Пепельные бабочки

Дверь в комнату с грохотом распахнулась. Мужун Лянь буквально ворвался туда, по пути швыряя всё вокруг. Дорогая посуда, мебель — всё, что попадалось ему под руку, тут же в гневе отбрасывалось куда подальше. Комната из убранной и аккуратной за пару минут превратилась в подобие поля боя. Молодой господин Мужун, пройдясь по ней взглядом, наконец успокоился. Он подошёл к чудом уцелевшей кровати и сел на неё. — Чёртов Гу Ман, как ты посмел выдать себя за меня и быть настолько наглым, говоря со мной после этого? Но ладно ещё этот, но молодой господин Мо… Да что он о себе возомнил?! Думает, что может указывать мне, что делать? С чего бы мне его слушать?! Он только бесит этим, — он цокнул и устало откинулся на стену. Выпустив гнев, он желал лишь одного — сна. Но до отбоя было ещё далеко, а значит, пришлось подняться и, как ни в чём не бывало, выйти из комнаты и отправиться на учёбу. На уроках он даже почти дружелюбно поприветствовал Гу Мана и его друзей, в конце концов, Мо Си бесил его куда больше. К сожалению, в отличие от своего раба, Мужун Лянь не мог ничего сделать с Мо Си. В академии бы не оценили такого, да и мать наказала бы за подобный поступок. — Один скандал с наследником другой семьи, и мать точно запрет меня дома на какое-то время, да к тому же я ещё долго не смогу сидеть без боли… — Он поморщился и решил прекратить об этом думать. Всё, что он сейчас мог себе позволить, это бессильно сжимать кулаки до крови, представляя, как сжимает шею этого высокомерного наследника семьи Мо. Сам же Мо Си, конечно же, ничего об этом не знал. Он в принципе не был слишком талантлив в распознавании чужих чувств, так что понимал лишь одно: Мужун Ляню он почему-то не нравится. Что же до причин, то зачем в это углубляться? Да и всё это не понятно. К тому же молодой господин Мужун такой грубиян, есть ли смысл лезть в его душу? И всё бы так и продолжалось, если бы не один случай. Мужун Лянь сидел на очередном скучном уроке, слушая монотонную речь учителя и почти засыпая. — …И молодой господин Мо будет вместе с молодым господином Мужун, — раздался голос учителя. — Что?! — Мужун Лянь, прослушавший начало предложения, был в полнейшем шоке. — Вам что-то непонятно? Я сказал, что вы с молодым господином Мо будете переписывать то, что вы сегодня мне принесли. Это кошмар, а не сочинение. И это лучшие ученики? Надеюсь, вместе вы будете более продуктивно работать. Жду через неделю от вас обоих более продуманный текст по прошлой теме и по той, которую я вам позже озвучу, — он хлопнул по столу рукой, сразу пресекая возможные споры с его решением новоиспечённых сослуживцев. Выйдя из класса, Мужун Лянь очень хотел как минимум стукнуть учителя чем-нибудь, исключительно чтобы в его голове прояснилось. У учителя, конечно, не у Мужун Ляня. Всё-таки это старик придумал дать им совместное задание. Ещё и на целую неделю. Но, к сожалению, это было явно плохой идеей, так что пришлось смириться со своей судьбой и, скрепя сердце, договориться с Мо Си о встрече в библиотеке. Так и началось странное сотрудничество двух людей, не переносящих друг друга.

