По кольцу времён, по реке веков

      Искры костра плясали, норовя улететь подальше и куснуть. Юго в любопытстве протянул руку немного ближе — несколько приятным теплом коснулись кожи. Элиатроп слабо улыбнулся.       Один раз уже очаровался пляской пламени так, что обжёгся и не заметил. Надо быть осторожнее в ближайшие годы… В полную силу он войдёт ещё нескоро. И всё же искры костра — будто в волосах Шинономе пляшут… Хотя огонь тёмной ночью — это к Гругалу скорее…       До острова Ома и, возможно, второй встречи с Ноксом оставалось около двух месяцев. И насладиться этим временем элиатроп собирался сполна.       — Таки я не понимаю, какие ко мне претензии! — уловил Юго краем уха возмущения Руэля и с интересом повернулся. Всё ещё спорит с Евой?       — А такие, что если бы не поругался с паромщиком, мы бы не делали сейчас крюк!       — Ты расценки его вообще видела, девчуль?! Даже моя бабушка столько не драла!..       — Да будет вам, — Юго закинул ногу на ногу и рассмеялся. — Всё равно ведь доберёмся и до Бонта, и до Ома. А с учётом, сколько нас Груфон водил, — он махнул рукой на шушу, мирно дремлющего — но на своё имя дёрнувшего кисточкой, — пара-тройка дней — не так страшно.       Евангелина с шумом выдохнула.       — Тебе-то — конечно… — процедила она. На что встрепенулся уже Тристепан, прежде полировавший Рубилакса. Шушу, поняв, что продолжение не светит, закатил раздражённо глаз. Юго это даже позабавило. Хоть сейчас отношения между демоном и его стражем были далеко не из лучших… Похоже, что-то повторится, как и прежде.       Хотя всё же элиатроп бы предпочёл, чтобы обошлось без вытаскивания стража из смерти после нападения Адамая, к примеру. Впрочем, братец за такие мысли и самого Юго немного прибьёт…       — Я не пойму, Ева, вы же с Амалией вроде сами вызвались в приключение идти? Так теперь чего возмущаешься?       — Ага, бьёт лапой, как индюдрак заправский!..       — Так у неё же лап нет, только ноги и руки…       — Проверю округу, — резко сказала Ева. — Чтобы не мешать вам развлекаться!..       Кра быстро развернулась и ушла в чащу. Юго вздохнул. Видение вакфу позволило б ему найти Евангелину, уйди она хоть до самой Бонта, не то что просто немногим глубже в лес. И всё-таки конфликты он не любил. Хлебнул в своё время ссор и споров сполна, чтобы ещё и средь друзей их на пустом месте не привечать.       Друзей… Юго задумчиво оглядел всех. Руэль закатил глаза и дальше продолжил копаться в сумке. Панпан что-то буркнул в адрес Евы, но на слова элиатропа, что у той есть причины злиться, лишь мрачно кивнул. Амалия — с болью поглядела вслед подруге, но ничего не сказала. Так и продолжила сидеть, осторожно гладя пальцами куклу.       «Опять впадаешь в меланхолию, братец?» — зевнул Адамай. — Только не слишком увлекайся.       — Иногда можно себе позволить, — улыбнулся Юго в ответ. — Уже встал?       — Да куда же я денусь… Пойду на завтрак отловлю что-нибудь. Не пропади там без меня.       — Да куда же я денусь…       Близнец снова чуть отдалился, а Юго подпер голову рукой.       Когда-то всех, кто был ныне рядом, он мог смело назвать друзьями. Семьёй. И, видят Богиня и Дракон, не было у него никого ближе с тех пор. Хотя и заводил приятелей с тех пор не раз…       В конце концов, с первой встречи в Емельке прошли века. Он привязался сильнее всех к тем, с кем разделил дальнейший путь, но и другие узы у него были.       Может ли назвать друзьями теперь? Они действительно сближались в пути, но всё же сейчас скорее просто товарищи по приключениям… Хотя это и не важно. Призраков былого не видеть в них было слишком сложно, пускай Юго и пытался. Но ради памяти — будет биться за них до последнего. Из уважения к тем, с кем он когда-то был близок — не станет их проецировать на тех, с кем он рядом сейчас.       