Жертвоприношение

Демоны, долго терзавшие душу Мунджо, уже приготовили острые вилы, готовые вот-вот пронзить душу юноши. С их первой встречи несколько месяцев назад зрелый альфа не просто желал, а изнемогал. Обычно мелкие подручные занимались грязной работой, не требовавшей ничего, кроме подчинения. Попадали на эту «должность» самые отбитые и беспринципные — наркоманы, готовые на всё за дозу. Руководить ими было проще простого. Они были все на одно лицо, а природный запах искажала примесь героина или метамфетамина, делая его непривлекательным. Аромат, который исходил от юноши, приводил в экстаз. Тэмин примерил на себя роль зависимого, исправно тыкая вены до синяков и изображая наркотический дурман с отходняками. Благо, что материала для копирования было много: чуть ли не каждый день об этом говорили, или он видел своими глазами обдолбанных "коллег". Мунджо следовало бы насторожиться, однако желание заглушило голос рассудка. Он долго подбирался к новичку, выжидал, приближая к себе насколько это возможно, а потом, решив посмотреть, что будет, застал Тэмина врасплох. Позвав якобы для разговора к себе в кабинет, ему удалось урвать один поцелуй. Привкус омеги был слащавым и легким, но терпкий вкус губ молодого альфы отпечатался на подкорке мозга. Когда Тэмин оттолкнул Мунджо, он даже не оскорбился. Так даже веселее. Каким бы извращенным ни был ум мужчины, он не мог придумать, как склонить к сексу этого альфу. Не хотелось опаивать и насиловать. Хотелось… по-другому. И пока Мунджо разрывало на части, Тэмин делал вид, что ничего не произошло. В один из вечеров, когда они снова остались наедине, мужчина решил поговорить открыто. — Окажешь мне услугу? — издалека начал он. — Какую? — привыкший к разным поручениям, спросил Тэмин. За время, которое он вливался в группировку «охотников за органами», уже чего только не делал: избивал, отмывал кровь, менял отхожие ведра пленников, помогал вывозить тела… — Отсоси мне. Тэмин замер. Потом медленно повернулся к Мунджо, который расслабленно покачивался в своем кресле. — Я не по альфам. — Я не спрашиваю об ориентации. — Тогда что? — Прошу об услуге. — Такие услуги могут оказать другие. — Но я хочу, чтобы это сделал ты. Глаза Мунджо были прикованы к губам младшего альфы. Вчера ему приснился сон, как эти губы обхватывали его стоящий член, как было жарко внутри рта и как было влажно. Всплывшие картинки затуманили взгляд так, что пришлось несколько раз поморгать, возвращаясь в реальность. — Не буду. Тэмин не боялся, что после отказа все будет кончено. Мунджо не из тех, кто легко сдается, когда чего-то хочет. Он людей разделывает, наслаждаясь. Навряд ли у него это получилось с первого раза, но попыток он не бросил. — Ты должен подчиняться приказам, — использовал последний банальный козырь мужчина, опуская руку на пах и помяв приподнимающийся член. — Не преувеличивай, — легко парировал Тэмин. В отличие от влажных фантазий Мунджо, Тэмину снились кошмары. Один и тот же по смыслу, но чем дольше он находился в этом аду, тем детальнее и реалистичнее они становились. Не менялось только главное лицо – Тэсоль. Он оказывался то на разделочном столе, то вопил от боли, то бился в страхе. Самыми жуткими были сны, где мучителем был сам Тэмин. Полтора года он искал способ подобраться к маньяку. Полиция не особо шевелилась: хотя дело было громким, но пострадали обычные люди. Опустившись в самый низ социальной лестницы, Тэмин познакомился с мелкой сошкой банды. Он не обманул, когда сказал, что нуждается в деньгах, поэтому его позвали закапывать труп, а точнее то, что от него осталось. После того вечера ему и приснился первый ужасный сон. Платой за это стало доверие – его позвали снова, а потом еще раз. Однажды их привезли за телом прямо к складу на окраине, где совершались убийства. Так Тэмин узнал, где логово этих монстров. Пройдя до той самой комнаты, где были останки, он увидел Мунджо, вытирающего огромный тесак от крови. А Мунджо услышал запах, который стал навязчивой идеей. Одержимость сыграла на руку, и уже спустя несколько месяцев Тэмин был вхож на склад, а затем и в кабинет главаря. Здесь-то он и заметил, с каким упоением Мунджо разглядывает записи своих «операций» и