Тень Лили

Поздний вечер. Лили сидела в гостиной Слизерина, склонившись над книгой, но мысли упрямо убегали от текста. Она ждала. Драко куда-то исчез после ужина, и сердце подсказывало, что это связано с её «отцом». Когда наконец дверь открылась, и Драко вошёл, Лили тут же вскочила. — Где ты был? — в голосе её звенела тревога. Драко нахмурился, словно боролся сам с собой, стоит ли говорить. Но, встретив её взгляд, всё-таки выдохнул: — У Снейпа. Лили побледнела. — Что? Зачем? — Он вызвал меня. Чтобы предупредить, — Драко сжал зубы. — Чтобы я держался от тебя подальше. Она отшатнулась, как будто её ударили. — Что?.. — Он сказал, что ты глупая девчонка, что ты не понимаешь, что делаешь, — Драко говорил резко, срываясь. — Что я угроза для тебя. Лили вскинула голову, в глазах зажёгся гнев. — Как он смеет?! Как смеет решать за меня, с кем мне быть, кому доверять?! — Лили… — Драко протянул руку, но она оттолкнула её. — Нет! — почти закричала она. — Сначала он четыре года унижает меня при всех, будто я ничтожество. Каждый его взгляд — это ненависть. Каждое слово — яд. И теперь он смеет вмешиваться в мою жизнь?! Её голос сорвался, и в нём прозвучала боль, накапливавшаяся годами. — Он даже не пытался быть рядом после того, как умерла мама! Даже не посмотрел на меня, когда я стояла одна, потерянная, и ждала хоть какого-то слова. Для него меня просто не существует! — Лили… — начал Драко, но она перебила: — Ты — единственный, кто рядом, кто видит меня. А он… он мой отец только по крови. И лучше бы я никогда этого не знала! Она тяжело дышала, стиснув кулаки. Слёзы стояли в глазах, но злость удерживала их. Драко шагнул ближе, посмотрел прямо в её лицо: — Тогда пообещай, что не дашь ему сломать себя. Что бы он ни говорил, что бы он ни делал. Она дрожащими руками схватила его за мантию, прижимаясь лбом к его груди. — Обещаю. Но, Драко… если он снова посмеет тронуть тебя из-за меня, я сама ему скажу всё, что думаю. Драко обнял её, крепко, словно клялся молча: «Я не уйду».

***

Хогвартс жил в предвкушении. Турнир Трёх Волшебников затмил собой всё: разговоры на переменах, шёпот в коридорах, даже обычные уроки теперь казались тенью на фоне этого события. Ученики толпами обсуждали гостей из Дурмстранга и Шармбатона, строили догадки, кто будет чемпионом, и мечтали хоть краешком глаза попасть на бал, который станет частью турнира. Лили наблюдала за этим со стороны. Вокруг всё кипело, но внутри неё царила привычная пустота. Она не привыкла мечтать — у неё никогда не было роскоши выбирать. Но когда речь зашла о Святочном бале, в её душе впервые за долгое время что-то дрогнуло. Лили несколько дней собиралась с силами, чтобы подойти к Драко. Всё говорило о том, что именно он должен был быть её парой на Святочный бал. Она столько раз ловила его взгляды, столько раз слышала в его словах намёки, чувствовала тепло рядом с ним. Она шла по коридору, крепко сжимая в руках книги, и репетировала в голове слова: «Драко, пойдём со мной?» Нет. Слишком просто. «Ты ведь хотел… может, мы вместе?» Слишком робко. «Ты же не оставишь меня без пары?» Слишком отчаянно. Она вздохнула и уже собиралась сделать шаг к нему, но вдруг остановилась. У лестницы стоял Драко. Он обнимал Пенси Паркинсон. Та смеялась, что-то шептала ему на ухо, а он — он не отталкивал её. Наоборот, держал за талию, склонившись ближе, и улыбался. У Лили всё внутри оборвалось. Казалось, сердце сжали ледяными пальцами. Воздух стал тяжёлым, а ноги будто приросли к полу. «Значит… он выбрал её.» Она тихо отступила назад, чтобы никто не заметил. Не было сил даже злиться. Только холод и пустота. Вечером, когда девочки из её спальни обсуждали платья и украшения, Лили лежала, отвернувшись к стене. Никто и не подумал спросить её о её паре. — Ты не готовишься к балу? — спросила одна из слизеринок, мельком взглянув на неё. — Нет. Не пойду, — ответила Лили ровно, без эмоций. В груди горело желание заплакать, закричать, но она упрямо глотала ком. «Зачем идти? Смотреть, как он танцует с ней? Слушать чужие смешки? Нет. Я лучше останусь одна.»