Он внимательно посмотрел на ладонь свободной руки. Ладонь ребёнка. Уже не один месяц прошёл, а всё так же не вполне привычно… Забавно. Вроде бы когда вырос, то застывал порой периодически, пытаясь срастить, что внешне не дитя. А теперь вот — наоборот…       Может, и рискнуть однажды, выплеснуть энергию, чтобы вернуть привычный вид… А с другой стороны, ему сейчас всего двенадцать. Ещё успеет пожить… Юго грустно улыбнулся. На годы молодости выдалось больше всего разных испытаний. Но всё же он ценил, что имел подобие детства. Да и… Интересно будет, что отец скажет, если из путешествия не двенадцатилетний мальчишка вернётся, а взрослый парень. Нет уж. Лучше пусть всё идёт своим чередом хотя б в эти несколько лет… И так в своё время в прошлом исчезнувшем изрядно Альберта удивил после некромов…       Ноксины летали по округе и наверняка следили, но сегодня Юго это не беспокоило. Несколько едва заметных пассов — механических насекомых словно ветром куда подальше сдуло. А вот нечего подглядывать почём зря…       Пламя танцевало, тихо потрескивало в тишине. Элиатроп наслаждался волнами жара. Конечно, таким мерзляком, как Чиби, он и не был никогда, да и летал в грозы и шторма со смехом… Но он всё же любил тепло и уют.       То, чего был лишён все последние века, пока вместе с Адамаем гонялись за осколками богов.       То, чего начнёт лишаться вскоре, если не сумеет удержать всё.       В конце концов, вернуться во времени — не второй шанс. А скорее новое испытание.              Вернуться в прошлое он и близнец никогда не стремились. Неплохо жизнь сложилась, вопреки всему. Было многое, о чём жалел… Но не настолько, чтобы сходить с ума и пойти по пути Нокса. Хотя порой только его пример и тормозил: понимал Юго, что не хватит всей вакфу мира, чтобы обернуть нужное время вспять…       Потому и сомневался теперь, как сомневался и Адамай. Может, просто ошиблись тогда у осколка божества, и ныне лишь умирают в таком чудном видении? Но… Король элиатропов тихонько фыркнул. Даже если и так, ныне он возьмёт от этого сна всё, прежде чем он кончится. А ежели это и впрямь реальность — так ему и впрямь было, что исправить…       Но и верно Адамай сказал. «Давай для начала хотя бы новых ошибок не наделаем». Уже, вон, одну успел так точно… Кивнув своим мыслям, Юго пересел поближе к Амалии. Та вздрогнула и подняла голову, посмотрев на него.       Он достаточно ей задолжал.       — Просто показалось, что ты слишком задумчива. А за Еву не волнуйся. Она сильная, да и я скажу, если что не так.       — Когда я не знаю, насколько можно в принципе тебе доверять, — резко ответила она, но снова закрыла глаза, стиснула зубы. — И сам ведь понял, почему так сижу, так зачем пришёл?..       Руэль и Панпан начали о чём-то спорить уже меж собой. Ну и хорошо. Мешать не будут. А у него ещё есть дела, с которыми лучше разобраться без других…       — Просто так, — пожал он плечами. — Если не нравится — уйду. Мне не сложно.       — Сомневаюсь… — протянула Амалия. Тихо выдохнула, будто о чём-то сожалея. Наконец — вполголоса сказала: — Я решила. Поможем тебе сесть на корабль до Ома, а дальше уйдём. Королевство Садида рядом с Бонта, быстро доберёмся. А там… буду надеяться, что отец и брат поверят моим россказням так же, как я поверила твоим.       Кто-то, возможно, и не стал бы рассказывать, пусть даже умолчав об источнике знаний, что ждёт королевство Садида в будущем. Но настолько эгоистичной сволочью Юго не был.       В словах Амалии он сомневался. В памяти её брат и отец изгладились слишком давно, слишком мало знакомы были. Но всё же в кое-чём сомнений не было: оба на чутьё полагались куда меньше младшей в роду. И без доказательств легко не примут…       Но попытаться надо. Чтобы выиграть хотя бы немного времени, чтобы даже в худшем случае Окхарт и Арманд хотя бы срастили слова Амалии со словами Юго.       И надеяться, что, как встарь, принесённых свидетельств хватит. Некогда не хватило, но и он тогда был юнцом. Много что уже иначе.       — Я приду, обещаю. Когда встречусь с Адамаем и разберёмся с кое-чем, чтобы Ноксу не досталось — приду. И доказательства, что я не просто из головы что-то мелю, у меня будут. — Юго с трудом удержал порыв положить свою руку на ладонь Амалии. — Обещаю.       