Resonanse

Лэйн заходит в пустую аудиторию. Точнее, пустую относительно — Донован всё ещё сидит за своим столом, вглядывается в дождь за окном, но на скрип двери не оборачивается. Лэйн находит это забавным — плечи женщины слегка вздрагивают, скорее в удивлении, нежели в безрассудном смущении или напряжении. В конце концов, Донован преподаватель, и такие студенты, как Лэйн, не смогут выбить её из колеи. Разница и границы между ними слишком огромными, и пересечь их кажется невозможным. Донован позволяет ей войти, и это само по себе разрушает вдребезги все правила и устои, которые она же и установила. Лэйн делает неуверенный шаг вперёд. В кабинете пахнет мелиссой и дорогими духами. Женщина отворачивается от окна и скрещивает руки на груди, наблюдая за тем, как Лэйн поджимает губы и подходит к её столу неспешным шагом. — Ну? — Донован вопросительно выгибает бровь. — Чем обязана? Интонация, с которой были сказаны эти слова, Лэйн откровенно веселят. Она довольно улыбается, задирает подбородок, но в её глазах так и сияет тот холод, который Донован находит раздражительным. — Вы сами сказали мне зайти. Женщина зажигает самокрутку с безучастным выражением лица. Она скучающе вглядывается в дым и даже не поворачивает голову в сторону студентки. — Я? Возможно. — Донован прекрасно понимает, зачем позвала Лэйн. Вопрос лишь в том, понимает ли это она сама. Девушка задумчиво склоняет голову набок. Их с Донован взаимоотношения похожи на бесконечную игру или перетягивание каната. Началось всё с небольшого спора на паре, а заканчивается здесь, — в кабинете где пахнет отчаянием и сигаретным дымом. — В кабинетах запрещено курить. — Голос Лэйн тихий, но при этом выразительный, так что Донован наконец приходится взглянуть на неё. Они обе понимают, что фраза эта была сказана из чистого интереса, нежели серьёзной жалобы. Женщина знает, что может в любой момент одёрнуть её, указать на нужное место, вынудить слиться с толпой точно таких же студентов, но она этого не делает — Лэйн вызывает в ней яркий интерес, от которого избавляться совершенно не хочется. — Правда? — Донован тушит самокрутку и выкидывает её в приоткрытую форточку. — Удивила. Нужно будет перечитать университетский устав. Или, может, его хочешь пересказать мне ты? Её шаги раздаются громко и неожиданно. Но походка медленная, элегантная, почти хищническая. Она оказывается рядом с Лэйн за считанные секунды, обхватывает подбородок тонкими пальцами и вынуждает посмотреть на себя. С ней с самого начала было всё иначе: она не смотрела на Донован со страхом или недоверием, когда на первой же паре женщина сообщила о своих требованиях. Она не расстраивалась из-за резкой критики или плохих оценок, без возможности пересдачи. Лэйн ломала привычную систему и разбивала вдребезги, пыталась отыскать мельчайший зазор и протиснуться сквозь толстую пелену льда. Пальцы приподняли чужой подбородок без грубости, с интересом учёного, и наконец Донован заглянула в пустые глаза студентки. — Мне стоит выгнать тебя и больше не впускать. — Вздёрнув брови, произносит она, но взгляд блуждает по изысканным чертам лица. — Больше не будешь действовать на мои нервы. Лэйн не отводит взгляда. Ее дыхание ровное, лишь уголки губ подрагивают от натянутой улыбки. Пальцы Донован на ее коже кажутся одновременно и холодными, и обжигающими. — И всё же вы не сделаете этого, — голос Лэйн звучал тихо, но уверенно, будто она читала скрытые мысли на лице преподавателя. Её дыхание не сбилось, даже когда пальцы Донован коснулись кожи. — Иначе зачем было звать? Уголок губ Донован дрогнул в подобии улыбки. Она не отпускала её лицо, её пальцы все так же ощущали прохладу кожи Лэйн. — Ты так уверена в своей способности развлекать меня? Сказанное кажется в какой-то степени даже смешным — Лэйн в роли шута себя не видит совершенно. — Развлекать? — Девушка позволила себе тихий, почти беззвучный смешок. — Я сомневаюсь, что вас это устроит. — Правда? — Голос Донован прозвучал низко и бархатисто, как будто она смаковала это короткое слово. Ее пальцы, все еще обхватывающие подбородок Лэйн, слегка сместились, большой палец провел по линии скулы. — И что же, по-твоему, меня «устроит»? Она наклонилась еще ближе. Теперь их разделяли сантиметры. Лэйн чувствовала легкое дуновение ее дыхания, улавливала слабый, горьковатый аромат табака, смешанный с дорогими духами. Девушка ощущает, как ускоряется её сердцебиение. Лэйн не отводила взгляда. Её глаза, казавшиеся сначала пустыми, теперь были полны отражённого света из окна — серого и дождливого. — Не знаю. Пожалуй, вы должны решить это сами. Она сделала медленный шаг назад, вынуждая Донован опустить руку. Шаг Лэйн назад был не отступлением, а тактическим маневром, своего рода ходом на шахматной доске. Женщина недоверчиво прищурилась, но затем выпрямилась с довольной ухмылкой. — Решить сама... — Задумчиво произносит она, поправляя воротник идеально разглаженной рубашки. — Хорошо. Я решу. Донован наблюдала, как медленно и будто неохотно Лэйн покидает кабинет. И почему-то они обе чувствовали себя проигравшими.