Белое проклятие

Говорят вампиром быть невероятно "круто" со слов современных людей, но я вам расскажу обо всем, чего явно не учитывает малолетка, мечтая стать кровососом. Я Флоренс и я веду свой дневник, чтобы не сойти с ума и не забыть, где потерялась моя личность. 1836 году, Италия. Беззаботные дни наполненные красочностью любимой Флоренции. Ежедневные приключения преследовали меня, я прожил свой Рай, жаль, что он закончился к 20 годам. Моя жизнь, засохла, как эти масляные краски оставленные под солнцем на окне. Светило покинуло меня, я видел его в последний раз. Тогда я его видел в последний раз. Луна–мой единственный свет, озаривший мраком траурный день. Помню свой последний ужин и как старший брат погибал в крови. Я не мог сделать ничего, это он военный, а я просто художник, не приспособленный к шпаге. Она и не помогла защититься от зверя. Чудовище неуязвимо, даже пули отца не останавливали его. Кровожадная пасть разорвала на куски, а затем, он посмотрел на меня. Леденящие душу красные глаза выпили мою кровь. Мне не хватало сил подняться из под его железной, тяжелой хватки. Его пальцы сжали с хрустом кости. Когти и зубы вонзились в плоть. Адская боль какой не ощущал никогда. Вены вздулись, словно от яда кобры и налились горячим свинцом. Не было сил кричать, тело охватил паралич. Дыхание сперло, распирающая боль разрывала изнутри. На предсмертном одре, брат сделал выстрел, но крови у убийцы не было, рана затянулась сиюсекундно и тот стал следующим. Не так представлялась мне смерть, не думал, что она бывает такой страшной и мучительной. Хотелось жить. Я очнулся посреди пустой улицы. Надо мной сияла луна, мне казалось, страшный сон закончился, захотелось домой. Я долго шёл и не мог понять, что случилось, почему на улице ни души, в домах тишина, в кабаках –никого, и почему моя одежда грязная. Все ощущалось каким-то сонным. Ветер гладил кожу, но не моросил. Обычно в это время года на улицу без пальто не высунешься, а я был в домашней одежде. Возможно, это все опиум, предложенный другом, и теперь меня занесло в пьяном бреду на другой конец улицы. По дороге домой на земле лежал человек в неестественной позе. Я хотел осмотреть его, но испугался обезображенного вида. Его будто растерзал хищник, но следы от зубов не были достаточно большими для дикого волка, да и где ему ошиваться в городе? Один за другим, я находил похожие трупы и ужас охватывал. Стало страшно, куда бежать не знал. Мимоходом, взгляд приковал человек за витриной магазина. Беловолосый парень с красными глазами смотрел на меня. Я отшатнулся, но отражение повторило движение за мной. И тогда ужас постиг с головой. Мои каштановые волосы побелели, а глаза сияли страшным кармином. Но испугали меня больше пятна крови на одежде. Отчетливый запах бил в нос. С уст сорвался крик, похоже тогда мой старший брат услышал меня и нашёл. Франциско выглядел так же, как и я. Мы будто выгорели на солнце. Он сказал, что нам срочно нужно убираться отсюда, я безоговорочно был согласен, но где родители? Франциско мне не ответил, утянул за собой. Вспоминая свой кошмар, я искал на нем следы убийства, но не нашёл и царапины. Мы вышли из города, стража лежала бездыханно перед воротами, я умолял Франциско рассказать, что произошло. Он молчал, будто немой. Когда мы вышли к полю, он с трудом разомкнул губы. –Я пытался остановиться, только когда жажда утихла, я очнулся, но не мог остановить тебя. Мама...и ты...тоже не... – Заикаясь, взрослый мужчина готов был разрыдаться. Я не смог себе этого простить. Будучи в каком-то аффекте, память отшибло. Так и не получилось вспомнить подробности, как это случилось, но помнит Франциско. Вероятно, он по сей день зол на меня и одновременно понимает, как никто другой. С наступлением рассвета мне становилось жарко, кожу неимоверно пекло,от нее шел дым. Мы с Франциско шли долго, миль 10 точно, но не уставали и лишь лучи солнца заставили нас скорее найти укрытие. Я не понимал, почему так больно взглянуть на светлую улицу, глаза будто выжигало. Мы закрылись в подвале, Франциско перестал говорить. Вскоре захотелось пить, очень сильно. Я вышел, ища источник воды и нашёл. Припал губами к ручью и не смог выпить. Вода казалась гадкой на вкус, горькой и солёной. Удушающее чувство жажды и голода мучило так сильно, что голова шла кругом, в ногах и руках появлялась мучительная дрожь, чесались десны. Плод на дереве манил своей сочностью, я всегда любил персики больше всего. Это было то, чего хотелось с голоду больше всего. Я съел, не задумываясь, но персик больше не был сладким. На языке появилось отвратное чувство слизи, будто во рту ползают черви. Меня тут же стошнило кровью и мерзким персиком. Франциско быстро оказался рядом и потребовал не есть ничего, но мне казалось я скоро умру с голоду. Мы не понимали, что эта за болезнь, он страдал теми же симптомами. Мы выловили крыс, развели огонь и пожарили, но история повторилась. Есть это было невозможно, хотя казалось голод нас погубит. По ночам мы шли в город и на пути нам встретился мальчик. Запах ребёнка пробуждал аппетит сильнее, я слышал стук сердце. Все моё нутро бурлило при его виде от желания вонзить зубы. Мальчик подсказал дорогу и убежал, спотыкаясь о камни. Маленькая капля крови свела нас с ума. Животный инстинкт заглушил все человеческое, я бросился к кровоточащей ранке и впился зубами. Он кричал, но остановиться я не мог. Кровь– единственное, что успокаивало меня и утоляла голод, жажду. Я забыл о милосердии, страхах, боли, обо всем, весь мир исчез. Франциско тоже не удержался, мальчик погиб. Когда в нем не осталось и капли крови, высохший, как старый виноград, я смог отцепиться. И только тогда осознание пришло. –Нет...нет...что я наделал... –Бормотал Франциско, пытаясь оживить ребёнка отчаянным потряхиванием. В немом ужасе я наблюдал за истерией, а моя подкрадывалась молча. Но наконец-то ломота в теле и чувство голода меня отпустило. Будто бы все это время я был в странствиях и искал только этого. Однако от мысли убийства меня воротило, хотелось плакать, но не получалось. Слезы высохли.