Загадай желанье...

19 января

Получилось всё абсолютно случайно — я возвращалась из музыкальной школы и вдруг увидела Ильинского с Беловой. Они шли из парка, где залит каток, и у неё в руках был зелёный воздушный шарик. Казалось бы — ну и что такого? У нас дружный класс, мы часто собираемся пусть и не всей толпой, но человек по пять, и идём в кино или на тот же каток, или, если поздней весной или ранней осенью, на аттракционы… Но здесь было что-то другое. Они прошли мимо, не заметив меня, наверное, потому что было темно, а я остановилась у ограды парка под деревом, в тени, а они шли по освещённой дорожке, и я вдруг увидела улыбку Маши, такую, какую никогда ещё у неё не видела, хотя она очень любит улыбаться, смеяться и шутить. И Витя тоже казался каким-то другим, не таким, как обычно в школе. Взрослее, наверное. О чём они говорили, я не услышала, потому что, проходя мимо меня, они не разговаривали, только смотрели друг на друга… Под ноги бы лучше смотрели! Дорога хоть и почищена, а вдруг наледь попадётся, мальчишками раскатанная. Вот подумала так и сама испугалась. Торопливо уточнила, что это не желание такое, это я, наоборот, хочу, чтобы они без всяких падений дошли куда там идут. Я уже привыкла так уточнять медальону, и он, кажется, и правда может не исполнять подуманное и сказанное в сердцах, если объяснить, что это исполнять не надо. Хорошо, что никто не знает, как я с ним разговариваю мысленно, иначе меня бы точно отправили в психиатрическую лечебницу: нормальные люди с вещами не разговаривают! И всё-таки, чем же меня это так разозлило? Даже если вдруг у них первая любовь и сейчас я видела, как они идут с настоящего свидания — мне-то до этого что? Маша у нас в классе самая красивая, её родители часто бывают в командировках то в Москве, то в Ленинграде, а то и вовсе в Белоруссии или Прибалтике, так что у них дома много интересных вещей… А у меня теперь есть настоящий французский дядя! И сумочка, которой нет даже у Маши, только я пока никому её не показывала: в школу такую вместо портфеля не возьмёшь, а поводов для «выхода в свет» пока не было. Ну да ничего — через неделю у меня день рождения, обязательно позову одноклассников и расскажу про Бернара, и сумочку покажу. Выбросив из головы мысли о заграничных родственниках, я пошла дальше. Из парка доносились приглушённая музыка с катка, смех взрослых, крики детей… И я вдруг поняла: я завидую не тому, что Маша гуляет с Витей. Я завидую, что мне пока ещё ни один мальчик не дарил вот так даже такой пустяк как воздушный шарик. Вот так — то есть, по-настоящему, а не как мальчишки девчонкам подарки на восьмое марта дарят. А именно мне, не в праздник, а когда гуляем вдвоём… Я даже ногой топнула от осознания: дался мне этот шарик, Маше подаренный! Что я, сама себе не смогу такой же купить? Конечно, в глубине души я понимала, что даже если скуплю сейчас все шарики в парке, это всё равно будет не то. Но из какого-то злого упрямства всё равно пошла и купила целых пять шариков: голубой, красный, жёлтый, синий и розовый. — Это в честь какого же праздника? — удивилась мама, когда я принесла их домой. — Так просто, — буркнула я. Потом спохватилась, что грублю, и добавила: — Праздники кончились, а так хочется ещё… Мама только улыбнулась и головой покачала. Зато Верочка от радости так расшалилась, что мы едва её спать уложили, да и то лишь после того, как она лопнула голубой шарик.