Новая жизнь

Целых две недели от Камиллы снова не было ни слуху ни духу. Калеб надеялся, что она наконец исчезла из его жизни, уехала в Кобл-сити или хотя бы в Омен-сити к своим родителям. Ну или где там живёт её новый молодой человек, если она, конечно, с ним ещё не рассталась. Все эти две недели у Калеба прошли довольно спокойно, он даже виделся с Раданом и Шэрон на одном из мероприятий, организованных "Сиянием", а после встречи они ещё сходили в новый кофетерий, где отлично поболтали. Калеб был безумно благодарен, что никто не упоминал в разговорах Камиллу и все забыли о ней как о страшном сне. По вечерам, если Калеб не сидел до ночи с бумагами, он ездил по Альт-Сити на своём любимом мотоцикле. Гонял по ночным безлюдным трассам, рассматривал вывески, афиши и плакаты. Не так давно, например, на одном из зданий появился плакат с силуэтом Кавински и подписью: "Говори, помни, знай – сияй". Калеб даже ненадолго остановился, всматриваясь в этот плакат. Да, раньше в империи нельзя было свободно говорить, знать и даже помнить. Если ты не нравишься империи, тебя стирают, и вот ты уже ничего не помнишь, ничего не знаешь и, конечно, ничего не можешь рассказать. От стирания в Аллотере полностью отказались — это слишком жестоко и неправильно. И Калеб не может с этим не согласиться. Надо же, бывший "прихвостень" империи, считай одна из верхушек, а сейчас мелькает на встречах сияния, читает лекции и даже иногда появляется на плакатах. Хотя, если быть совсем откровенным, раньше у Калеба просто не было выбора. Либо ты за империю, либо Войд что-нибудь придумает. Поглазев на новый плакат, Калеб запрыгивает на свой мотоцикл, поправляет шлем и всё же направляется в сторону дома. Время уже было позднее, гостей главный секретарь совсем не ждал, так что и домой не торопился. Припарковал свой мотоцикл на парковке, прогулялся до подъезда, поднялся на свой этаж и открыл квартиру. Ключи от квартиры были только у Калеба и Кавински. Винс случайно забрал второй и как-то забыл про него ещё больше месяца назад, когда привёз Калеба сюда. "Ну и пусть остаётся у Винса, лучше уж у него, чем у Камиллы", – думает Калеб, вешая ключи на специальный крючок. Повернувшись лицом к зеркалу, парень замечает, что волосы его под шлемом снова растрепались. Из аккуратного хвоста вылезло несколько петухов. Молодой человек цокает языком и закатывает глаза. Парень снимает резинку, и его волосы спадают ему на спину. Калеб смотрит на себя в зеркало, зачёсывает рукой волосы назад, а затем наконец отвлекается от своего отражения и начинает заниматься своими привычными вечерними делами. Для начала он переодевается в чёрную футболку и домашние серые клетчатые штаны. Затем надевает серые пушистые тапочки, с недавних пор у них с Кейт они парные. Затем Калеб отправляется на кухню готовить себе ночной перекус. Но не успевает он даже нарезать помидор для бутерброда, как в его дверь звонят. Калеб смотрит на часы: они показывают 23:15. И кому он может понадобиться в такое время? Калеб оставляет нож вместе с недорезанной помидоркой ожидать его возвращения, а сам отправляется к двери, на всякий случай идёт он очень тихо. У Калеба стоит видеодомофон вместо обычного дверного звонка. И это довольно удобное решение. Калеб смотрит на небольшой экран, совершенно не хочет открывать дверь. Там снова стоит она, Камилла. И что ей от него нужно, разве в прошлый раз не было ясно, что он хочет, чтобы она исчезла из его жизни навсегда? Калеб подходит к двери и всё же решает её открыть. И вот на пороге снова стоит эта блондинка с огромными голубыми глазами. Калеб смотрит на неё холодно, с безразличием. От её вида на душе больше не становится тепло, в животе не порхают бабочки... Калеб уже даже злости не ощущает. Словно кто-то ему все чувства выключил, и теперь парню абсолютно всё равно. – Калеб, я... я не знаю, чего ты себе там придумал, но давай поговорим. – Говори, мне тебе нечего сказать, но я тебя с радостью послушаю. Камилла замолкает, она нервно покусывает губы и теребит рукава своей белой рубашки.. — Может, хоть домой пройдём? — с надеждой спрашивает она. — Нет, мы чужие люди, и я не собираюсь пускать на порог невесть кого, — не задумываясь, отвечает Калеб. Камилла снова замолкает, словно собираясь с духом. Она не смотрит Калебу в глаза, и взгляд её бегает по стенам. Парень стучит пальцами по собственной руке. Он даёт ей собраться с мыслями, хотя сам предпочёл бы закрыть дверь перед её носом и отправиться есть свои бутерброды с колбасой и помидором. И какой чёрт его дёрнул вообще открыть дверь? С другой стороны, может, хоть после этого разговора они наконец расставят все точки над "и", Калеб вычеркнет Камиллу из своей жизни как страшный сон и продолжит строить свою "новую жизнь" без неё, с кем-то более достойным. С кем-то, кому он готов доверить свою жизнь, с кем-то, кто заставляет его улыбаться. С тем, кто не предаст, с тем, кто будет рядом в нужный момент... Возможно, у Калеба слишком много требований к будущей спутнице... хотя он тоже не пальцем деланный. – Калеб, ты хороший человек, – начинает Камилла. Главный секретарь не может с ней не согласиться. – Но я не понимаю, почему ты оставил меня, почему ушёл, ничего не объяснив и не сказав? Я места себе не находила, я пришла, а тебя нету, и на сообщения мои никто не отвечает, и дозвониться до тебя тоже было невозможно. А после оказалось, что ты и вовсе меня заблокировал. Но я не понимаю, что именно произошло? — Я видел тебя в ресторане в тот день, — объясняет Калеб и замечает, как вся невинная маска его бывшей девушки трескается. Она больше не может притворяться невинной овечкой. — Это было всего один раз! Я знаю, что это была ошибка! Дай мне ещё шанс! Все имеют право на ошибку! Калеб тяжело выдыхает. Он совершенно не хочет тратить нервы на этот спор. – Все имеют право на ошибку, вопрос лишь в том, какова её цена. Возможно, ты действительно "совершила ошибку". И мне плевать, одну, две или двести. Но цена за конкретно эту – наши отношения. Больше не преследуй меня, не ищи, не жди. Я приеду в нашу квартиру, заберу вещи через неделю. Но больше никогда в твоей жизни не появлюсь, и ты будь добра, не мозоль глаза и не трать моё время. А теперь, прощай. Калеб закрывает двери прямо перед носом Камиллы. Набирает в грудь побольше воздуха, отключает дверной звонок и отправляется на кухню. Там, не долго думая, он готовит себе бутерброды и чай с мятой, а затем отправляется в спальню. Двери у Калеба в квартире очень прочные.Так что он не слышит как Камилла плачет, проклинает его и бьёт по двери как маленький ребёнок. Парень в тишине ложится на кровать, обнимает Герцога – так он назвал плюшевого щенка, и долго ворочается, прежде чем провалиться в беспокойный сон.