В конце концов, одно дело — отнестись скептично к словам пусть сестры, хорошей воительницы и любимицы Садида — но всего лишь молодой девушку. Конечно, у двух пареньков тоже веса в словах немного… вот только они из драконьего рода, да и дофус словам какой-никакой весомости придаст.       Если же не послушают — совесть у Юго давно приняла весьма своеобразную форму. Прежде всего сейчас — сохранность народа Садида и их королевства. Не воли тех, кто стоял во главе.       В конце концов, он тоже в своё время носил терновый венец. Имеет право немного поучаствовать по своему усмотрению.       — Буду надеяться… Ты точно не можешь создать послание вроде того, что было в пере Аза? Всё одно хоть что-то…       Юго покачал головой.       — Думал об этом, но нет. Слишком сильно нужен физический контроль, а его хватает только у Адамая. Но кое-что всё же сделать могу, — торопливо добавил он. — Думал последние несколько дней. Я просто зачаровать вещи не могу… а драконий язык вполне знаю. Ты говорила, что в вашем роду его учат в общих чертах.       Как и то, что сама знает лишь несколько церемониальных фраз. В нынешнем времени, в нынешнем варианте событий… Когда поженились, учила уже полноценно. С куда большей прилежностью, чем сам Юго некогда, да уж… Но всё это — покрыто пылью песков Кселора.       А о том, будет ли вновь, король элиатропов думать себе давно запретил.       Но и всё же как дурак себя повести успел вполне.       — Я смогу написать послание на нём, — добавил он. — Твоему отцу и Арманду придётся читать его самостоятельно, магия там уже не поможет… Но много ли людей в принципе способны на драконьем изъясняться?       — Больше, чем кажется. Но и далеко не все подряд. И я вот понять пытаюсь… Узнаем ли когда-нибудь мы, откуда его ведаешь ты, — тихо ответила Амалия, смотря в огонь. — Почему знаешь куда больше, чем мог бы, но при этом порой путаешься в банальных вещах. Откуда столько сил. И что от нас скрыть пытаешься, тасуя слова и действия…       Юго болезненно улыбнулся.       — Много хотите знать, принцесса садида… Много. Я собираюсь рассказать вам правду. Но не раньше, чем соберёмся все вместе снова после битвы с Ноксом.       Времени до неё — ещё несколько месяцев, коль свезёт. Сможет собраться с мыслями, сможет примириться со всем Адамай, успеют встретиться. В лучшем случае — расскажет сразу после неё. Если с кем-то что-то случится всё же — будет отсрочка… Малодушно, но всё же решиться ему было сложно.       Сложно, когда прожил практически тысячу лет. Много лет стоял вместе с Амалией во главе королевства Садида, долгие века был правящим королём элиатропов. Долгие же века искал осколки богов, один из которых и привёл сюда…       Интересно, что бы все сказали и как он бы вёл себя, будь разница с былым поменьше? А то ныне он едва помнит-то приключения первые. Так бы, может, смог с чем-то разобраться действительно быстрее…       Хотя и душа болела б сильнее. Болит даже сейчас от того, что всё же не будут Амалия и Ева идти до самого Ома. Но рассказать о Ноксе — его долг был. Не до эгоистичных стремлений. И так хватит того, что он всё же всех тащит… Ведь можно было через Адамая сразу связаться с Гругалом, ещё до пробуждения дара. Тот бы забрал. Но… Тогда неизвестно, что было б с отцом и Емелькой. Да и в любом случае просто забыли, что такая возможность есть. А ныне её использовать — ещё больше всех под удар безумного кселора подставлять… Ну да ладно.       Ноксу не добиться истинной победы, так или иначе. А значит, даже если всё же не удастся защитить Древо Жизни, всё, что надо Юго — обернуть время вспять до того, как минет рубеж. Благо умения хватит… Главное только — не сгинуть самому в процессе. Ибо что угодно, абсолютно что угодно может пойти не так. А за ним стоят те, за кого он в ответе и кому кроме него да Адамая и не на кого полагаться-то, если подумать. Как же хорошо, что он давно перестал бояться использовать якобы слишком много силы…       — … Если под «всеми» ты включаешь и Адамая, я тебя придушу.       «А что не так?» — зевнул близнец. Похоже, уже поймал себе жирного краламура и поджарить собирался. Вот верно отец говорил, довольный жизнью дракон — это сытый дракон… Эх, а ведь ныне даже незнаком с Адом. — Я уже столько за вашим цирком наблюдаю и тебе комментирую, что могу считаться членом банды… Ладно, на испытательном сроке, так уж и быть.       — А ничего, что тебя другие не видят, не слышат и вообще считают моей фантазией, чую?       — И чуешь не зря, — качнула головой Амалия, и Юго застонал.       — Дай угадаю… Я опять несу часть чуши вслух, и никто не понимает, что к чему и зачем. Богиня и Дракон, почему я на сумасшедшего смахиваю…       Привычка проговаривать иногда мысли вслух ныне изрядно так мешала. И ладно просто б веселила народ… Но ведь Юго и без неё был чуточку сумасшедшим.       Как, например, ему канделябр припоминали, он явно забудет не раньше, чем через десяток лет. А всего-то раз им по Вампиро ударил…       — Вариант, что сумасшедший — не рассматривать? — развела руками Амалия, чуть улыбнувшись. А затем снова помрачнела. — Юго… Я верю тебе. Сложно доверять, скажу прямо. Но я не думаю, что ты лгал. А теперь моё королевство под такой угрозой, под какой не была со времён Хаоса Огреста. А ты, единственный, кто что-то говорит и может сказать, не желаешь ничего рассказывать о себе.       Юго отвёл взгляд.       — Всё же глупо верить мальчишке без доказательств.       — Который легко угадал, кто Чёрный Ворон, и прямо заявил, что видит души. Который умеет влиять на магические яды, хотя кто бы его в деревне научил. Сумел разрушить проклятье Чула-Чулса, как сказала мне Ева. Знал, кто такая Омбраж и как с ней бороться. В целом знает то, что странно знать парню из деревни. Да и… Я не слепая, Юго. Ты знал, кто тот кселор, что пришёл в Емельку. Я теперь и сама его… ноксинов, так ты говорил? замечаю. И действительно волнуешься о том, что будет. Заметно слишком…       — Странно не волноваться… Потому и предупредил. Прости, что не сразу. Сомневаюсь, что тогда бы поверили. А с таким не шутят.       Амалия в ответ только кивнула. Блики от костра отсвечивали на её лице, искажая черты, и Юго невольно вздохнул.       Жену он любил. Неистово, как только может кто-то из его рода и с его судьбой, пусть далеко не всегда мог это выразить. Но… прошло слишком много лет. Со временем отпустил — или считает, что отпустил, время же и покажет. Оставил в памяти мгновения вместе и светлую грусть, не став тонуть в горе, хотя так и не сошёлся с кем-то позднее, если не считать нескольких случайных встреч.       Сейчас пламя костра позволяло будто бы увидеть, какой Амалия станет. Или, может, это просто воображение Юго дорисовывает то, что может быть?       Какой же он дурак.       — Что опять?       — Ничего. Просто подумал, что едва не лишился хорошего друга, — через силу улыбнулся он.       Ведь пытаясь держаться отстранёно от той, в ком слишком боялся увидел призрак давно погибшей жены, он совсем позабыл, что когда-то они были друзьями. И что когда-то очень ценил именно что их дружбу.       — Я тебя слишком часто не понимаю. Но если ты про меня, то спасибо, — чуть раздражённо ответила Амалия, под конец смягчившись. — Хотя я не отказалась бы о тебе больше знать.       А Юго рассмеялся.       Пусть сон, пусть видение. Он возьмёт от него всё, что может!       — Панпан и Руэль увидят сами… Так что расскажу тебе о своих братьях перед тем, как дороги разойдутся, — он наклонил голову. — Честно будет?       — Если и нечестно, условия здесь ты диктуешь, — закатила она глаза, и элиатроп снова хмыкнул.       — Какие условия? — вдруг встрепенулся Панпан. Юго только махнул рукой в ответ.       — Да так, болтали о всяком… Панпан, насчёт тренировки что скажешь?       Упрашивать дважды не пришлось, и в руки короля элиатропов вскоре легло два меча.       