. Например, до их родной Москвы всего 722 километра, в то время как до Нью-Йорка аж 8033. Даже до Северного полюса и то ближе, всего 3 808! Кстати, расположен он не просто в самом центре улицы, но и в самом центре города тоже. Хотя, этот факт вызывает сомнения. Возможно, когда памятник закладывали, специалисты и вымеряли самую центральную точку, но город растет, и растет неравномерно, так что вполне вероятно, что это уже и не «пуп Казани». Что, впрочем, не мешает местным жителям назначать здесь встречи и свидания, потому что удобно, это место уж точно такое одно. Еще одним излюбленным местом встречи являются часы в начале улицы. Они выполнены в арабском стиле и украшены фигурками поэта, его музы и пегаса. Фраза «встретимся у часов» понятна каждому казанцу, потому что других таких в городе нет. Лене очень нравится скульптура упитанного вальяжного кота, который возлегает в расслабленной позе, закинув ногу на ногу и томно взирает на снующих мимо туристов. Она даже помнит легенду про этих самых казанских котов. Когда их в седьмом классе возили в каникулы в Санкт-Петербург, экскурсовод Эрмитажа рассказывала им, что когда-то давно императрице Елизавете Петровне казанские чиновники преподнесли в дар тридцать лучших котов-мышеловов после того, как та восхитилась фактом, что в Казани совсем нет мышей и пожаловалась на засилье грызунов в царском дворце. Работница музея утверждала, что все ныне живущие в Эрмитаже коты, это прямые потомки тех самых героев-охотников.   И они гуляют по улице Баумана, на которой еще есть имитация кареты Екатерины II, памятник Федору Шаляпину, который является одним из самых почетных жителей Казани, несколько фонтанов с фигурками голубей, лягушек, а также фигурой Хозяйки Воды из татарского народного фольклора. И на соседние улочки тоже заглядывают. Они, может, уже не такие впечатляющие, но все-таки интересные своей неповторимой архитектурой, сочетающей в себе русские и татарские мотивы. А еще город завораживает своей неповторимой атмосферой единения двух культур, открытостью и дружелюбием. Кажется, Казань готова принять в свои объятия любого гостя вне зависимости от его национальной, культурной и религиозной принадлежности. Время еще, конечно, не позднее, но Виктор Михайлович настаивает на том, что пора возвращаться в гостиницу. Лена совсем не устала, она бы с удовольствием погуляла еще, но переубедить тренера не удается. Режим же! Завтра соревнования, нужно быть в полной боевой готовности. Номера в гостинице у них разные, но расположены через стенку. Поэтому нельзя сказать, что Виктор провожает ее до временного места обитания, но ощущается почему-то именно так. Он желает ей спокойной ночи, говорит, что, если вдруг что-то случится, он рядом, через стенку, и чтобы она не стеснялась его беспокоить. Не хватает только поцелуя на прощание. Но он просто ждет, пока за ней закроется дверь, также, как обычно провожал девушку взглядом около двери ее подъезда, и идет к себе. Ну что, как говорится в старой примете, сплю на новом месте, приснись жених невесте? Интересно, а наоборот это работает? Удивительно, но сегодня Виктор спит относительно спокойно, лишь под утро ему снится башня Сююмбике и стоящая на верхнем ярусе Ленка, почему-то в татарских одеждах, которая кричит непонятно кому, что скорее сбросится с седьмого этажа, чем предаст своего тренера… -  Кулемина, последний раз тебя спрашиваю, ты точно хорошо себя чувствуешь? – строго спрашивает Степнов. - Виктор Михайлович, мы с Вами уже вторые сутки вместе, вы же видите, в обморок, вроде, не падаю, дезориентацией в пространстве не страдаю. Хотите пальцем до носа дотронусь? – с этими словами она закрывает глаза и демонстративно дотрагивается указательным пальцем до кончика носа, имитируя известное неврологическое тестирование. - Ладно, верю. – смеется ее тренер. – По носу попадаешь, слово «дезориентация» выговорила без ошибок. Не злись, я просто беспокоюсь за тебя. Вот и наступил первый день соревнований, забег на короткую дистанцию. Соревнования проходят на обычном закрытом стадионе, не самом крупном в городе, поэтому на дистанцию выходят одновременно только пять девушек. Первая пятерка уже пробежала, вторая сейчас готовится к старту. Лена в двадцатой. Но ничего, короткая дистанция она на то и короткая, очередь подойдет очень быстро. А пока светловолосая спортсменка разминается и выполняет дыхательную гимнастику, чтобы успокоить нервы и раскочегарить легкие. Виктор Михайлович мельтешит рядом и заставляет нервничать своим мельтешением.  - Всё, давай, Ленок, удачи! – произносит он и ободряюще сжимает плечо своей ученицы. Хочется, конечно, обнять ее для поддержки, но вокруг куча народу, вероятно, это не очень уместно. Девушка в ответ только кивает и направляется к линии старта. Время действительно пролетело очень быстро, скоро уже ее очередь. И вот она занимает свою дорожку, рядом по обе стороны становятся четыре ее соперницы. Волнения уже нет, оно где-то там, позади. Это также, как и на концертных выступлениях, нервничаешь только в тот момент, пока ждешь выхода на сцену, а когда действо уже началось, переживание уходит, остается только процесс. Звучит свисток судьи и Лена со всех сил бросается вперед. Это на больших дистанциях предполагается плавный вход и необходима экономия сил, на маленьких на это просто нет времени. Здесь все заканчивается слишком быстро, упустишь секунды на старте, не отвоюешь их уже никогда. Тактику бега они с Виктором Михайловичем тоже разбирали. Это только кажется, что в спорте работают одни мышцы, нет, мозги здесь тоже нужны. Каждый его вид предполагает свою стратегию, а Степнов в этом вопросе неподражаем. Наверное, поэтому в шахматы он играет гораздо лучше Рассказова, хотя многих это удивляет. Многих, но не Кулемину. Она знает своего тренера достаточно близко, чтобы понимать, что его ум очень часто бывает недооцененным. Всем всегда кажется, что физруки по определению туповатые, но это просто нехороший стереотип. Дело в том, что ум у Виктора Михайловича немного другой, это не эрудиция, как у Игоря Ильича, не начитанность, как у Милославского, это скорее умение анализировать, видеть закономерности, просчитывать действия, выводить систему. И все эти навыки он старался передать Лене, учил ее всему, что умеет сам. И сейчас она пыталась применить их на практике. А ее тренер стоит в этот момент неподалеку с сосредоточенным взглядом и секундомером в руке. На всех соревнованиях он неизменно сам контролирует время, это его давняя привычка. Мало ли что, нечистые на руку судьи встречаются везде. Чтобы в случае оспаривания результатов не быть совсем голословным. Хотя показания чужого секундомера сомнительное доказательство. Все эти секунды, что девушки бегут, он, кажется, не дышит и не моргает, только во все глаза наблюдает за своей спортсменкой. Ленка финиширует первой, но это, конечно, ничего не значит. Это в своей пятерке она первая, а общий результат они узнают только в день подведения итогов. Ну, по крайней мере, можно быть уверенным, что у них не последнее место. Но в этом Виктор был уверен и до начала соревнований, так что никакой новой информации он не получил. - Молодец! – коротко хвалит он подошедшую Кулемину и протягивает ей бутылку воды. Лена кивком благодарит и начинает жадно пить, Она глубоко дышит, пытаясь унять сердцебиение. - Идем? – интересуется Степнов. – Или хочешь остаться посмотреть? - Не хочу. – мотает головой девушка. – Лучше посмотрим город. - Я тоже так думаю – поддерживает ее решение тренер. – Это же не футбол или баскетбол, действо абсолютно не зрелищное. Тем более, завтра так быстро уже не освободимся. Сегодня Лена тащит его кататься на колесе обозрения. Виктор по началу сопротивляется, мол, такой аттракцион есть в каждом городе, ничего интересного, лучше посетить что-нибудь из достопримечательностей. Но Ленке хочется посмотреть на Казань с высоты птичьего полета, а он, как всегда, идет у нее на поводу. Впрочем, Степнов не совсем прав на счет того, что здесь нет ничего уникального и примечательного. Здешнее чертово колесо не просто так называется «Вокруг света». Дело в том, что каждая кабинка олицетворяет какой-то город мира. Здесь есть и Париж, и Рио-де-Жанейро, и Рим, и Лондон, и Шанхай, и Дубай, и Москва, и Казань, всего тридцать шесть кабинок-городов. Каждая оформлена в соответствии со своей тематикой символикой города, популярной музыкой этой страны, изображениями достопримечательностей. - Ну и какой во всем этом