Новая жизнь

И дождь пошёл Смывая с улиц грязь ... Калеб ждал Кавински уже полчаса, они договаривались встретиться у Эмпориума. Вокруг ходили люди, прятались в зданиях от дождя или раскрывали свои зонтики. Калеб стоял у своего фиолетового мотоцикла в шлеме и всё ждал и ждал... Винс знает, что Калеб терпеть не может, когда его время тратят впустую. Да и Кавински совсем не из тех людей, что обычно опаздывают. Он скорее придёт на 5-10 минут раньше, если его гибкий график, конечно, позволяет. Ещё через пять минут, когда Винс не отвечает на сообщения, Калеб начинает беспокоиться. Дождь становится только сильнее, и в конце концов у главного секретаря сдают нервы. Он запрыгивает на свой мотоцикл и едет в сторону мастерской Кавински. В голове он проклял Винса 15 раз. Если сейчас окажется, что с этим придурком всё в порядке, он сам оторвёт ему голову. Хотя как же, чёрт возьми, хочется, чтобы Винс был в порядке. Бог его знает, сколько правил дорожного движения нарушил Калеб, зато приехал к мастерской, что находилась довольно далеко, всего за несчастные 10 минут. Все стёкла разлетелись вдребезги от взрывной волны, благо система пожаротушения у блондина в мастерской работала как надо, потому, кроме машины, не сгорело ничего. Калеб ворвался в мастерскую прямо через разбитое окно, попутно набирая на коммуникаторе номер скорой помощи. Первым, что увидел парень, была лужа крови. В ней, с куском стекла в глазу и железякой в ноге, лежал парень. Он был в сознании, но от страха пошевелиться не мог. Калеб не знал, как его зовут, но, честно говоря, от его вида кровь в жилах стыла. Это ведь всего лишь подросток... – Эй, парень, ты меня слышишь? – Д-да, – заикаясь, произнёс парень. – Добейте меня... Меня мама убьёт, если узнает. – Дурак, не убьёт тебя никто, сегодня вообще никто не умрёт, – строго заявил Калеб. Главный секретарь стянул с парня ремень и перетянул им ногу. Затем достал из своего кармана ручку и написал на импровизированном жгуте время. А всё же хорошо, что дорогой опекун Войд позаботился о том, чтобы научить Калеба профессиональной первой помощи. – Кавински здесь? – Д-да, он подошёл к нам, потом взрыв, и меня сюда как откинуло, а потом стекло посыпалось... Калеб поднял глаза и увидел то, что осталось от автомобиля. Да, такой уже точно починке и восстановлению не подлежит. Кавински наверняка расстроится... Калеб быстро заметил низкого блондина, прибитого к одной из стен. Казалось, у Кавински не было особых травм. Так, пара царапин, разбитые очки, отлетевшие куда-то в сторону, и разбившиеся стёклами наружу. Только голова разбита, но там, на вид, ничего серьёзного. Калеб убедившись что парень дышит, решил оставить его, ведь совсем рядом лежала девушка которой на первый взгляд повезло меньше. Тэйлор в момент взрыва держала в руках болгарку, и диск, которым она так усердно пилила крыло в конечном итоге отсёк ей левую кисть. – Блять, – выругался Калеб. Войд сам себе руки отрезал, чтобы заменить их на железные импланты, но вот эта девушка как будто бы явно этого не хотела. Калеб уже не помнит, где именно нашёл аптечку со жгутом, чтобы пережать девушке руку. Зато помнит, как приехала скорая. Первыми забрали Лиама и Тэйлор. Девушку даже удалось привести в сознание, и этот взгляд, полный ужаса, Калеб не забудет никогда. –как это... как это без руки...–шептала девушка пока ей делали капельницу. — Вы так не переживайте, руку ещё можно спасти... но если что, у вас будет протез, это даже лучше! — успокаивала её молоденькая сотрудница скорой. Затем первые две скорые уехали, а третья и четвёртая всё никак не хотели ехать. И ехали они так долго, что когда в следующий раз Калеб подошёл к Кавински, он понял, что тот перестал дышать... Паника накрыла главного секретаря с головой, почему-то именно от Кавински он меньше всего ожидал чего-то такого и потому совсем не знал, что делать. Благо, уже через минуту в мастерскую влетели ещё несколько врачей. Следующие секунды тянулись вечность. Калеба оттолкнули, а Кавински всё-таки вернули с того света, уложили на каталку и быстро увезли. Калеб даже спросить ничего не успел. Главный секретарь плохо помнит, что было с последним парнем. Его тоже забрали, тоже куда-то увезли. Если честно, Калебу это было совершенно неинтересно. В голову словно ваты напихали. Калеб просто не мог думать. Он вообще больше ничего не мог, он места себе не находил в этом мире. Как он мог не досмотреть Кавински! Он же был уверен, что с ним всё хорошо, просто отключился от удара. Но от простой отключки ведь не перестают дышать... Калеб не помнил, как провёл остаток дня, в какой момент рядом с ним появилась Кейт и они вместе отправились в больницу узнать, как там Кавински. — Он в коме, состояние тяжёлое, но стабильное, — проинформировала их медсестра. – Я могу зайти к нему? На минуту буквально? – спрашивает Калеб и смотрит девушке в глаза. Выглядит главный секретарь сейчас как жуткое привидение. Бледный, напуганный, растрёпанный, он смотрит на девушку с таким взглядом, что ему просто невозможно отказать. – Только если на 5 минут. ### Калеб заходил к Кавински каждый божий день. У Винса не осталось никого из родственников, а Калеб оказался в списке экстренных контактов, так что его пускали без вопросов. Тем более он главный секретарь. Калеб приходил каждый день, садился у кровати, смотрел на лицо Кавински, на его щеку, заклеенную пластырем, на растрёпанные блондинистые волосы. Он старался игнорировать трубки и провода, прикреплённые к парню. Ведь выглядели они жутко. Если представить, что их нет, кажется, что Винс просто спит. Просто спит, а не находится в коме уже почти неделю. 5 дней, пять долгих дней которые Калеб не живёт, а существует. Пять дней когда Калеб даже работать нормально не может. Всё что Калеб может, это закрыть лицо руками и расплакаться. – О боги, Кавински... прошу, ну открой ты глаза уже наконец... Я, я места себе не нахожу, понимаешь... Прихожу сюда каждый день, надеюсь, что ты откроешь глаза. Что мы с тобой наконец поговорим, что окажется, что всё хорошо. Полежишь тут ещё недельку, а потом жизнь снова станет как раньше... Калеб понимает, что ничего не будет как раньше, ведь в кошмарах он будет видеть бездыханное тело Кавински. Он уже видит подобные кошмары. Видит кошмары, где он не успел, где врачи не успели... Калеб практически не спит из-за этих кошмаров. – Кавински, прошу тебя, – шепчет Калеб и вдруг замечает, что тот всё-таки открывает глаза. Калеб нажимает на кнопку для вызова врача, а сам чувствует себя самым счастливым человеком в мире. – Блять, Винс, я тебя сейчас поцелую. – Ага, в задницу себя поцелуй... Где я?