***

Святочный бал. Весь замок сиял светом и музыкой. Хрустальные гирлянды искрились в сводах Большого зала, ученики кружились в танцах, смеялись, наслаждались вечером. Всё было похоже на сказку. Но только не для Лили. Она сидела на самом верху лестницы, в тени, чтобы её никто не заметил. Она слышала смех и музыку, видела мелькающие силуэты пар, но не спускалась вниз. Когда оркестр заиграл очередной вальс, взгляд сам предал её. Внизу, в самом центре зала, кружился Драко. В безупречно сшитом чёрном камзоле, он держал за руку Пенси, а та буквально светилась от счастья. Она смеялась, склоняя голову к его плечу, а он улыбался — улыбался так, как Лили думала, он может улыбаться только ей. Сердце сжалось. В груди стало тяжело дышать. «Зачем… зачем я вообще надеялась?» Она прикусила губу, чтобы не разрыдаться прямо там. — Глупо, — прошептала она самой себе. — Глупо было думать, что я для кого-то могу быть важной. И вдруг почувствовала взгляд. Холодный, пронзающий. Она резко обернулась и встретилась глазами со Снейпом. Он стоял внизу лестницы, чуть в стороне от зала, и смотрел прямо на неё. Его лицо было каменным, но в глазах читалось что-то… непонятное. Может, злость? Может, презрение? А может, то, что он пытался скрыть. Лили вскочила, но он поднял руку, останавливая её: — Сиди. — Голос был тихим, но резким. — Я прекрасно вижу, что ты пытаешься скрыть. — А что вам до этого? — зло бросила она, пытаясь вытереть выступившие слёзы. Снейп прищурился: — Если собираешься жалеть себя — делай это хотя бы достойно, а не как маленькая девчонка. — Лучше бы я сюда вообще не приходила! — сорвалось у неё. Снейп сжал губы. Его глаза на миг блеснули — болью, которую он тут же спрятал. — Замолчи, — процедил он. — Ты даже не понимаешь, что говоришь. — Я понимаю больше, чем вы думаете! — Лили шагнула к нему. — Четыре года слышать от вас только ненависть, насмешки и унижения. Ни одного доброго слова. А теперь вы смотрите на меня, будто я виновата, что… что я просто есть. Снейп резко отвернулся. — Вернись в гостиную, — бросил он, не глядя на неё. — И перестань тратить своё и моё время на жалкие слёзы и разговоры. Прекрати жить надеждами, что Малфой вообще посмотрит на тебя, как на девушку. Родители уже подобрали ему достойную пару. Лили стояла, дрожа, но ничего не сказала. Просто развернулась и ушла прочь, оставив его одного, в полутьме. Он смотрел ей вслед, сжимая руки в кулаки.

***

Лили сидела в своей комнате, глядя на платье, которое всё это время так и лежало на спинке кресла. Она не хотела идти. Всё казалось бессмысленным. Но в груди что-то жгло — смесь обиды, злости и странного упрямства. «Почему я должна прятаться? Почему должна снова убегать? Пусть они посмотрят. Пусть знают, что я есть.» Она поднялась, смахнула слёзы и медленно оделась. Платье оказалось простым, но оно словно подчёркивало каждую черту её фигуры. Нежно-изумрудное, оно отливало мягким светом, идеально оттеняя её рыжеватые волосы. Зеленые глаза, сверкали решимостью, а лёгкий румянец только усиливал её красоту. Сделав глубокий вдох, Лили посмотрела на своё отражение в зеркале и едва заметно улыбнулась: — Вот теперь посмотрим, кто будет прятаться. Она вышла из комнаты и направилась к Большому залу.

