Безумие на кончиках пальцев

      В жизни каждого из людей случаются моменты, когда время внезапно сбивается с привычного ритма и замирает на миг, чтобы вместить в себя событие всей своей тяжестью. Таким моментом, несомненно, является встреча с тем, кого ты не ожидал увидеть никак. Это не просто сюрприз, а настоящее землетрясение в маленьком мирке ожиданий и привычек.              Тэхен не мог не узнать этого симпатичного молодого человека, который изящно вышел на сцену, дабы станцевать эротичный стрип-танец на шесте. Его медовая, загорелая под палящим солнцем кожа сейчас изысканно поблескивала под разноцветными софитами; когда-то растрепанные черные волосы были уложены в аккуратную прическу, подчеркивая миловидность парня; крепкие мышцы, закаленные многочасовым трудом на заводе, перемещались игриво и завораживали. Красивое тело, которое раньше скрывала грязная мешковатая одежда, сейчас было практически обнажено, и только стринги и цепочки со стразами меняли все представление. Но больше всего привлекало внимание Тэхена лицо танцора. Большие круглые глаза, губы бантиком, аккуратный нос представляли из себя некую невинную красоту, обрамленную похотью и развратом.              Все зрители уставились на этого парня по-разному: кто-то с восхищением, кто-то с пренебрежением, а кто-то с удивлением. В Тэхене же смешалось все, ибо этот прелестный парень, который извивался сейчас на шесте, был тем, кого мужчина когда-то ловил долгое время: участник и непосредственный лидер оппозиции — Чон Чонгук.              Тэхен узнал о Чонгуке еще несколько лет назад, когда группировка протестующих начала свою агитацию против многочасового труда рабочих завода по литейному производству. Этот парень был хоть и молод, но достаточно харизматичен, наделен даром убеждения и хорошими лидерскими навыками. Рабочие устроили забастовку, разнесли пол цеха, а когда прибыла полиция, то сбежали и укрылись в труднодоступных трущобах. После эти рабочие начали выдвигать требования не только о повышении заработной платы себе и уменьшении трудодней, но и выделении больше свобод для всех бет. У их движения даже начали появляться сторонники, поэтому вскоре группировка насчитывала уже не какую-то жалкую группу из пятидесяти человек, а несколько тысяч последователей. Они устраивали набеги на предприятия, посольства и банки, захватывая все больше участков земли. И главным из них как раз был Чонгук — двадцатитрехлетний бета, которому терять было нечего.              В их мире так повелось, что беты всегда считались низшей и недостойной расой людей, так как зачастую являлись бесплодными и не обладающими какими-то выдающимися качествами. Беты трудились на заводах, полях, опасных предприятиях, зарабатывая гроши лишь на свое бессмысленное существование. Если бета и мог воспроизвести ребенка, то только такого же бету, как и он, даже от альфы или омеги. Беты не имели запаха, не поддавались инстинктам внутреннего зверя, которого у них и не было, а половая система у них не развивалась полностью, оставаясь в зачаточном состоянии. Лишь четверть из всех бет могли размножаться, и, что казалось удивительным, у таких имелась и матка с яичниками, как у омег, и семенники, как у альф. Но и таких гермафродитов привилегированное общество не признавало, издеваясь над ними и продавая в секс-рабство. Высшее общество, состоящее из альф и омег, оградило бет от себя. Только альфы и омеги считались высшей расой, тогда как беты являлись их рабами и недостойными существования.              Чонгука поймали около года назад, благодаря предательству одного из его сородичей. Именно тогда альфа Тэхен, который занимал должность главного по борьбе с организованной преступностью, и бета Чонгук пересеклись впервые. До этого альфа видел Чона лишь на камерах наблюдения. Но, вопреки желанию уничтожить этого мальчишку и стереть его с лица земли, Тэхен принял для него другую судьбу:              — Продайте его на аукционе, — с ухмылкой проговорил Ким, глядя самодовольно на мальчишку. — Как и всех его дружков-бет. Желательно самым отбитым покупателям.              — Нет! — закричал Чонгук, но его лишь скрутили сильнее и прижали к полу. Только Чон все равно смел вырываться и дергаться, отчего его держали сразу несколько человек. — Ублюдок, ты еще пожалеешь об этом! — рычал он и гневно смотрел на альфу.              Но Тэхен лишь хмыкнул и приказал своим:              — Увести их!              Прошел год, и Тэхен уже успел забыть Чонгука, ведь вскоре после его поимки группировка оппозиции распалась. Да, набеги продолжились, но они уже не несли за собой такую большую угрозу, как раньше. Без Чонгука беты снова оказались там, где и были до его восстания: в грязи, бедности и криминале.              — Этот бета, который выступал только что в главном зале, оказывает интимные услуги гостям? — спросил Тэхен, когда подошел к администратору ночного заведения после шикарного представления беты.              — Конечно, господин Ким, — залепетал омега. — Это Джей, и он у нас один из ходовых мальчиков. На него большой спрос. Вы бы хотели взять его?              — Да, — уверенно произнес Тэхен. — На всю ночь.              — К сожалению, он уже забронирован. Но я могу записать Вас… через неделю. Или предложить другого бету, более похожего на омегу…              Тэхен прищурился недовольно и поджал губы.              — Вызови главного, — потребовал строго он.              Ким не хотел какого-то другого бету, не хотел оттягивать момент встречи и не желал упускать шанс, который мог лишить его настоящего наслаждения. Он хотел Чонгука, и не потому, что тот его привлекал в сексуальном плане или был в его вкусе, нет. Тэхен, наконец-то, оторвался от своих обязанностей на работе и хотел по-настоящему отдохнуть. И этот изысканный и лучший отдых мог обеспечить ему только Чонгук — его бывший и нынешний враг. Ведь что может быть лучше, чем трахнуть человека, который тебя искренне ненавидит?              — Ты хочешь снять Джея? — удивился Минхо, давний знакомый Тэхена.              — Да, я хочу его купить на всю ночь, — серьезно высказал Ким, четко смотря на сутенера.              — На сегодня у него есть клиент.              — Разве кто-то может быть важнее меня? — ухмыльнулся одним уголком мужчина. — Это ведь я позволил ему оказаться здесь. Ты мне должен, Минхо.              — Во-первых, я честно выкупил его, так что вправе пользоваться им, как мне вздумается. А во-вторых… — Он затянулся сигарой и прищурился. Через пару секунд сутенер продолжил уже тише: — Ты хочешь разворошить прошлое? Ты его самолично поймал.              Тэхен шире растянул губы в ухмылке и чуть наклонил голову.              — Во-первых, это не твое дело. А во-вторых, ему подтерли память и я об этом прекрасно знаю. Он и меня не помнит, да?              — Да, — недовольно ответил мужчина.              — Жаль, конечно, хотелось бы, чтобы он прекрасно знал, кто его будет ебать.              — Он не подчинялся и пришлось идти на серьезные меры. Мы подтерли ему память, убрали последние два года в группировке, когда его влияние на оппозицию было самым внушительным, а вместо этого внедрили в него покорность и миролюбивость.              — Это разве возможно? — изумился Тэхен.              — Изменить характер? Нет. Но заставить его измениться — да, — произнес довольно Минхо. Тэхен приподнял брови задумчиво, и тогда мужчина пояснил: — Мы внедрили ему воспоминания о его ребенке, которого якобы забрали власти. Если он будет себя хорошо вести, с его ребенком-отбросом ничего не случится. И он уже как год слушается нас. Прилежный работник, умелая шлюха.              — Он может иметь детей? — поразился еще больше Ким.              — Нет, — хохотнул мужчина. — Он думает, что может. Мы даже даем ему витамины, типа противозачаточные, чтобы он не забеременел и не осеменил кого-то. И он их покорно пьет, надеясь не залететь. Папу ребенка убили, поэтому он был типа отцом-одиночкой до поимки спецслужбами.              — Разве это не жестоко? Почему именно ребенок?              — Потому что так он будет стараться больше, да и, тем более, у него же никого нет. Он был сиротой. Чем еще мы можем ему угрожать? Любовником? Пф, беты непостоянные, все об этом знают. Они полигамны. Ему было бы плевать на предполагаемого любовника. А вот дети… Ох, детей беты любят, ведь не каждому дано иметь своего малыша.              Ким поджал губы и отвел взор в сторону. Впервые он слышал об этой аморальной практике. Она действительно была жестокой, но эффективной и действенной, раз такой, как Чонгук, подчинился.              — Только не говори мне, что тебе жаль это ничтожество, — с дерзкой усмешкой спросил Минхо.              — Нет, — выдохнул Тэхен и снова посмотрел на сутенера сурово. — Ну так что, отдашь мне его на сегодня или мне напомнить тебе о твоих денежных махинациях?              Через полчаса Тэхен уже находился в вип-комнате, восседая на широкой и мягкой постели и ожидая прихода Чонгука. Тот не заставил себя долго ждать: стоило часам пробить ровно одиннадцать, как дверь раздвинулась и внутрь вошел он. Тэхен чуть не задержал дыхание, смотря на переодетого в сексуальное омежье белье бету. Что подметил про себя Тэхен — Чонгуку, несмотря на его развитую мускулатуру и крепкую мышечную массу, шли кружевные черные трусики, полупрозрачные стринги и милый чокер с бантиком на шее. Даже как-то смеяться не хотелось, ведь бете все очень хорошо подходило.              — Здравствуйте, мой господин, — произнес медовым голосом Чонгук и плавной походкой подкрался к альфе. Тот сглотнул, ведь еще никогда не видел таких красивых бет. — Я могу Вас так называть?              — Да, — хриплым голосом проговорил Тэхен и сглотнул. — Ты меня не узнаешь?              — Нет, — мотнул головой бета. — Вы были со мной раньше?              — Нет.              — Тогда мы… пересекались где-то? — в голосе послышалось сомнение.              — Это неважно, — оборвал тему мужчина. — Покрутись передо мной, покажи себя. Я не для разговоров тебя взял. — Бета выполнил указания и плавно задвигался, показывая всего себя. Да, его тело сейчас казалось идеальным и соблазнительным, и Ким несдержанно облизнул губы. Никакого истинного запаха парень не источал, но от него все равно пахло малиной и еще какой-то сладостью. Тэхен невольно засмотрелся на крепкие мышцы, стройные ноги, округлые ягодицы, торчащие соски и с придыханием проговорил: — Прекрасно.              — Вам нравится? — спросил Чонгук и огладил руками свое стройное тело, останавливаясь на тонкой талии.              — Да, — не стал скрывать Тэхен. — Давно ты здесь работаешь?              — Уже год, — просто ответил Чон.              — Ты же многому научился? Особенно, как удовлетворять альф?              — Конечно, мой господин.              — Докажи.              Чонгук подошел еще ближе и наклонился к Тэхену, проводя руками по торсу и одновременно с этим расстегивая его рубашку. Ким внимательно следил за тем, как аккуратно и даже нежно Чон обращался с ним, раздевал, трогал и обнажал крепкое тело. Это был совсем не тот Чонгук, что был когда-то; не тот, кто огрызался и клялся добраться до него и уничтожить. И Тэхену предстояло в этом убедиться. Да, Чонгук добрался, но совсем в другом смысле. Скорее, наоборот — это Ким до него снизошел.              Бета припал губами к шее альфы, а сам просунул руку ниже, касаясь его пока что чуть приподнятого члена. Чонгук целовал его кожу, лизал, а сам трогал рукой плоть и ласкал ее, проводя вверх-вниз и часто надавливая на головку. Тэхен от такого напора даже растерялся и не сразу заметил, как возбудился. По его телу пробежали мурашки, сердце в груди быстрее застучало, и мужчина вздрогнул от того, как пикантно Чон прервал тишину:              — У Вас такой большой, господин. Даже не знаю, возьму ли я его в рот.              — А ты попробуй и узнаешь, — с такой же манерой ответил альфа и облизнулся.              Чонгук понял намек, опустился на колени между раздвинутыми ногами мужчины и осмотрел ствол, что стал еще объемнее. Да, у альф всегда половой орган имелся большой, больше, чем у омег и бет, поэтому последним обычно было больно спать с сильным полом и принимать его в себя. Чонгук провел по члену пару раз, а после дотронулся губами до головки, чтобы пососать ее. Тэхен задержал дыхание, ощущая мягкость и блаженство от чужого рта. Чон помедлил еще чуть-чуть и все-таки взял член полностью, погружая в свою теплоту и влажность.              