в осколках

Его голос всегда дрожал по вечерам. Из соседний комнаты я слышал лишь всхлипы. Мне всегда казалось нормальным, что мы больше не говорим об этом. Но смотря сейчас на осколки разбитого зеркала в прихожей, мне кажется, что в этом доме уже давно что-то разбито. И это явно было не зеркало. Возможно, мне стоило обратить внимание раньше, но где-то между работой, хронической бессонницей, собственными проблемами и хорошим сексом пару раз в неделю я упустил момент где “мы” превратились в меня и его. Мы больше не завтракали вместе, потому что хотели проводить друг с другом каждую секунду жизни. Мы завтракали вместе потому, что я привык готовить порцию на двоих, а он - потому что его тошнит, когда он ест в одиночестве. Мы больше не выходили в парк вместе, чтобы устроить мини свидание. Мы выходили в парк вместе потому, что мне нужно было выгулять собаку, а у него всегда в это время был обеденный перерыв на работе. Мы больше не наслаждались вкусом кофе. Мы пили его потому, что сны стали нашими врагами. Поэтому, когда в одну из тех ночей, когда я работал в зале допоздна, а он проснулся от очередного кошмара, я вовсе не удивился его вопросу.       - Ты правда думаешь, что любишь меня? Мне кажется, именно тогда стало понятно, что сломаны были мы оба, и уже давно. Не уверен, в какой именно момент это произошло, но я не смог соврать ему, да и отпустить было страшно.       - Я не знаю. А ты? Ты любишь меня? Я видел такой отчетливый страх в его глазах, такой похожий на мой собственный. Он тоже боялся. Мы были вместе все эти годы и уже забыли, какого это быть не вместе. Когда наша любовь стала привязанностью, а из привязанности превратилась в привычку.       - Забудь об этом. Ложись спать. Я закончу и приду.       - Не думаю, что это хорошая идея.       - Тогда останусь на диване. Начать все сначала - означало потерять ту малейшую стабильность в жизни, которую я имел сейчас. Мы решили остаться так лишь из привычки. Это была зависимость, и мы оба прекрасно знали об этом. Мы больше не целовали старые шрамы, мы дарили друг другу новые, но не на теле, а в душе. И это было куда ужаснее. Полные безразличия взгляды, отсутствие жизни в голосе и озноб, медленно покрывающий меня, когда прикасался к нему. Я обещал защищать его до конца своей жизни, но теперь боялся даже посмотреть в глаза. Из любовников в сожителей, из сожителей в незнакомцев. Я больше не знал, что он делает по вечерам в выходные. Какие фильмы смотрел последними, какой клиент ему снова нагрубил на работе, или какую новую безделушку он хочет купить после зарплаты. Раньше мой мир состоял только из него одного, и я не замечал всех остальных. Теперь же, я терял его в толпе любых других прохожих. Я смотрел в осколки зеркала и в отражении видел лишь незнакомца. Не узнавал человека, которого видел. Но существо в осколках нарушило данное себе обещание, оно перестало любить и где-то между этим осознало что изменилось.