предшествующие этому зверства. Здесь он убедился, что благосклонность к нему — способ залезть в штаны. Флеш-карта, куда Мунджо сохранял записи своих преступлений и постоянно держал при себе, была доступна исключительно при подключении к ноутбуку. Если отвлечь, можно попробовать стянуть её. Как быстро обнаружат пропажу? Как быть с охраной, которая постоянно находилась в коридоре? А если не получится, что с ним сделают? Проходили дни, ясного плана всё ещё не было, пока две недели назад Тэмина не пробудил собственный крик. Вспотевший и испуганный, он нарушил ночную тишину. Однако вскоре он обрёл спокойствие, и его озарила идея. Только с наступлением утра он смог рассмотреть её с разных углов и хорошенько обдумать, как всё подстроить. Первым делом нужно было дать Мунджо новую цель. Вскользь бросив фразу о том, что у него есть брат-близнец, он понаблюдал за реакцией. Мужчина заглотил наживку с такой скоростью, что поперхнулся бы, будь это чем-то осязаемым. Тэмин соврал, что контактирует с братом, и тот ведёт разгульный образ жизни. Даже один раз съездил с Мунджо последить за Тэсолем в субботний вечер. Альфу подташнивало от того, каким липким взглядом маньяк следил через окно бара, где отдыхал близкий ему человек. Мунджо не стал привлекать своих головорезов, чтобы похитить омегу. То ли повезло, то ли у него были свои соображения на этот счёт. Оставалось только радоваться, что это осталось между ними. Скорее всего, кровожадный альфа не хотел делиться, хотя обычно омег пускали по кругу перед тем, как убить. Тэмин не участвовал. Его действительно тошнило от одной только мысли об этом. Так что он совершенно честно или блевал в туалете, или валялся в беспамятстве от выпитого алкоголя. Накануне похищения Тэсоля Мунджо решил обсудить все детали. Тэмин чувствовал вину и страх, но был полон решимости довести начатое до конца. Он должен отомстить за свою пару. — Не будет ли он сопротивляться? — привычно сидя в своём кресле и закинув ноги на стол, спросил мужчина. — Если я всё объясню и дам денег, то он и не пикнет, — врёт Тэмин, едва выталкивая слова из глотки. — Надо, чтобы пищал, — мечтательно прикрыл глаза Мунджо. — Обещаю, что не сделаю ему больно. Вот уж вряд ли. Оба это понимали, но не стали озвучивать. Из-под этого мясника путь только один – на разделочный стол в соседней комнате. — Что мне подготовить? — перешел к более насущным вопросам парень. Мунджо задумался. — Смазку на всякий случай. — Я не о том. — А о чем? — перевел взгляд мужчина с потолка на лицо серьезного Тэмина. Он ответил таким же серьезным взглядом: — Мы оба знаем, почему нужен именно он. Это моя замена. Мунджо хищно оскалился в улыбке: — Вот поэтому у меня на тебя и встает – не обходишь острые углы. — Итак? — Дай подумать, что меня возбуждает… — мужчина снова прикрыл глаза и потянул носом воздух. — Что-то из одежды. Пропотей хорошенько, чтобы усилить запах. Пусть голосу твоему подражает. Да и в целом постарается вести себя, как ты. Тэмин кивнул. Он знал, что должен предоставить качественную копию. Если все получится, то ему хватит и минуты. Тэсоль повертел головой и заметил, что позади него что-то есть. Кое-как извернувшись, он разглядел какую-то поверхность за собой. Было похоже на корыто. Вероятно, именно там находился тот надоедливый кран, капли которого действовали на нервы. По мере того, как глаза привыкали к темноте, пятна на полу и стенах стали приобретать черты и оттенки. — Кровь? — выдохнул он. Следующим вдохом вместе с воздухом стал явным чёткий аромат смерти, едва скрытый химическими очистителями. Утром он надышался похожими парами. От ассоциаций голова начала раскалываться, а к горлу подступила тошнота. Последней каплей стал клок волос, застрявший в плитках пола. Омегу вывернуло прямо под ноги, долго кашлял и кое-как смог снова начать дышать. Он опять едва не потерял сознание, когда дверь открылась, и вошел Тэмин. — Соберись, — он отвесил брату пощечину. — Тэсоль, соберись. Ты мне нужен. И, наверное, то, каким тоном это было сказано – «ты мне нужен» — строго, но обнадеживающе, заставило парня сосредоточиться. Больше некому доверять. Если брат говорит – надо делать. — Что… — пролепетал омега. — Я сейчас развяжу. Мы пойдем в