На крыше

Пиковый король спокойно сидел на крыше, тьма покрыла небо плотным одеялом, ещё с уходом луны, ветер же никак не мешал, лишь тихо свистел под ухом, напевая грустные песни. Фиолетоволосый вдохнул тёплый воздух и терпеливо выдохнул. В руке тут же оказался телефон. Как и ожидалось: 0 новых сообщений. И всё, действительно: кому он сдался? Или все просто боятся его? К счастью ответа на этот вопрос не нашлось даже в глухой тишине весенней ночи. Пик спокойно огляделся, рассматривая тени многочисленных деревьев вокруг дома клонов. Со стороны лестницы на крышу послышался шорох. Восьмого это никак не смутило, он этого и ждал. Всё-таки явился младший треф, которого отпустил с очередной лекции по самозащите Куромаку. Янтарноглазый обернулся, наблюдая то как его "брат" скромно идёт к нему, медленно переставляя ноги. Фиолетоволосый не стал его торопить или что-то в этом роде, он просто ждал когда к нему подойдут. Голубоволосый тоже не спешил, ибо восьмой клон вызывал смешанные чувства: и счастье, и грусть, и страх, и в частности любовь. Ничего не говоря король поднялся с насиженного места и приблизился в голубому трефу. Зонтик улыбнулся, бледные щёки едва заметно покраснели. Фиолетовый погладил по голове валета, что стоял напротив него. Голубоглазый застыл, вместе с чем приподнял одну бровь в немом вопросе. Рогатый помотал головой и повёл друга на место, где сидел и ждал его. До наступления этой прекрасной ночи у обоих был суетливый день. И потому встретившись в 11 часов вечера за поиском стакана воды, они решили хоть немного поговорить. От этого хоть бессонница и не уйдёт, зато станет краше. Не важно с кем она станет краше, а как. Крыша же стала беспроигрышным вариантом из-за Вару, который то и дело по ночам таскался по всему дому. Вдруг заметит? Худо будет в любом из случаев, даже если этот случай: игра в дурака, причём даже не на раздевание. Старший вопросительно посмотрел на Зонтика, пока тот решал садиться рядом с ним или нет? С одной стороны: хороший человек, ласковый. С другой стороны: страшный и злой. В конце концов шестой сел, за что был награждён объятьями, благодаря которым голубые волосы моментально легли одеялом на чужое плечо. -- Так, зачем ты меня позвал? -- спросил голубой, пытаясь оторваться от мягкого ворса синей кофты восьмого. -- Было скучно, да и веселее с тобой всегда -- протянул Пик, продолжая удерживать трефа, чтобы тот не убирал голову. Голубоволосый промолчал, а потом перевёл свой взгляд на небо. Луна очевидно уже успела скрыться, во избежание традиционного японского признания, хотя кого это смущает? Некоторые такую ерунду и днём говорили. -- Ну, ладно. Тогда... Как работа? -- согласился с собратом младший, перестав пытаться отдёрнуть голову. -- По логике нормально. Твоя как? -- сказал фиолетоволосый. -- Вроде бы тоже? -- промолвил голубоволосый, приподняв голову. Янтарноглазый ничего не ответил, вот и правильно. Так даже приятнее, и что самое главное для них обоих. Носитель шарфа машинально, даже не думая, протянул руку как раз-таки к этому предмету гардероба. Когда тонкие пальцы начали бережно сплетать одни нити бахрамы с другими, Пик быстро схватил худую, бледную ручку младшего. -- Зонтик, ты чего худой такой? -- спросил фиолетовый, наблюдая то как снова краснеет лицо валета. В предутренней тишине погустел воздух, оба понимали: секрет всем уже ясен. У шестого под уютным свитером и родной кожей заколотилось слабенькое сердечко. -- Ладно, знаю уже -- отпустил его руку пиковый король. Зонтик облегчённо выдохнул, а потом осознал: знает тварь уже. Пик даже не посмотрел снова на валета, сидевшего рядом. -- Понятно -- ответил младший треф, переводя взгляд голубых глаз на небо. -- Кстати: -- неожиданно произнёс он, прочистил горло и продолжил: -- Луна сегодня невероятно красивая, не так ли? -- Что? Но, на небе же нет луны... -- прошептал шестой, снова осматривая небо. -- Я про другую -- мечтательно улыбнулся Пик. -- Так, солнце ещё не взошло -- Зонтик искренне не понимал, что это значит. -- Ох, ёлки-палки, Ты мне нравишься, взаимно это или нет я срать хотел -- всё-таки пояснил ему фиолетоволосый. -- Ааа, так вот в чём дело. Тогда: взаимно -- признался шестой. Душа короля наконец упокоилась в потоке счастья, нахлынувшего вместе с признанием младшего.

Happy end