***

За окном ярко светило солнце, чем только вызывало раздражение Мужун Ляня. Он был вынужден находиться в обществе Мо Си в такой прекрасный день. Тот же лишь молча сверлил Мужун Ляня взглядом, чем ещё сильнее его бесил. — Чего так пристально смотришь? Понравился? — молодой господин Мужун усмехнулся. — … — Мо Си, казалось, потерял дар речи от такой наглости. Его взгляд стал ещё пристальнее, но он ничего не сказал в ответ на эту насмешку. Мужун Лянь закатил глаза, недовольный такой реакцией, но воздержался от комментариев вслух. В мыслях же он, конечно, позволил себе обругать этого непонятного человека. «С чего вдруг снова немой глыбой льда притворяется? Всё равно же, защищая Гу Мана, уже показывал, что у него есть эмоции». — Давайте уже продолжим учиться, — неожиданно прозвучало от Мо Си, вырывая из мыслей его товарища по несчастью. — Ты всегда такой серьёзный? — Мужун Лянь фыркнул. — Неужели нельзя быть не таким ледышкой? Поворчав на Мо Си, он решил всё-таки вернуться к учёбе. Всё же, чтобы он там ни говорил молодому господину Мо, отставать в этом деле у него не было никакого желания. Их и так постоянно сравнивали, и всегда не в пользу Мужун Ляня, так что он не планировал давать им ещё один повод сплетничать. Сосредоточившись, он взял себе несколько книг из стопки и ещё быстрее Мо Си начал просматривать их, откладывая те, в которых было упоминание нужной им темы. Мо Си мог лишь в шоке смотреть на него, поражаясь его энтузиазму. «Что за переменчивость?» — он покачал головой, нахмурившись, и вернулся к своим делам. К удивлению Мо Си, новая тема, данная им учителем, была хоть и не сложной, но редко упоминающейся. В отличие от того, что им давали обычно, тут нужные сведения приходилось собирать буквально по крупицам. Так что только к вечеру они смогли собрать достаточно информации для выполнения задания. Конечно, если бы они работали более слаженно и не отвлекались на споры, возможно, это заняло бы у них меньше времени, и тема не казалась бы такой уж подставой, но ни один из них не хотел об этом думать. К тому же Мужун Лянь, в отличие от Мо Си, не был удивлён коварству учителя. Он искренне верил, что этот человек их просто ненавидит, раз поставил вместе, а значит, подлянка с темой вещь вполне ожидаемая. Закончив, он почти вежливо попрощался с Мо Си, сказав: — Бай-бай, молодой господин Мо, — и гордой походкой, усмехнувшись, удалился в свою комнату, в очередной раз оставив Мо Си в ошеломлённом состоянии. Зайдя в комнату, Мужун Лянь устало осмотрелся вокруг, а после сел на кровать. Пара минут и вокруг него уже порхали иллюзорные бабочки. При виде своих творений впервые за этот день его лицо озарилось улыбкой. «Пока я здесь, я могу не бояться того, что матушка увидит их и разозлится, так что есть в этом всём хоть что-то хорошее», — он аккуратно погладил одну из бабочек. «Тут никто не станет ругать меня за это, никто и не узнает даже». Едва он произнёс это, как раздался стук в дверь и внутрь влетел Мо Си. Увидев Мужун Ляня таким мягким, он застыл и впервые подумал: «Как же он прекрасен. Особенно когда улыбается». Подумав это, он тут же одернул себя и перешёл к делу. — Извиняюсь за вторжение, молодой господин Мужун, но учитель сказал, что мы срочно нужны ему. — В такое время? В чём же причина такой спешки? — Мужун Лянь был в ярости: мало того что Мо Си нагло ворвался в его комнату и узнал то, чего не должен был, так теперь ещё и учитель снова издевается над ними. Он кивком головы указал на дверь. К счастью, Мо Си понял намёк и вышел, прикрыв за собой дверь. Оставшись в одиночестве, Мужун Лянь быстро привёл себя в порядок и направился к двери. «Даже ночью не дают отдохнуть, кошмар», — ворча про себя о несправедливости жизни, он вышел из комнаты и вместе с Мо Си пошёл к учителю. По пути, собравшись с силами, он сам начал диалог. — О том, что видел, никому ни слова, ясно? — он нахмуренно посмотрел на Мо Си. Мо Си с недоумением посмотрел на него. — О том, что ты умеешь улыбаться? — Да не об этом, придурок! — Мужун Лянь закатил глаза. — О том, что я создавал иллюзии, никто не должен узнать, понятно? — он подошёл ближе и серьёзно посмотрел прямо в глаза Мо Си. Тот кивнул, соглашаясь не разглашать это, хотя кое-что ему всё же было непонятно. — Но почему? Иллюзии — достаточно полезная сила, в том числе и в бою, да и они не запрещены в Чунхуа. — Конечно, всё так. Только вот наследнику Мужун Сюаня таким увлекаться не подобает, — он с горечью усмехнулся, вспоминая лекции матушки об этом. — Моим оружием должна быть музыка, а не иллюзии. Всё уже предрешено. Он сам не знал, почему вдруг так разоткровенничался с почти незнакомым человеком, а тем более с Мо Си, но, высказав это, к своему удивлению, почувствовал лишь облегчение. — Но это неправильно! Мужун Лянь вздрогнул, услышав неожиданно раздавшиеся слова Мо Си, а тот продолжил: — Даже если есть долг перед семьёй, всё равно неправильно запрещать человеку заниматься тем, что ему нравится, тем более когда он так талантлив в этом. Твои бабочки были почти как живые, и они прекрасны. Твой талант в этом очевиден. Так что просто знай: я думаю, что ты не должен быть вынужден прятать это, и мне жаль, что тебе приходится это делать, — он неожиданно эмоционально для себя сказал всё это. Всё-таки он и правда находил это неправильным, и даже если Мужун Лянь ему не нравился, так не должно быть. Да и сейчас он начал задумываться: а почему вообще этот человек так себя ведёт? Раньше он думал, что Мужун Лянь — бездельник, к тому же счастливо живущий в роскоши, но сейчас… Сейчас, видя, как усердно он может работать, слыша его недавние слова, мнение Мо Си о Мужун Ляне начало кардинально меняться. И пускай было то, что он не готов был так просто забыть, в этот момент он просто хотел поддержать этого человека. Хоть Мужун Лянь и не знал о мыслях своего собеседника, но эти искренние слова произвели на него огромное впечатление. Пару минут он просто смотрел на Мо Си, широко распахнув глаза, а потом улыбнулся — даже шире, чем тогда в комнате. — А знаешь, спасибо. Правда, спасибо за эти слова, — он подошёл и крепко обнял Мо Си, а спустя пару мгновений отстранился и сказал. — Ну что, пошли узнавать, что от нас надо этому старику? Мо Си, теперь буквально пропахший Мужун Лянем, лишь улыбнулся в ответ, даже не прокомментировав такое неуважение к учителю. — Да, пошли.