другую комнату. По пути ни на кого не смотри. Только в пол, ясно? Ни слова, — разрезая один из узлов, инструктировал Тэмин. — Когда зайдем, ты будешь делать то, что я скажу. Твоя цель – стать мной. Это ненадолго. — Что значит «стать тобой»? — Слушай, — альфа-близнец обхватил голову брата и заставил сфокусироваться на себе, — этот больной ублюдок хочет секса. И всего-то. Тэсоль заторможенно моргнул. Секса? В этой обстановке кто-то может его хотеть? — Помни, все, что ему надо – потрахаться. Больше ничего. Пусть лучше омега не думает, что его после этого убьют. — Он нас изнасилует? Тэмин вовремя прикусил язык, чтобы не сказать: «Только тебя, если я не успею», но снова переключил внимание на веревку, что продолжала удерживать Тэсоля. — Просто ни о чем не думай, никакой самодеятельности. Я точно знаю, что делаю. Близнецы прошли по коридору, а когда вошли к Мунджо, то почувствовали, какой тяжелый воздух в помещении. От взрослого альфы исходила такая аура, как от черной дыры. — Переодень его, — без каких-либо расшаркиваний приказал Мунджо. Тэсоль кинул удивлённый взгляд на брата, но тот уже протягивал ему пакет. Омега взял его, развернул и нашел там похожую толстовку. Хотел было натянуть поверх футболки, но раздался голос: — На голое тело. Это было не смущение, а стыд, когда брат стянул футболку, показывая плоский живот и острые ключицы настоящему животному перед ними. Тэмин не отвернулся, а сдержался, чтобы не показать свое волнение. Собственными руками натянул капюшон на голову брата, скрывая его светлые волосы. Мунджо разглядывал их, как подопытных мышей. Ни одна мускула не дернулась на его лице, в отличие от члена в штанах. — Подойдите. Обойдя стол, омега остановился перед мужчиной, пытаясь спрятаться в толстовке. От неё воняло его братом. Не то чтобы он не любил этот запах, но это как вылить на себя флакон одеколона. Он будто бы пропитал ткань всеми своими жидкостями. Так и было. Пот, сперма и моча — всё, чтобы одурманить нюх маньяка. Тэмин встал чуть позади брата. Мунджо медленно поднялся на ноги, протянул руку, притянул Тэсоля и вдохнул смесь ароматов на капюшоне. Ему чертовски понравилось. — Хорошо, — одобрительно выдохнул он, а потом поднял подбородок Тэсоля и припал к губам. Через несколько секунд он нахмурился и оттолкнул парня. Тэсоль испуганно оглянулся на Тэмина и прижал руку к губам. Мунджо сплюнул на пол и бросил яростный взгляд на обоих. — Вкус другой, — объяснил он. — Приторно, будто ваниль жую. Оба парня не смогли скрыть растерянность, отчего повисла пауза. Мужчину полоснула идея, что он аж выпрямился. По мере того как мысли приходили в его голову, он стал подрагивать от возбуждения. — Тэмин, у него должен быть твой вкус. — Но… Глаза Мунджо потемнели от разливавшейся внутри похоти. Он знал, как можно получить эхо вкуса и лучшее зрелище на свете. — Поцелуй его. — Что? — Слюна. Накачай его своей слюной. А ты не вздумай проглотить. Парни переглянулись. Тэсоль с ужасом и отвращением увидел, как из растерянного его брат превращается в согласного. — Нет, — только и прошептал он, когда Тэмин обхватил его лицо ладонями. — Представь, что нам снова 15, и мы учимся целоваться, — выдохнул альфа. Мунджо чуть ли не взвыл. Но вдруг спохватился: — Капюшоны снимите, я хочу видеть. Тэмин сдёрнул капюшон с себя и с Тэсоля, а потом притянул брата. Когда пары пухлых губ слились, то Мунджо повело. Он готов был бы разглядывать их под всеми углами на протяжении долгих часов, поэтому едва мог оставаться в сознании, чтобы не упустить ничего. Тэмин прижимал Тэсоля за щёки, целуя. Тот напрягся, не сразу расслабив челюсть. Это сопротивление очень понравилось Мунджо. Он мог воочию увидеть, как было тогда, когда сам поцеловал альфу. На миг Тэмин оторвался от губ брата и выдохнул: — Пусти. А потом снова накрыл губы напротив, уже широко мазнув языком. Омега вздрогнул, когда чужой язык проник в его рот. Никакой инициативы, лишь принятие. Альфа целовал дрожащего омегу, крепко держа в руках. Нужно загипнотизировать наблюдающего хищника. У них только один шанс. Выделившуюся слюну Тэмин протолкнул в рот омеги. Потом снова и снова, будто накачивая его. В этот момент в голове Тэсоля вспыхнуло предупреждение: «Не вздумай