***

Музыка гремела, смех и разговоры заполняли пространство, пары кружились в танце. И вдруг двери распахнулись. В зал вошла Лили. На миг оркестр будто сыграл тише, а воздух застыл. Ученики обернулись, и по залу пронеслись удивлённые шёпоты, восхищённые вздохи. Даже те, кто никогда не обращал на неё внимания, не могли оторвать взгляд. Она шла медленно, прямо, с высоко поднятой головой. В каждом её шаге чувствовалась гордость и вызов. Не было в ней больше той девочки, которая пряталась на лестнице — перед всеми стояла девушка, от которой невозможно было отвести глаз. У столика у стены Драко, всё ещё держащий Пенси за руку, замер. Его взгляд встретился с её глазами — и он резко ослабил хватку. Пенси что-то возмущённо прошептала, но он не слышал. Он смотрел только на Лили. А чуть поодаль, в тени, стоял Снейп. Его лицо было каменным, но пальцы нервно сжимали край мантии. Он видел её. Видел, как она сияет, словно сама Лили, та самая, которую он потерял. И в груди у него поднималась ярость. «Она должна была быть моей гордостью. Моим светом. А вместо этого… я стал её тьмой.» Лили сделала ещё шаг — и весь зал, казалось, задержал дыхание. Музыка звучала мягко, плавно перетекая из мелодии в мелодию. Лили стояла у края зала, пытаясь не ловить лишних взглядов. Слишком много было шепотов, слишком много глаз — и, что хуже всего, она чувствовала, как из-за спины её взглядом буквально прожигает Драко. Но она не подошла. Не взглянула. Просто стояла. — Эй, — донесся знакомый, чуть неуверенный голос. Лили обернулась — перед ней стоял Рон Уизли. Немного взъерошенный, в странном наряде, который явно был не по размеру, но в его лице было что-то искреннее, простое. — Танцуешь? — спросил он, покраснев до ушей. Лили улыбнулась. Впервые за вечер — по-настоящему. — Почему бы и нет. Они вышли в центр зала. Музыка сменилась — лёгкий вальс, и Рон осторожно положил руку ей на талию. Он танцевал неловко, но старался, и это было… мило. Она даже позволила себе рассмеяться. — Извини, — пробормотал он, когда наступил ей на ногу. — Я, наверное, не лучший партнёр для бала. — Зато честный, — ответила она, чуть склонив голову. И всё бы было спокойно, если бы за их спинами вдруг не раздался холодный, ядовитый голос: — Ну конечно. Из всех парней Хогвартса — Уизли. Рон резко обернулся. — Малфой. Как обычно, не можешь прожить вечер без своей язвительности? Драко стоял прямо за ними, руки в карманах, губы искривлены в привычной ухмылке. Но в глазах — боль и злость. Он смотрел только на Лили. — Удивлён, что ты вообще умеешь танцевать, Уизли. Хотя, возможно, Лили решила проявить благотворительность, — бросил он тихо, с ледяным презрением. — Хватит, — вмешалась Лили, делая шаг назад. Но Рон уже шагнул вперёд. — Заткнись, Малфой. Она — не твоя собственность. — А ты-то кто? Рыцарь в рваной мантии? — Драко усмехнулся. — Ты и рядом с ней стоять не достоин. Рон сжал кулаки. — Ещё слово — и я… — Что? — прошипел Драко, подходя ближе. — Ударишь меня перед всем залом? Прямо как твой Поттер — герой без мозгов. Музыка давно стихла. Все смотрели на них. Лили стояла между ними — бледная, сжатая, будто вот-вот не выдержит. — Хватит! — выкрикнула она. Голос сорвался, но в нём было столько боли, что даже Драко отступил. — Ты… ты всё испортил, — прошептала она, глядя ему прямо в глаза. — Всё. Он сделал шаг к ней, но она отступила. — Лили, подожди… — Нет, — она покачала головой, и в глазах блеснули слёзы. Она резко развернулась и ушла из зала. Платье мелькнуло в свете факелов — и исчезло за дверью. Драко остался стоять посреди зала, с каменным лицом, но внутри всё рушилось. Рон тяжело выдохнул, опустив руки. — Она лучше нас обоих, — тихо сказал он и тоже отошёл.

