Связующие узы

Это случилось посреди ночи, когда Эндрю курил сигарету. Он сидел на краю моста Викери, свесив ноги. Он никому не говорил, почему настаивал на том, чтобы ночевать на этом одиноком мосту. Никто не понимал, почему его немертвое сердце бешено колотилось, когда он смотрел на воду внизу. Ему казалось что он падает, даже если падение не убило бы его. Они не понимали этого, потому что для всех остальных Эндрю был жестоким вампиром, давным-давно отказавшимся от своей человечности.  Пока он сидел, выкуривая сигарету за сигаретой, он внезапно почувствовал манящий запах крови. Эндрю оживился, навострив уши, чтобы услышать характерный звук клыков, вгрызающихся в плоть.  Аарон больше не пил кровь из вены, а Кевин никогда бы не отправился на охоту один. Оставалось лишь одно возможное объяснение: в Мистик-Фоллс появился новый вампир.  И Эндрю не мог этого допустить. Вздохнув, он бросил сигарету и спрыгнул на дорогу. Он помчался в лес, внимательно прислушиваясь к трепетному звуку затухающего человеческого сердца и позволяя ему вести его. Он остановился перед опушкой леса и окинул взглядом открывшуюся перед ним картину.  Вампир был молодым мужчиной с каштановыми волосами и хрупким телосложением. Эндрю не мог разглядеть ничего больше, поскольку лицо вампира прижималось к шее человеческой девушки. После секундного колебания вампир отпустил девушку и облизал губы. Его клыки начали втягиваться, а вены под глазами раздулись. Когда он открыл глаза, они были синими, как лед. Он уставился на девушку, его зрачки сузились, и он сказал: — Забудь, что ты меня вообще видела. На тебя напало животное, езжай в больницу. — Девушка схватилась за рану на шее и, спотыкаясь, побрела прочь с остекленевшим взглядом. Что ж, это было странно. Большинство вампиров-отступников не возражали против того, чтобы оставлять после себя тела, не говоря уже о том, чтобы тратить время на принуждение свидетелей. У большинства не хватало сдержанности остановиться, да и не хотелось. Вот почему группа Эндрю почти исключительно пила пакеты с кровью, украденные из больницы. Эндрю не знал, что и думать об этом незнакомце. Он наблюдал, как тот вытирает лишнюю кровь со рта и осторожно слизывает ее с пальцев. Первой мыслью Эндрю было, что этот мужчина привлекателен. Великолепен, на самом деле. У него были угловатые черты лица и яркие голубые глаза с приподнятыми внешними уголками. Эндрю видел едва заметные морщинки на его правой щеке. Шрамы. Только когда мужчина повернул голову, Эндрю ясно увидел его левую сторону в лунном свете. Его левая щека была изуродована и бугрилась под глазом. Она выглядела как сгусток неровной кожи. Тем не менее, это ничуть не затмевало его красоту. Наоборот, это еще больше заинтриговало Эндрю. Вампиры могли исцелиться от чего угодно, кроме обезглавливания или удара колом в сердце. Так что все шрамы на теле вампира — это шрамы, оставшиеся с тех пор, когда он был человеком.  — Кто-нибудь не говорил тебе, что пялиться невежливо? Эндрю легко скрыл свой шок. Эмоции больше не отражались на его лице. Уже давно. — Невежливо терзать девочку-подростка перед её выпускным, — сказал Эндрю, выходя на поляну.  Другой мужчина просто пожал плечами и промолчал. Эндрю почувствовал, как глаза вампира – такие синие-синие – блуждает по нему. Какое-то время они молчали. — Что привело тебя в Мистик-Фоллс? — спросил Эндрю.  Мужчина некоторое время смотрел на Эндрю, словно пытаясь решить, стоит ли отвечать. — Ты здесь живешь? — спросил он. — Нельзя отвечать вопросом на вопрос, — легко ответил Эндрю, словно ему было скучно.  — Я отвечу на твой вопрос, если ты ответишь на мой, — предложил вампир. Обычно Эндрю в таких случаях прибегал к запугиванию или насилию. Ему нужно было устранять все угрозы, прежде чем они коснулись бы его семьи. Вместо этого он задумался о том, чтобы сыграть роль «хорошего полицейского» и согласиться с этим предложением, пока не определит, опасен этот человек или нет. Да, так будет эффективнее. Он довольно быстро уговорил себя и кивнул мужчине.  — Я просто проездом, — сказал вампир. — Я нигде не задерживаюсь надолго и всегда соблюдаю осторожность. Тебе не о чем беспокоиться. Эндрю на секунду задумался. Он не почувствовал лжи, но, с другой стороны, вампиры были довольно хитрыми созданиями.  — Это не объясняет, зачем ты здесь. — Незнакомец кивнул и нерешительно сделал несколько шагов вперед.  — Я ищу кое-кого. Старого друга, — сказал мужчина. — Кого ты ищешь? — спросил Эндрю. Вампир замер, но на его лице появилось спокойное выражение; он сделал глубокий вдох, прежде чем встретиться взглядом с Эндрю. — Я ищу гибрида. Кевина Дэя. Этого Эндрю никак не ожидал. Его обещания внезапно показались железными цепями, обвивающими его грудь, отчего он почувствовал тяжесть и стеснение. Эндрю пообещал Кевину защитить его от Мориям. Внезапно этот незнакомец стал реальной угрозой. Откуда он знал, что Кевин здесь? Был ли он один? Сказал ли он кому-нибудь, где он? Эндрю больше не мог продолжать этот разговор. Ему нужно было добиться от него ответов, и как можно скорее. Незнакомец, казалось, почувствовал перемену и отступил назад, прежде чем развернуться и со скоростью вампира помчаться через лес. Эндрю, возможно, был не так быстр, но он лучше знал эти леса и перехватил другого мужчину, застав его врасплох. Эндрю схватил большую ветку с ближайшего дерева и вонзил ее в живот мужчины, стараясь не задеть сердце. Вампир упал на землю, но даже не вздрогнул от боли. Однако он выглядел удивленным. Эндрю приложил два пальца к голове и отдал честь лежащему на земле мужчине. — В следующий раз тебе повезет больше. А затем Эндрю сломал ему шею.  * В этом доме Эндрю и Аарон прожили последние два года. Их двоюродный брат Ники купил дом вскоре после того, как узнал, что Аарон и Эндрю были обращены. Поскольку Ники был человеком, их дом здесь, в Мистик-Фоллс, был относительно безопасен, учитывая, что вампиров в дом должен приглашать живой домовладелец. Тем не менее, когда Кевин искал убежища от Мориям, становилось всё важнее, чтобы никто не узнал о его присутствии здесь. Даже если вампиры не могли войти в дом без разрешения Ники, это не означало, что не было других способов выманить гибрида, если бы они захотели. Тот факт, что вампир с каштановыми волосами, перекинутый через плечо Эндрю, приехал в город в поисках Кевина, был слишком близок к правде. Эндрю было крайне важно получить от него ответы. — Это должно быть что-то важное, Эндрю. Я как раз спал! — пожаловался Ники, открывая огромную деревянную входную дверь.  — Пригласи его войти. И приведи сюда Кевина, — приказал Эндрю и указал на бессознательного вампира на своем плече. — Что… ладно. Входи, — нерешительно сказал Ники. — Аарона тоже позвать? — Делай что хочешь, мне всё равно, — монотонно протянул Эндрю. Ники кивнул и отошёл в сторону.  Оказавшись внутри, Эндрю отнёс вампира в подземный подвал, без всяких церемоний сбросил его на земляной пол и запер дверь на засов. Скрип множества ног, спускающихся по лестнице, навёл Эндрю на мысль, что Ники всё-таки разбудил и Аарона.  — Что за чёрт? — раздражённо спросил Кевин, протирая глаза от сна. Эндрю сдержал усмешку. Гибрид вампира и оборотня, самое могущественное сверхъестественное существо на свете, жаловался на то, что его разбудили. — Новый вампир в городе. Сказал, что ищет тебя, — объяснил Эндрю. Аарон вышел из-за спины Кевина и посмотрел на Эндрю. — Так ты сломал ему шею? — уточнил Аарон, приподняв бровь. Эндрю промолчал, что было воспринято как подтверждение. Затем вампир за стальной дверью начал просыпаться.  — Вытяни из него ответы, — предложил Эндрю Кевину, открывая дверь камеры. Но когда Эндрю посмотрел на высокого мужчину, тот уже смотрел на вампира с каштановыми волосами. Лицо Кевина побелело как полотно. — Натаниэль?! — выдохнул Кевин, в недоумении прикрывая рот рукой.  Вампир, по всей видимости, Натаниэль, тут же поднял голову, услышав имя. Он кивнул, скользнув взглядом по Кевину, а затем по Аарону и Эндрю.  — Не называй меня так. Теперь я Нил, — медленно произнес он. Он несколько раз моргнул, недоуменно нахмурив брови. — Я что, совсем потерял рассудок, или ты размножился, пока я спал? — Вампир, проводя рукой по затылку, оглядел Эндрю и его близнеца. Эндрю предположил, что его шея болела из-за перелома. — Ты его знаешь? — спросил Аарон Кевина, бросая на него обвиняющий взгляд.  — Я-я... он был собственностью Мориям. Ведьма. Я знал его, когда он был человеком.  Это привлекло внимание Эндрю. — Заставь его сказать правду, — сказал Эндрю Кевину, но гибрид выглядел парализованным. Он продолжал смотреть на Нила с пустым, шокированным взглядом. — Заставь его! — повторил Эндрю громче.Это наконец заставило Кевина отмереть. — Тебе не обязательно этого делать. Я не представляю для тебя опасности. Никто не знает, что я здесь. Они ищут меня, они… Он убил мою маму, — сказал Нил голосом, полным эмоций. — Кто он? Рико? — спросил Аарон. Нил покачал головой. — Нет. Мой отец, — сказал Нил. Кевин сдавленно вздохнул. — Он всё ещё... жив? — тихо спросил Кевин. Нил замолчал.  — Внуши ему, чтобы мы знали, что он не лжёт, – настаивал Аарон. Эндрю согласился с братом. Что-то с Нилом не складывалось. Кевин был Древним, излечившимся от колдовских чар. Семья Морияма, усыновившая Кевина после того, как его мать убили оборотни в их деревне, включили его в своё заклинание, чтобы сделать бессмертным. Однако они не знали, что его отец был потомком оборотней. Когда Кевин совершил своё первое убийство, ген оборотня активировался. Его приёмный брат Рико не мог смириться с мыслью, что Кевин могущественнее его и его семьи, и наказал ведьме наложить на него проклятие, чтобы подавить его волчью сущность. Последующие столетия были ужасны для Кевина. Морияма, и особенно Рико, считали его собственностью. Они сломили его дух, заставили съеживаться при звуке их имени. Пока Кевин и Эндрю не заключили сделку, он был практически пуглив. Даже сейчас, когда проклятие разрушено, а сам Кевин стал полноценным гибридом, он был травмирован. Параноик. Боялся. Если Кевин знал Нила, когда тот был человеком, значит, Нилу тысяча лет. Но Эндрю это казалось бессмысленным. Нил не должен был так легко сдаться, когда Эндрю сражался с ним в лесу. Чем старше вампир, тем он сильнее. Эндрю был обращен всего семь лет назад. Тысячелетний должен был справиться с Эндрю без единой царапины. Это было бессмысленно.  — Сохраняй спокойствие. Ты скажешь мне правду, — сказал Кевин, глядя прямо в глаза Нилу. Эндрю наблюдал, как лицо Нила расслабилось под действием внушения. — Когда тебя обратили? Ты был человеком, когда я тебя знал, — спросил Кевин.  — Меня обратили год назад, — сказал Нил.  — Как? Как это возможно? — Кевин слегка истерично произнёс это, но Эндрю позволил ему разобраться. В конце концов, это был Кевин, и он был единственным здесь, кто мог внушать другим вампирам.  — Моего отца обратили вскоре после того, как ты покинул деревню с побочной ветвью семьи. Мой отец не мог практиковать магию, как остальные члены моего ковена. Он был вытягивателем, — объяснил Нил. Аарон обменялся взглядом с Эндрю, словно спрашивая: «Что это, чёрт возьми, такое?» Эндрю тоже не знал. — Ведьмы-вытягиватели не обладают собственной магией, но могут заимствовать её у магических предметов, сверхъестественных существ и заклинаний. Когда мой отец стал вампиром, он смог вытягивать магию из собственного вампиризма. По сути, он стал вампиром и ведьмой; еретиком, — продолжил Нил.  — Это... Но это невозможно, — сказал Кевин, но в его голосе слышалась неуверенность.  — Кевин? Заставь его объяснить. Кто этот парень вообще? — перебил Аарон. Кевин отступил от того места, где стоял Нил, но не отвёл взгляда.  — Натаниэль, э-э… Нил был частью ковена. Того, который сделал нас вампирами. — Видишь ли, Кевин, — перебил его Эндрю. — Я, может, и не силён в математике, но даже я понимаю, что ведьмы не живут настолько долго, чтобы быть такими старыми, как ты, и при этом быть вампиром всего лишь год, — спокойно сказал Эндрю. Сарказм в его словах не отразился в голосе. Всё в нём было бесстрастно.  — Мы с мамой были… — Нил выдохнул, словно ему вдруг стало трудно говорить. — Мама наложила на нас заклинание. Мы могли жить только один год из каждого столетия. Каждые два года мы фактически впадали в магическую кому. Вот почему мы так медленно старели. Клянусь, я говорю тебе правду, — умолял он.  — Что? Зачем твоей матери это было нужно? — спросил Кевин, внезапно заинтересовавшись. Его страх, казалось, рассеивался по мере того, как рос интерес.  — Мой отец служит главной семье. Он был… — Взгляд Нила метался между Кевином и Эндрю, словно он пытался решить, стоит ли ему что-то говорить или нет. В конечном счёте, влечение Кевина не позволяло ему лгать, но это не означало, что он не мог говорить полуправду. — Нам пришлось сбежать, но он постоянно следил за нами. Мы с матерью нашли способ оставаться незамеченными. Это неважно. Мою мать убили в прошлом году. А потом чуть не убили меня… но вместо этого меня обратили. Теперь я совсем один. Мне нужна твоя помощь, Кевин. Мне нужен ты. И, думаю, я могу понадобиться тебе.  — Какая нам польза от новоиспечённого вампира, который больше не может практиковать магию? — надменно спросил Аарон. Эндрю приподнял бровь, услышав в его голосе нотки гнева, но про себя он думал о том же. Нил внимательно посмотрел на него, склонив голову. — Я знаю, где найти белый дуб. Я знаю, как убить Древних. Но нам понадобится ведьма. ---- — Ну? — спросил Аарон. — Можем ли мы ему доверять? — Все трое стояли в гостиной перед тёплым камином. Кевин и Эндрю обменялись долгими взглядами. — Мы пока оставим его здесь. Он может быть полезен, — решительно заявил Эндрю. Он не стал дожидаться реакции Аарона и Кевина; он просто поднялся по резной деревянной лестнице и направился в свою комнату. Солнце скоро взойдет, а он всё ещё не ложился. Он задернул шторы и встал под душевую кабину. Пока горячая вода проникала в кожу, он позволил себе признать принятое решение. Нил, ещё один бродяга, которого Эндрю принял. По крайней мере, он казался менее бесполезным, чем Кевин. Пока что Нил оставался в камере. Только когда Эндрю сможет поговорить с Нилом наедине, он доверит ему свободно бродить по дому. Где-то в глубине души он был рад, что Нил остался. Эндрю не нравилось это чувство, поэтому он подавил его. Это было неважно. Эндрю мог признаться в влечении к вампиру, но не более того. Эндрю не был способен на «большее». Это была пустая трата сил.  ----- Нил, казалось, не был удивлен тем, что на следующий день Эндрю пришел поговорить с ним один.  Ему пришлось отпереть дверь, так как он был недостаточно высоким, чтобы видеть Нила через зарешеченное окно. Нил остался на месте, прислонившись к стене на полу. — Давай заключим сделку, — холодно сказал Эндрю. Нил улыбнулся. — Я помогаю вам, ребята, а вы, ребята, поможете мне? — предположил он. — Я же говорил, мы хотим одного и того же. Мне нужен только Кевин, но если он не может справится без тебя, то ты можешь присоединиться. И взять с собой своего двойника, если нужно. Эндрю сглотнул. Какая дрянь.  — Тебе нужен Кевин, но ты ему не нужен, — заметил Эндрю. — Ты ему тоже не нужен. Почему ты позволяешь ему трусить? — Нил раздраженно выдохнул, прежде чем продолжить. — Его практически невозможно убить; он единственный , кто может справиться с Мориямами, но он слишком напуган, — прорычал Нил. Эндрю поднял бровь, увидев его вспыльчивость.  — Паранойя Кевина выходит за рамки разумного, — согласился Эндрю. Это было справедливо. Поскольку Кевин был гибридом (и к тому же Древним), он был практически неуязвим. Его можно было убить только колом, вырезанным из древнего белого дуба. Мориямы, конечно же, сожгли дерево дотла, но, по словам Нила, часть дуба всё ещё существовала. — Я обещал уберечь Кевина. Сейчас это значит спрятать. Меня больше интересует, почему ты появился как гром среди ясного неба и уверяешь, что знаешь, как найти единственное оружие, способное убить Кевина. Кажется… неслучайность, — объяснил Эндрю, излишне саркастически пожав плечами. Нил прищурился. — Ты думаешь, Мориямы послали меня убить Кевина? — спросил Нил, и его голос повысился от недоверия. — Осторожность не помешает, — сказал Эндрю, делая несколько шагов в его сторону.  — Это безумие! Кевин — мой единственный шанс выжить, — фыркнул Нил, быстро поднимаясь на ноги. — И-и Кевин внушил мне говорить только правду, ты же знаешь, я не лгал, — добавил он, когда Эндрю подошёл ещё ближе. Но Эндрю слышал, как учащается сердцебиение Нила. Он лгал. — Ммм, — промычал Эндрю. Он прищурился, внимательно разглядывая карманы Нила. Небольшая выпуклость в одном из карманов Нила привлекла его внимание. С вампирской скоростью он выхватил предмет из джинсов Нила. Нил не ожидал, что движение будет настолько быстрым, чтобы увернуться, и его плечи в защитном жесте поднялись, когда Эндрю отстранился с предметом в руке. В его ладони лежала крошечная металлическая банка. Нил выглядел разъярённым, а Эндрю наслаждался моментом, прежде чем открыть крышку.  Когда Эндрю поднял его, фиолетовая трава обожгла ему кожу. Вербена. — А-а-а-а, — шутливо отчитал Эндрю. — Кто-то притворился, что его подчинили. Нил немного сник, но в его глазах читалось, что он готов попытаться сбежать, если только ему удастся обойти Эндрю. — Когда я был ведьмой, меня нельзя было заставить. Ты серьёзно думал, что я, вампир, буду бегать от Древних без вербены? — спросил Нил, прищурившись. — Нет, я так не думаю. — Эндрю сделал бы то же самое.  — Если хочешь, пусть Кевин снова внушит мне это, но без этого, но я говорил правду, — сказал Нил с умоляющим взглядом.Эндрю на мгновение задумался. Он сунул вербену обратно в банку, наблюдая, как заживают ожоги на руках, и положил банку себе в карман. — Пока что я придержу это, — сказал Эндрю. Нил кивнул, словно ожидал этого. Без предупреждения Эндрю железной хваткой сжал предплечье Нила и сосредоточился. Нил сопротивлялся, но Эндрю в конце концов удалось заглянуть в его разум. Это был трюк вампиризма, к которому требовалось время, но, освоив его, вампир мог проникать в воспоминания человека; он мог видеть их как свои собственные, чувствовать их, слышать их…  В сознании Нила Эндрю видел лишь вспышки, пока Нил сопротивлялся изо всех сил. В первом воспоминании Нил умирал. Он истекал кровью из-за раны на животе. Несмотря на боль, которую он, безусловно, испытывал, Эндрю видел, как Нил что-то бросал. Это было похоже на китайскую метательную звезду. Когда звезда попала в цель – в блондинку со злобным выражением лица – её тело начало кровоточить от множества крошечных порезов. Словно она стояла под ливнем из иголок. Она согнулась пополам от боли. Раны уже довольно сильно кровоточили, вокруг неё растекалась красная лужа. Нил воспользовался этим, чтобы пронзить её прямо в сердце. Тело тут же начало высыхать. Ещё одна вспышка, и вот женщина, вся в крови, что-то сосредоточенно говорила Нилу, но Эндрю не слышал её слов. Она совсем не была похожа на Нила, но в изгибе её губ было что-то, что напомнило Эндрю о нём. Её голос был сбивчивым, словно Нил искажал звук, чтобы Эндрю не мог расслышать её. Она лежала на боку и выглядела почти злобной, свирепой, хотя, очевидно, была смертельно ранена. Она говорила ему что-то важное, но Эндрю всё ещё не мог это услышать. Однако он чувствовал важность этого через память Нила. Затем воспоминание переключилось на то, как Нил обмакнул палец в кровь мёртвого вампира и всосал его в рот. Тело Нила начало увядать от потери крови, зрение то появлялось, то исчезало. Затем огонь. Столько огня. — Убирайся из моей головы! — крикнул Нил, отталкивая от себя руку Эндрю.   Эндрю без возражений отстранился. Нил выглядел злым, но в то же время настороженным, словно не знал, что Эндрю подумает об увиденном. Эндрю пришлось предположить, что умирающая женщина в памяти Нила — его мать. Должно быть, она велела ему выпить кровь вампира, чтобы после смерти он вернулся к жизни вампиром. Интересно, что мать скорее предпочтёт, чтобы её ребёнок стал монстром, чем умрёт. Эндрю вышел из камеры, не сказав ни слова, и закрыл за собой дверь. Прежде чем покинуть подвал, он достал из холодильника пакет с кровью. Вторая группа крови положительная. Это был любимый пакет Эндрю. Он бросил его между прутьями двери камеры, для Нила.