проглотить». Сфокусировавшись на той жидкости, что поступала, он пытался как можно больше удержать, но какая-то часть всё равно вытекла и размазалась по их губам и подбородкам. Тэмин резко отстранился, повернул податливого Тэсоля и рывком бросил в руки Мунджо. Тот был готов. Схватил омегу и неистово вгрызся в его рот. Тэмин пошатнулся, наблюдая эту картину, а потом взял себя в руки. Вот Мунджо самозабвенно и с упоением обхватывает тело Тэсоля и не видит ничего вокруг. Вот он высасывает слюну и вылизывает его следы. Еще миг, и дурман спадет. Тэмин выбросил руку к ноутбуку, сжал флешку, дернул на себя и одновременно с системным звуком об извлечении сунул её в карман. Мунджо даже бровью не повел. Готово! Однако на экране всплыло уведомление о неосторожном отключении. Тэмин сделал шаг в сторону, перекрывая собой обзор. — Ай! — вскрикнул Тэсоль, непроизвольно дергаясь, когда зубы Мунджо сомкнулись на его нижней губе. Мужчина прорычал в ответ, не выпуская того из цепких объятий, снова углубляясь языком в глотку. Омега чуть не блеванул, когда язык мужчины по-животному развязно вылизывал его рот. Дернулся, чтобы отстраниться, но ему не дали. Резким хватом за волосы Мунджо вернул его голову в удобное положение и продолжил «пить». На Тэмина накатило такое отвращение, что кулаки сжались сами собой. Не понимая, что делает, он замахнулся и обрушил всю накопившуюся злобу на висок мужчины. На короткий миг, между тем как тот рухнул в отключке, в его глазах читалось удивление. Тэсоль отпрыгнул как раз вовремя, потому что его брат кинулся избивать мужчину. — Мразь, — тихо и яростно кипел Тэмин. — Мразь. Удар за ударом он месил лицо ублюдка, пока не почувствовал резкую боль в пальцах. Кажется, сломал что-то. Тряся кистью в воздухе, он тяжело дышал. Распростёртый на полу Мунджо не подавал признаков жизни. Но потом коротко кашлянул, разбрызгивая кровь от сломанного носа и разбитых губ. Живой. Альфа похлопал себя по карманам, поморщившись от боли в кисти, достал из одного стяжку и протянул брату: — Свяжи руки. Потом заткни ему рот. Если очухается — позовёт на помощь. — Тэ… Тэмин… — промямлил Тэсоль, дрожащими руками держа полоску пластика. — Осталось немного. Ты — молодец. Альфа поднялся на ноги и кинулся к двери. — Куда? — Я подгоню машину. Сейчас я выйду, а ты — стони. Будто этот ублюдок и правда тебя трахает. Никто не войдёт. Постарайся натурально. Аудиоспектакль, который устроил омега, очень нравился альфам в коридоре. Тэмин пробежал мимо, весело хохоча: — Вот это они сейчас повеселятся! Мой братец так хорош! Ему вслед только поулюлюкали, даже не спросив, куда это он. А парень выбежал на улицу, подогнал машину ко входу, закинув флешку в бардачок, и вернулся. Хотелось разбить каждую из этих рож, что кривились в ухмылках, слушая поддельные громкие стоны и причитания. «Он такой большой!» «Глубже!» «Разреши кончить!» Тэмин сдержался, чтобы не поморщиться, нацепил самую безразличную улыбку и шагнул к охране. — Мунджо не понравится, что вы подслушивали, — нахально заявил он, приваливаясь к стене. — Идите куда-нибудь, а я покараулю. Чуть ли не капая слюной, эти животные нехотя перешли в соседнюю комнату. Тэмин быстро вошёл, перепугав Тэсоля. Он издал вскрик, прежде чем понять, что опасности нет. Мунджо всё ещё был без сознания. — По коридору налево. У выхода машина. Ключи в зажигании. Садись, и как только я появлюсь — газуй. — Но как же… — Делай! Тэсоль на дрожащих ногах подошёл к двери и взялся за ручку. — Ты убьёшь его? — Нет. Это чудовище — верхушка айсберга. Я уничтожу их всех. Иди. Тэсоль выскользнул, а Тэмин оглядел ненавистное лицо. — Сгниешь заживо, — пообещал он. — Убить тебя — слишком просто. Приподняв голову, он с силой опустил её на пол, оглушая ещё раз для верности. Потом поднялся, осмотрелся и, решив, что всё нужное у него уже есть, бегом бросился на выход. Тэсоль вдавил педаль газа в пол, когда задница Тэмина опустилась на сиденье. Эта проволочка могла дорого стоить, но никто не гнался за ними. Уже в пути его накрыла истерика. Пришлось даже остановиться, чтобы поменяться местами. Тэмин остановился у полицейского участка, куда его вызывали на опознание любимого. — Я сделал это. Мы. Мы сделали это.