***

Лили выбежала из зала, почти не чувствуя ног. Музыка и смех остались позади, а где-то в груди всё сжималось, будто воздух кончился. Она бежала по коридору, не разбирая дороги, пока не вылетела в сад, где воздух был холодный и свежий, а луна отбрасывала бледный свет на каменные плиты. Остановившись, она прислонилась к колонне, задыхаясь. Платье тихо шелестело, а руки дрожали. — Глупая, — прошептала она. — Глупая, зачем ты вообще пошла туда… Из тени донёсся тихий, почти неслышный звук — шаги. Она замерла. И поняла, кто это, ещё до того, как увидела. Снейп. Он стоял немного поодаль, в чёрной мантии, и лунный свет падал на его лицо, делая его черты ещё резче. В глазах — то ли раздражение, то ли усталость. — Поздравляю, — тихо произнёс он. — На этот раз ты сумела превратить бал в театр. Лили опустила голову, стиснула зубы. — Я не виновата, что кто-то не умеет держать себя в руках. — О, в этом ты преуспела, — саркастично бросил он. — Устроить сцену на глазах у всей школы. Браво. Она резко обернулась, глядя прямо ему в глаза: — Вам приятно, да? Наблюдать, как я унижаюсь, как я падаю лицом в грязь? Вы же всегда этого хотели! Снейп шагнул ближе, глаза блеснули холодом: — Я хотел, чтобы ты не повторяла чужих ошибок! Он молчал. Его взгляд стал мягче, хотя выражение лица оставалось суровым. — Малфой, — произнёс он наконец. — У него слишком много гордости и слишком мало ума. В этом он очень похож… — он осёкся, не договорив. — Ты заслуживаешь большего, чем чьё-то самодовольное внимание. Лили вскинула голову: — Вы… вы защищаете меня? Он нахмурился: — Не обольщайся. Я просто констатирую очевидное. Она усмехнулась сквозь слёзы: — Для вас — это уже почти признание в доброте. — Не испытывай судьбу, — холодно бросил он, но угол его губ чуть дрогнул. Они замолчали. В воздухе повисло странное, тяжёлое молчание. Лили стояла к нему боком, глядя на деревья, а он — на неё, сдерживая слова, которые, возможно, впервые хотел бы сказать не как учитель, а как человек. — Он не стоит твоих слёз, — сказал он наконец. — Запомни это. Лили кивнула. — Спасибо. — Возвращайся в башню, — ответил он, отворачиваясь. — И больше не позволяй себе быть слабой из-за тех, кто этого не заслуживает. Она посмотрела ему вслед, когда он ушёл, и впервые за всё время почувствовала — в его холоде есть что-то живое.

***

Коридор был пуст, только факелы бросали тёплый, неровный свет на каменные стены. Лили шла быстро, не глядя по сторонам, лишь бы добраться до башни и больше ни с кем не говорить. Но возле входа в гостиную Слизерина, в тени арки, стоял он. Драко. Белокурые волосы чуть растрёпаны, мантия расстёгнута, лицо усталое — но взгляд по-прежнему упрямый, цепкий. Он ждал. — Лили, — начал он тихо. — Давай поговорим. Она остановилась. Рука уже лежала на камне у входа, но она не открыла проход. Медленно обернулась. — А нам есть о чём, Драко? — Да, — резко сказал он, — есть. Она усмехнулась, горько. — Только не говори, что хочешь извиниться. — Я не хотел задеть тебя, — выдохнул он, подойдя ближе. — Просто когда я увидел тебя с этим Уизли… — С этим Уизли?! — перебила она. — А как ты думаешь, что я чувствовала, когда шла пригласить тебя, а ты стоял с Пенси в обнимку? Когда ты танцевал с ней, будто… будто это тебе приносит удовольствие? Он отвернулся. — Это ничего не значило. — А для меня значило! — выкрикнула она. Голос дрогнул. — Я стояла там, в тени, как дура, глядя, как ты танцуешь с другой, и всё, что чувствовала — боль. Потому что я думала, что, может, хоть немного… хоть чуть-чуть я тебе не безразлична. Драко резко посмотрел на неё. В его глазах мелькнула вина, но вместе с ней — гордость, привычка защищаться язвительностью. — Но я ведь тебе ничего не обещал, — сказал он тихо, но холодно. — Мы просто друзья. Лили побледнела. — Просто друзья… — повторила она, будто пробуя слова на вкус. — Конечно. А я — просто дура, да? Он шагнул к ней, поднял руку, будто хотел коснуться. — Лили, я… — Не смей, — отшатнулась она. Драко сжал кулак. — Ты всё воспринимаешь слишком близко к сердцу! — Потому что, в отличие от тебя, я не умею прятаться за сарказмом и холодом! Он молчал. Только дыхание становилось чаще. — Я пыталась поверить тебе, — сказала она уже тише, но твёрдо. — Поверить, что ты другой. Но знаешь что? Ты именно такой. — А ты — слишком наивная, если думала, что всё просто, — бросил он в ответ, злость прорывалась в голосе. — Да, — выдохнула она. — Наивная. Она отвернулась, и голос дрогнул: — Ты всё испортил, Драко. Всё. — Лили, подожди! — он схватил её за запястье. Она вырвалась — резко, почти со слезами. — Не смей больше меня трогать. И прежде чем он успел сказать хоть слово, она прошла мимо, шепнув только: — Мы закончили. Проход в гостиную открылся и закрылся за ней. Драко остался один, в пустом коридоре. Он сжал кулаки до боли, ударил по стене.