Тэхен замер и не смог сдержать стон, ведь это оказалось очень приятно и славно. Он вцепился пальцами в простынь и стиснул крепко ткань, чувствуя, как по всему нутру разливалось долгожданное наслаждение. Чонгук заглатывал умело и хорошо водил языком по члену, не упуская ни единой венки. Каждое движение его языка было искусством и мастерством: то нежное скольжение, то уверенное давление, то ласкающие круги, от которых по спине альфы бежали мурашки. Мужчина полностью отдался ощущениям, его сознание затуманилось, оставив лишь животное, первобытное удовольствие. Также бета помогал себе пальцами и гладил мошонку старшего, заставляя того испытывать кайф еще больше.              У альфы случился секс около двух месяцев назад, и то, это оказался быстрый перепих на работе без каких-либо ласк и прелюдий. Несколько дней назад, когда нервы были уже на пределе из-за долгого воздержания, что альфам категорически противопоказано, один коллега посоветовал Тэхену воспользоваться услугами продажных бет. Он говорил, что, во-первых, это считалось экзотикой в их обществе, а во-вторых, у бет имелось гораздо больше разнообразия, чем у омег. Тот же самый Чонгук больше походил на альфу, чем на омегу. Поэтому иметь подобный опыт казалось сплошным удовольствием. И коллега Кима оказался прав, потому что оторвать взор от того, как хорошо заглатывал бета, оказалось для Тэхена невозможным.              — Ах, да… Еще! — простонал мужчина и схватился за короткие волосы парня, дабы помогать ему и направлять.              Чонгук задвигался чаще, вытаскивая член Кима изо рта и снова заглатывая. Он расслабил горло еще больше, дабы в нем можно было лучше двигаться, и задвигался скорее. Влажная теплота и идеально расслабленные мышцы его гортани заставили Тэхена выть от блаженства, и его бедра непроизвольно задергались, пытаясь поглубже войти в этот сладкий, сжимающий его прекрасно рот.              — Да, вот так, детка… именно так, — захрипел Тэхен, и его пальцы впивались в волосы Чонгука пуще, не причиняя боли, но полностью контролируя ритм, направляя его на правильное действие.              Чонгук лишь глубже взял его, отвечая тихим, довольным гулом, который отдавался вибрацией прямо в самом чувствительном месте, заставляя альфу сходить с ума. Он работал языком, ласкал основание, и его пальцы нежно перебирали и сжимали мошонку, доводя каждое прикосновение до совершенства. В какой-то момент он поднял свои огромные черные глаза на Тэхена, отчего тот застонал и насадил парня на себя полностью, кончая в него. На удивление, Чон не стал отстраняться и противиться, а принялся глотать все, что в него выливалось. И зрелище это оказалось воистину прекрасным.              Когда член обмяк, Ким вытащил его наружу, позволяя Чону наконец-то отдышаться. Некоторые капли все же упали на пол, но большую часть Чонгук все-таки проглотил, чем завел Тэхена еще больше. Что-что, а он и не думал никогда, что его бывший враг так хорошо будет брать в рот и глотать сперму. Поэтому, стоило Чонгуку посмотреть похотливо на него, как член старшего снова очнулся.              — Понравилось, господин? — хриплым, сексуальным голосом протянул бета и слизал с уголка губ выделения клиента.              — На кровать. Быстро! — приказал Тэхен и кивнул на мягкую поверхность.              Чонгук залез на нее, приглашающе раздвинул ноги и выгнул спину. Тэхен мгновенно стянул с себя мешающую одежду и только развернулся к парню, дабы начать действовать, как замер, замечая между его ног хвостик, как у кролика.              — Что это? — спросил Тэхен и дотронулся до пушистого конца.              — Это для Вас, мой господин, — протянул сладко Чон и повертел бедрами.              — Ох, ты как настоящий зайка. Или сучка… Но тебе идет. — Ким сдвинул стринги и приоткрыл побольше края входа, засматриваясь, как пробка прочно скрывалась в глубине тела беты. — Ты уже хорошо подготовлен, да?              — Конечно, — покорно простонал Чонгук. — Вытащите ее и войдите… скорее.              — Нет! — он шлепнул ягодицы смачно, вызывая стон у беты. — Я сам решу, когда вставить тебе, бета. — Тэхен погладил мягкую кожу, замечая, что та была довольно-таки упругой, а ягодицы подтянутыми. — Посмотрим, как хорошо ты разработал свою узенькую дырочку для большого альфы. — Ким стянул трусы вниз и после медленно вытащил пробку, наблюдая, как та неохотно покинула тело эскортника. Чон простонал и вздрогнул, когда вместо конца пробки показалась цепочка. Альфа удивился и потянул ее, вытаскивая объемные шарики. — Ого, вот это сюрприз. И как они поместились внутри? — он все вытаскивал и вытаскивал, и, когда самый маленький седьмой шарик выскользнул из беты, они закончились. — Целая коллекция.              Тэхен смотрел на растянутый вход, что был идеально выбрит и ничем не отличался от дырочки у омег. И, наверное, это еще сильнее подкупило альфу, отчего он не захотел войти сразу, а начал засовывать шарики обратно, постепенно и медленно, чтобы насладиться моментом. Чон вздрогнул, но ничего не сказал. Он только дышал прерывисто и переодически переходил на скулеж.              — Вот так, — простонал Тэхен и полностью вставил все шары в Чонгука. — Так тебе идет больше.              — Да… господин… Ах… Вы правы, — простонал бета.              — Я знаю. — И Тэхен снова шлепнул Чонгука уже по другой ягодице, смотря, как кожа в месте удара начала краснеть. — Терпи, бета. Ты ведь не просто так оказался здесь, — и снова ударил звонко. — Ты отрабатываешь.              — Ах… в каком… плане? — плаксиво спросил парень и сжал пробку мышцами сильнее.              — В таком, сучка. — Он шлепнул еще. — Ты попался нам, твои жалкие сородичи бросили тебя на произвол судьбы. Ты бы умер, если бы не наше благородство. Скажи спасибо своему милому личику, что позволило тебе попасть сюда. — Снова удар. — Так что старайся ради своего ребенка. Старайся и подставляй зад.              — Откуда Вы?.. Ах! — воскликнул бета, когда Тэхен вытащил пробку, но вставил ее обратно, не давая шанса первому шару выскользнуть. — Черт!              — Молчать! — зарычал Тэхен, шлепая бету. — Вопросы здесь задаю только я, а ты веди себя хорошо и покорно.              Он вытащил пробку и вернул на место, трахая ей парня и позволяя только первому шару выйти из тела, но мгновенно вернуться назад. Тэхен ритмично вел пробкой, не давая Чонгуку ни секунды передышки: то вытягивая ее почти полностью из тела, то снова вгоняя обратно. Металл прохладно скользил по перевозбужденным внутренностям беты, и каждый раз, когда самый крупный шарик проходил через самое узкое место, по телу Чонгука пробегала судорога животного удовольствия.              — Ах… Да… — застонал он и вцепился пальцами в простынь. — М-м…              — Нравится? — Тэхен наклонился к его уху, и его дыхание обожгло чувствительную кожу. — Чувствуешь, как она тебя растягивает? Так ты готовишься для меня. — Он ускорил движения, и теперь шарики почти не показывались наружу, лишь глухо позванивали внутри, а их перекатывание отзывалось вибрацией в самой глубине. — У меня большой член, зайчик. Вы, беты, неспособны течь, как омеги, и принимать в себя большие размеры. Ну, ничего страшного, я тебе помогу. По старой вражде, так сказать.              Чонгук не мог ответить. Бета был раздавлен этим нарастающим и бесконечным ощущением вторжения в себя. Его собственные стоны слились в единый, прерывистый вопль, когда Тэхен наконец вытащил пробку одним резким движением, и все шарики разом выскользнули наружу. Вмиг Чон остался пустым и одиноким, но с трепещущими чувствами предвкушения внутри.              — Теперь, — прошептал Ким, занимая свое место между бедер парня и приставляя головку ко входу, — я покажу тебе, что значит по-настоящему быть заполненным альфой. И не смей кончать без моего указания!              И он вошел одним махом, вызывая вскрик у беты. Тэхен не дал шанс парню привыкнуть к нему и задвигался мгновенно и четко, выбивая весь дух из беты. Его пальцы впились в мягкие влажные бедра, а член уже хорошо вторгался в заветную глубину, где было тепло, приятно и тесно. Крепкая спина Чонгука выгнулась, и альфа простонал протяжно, видя, как его крепкие мышцы перемещались под кожей. Со спины Чонгук действительно походил на альфу, и никак иначе, только запаха никакого не выделял, истощая лишь искусственный аромат сладких духов.              Тэхен чуть сменил угол, и стонать Чонгук начал еще громче и уже не так наигранно:              — Ах… Боже…              — Хочешь еще? — спросил Ким и вошел во всю длину.              — Да!              — Вот так, бета, давай… ах… прими меня.              Он быстро входил в парня, понимая, что попадает по его маленькой простате. Чонгук умолял его не прекращать, но Ким и не собирался, ведь не мог остановиться, даже если бы его попросили затормозить. Его несдержанность была следствием долгого и неоправданного воздержания, которое ждало своего часа, чтобы полностью выплеснуться с небывалой силой. Но зато сейчас, когда под альфой оказалось такое желанное тело врага, он уже не мог прекратить. Внутри беты было так хорошо, что не хотелось надолго покидать его. Смазка у бет тоже не выделялась, но Кима это никак не беспокоило, ведь своим предэкулятом он тщательно смазывал нежные и податливые стенки.              — Господин, я… не могу… Ах! — скуляще протянут парень, поддаваясь назад.              — Еще нет! Терпи. — Одну руку Тэхен оторвал от парня и стиснул его небольшой член, специально перекрывая его. — Кончим вместе.              От этого Чонгук упал на свои руки и уткнулся лбом в них, не прекращая стонать и толкаться бедрами навстречу крупному члену. Ему было одновременно и очень хорошо, и очень плохо. Наверное, сознанием он понимал, что его посетил не обычный клиент, но все равно не мог прекратить. Чужая плоть попадала точно по чувствительному комку и раздражала его. Искры наслаждения разносились по всему организму, голова кружилась и сознание чуть ли не терялось. Но Чон терпел и отдавался этому странному мужчине, который смачно брал его и пользовался телом.              — Ох, Чонгук. В тебе… ах… так хорошо, — произнес альфа и задвигался еще быстрее. — Ты реально… не создан для черной… грязной работы… Ты нужен здесь… чтобы скакать на… чужом члене и… просить еще. Я прав?              — Ах… — простонал Чонгук и задрожал. — Д-да… господин…              — Так и есть… — победно протянул Тэхен.              Вдруг его внутренний зверь заурчал довольно, ощущая свое превосходство, а уплотнение на члене начало постепенно расти. Ким, почувствовав это, заулыбался и не прекратил движения, раззадориваясь больше. До этого он спал с узлом только пару раз, и то в защите, чтобы омега от него не понес. Но сейчас, когда под ним оказался бесплодный бета, можно было не сдерживаться в потаенных желаниях.              — Надо же. — Тэхен наклонился ниже, прямо к уху беты, и прорычал: — Ты настолько хорош, что… вызвал сцепку.              — Ч-что? — изумился Чонгук и дернулся, но Ким остановил его.              — Тихо, зайчик, не дергайся, — нежно протянул альфа и затих, позволяя уплотнению вырасти в теле беты полностью. — Это всего-лишь узел.              — Но… Черт… Ах… — Чонгук сжался и замер, всем нутром ощущая, как чужой орган распирал его стенки и давил на них сильно. И простата от этого набухла еще больше. — М-м… не могу… терпеть…              — Ох, да… — победно пробормотал Тэхен и отпустил член беты, когда шишка зафиксировала их в одном положении. — Теперь можешь кончать… Ах… — простонал он и кончил, изливаясь в заветную глубину.              И бета кончил, высвобождая себя с большим и громким стоном экстаза и наслаждения. Потом он все же свалился от усталости на простыни, переводя дыхание. Тэхен облизнул губы и снова засмотрелся на спину его желанного партнера. Он прекрасно чувствовал, как в Чоне стало горячо и влажно из-за него, отчего заурчал и облизнулся довольно.              — Ты стоишь своих денег, Чонгук. — Он погладил спину с некой нежностью и остановился на узкой талии. — Молодец, хороший бета.              — Откуда Вы знаете мое имя? — голос Чона понизился и поледенел, и он даже повернул голову в сторону Кима, желая увидеть его.              — Потому что это я участвовал в твоем задержании. — От этих слов Чонгук резко дернулся, но тут же взвыл от боли внутри из-за огромного узла, который не давал развернуться. — Тише, ты ведь не хочешь порваться.              — Ублюдок! — зарычал Чон и стиснул кулаки. Он еще раз двинулся, но мощная хватка альфы удержала его в одном положении. — Сука!              — От суки слышу, — ледяным тоном произнес Тэхен и уже схватился за шею беты, сжимая. — А теперь слушай сюда, отброс. Твой ребенок в руках государства. Будешь плохо себя вести, особенно со мной, и я сделаю звонок куда надо, и… Ну сам понимаешь, что может случиться с ребенком-бетой в обществе альф и омег.              — Ты… не посмеешь!              — Еще как посмею, — гадко протянул он. — Ты сейчас принадлежишь мне, и твой ребенок тоже мой! Так что слушайся меня и все будет хорошо.              