Простые, металлические, короткие. Совсем непохожие на те клинки вакфу, которыми он будет владеть.       Но при этом — его оружие. То самое, что даёт ныне спокойствие, с которым не расстаётся, которое позволяет спокойно спать. С которым больше учится обращаться, нежели вспоминает. Без которых сейчас бы с лёгкостью обошёлся, ведь всё же обучен и вакфангу… но с которыми куда легче.       — Хей, сегодня ведь с магией? — окликнул Панпан, пока они расходились. — Хотя ты же ничем, кроме порталов, не пользуешься на тренировках…       По губам Юго скользнула усмешка.       — Когда Ева вернётся, обсужу с ней стрельбу. А то вы вроде оба меня тренировать хотели! — звонко ответил он. — Насчёт магии… Я ведь и куда больше могу. Как и ты с Рубилаксом. Хочешь?       — А давай!       Шаг, другой. Первая встреча мечей, звонкий удар болью отзывается в запястье. Аккуратно вывернуться — много же ещё воды утечёт, пока он не сможет встречать удар прямо блоком…       Проскользнуть справа — меч в левой руке опасно приближается к коже Панпана. А тот резко подаётся назад. Взмах мечом — ударная волна заставляет нырнуть в первый за бой портал. Выход — около Тристепана, сзади и сверху… Но и он не стоит на месте, уже отошёл ближе к участку, где был мгновением раньше сам Юго. И едва дождавшись выхода из портала, кинулся вперёд.       А ведь всё-таки не глупец иоп, отнюдь. Скорее просто не о том ему приходится слишком часто думать. И маску дурачка, в итоге практически сросшуюся с ним, он больше для разрядки обстановки носил. Но при этом — был всё же искренен всегда, всегда…       Но вот Юго уже надо менять тактику.       Рывок вперёд, в портал. Тристепан привычно ждёт удара сбоку, сзади, откуда-то ещё… Но Юго просто срезал расстояние. Бьёт с той же стороны.       Тристепан вскидывает меч, с силой парирует, отталкивая назад. Юго напрягает крылья —полёт в воздухе выходит естественным и мягким. И в первое же мгновение после отлёта из ладоней выходит энергетический луч. Добавляет инерции — и неприятно удивляет Тристепана.       На щеке иопа — покраснение. Не успел как-то увернуться. И судя по тому, как нахмурился — прекрасно помнит, на что способны лучи Юго. Но… всего миг — и на лице расцветает ухмылка.       — Может, ты уже и не пропадёшь, мелкий… — он чешет щеку ладонью, и Юго с любопытством замечает, что рана быстро заживает. Очень быстро. Интересно, понимает ли сам Панпан? — Да только учиться сражаться можно вечно!       Ветряные лезвия. Только увернулся — Тристепан вонзает клинок в землю, по ней бегут трещины. И что там Руэль вопит про повторы?.. Право дело, нашёл с чего кричать, ещё на боевой приём патент не выдавали.       По неровной, взбугрившейся поверхности «танцевать» сложнее, чем привык. Но…       Тяжёлый удар слева. Тристепан снова парирует, фактически откидывая назад — Юго не дурак лезть на твёрдой земле. По клинкам пробегает волна жара, и невольно вырывается шипение: больно, чтоб!.. Забыл, что и иоп всякое может из-за шушу. Лавовый меч, да уж… Несколько драгоценных мгновений упущено — и тело прошибает молния.       Больно. Немного досадно. Но не настолько, чтобы проиграть.       Юго позволяет упасть себе порталом в спину, а следом — несколько выстрелов с высоты.       Справа.       Сзади.       Портал прямо перед Тристепаном, пока сгустки ещё не достигли его — придётся выбирать, что парировать. Тот уходит перекатом — но задеть его легко. У него привычка скорее к блокам и проворотам оружия врага, чем уходу.       — Можно вечно учиться сражаться?.. Ты и не представляешь, как прав!       Король элиатропов рассмеялся собственной шутке, понятной лишь ему.       Впереди у него долгий путь. Но здесь и сейчас… Он пока ещё «свободен».       А здесь и сейчас, пока звенят клинки, пока улыбка становится азартным оскалом, пока ноет тело…       Он чувствовал себя действительно на своём месте.       Отчасти.       В конце концов, он был не только воином, но и правителем.       И свою дорогу он однажды пройдёт.