смысл? – ворчит Виктор, усаживаясь на скамейку в кабинке с названием «Париж», самой романтичной на аттракционе. – Как будто в Москве нет такой штуки. - А смысл в том, - отвечает Лена, отрываясь от пейзажа за большим панорамным окном. – что в Москве Вы со мной не пойдете. В шутку она говорит или нет, но Виктора ее слова заставляют смутиться. Ну да, там, дома, пойти вдвоем в такое место было бы просто неуместно. Да даже просто прогуляться вечерком по улицам Москвы. Там для того, чтобы побыть рядом, нужно выдумывать какой-нибудь благовидный предлог: утренняя пробежка, вечерняя тренировка, помощь с музыкальными инструментами и так далее. А еще банально некогда. Дома мы все время куда-то спешим, у нас куча дел, множество отвлекающих факторов. Может тем и хороши такие поездки, что здесь не нужно ничего придумывать, здесь некому за ними следить и нет засасывающей рутины повседневности. Мужчина с незаметным вздохом отводит взгляд, утыкаясь взором куда-то в горизонт. Он так много хочет сказать в этот момент и так мало может себе позволить. Нельзя. Здесь, в этой кабинке захватывает иллюзия, что они одни во всем мире, но скоро колесо завершит оборот, и все вернется на круги своя. И их жизнь по возвращению из Казани тоже.     «Беги, Ленка, Беги!» - сама себя уговаривает светловолосая атлетка. Вот и подкрался второй день соревнований с забегом на длинную дистанцию. Что проще, что сложнее, неизвестно. Есть люди спринтеры, а есть марафонцы. К какому типу относится лично она, Кулемина никогда не задумывалась. С ее тренером нельзя выбирать, можно только быть универсальным солдатом. Потому что «Ну, а кто, если не ты, Лена?». И сейчас она пытается выжать из себя максимум. Сосредоточенно следит за дыханием, сердцебиением, пытается контролировать работу каждой мышцы. Напряженно прислушивается к ощущениям тела, заставляет организм работать с максимальным КПД. Прикидывает в голове расстояние, которое уже позади и которое еще предстоит пробежать и высчитывает, словно по формуле, расход сил. Можно ли ускориться сейчас, чтобы создать отрыв, или это приведет к тому, что она выдохнется и потеряет преимущество. В голове девушки сейчас работает настоящий биокомпьютер. Облажаться нельзя, ведь она чувствует на себе сосредоточенный взгляд голубых глаз. Этот взгляд всегда был для нее лучше любого допинга. Она не может его подвести! Кого угодно, но не его! Поэтому беги, Ленка, беги! «Беги, Ленка, беги!» - отправляет ей мысленный посыл Степнов. Все время, что бежит Ленкина пятерка, он просто сходит с ума. Мечется за ограждением, как тигр в клетке. Адреналин зашкаливает, но не находит выхода. Он ни на что не может повлиять, и это еще больше сводит с ума. Виктор привык все контролировать, привык управлять процессом. А здесь от него ничего не зависит. Все, что он мог сделать, уже сделал во время их подготовки. Теперь ему остается только кричать ей мысленно слова поддержки и надеяться, что она их, если не услышит, то почувствует. Но даже в такие минуты зашкаливающего азарта, он умудряется параллельно любоваться своей звездочкой. Смотреть за органичными движениями подтянутого женского тела, как перекатываются мышцы под фарфоровой кожей, как грациозно и стремительно она мчится вперед. Какая же она красивая в эти минуты… Оторвавшись на последних пятидесяти метрах от своей соперницы, с которой они шли практически нос к носу, Кулемина финиширует первой. Но это снова ничего не значит. Это снова результат только для этой пятерки. Хотя, приходится признать, что, если верить секундомеру Степнова, результат очень даже достойный. Эх, если бы только знать, какие показатели у остальных. Дальше традиционная сдержанная похвала и не менее традиционная бутылка с водой. - Куда теперь? – коротко спрашивает физрук. - В отель. – также коротко отвечает спортсменка, отдышавшись. Сегодня сил гулять уже нет. Часть их забрало нервное напряжение перед забегом, а часть сама дистанция. Само собой, длинное расстояние уничтожает ресурсов гораздо больше чем короткое, да и времени тоже. На часах уже почти пять, вроде бы времени еще вагон, но пока они доберутся до гостиницы, пока поужинают, останется только лечь спать. Да и не хочется уже, честно говоря, ничего. Только в душ и в кровать.