***

             Жизнь Тэхена была идеально отлаженным механизмом: стерильная чистота дома, монотонная работа в органах правопорядка, редкие встречи с восьмилетним сыном-альфой по расписанию. Внешне выглядело так, словно у Кима полный порядок, но вот внутри альфы находилась тягучая, серая пустота. Он чувствовал себя актером в бесконечно однообразном спектакле, где каждое утро — это дежавю, а каждый вечер — тихий ужас от осознания, что завтра будет точной копией сегодня. Его душа, словно выцветшая фотография, давно утратила былые краски. Радость растворилась в рутине, оставив после себя лишь горький осадок бессмысленности и одиночества.              Ким хоть и причислялся к высшему обществу, как альфа, и должен был быть счастлив, что у него имеются все блага цивилизации, но на деле все было вовсе не так. В пустой квартире, что хоть и выглядела шикарно и стильно, скрывались тоска по теплу, грусть и одиночество. Именно там Тэхен и срывал маски со своего идеального облика, поддавался настоящим эмоциям и выплескивал все, что копилось в нем. Его никто не видел, никто не осуждал и не презирал. Но и не поддерживал тоже.              Тэхен после развода с бывшим пытался построить отношения, но попытки не увенчались успехом. Ким понимал, что, возможно, это из-за его сложного, доминантного характера. Только когда он попытался измениться и даже походил к психологу, стало еще хуже. Секс был, кое-какая связь с омегами тоже имелась, но вот любви не нашлось. Не было человека, который бы разделял его интересы, слушал и прислушивался к нему, искренне хотел проводить с ним время и поддерживал в сложных ситуациях. Тэхену было мало одного секса и красивой картинки рядом. Он хотел не просто парня, а друга и товарища. А еще он снова хотел семью, но не как в прошлом браке, что не увенчался успехом.              Жизнь перестала казаться однотипной только тогда, когда ему удалось снова повстречаться с бывшим оппозиционером и ближе познакомиться с ним. После первого секса с Чонгуком Тэхен почему-то приехал еще, и еще, каждый раз заказывая Чона на всю ночь и наслаждаясь им. Коллеги, которые прознали про то, куда полюбил спускать деньги уважаемый полицейский, назвали мужчину странным. Да, альфа тоже так считал, но почему-то не мог остановиться. Чонгук был бетой: стерильный, без какого-то естественного запаха, без внутреннего зверя, без животных инстинктов и признаков. Но он все равно почему-то привлекал собой и не оставлял мысли Тэхена ни на день.              — М-м… Ах… Еще… господин!              Тэхен крепко держал его за бедра и натягивал на себя, пока Чонгук цеплялся руками за мощные плечи альфы и высоко стонал. Ким чуть ли не рычал, толкаясь в приятную и манящую глубину, принося бете несравнимые ни с чем наслаждения. Да он и сам кайфовал, не мог остановиться и прекратить пользоваться таким запретным и ненормальным удовольствием. Чон всегда был таким узким, мягким внутри, влажным и теплым для него. Да, только для него.              — Я… сейчас… — простонал Чонгук и сжался вокруг члена от поступающего оргазма.              — Давай… детка, кончай! — рыкнул Тэхен и натянул парня на себя со всей силы, замирая и изливаясь в него. Чон не заставил себя ждать и бурно кончил в ответ.              Тэхен упал рядом, уставший и довольный после полученного удовольствия. Чонгук же уставился в потолок и задышал глубоко, переводя дыхание и успокаивая бушующее от подобного спорта сердце.              — Это было просто… шикарно. Лучший мой оргазм за последнее время только с Вами, господин, — произнес вымотано Чонгук, за что Тэхен пресек его:              — Чонгук, я же просил говорить правду. И хватит этих формальностей. — Мужчина потянулся за сигаретами, зажег одну и закурил. После он показал пачку Чону. — Будешь?              Бета переместил взор на пачку и нахмурился.              — Нам нельзя.              — Со мной можно все. Бери, я же помню, что ты курил раньше. И сейчас втихаря наверняка это делаешь.              — Что-то много Вы про меня знаете, — фыркнул Чонгук, убирая надуманную вежливость, и уселся нормально, чтобы взять пачку, вытащить сигарету, а после так же смачно, как и альфа, закурить. Только он это сделал, как заулыбался невольно и расслабленно протянул: — Офигенно!              Тэхен усмехнулся, глядя, как бета радовался этой маленькой губительнице здоровья. Ему почему-то нравилось наблюдать за всем, что делал этот загадочный парень, отчего он позволял ему то, за что других бы осуждал. Он во вторую же встречу с проститутом попросил не играть с ним в надуманные игры, говорить более неформально и не скрывать настоящих чувств и эмоции. Тэхен знал, какой Чонгук на самом деле, поэтому не хотел видеть в нем фальшь и наигранность. Правда, выкать Чон так и не перестал. Чонгук вообще во вторую встречу испугался прихода Тэхена и не захотел отрабатывать заказ. Только стоило мужчине надавить на больное, как бета смирился и больше не капризничал.              — Спасибо, — сказал Чонгук и посмотрел на альфу. — Мне еще никогда клиенты не предлагали сигаретку.              — Вам только с клиентами нельзя курить или вообще? — задал любопытный вопрос Ким.              — Вообще.              — Что еще вам запрещено?              — Да почти все, — фыркнул Чонгук и снова затянулся. После продолжил: — Курить, пить, колоться, заводить отношения, много есть, быть неопрятным неряхой, плохо себя вести с клиентами. Да, последнее особенно сильно карается, — усмехнулся он.              — Дышать хотя бы можно? — хмыкнул Тэхен, и Чон кивнул.              — Да, хоть за это спасибо.              Между ними снова настала недолгая неловкая тишина, от которой Тэхену приходилось как-то плохо, но именно бета решил оборвать ее:              — Значит, ты следил за мной, когда я был на свободе?              — Можно и так сказать, — не стал отрицать Тэхен. — Это моя работа.              — Ловить безобидных бет? — с горькой усмешкой поинтересовался Чон.              — Вы не были безобидными, — улыбнулся теперь альфа. — Вы сильно дебоширили, бунтовали и вносили хаос в устоявшуюся систему. Такое никто не любит, тем более люди сверху.              — Значит, ты лишь исполнитель?              — Да. У меня был приказ «ловить оппозиционеров», я это выполнил. Что с такими пойманными бетами происходит дальше — я не знаю, — убедительно выдал Ким. На самом деле, Тэхен все знал, ведь именно он отдал приказ продать Чона на аукционе. Но знать про это бете вовсе не обязательно, а то разозлится еще и не подпустит к себе.              — А мой ребенок? — неожиданно спросил Чон, отчего Тэхен резко замер. — Где он сейчас может быть?              — В детском доме, — соврал альфа и почувствовал, как по телу прошелся холодок. — Где и находятся все беты.              — Он не в семье?              — Нет, — коротко бросил Ким. — Лучше не спрашивай меня о нем, я все равно не в курсе всех подробностей. Но можешь не переживать, с ним все в порядке. С детьми, особенно с маленькими, хорошо обращаются. Даже с бетами.              — Точно? — попытался подловить альфу бета, но тот не поддался.              — Точно.              Чонгук поджал губы и кивнул, после чего затянулся вновь.              — Че, трахнешь меня еще? — спросил вдруг Чон, заканчивая курить.              — Обязательно, — ухмыльнулся Ким и похлопал себя по коленям. — Поскачи на мне, зайчик.              Жизнь — это череда всяких разнообразных событий, что на первый взгляд кажется полной свободой. Но если присмотреться, то это свобода в рамках гигантского лабиринта, где ты сам выбираешь, в какой очередности обходить знакомые тупики.              Тэхен понимал, что идеальных жизней не бывает. Плохое — это неотъемлемая часть человеческой стороны, с чем приходится считаться всем. Альфа не пытался его отрицать или побеждать, ведь это было бы наивно и по-детски. Вместо этого он выработал стратегию тихого, почти незаметного сопротивления: не лобовая атака на обстоятельства, а гибкое, осторожное движение внутри них, как вода, которая обтекает камень, не прекращая течь.              И, наверное, поэтому он и решил возглавить зло, потому что то, что Ким делал на своей работе, можно было даже назвать спасением в рамках давно прочной и устоявшейся системы. Он не убивал неугомонных, не вредил им, не вмешивался в их размеренную реальность, а лишь следил за их жизнью и, если те начинали борзо себя вести, вносил некие правки. Чонгука бы Тэхен тоже никогда не заметил, если бы тот не вел активную оппозиционную деятельность. Да, вся работа Тэхена ужасна с точки зрения морали и нравственности, но он на святого не претендовал и гуманного из себя тоже не строит. Его дед был генералом, отец капитаном, и он, естественно, пошел по их стопам. Ким не любит ломать то, что давно крепко стояло, ведь за тем, что сломаешь, надо придумать что-то новое. Альфу все устраивало и так. Но связь с Чонгуком — первое, что дало трещину в его монотонном и строгом мире.              — Скрутите всех и в отдел, — устало произнес Тэхен, когда они с отрядом правосудия наконец накрыли подпольный наркобизнес барыг-бет, которые держали под собой часть трущоб.              — Наконец-то, — сказал один из напарников Кима, осматриваясь вокруг. — Два месяца работы, и вот она, победа! Надеюсь, за это нам дадут хорошую премию.              — До полной победы еще рано, Тэмин. Мы не всех поймали, — произнес Ким и кивнул на вещи, что находились в комнате. — Давайте осмотрим тут все. Чем быстрее справимся, тем скорее поедем по домам.              — Ну капитан, — заныл другой альфа. — Дай хоть немного порадоваться.              — Все потом, — без доли улыбки высказал Тэхен и двинулся вперед. — За дело, парни.              В тот день они проделали большую работу и наконец поймали преступников, которые давно прятались от них. Правда, на это ушло много дней тщательной слежки и контроля. В последние дни Тэхен почти не вылезал с работы, то находясь в участке, то в трущобах. Даже полноценного сна у него не было, и альфа перебивался то крепким кофе, то постоянным движением.              Странным оказалось для него то, что после долгой и сложной работы он поехал вовсе не домой, нет. Он поехал к Чонгуку. Что-то тянуло его к этому бете, что-то притягивало к младшему, и мужчине было очень комфортно рядом с ним, несмотря на то, что он вроде как должен ненавидеть и презирать Чонгука.              — Вас долго не было, господин Ким, — произнес Чон, когда Тэхен вошел в уже знакомую комнату.              — Прости, дела были, — устало проговорил мужчина и начал медленно стягивать с себя галстук.              — Что-то серьезное или пустяки? — будто бы с долькой волнения поинтересовался бета и потянулся к Киму, чтобы помочь стянуть с него пиджак и рубашку.              Тэхен завис на пару секунд, проходясь задумчивым взором по бете. Тот тоже остановился и притих, видимо, думая, что разозлил этим вопросом мужчину. Но Ким быстро отмер и отвел взгляд.              — По работе. Сегодня без интима, хорошо?              — Эм… хорошо. Как скажете, — чуть растерялся Чонгук, но продолжил помогать старшему раздеваться. — Так Вы… сразу после работы приехали?              — Ага, — не стал отрицать Тэхен.              — А почему поехали сюда, а не домой? — задал логичный вопрос парень и посмотрел в глаза альфе.              Тэхен поджал губы и отвернулся. Понимал бы он это сам, ответил бы.              — Давай просто полежим и все, — предложил он и залез на постель. — Хочу отдохнуть.              — Даже не поласкаем друг друга? — Подвигал игриво бровями парень.              — Нет. Просто… ляг рядом со мной, пожалуйста.              Это удивило парня еще сильнее. Что-что, а после недельного перерыва от их встречи он ожидал совсем другого. Тэхен прилег на кровать животом вниз и закрыл глаза. Чонгук прошелся по нему взором и подкрался ближе. Но приказ своего господина бета выполнять вовсе не хотел. Вместо того, чтобы улечься рядом, Чон залез на бедра мужчины и провел по обнаженной спине теплыми ладонями. Альфа вздрогнул сначала и напрягся, приоткрывая глаза.              — Что ты делаешь? — спросил он ровно.              — Я вижу, что Вы сильно вымотались, поэтому хочу расслабить Вас. — Чонгук водил то вниз, то вверх, слегка надавливая на чувствительные места и вызывая мурашки у альфы. — Это всего лишь массаж, не переживайте.              — Ты умеешь его делать? — ухмыльнулся Ким.              — Да, я многому научился в этом месте.              — Хорошо, — выдохнул Тэхен и успокоился.              — Я могу зажечь ароматические свечи, если…              — Не надо, — прервал его мужчина, устроился получше и закрыл глаза. — Мне нравится, как легко и вкусно ты пахнешь сегодня. Это духи такие?              — Это… крем для тела… — чуть замялся бета, но после маленькой паузы продолжил: — Так как мы не пахнем, нас просят пользоваться им.              — Тебе очень идет запах ванили, зайчик, — просто выдал Тэхен, млея от ласковых и нежных прикосновений беты.              — С-спасибо.              Чонгук продолжил разминать плечи и спину мужчины, действуя осторожно и не причиняя боли. Его сильные и ловкие пальцы славно водили по бронзовой коже старшего, задевали твердые, чуть напряженные мышцы, чем заставляли мужчину млеть и наслаждаться этими трепетными минутами. Тэхен разнежился и задышал более спокойно, впитывая в себя еле заметный запах беты. Ему нравилось, что Чонгук почти не пах, да и его запах не казался резким и слишком приторно сладким, как у некоторых омег. И это успокаивало альфу. Даже волку старшего нравилось, что с Чоном было так приятно и уютно находиться, поэтому никакой неприязни к бете сущность не испытывала.              Тэхен чувствовал, что скоро уснет, но перед этим он захотел немного поговорить с парнем:              — Расскажи о себе, Чонгук.              Чон остановился, все еще нажимая на кожу альфы.              — Что именно? — с настороженностью поинтересовался он.              — Про детство, юность, взрослую жизнь. Что хочешь. Просто хочу… узнать тебя немного получше.              — Разве Вы не знаете про меня все? — ухмыльнулся Чон и продолжил мять уставшие мышцы.              — Нет, — хмыкнул Тэхен, — только чуть-чуть и то последние годы твоей жизни.              — Хорошо, — выдохнул парень. — Я воспитывался в детдоме, так что своих родителей никогда не знал и не видел. Я хотел их отыскать, когда был еще подростком, но не смог. Слышал только, что они были пропитыми алкашами и давно умерли. Братьев своих, если они и есть, я тоже не знаю. После детдома я… просто пошел работать на завод. Ну а дальше, я думаю, ты знаешь, — проговорил бета и ухмыльнулся. — Если честно, я даже не помню, откуда у меня ребенок и от кого он. У меня и отношений-то не было нормальных. Нет, у меня была связь с двумя бетами, я не девственник, но… мы предохранялись тогда. Не из-за того, что якобы они бы забеременели от меня, нет. Просто от всяких инфекций. В трущобах все-таки плохо с медициной.              — Вот как, — протянул Тэхен. — Значит, и нормальных отношений у тебя не было?              — Нет, — пожал плечами Чон. — Да и зачем? Это вы, альфы и омеги, зависимы от связи с кем-то. Нам это не надо. Мне никогда не нужны были отношения, плюс не встретился на моем пути парень, который бы сильно запал в душу. А без любви встречаться с кем-то я не хочу. Точнее… не хотел.              — Наверное, в этом и есть ваше преимущество, — горько подметил Тэхен и тяжело вздохнул. — Иногда лучше ничего не чувствовать и прекрасно жить в одиночестве.              — У тебя были неудачные отношения? — невольно перешел на неформальное общение бета.              — Неудачный брак, — произнес со смешком Тэхен, что удивило парня и он промычал понимающе. — Да, все было еще серьезнее. Мы с мужем прожили вместе пять лет, потом завели ребенка-альфу, но несколько лет назад развелись.              — Почему? — полюбопытствовал Чон.              — Не сошлись характерами.              — И что, больше никого не нашлось? Ну, точнее… серьезных отношений больше не было у тебя?              — Нет, — протянул Тэхен.              — Реально?! — изумился Чонгук, а Ким слабо кивнул, улыбаясь. — Но ты такой… самодостаточный, богатый и красивый альфа. Че, серьезно не было никого, кто бы захотел с тобой отношений?              — Наверное, я не тот человек, которого способен вытерпеть нормальный омега. Были интрижки, но… они не заканчивались успехом. Хах, да и если бы у меня были отношения, я бы посещал это место? Вряд ли.              — Кто тебя знает, — хмыкнул бета. — Женатиков здесь много, просто они скрывают, что любят потрахивать бет на стороне.              — Я не один из них. Измены я не приемлю ни в коем случае.              — Это хорошо, — улыбнулся парень. — Кстати, а сколько тебе?              — Тридцать восемь.              — У тебя все еще впереди, — вдруг успокоил его Чонгук и начал мять конкретно плечи. — Ты еще встретишь своего человека.              — Да вряд ли. Мне почти сорок.              — И что? Не семьдесят же. Ты еще молод.              Да, это Тэхен уже множество раз слышал, но не верил, честно говоря. Разве в его возрасте еще ждут настоящую и искреннюю любовь, не построенную на деньгах? Он уже не ждал, а просто плыл по течению, превращая свою жизнь непонятно во что и отрываясь по полной. Сейчас, например, он хотел Чонгука и имел его, не думая о последствиях.              Привычка посещать Чонгука со временем будто бы только возрастала, но не утихала ни капли, поэтому одними встречами в отеле мужчина не стал ограничиваться. Ему предстояла командировка в другую страну, и он не придумал ничего лучше, как взять Чонгука с собой за компанию, чтобы не скучать. Сказать, что Минхо был в шоке, значит ничего не сказать, но Ким заплатил за неделю вперед и не пожалел денег. В больший шок пришел только Чон, когда Тэхен самолично приехал за ним в бордель, чтобы увезти сначала к себе, а после того, как они соберут вещи, в аэропорт.              — Ты серьезно возьмешь меня с собой? — изумленно спросил бета, когда уселся возле него в роскошный черный Порш. — В Китай?              — Да, в Шанхай. Хотел бы там побывать? — улыбнулся Тэхен не наигранно.              — Конечно, еще спрашиваешь, — ухмыльнулся бета.              — Но только попробуй сбежать от меня…              — Я не хочу, — перебил его Чонгук и показал на ошейник. — Да и не смог бы. Здесь датчик слежения, который не снять без специального ключа.              — Да. Я доверяю тебе, но… сам понимаешь, меры безопасности должны быть. Пока ты со мной — я несу ответственность за тебя.              — Да, — кивнул Чонгук. — Понимаю. Я не сбегу, не посмею, так что не парься.              Ким улыбнулся и кивнул.              Тэхен потихоньку сходил с ума, увлекаясь Чонгуком, как дорогой игрушкой, но вовсе не сопротивлялся и не противился этому факту. Чон удивлялся всему, что видел вокруг и что ему как бете раньше было недоступно. Он изумлялся дорогой хорошей машине, городскому пейзажу и люксовой квартире альфы, в которую они заехали ненадолго. Чонгук поражался всему, за что цеплялся его взор, отчего Тэхен чувствовал себя очень хорошо. Ему нравилось наблюдать за бетой и его забавной реакцией, поэтому он пытался все сильнее и больше увлекать его.              В аэропорту Чонгук глядел на все большими глазами и с открытым ртом, как и в самом самолете, на котором никогда и не мечтал раньше полетать. Конечно, эта жизнь, что в основном принадлежала альфам и омегам, никогда не посвящалась им, бетам, которые вылезли из трущоб. Лишь исключительные беты, независящие от привилегированного пола, могли позволить себе нормальную и безбедную жизнь. Тэхен понимал, за что боролась оппозиция, и знал, чего хотел когда-то Чонгук, но противостоять системе не мог. Никто не мог. А кто мог — сидел в тюрьме или гнил в земле.              Когда самолет плавно коснулся посадочной полосы аэропорта Пудун в Шанхае, Чонгук выдохнул, будто только сейчас осознав, что их путешествие действительно состоялось. Пройдя все необходимые формальности и получив свой скромный чемодан, они с Тэхеном вышли в огромный сияющий тысячью огней зал прилета. После их путь лежал в отель, но альфа, видя горящие глаза беты, решил сделать крюк и сразу показать ему немного из того, ради чего они летели сюда. Ведь это была не только работа. Это была их жизнь, их реальность и отдых от привычного мира.              Они поехали на набережную Вайтань, которая считалась знаменитой достопримечательностью в городе. Вечерний воздух бил прохладой, а гул от городского шума раздавался повсюду. Чонгук замер, опираясь о парапет, и его глаза забегали по футуристическим силуэтам башен Пудуна, отражавшимся в темной воде Хуанпу. Он молчал, но по сжатым пальцам и учащенному дыханию Тэхен и так видел все: бета находился в полном восторге.              — Тебе нравится? — спросил Ким и улыбнулся, когда Чон кивнул.              — Конечно, тут очень красиво, — ответил Чонгук и посмотрел на мужчину. — Спасибо, Тэхен. Если бы не ты, я бы никогда не побывал здесь.              Альфа почувствовал, как что-то теплое и щемящее разлилось у него внутри от этого взгляда и простых слов. Он отвернулся к воде, делая вид, что проверяет что-то на телефоне, лишь бы скрыть внезапную смущенную улыбку.              — Не за что, — буркнул он и потом снова посмотрел на парня. — Это только начало. Завтра мы увидим сады Юйюань и попробуем настоящие сяолунбао.              — Что это? — спросил изумлено Чонгук. — Что за сяолун… что-то там?              — Сяолунбао? — ухмыльнулся старший. — Это суповые пельмени, ну или же паровые булочки с начинкой. Традиционное китайское блюдо. Я пробовал как-то и мне понравилось.              — Ты часто бываешь здесь, да?              — Нет, всего два раза был, и то давно.              — М-м… — промычал Чонгук и вновь уставился вдаль, вдыхая свежий воздух. — Мне уже не терпится все попробовать, пока мы здесь.              — Все будет.              И Тэхен тоже хотел показать бете все быстрее, чтобы насладиться его искренними, незабываемыми эмоциями и запечатлеть их в своей голове. Его самого не привлекала красота мира, да и его роскошь приелась. Все для альфы казалось обыденным и скучным. Но не Чонгуку.              Их дни были сотканы из моментов, которые Ким специально собирал и скреплял воедино для их незабываемой поездки. На следующий день они пошли туда, куда Ким и говорил: прогулялись по садам и посетили мастер-класс по приготовлению сяолунбао. На третий день, когда Тэхен освободился с работы, они сходили в ресторан, а вечером посетили цирковое шоу «Эра Сиваньюй». Чонгук вновь смотрел на все завороженно и восхищенно, не отрываясь от представления. На четвертые сутки их пребывания в Китае Тэхен решил удивить парня еще сильнее, поэтому выбрал полет на вертолете над городом. Лицо Чона надо было видеть, потому что такого восторга и счастья Ким еще ни у кого не видел.              — Тут так высоко! — восторженно выдал бета и посмотрел на альфу. — Весь город как на ладони!              — Да, — кивнул с улыбкой Ким и кивнул на объект внизу. — Смотри, сейчас будем пролетать башни Пудуна.              После они погуляли по французской концессии и там посетили вечернее представление в баре. Все это время с лица Чонгука не спадала улыбка и он с огромным изумлением рассматривал все, что им попадалось.              Некоторые люди спросят, зачем Тэхену это надо. На их пару странно поглядывали и шушукались за спинами, но Тэхену, честно говоря, было все равно. Даже те же самые беты, которые являлись лишь работниками и не могли позволить себе роскошную жизнь, с удивлением и некой завистью посматривали на хорошо одетого и выглядящего Чонгука. Они хотели бы быть на месте Чонгука, и плевать им было, что пришлось бы подставляться для этого.              На пятый день, после того, как Тэхен освободился днем, а бета в это время ожидал его в отеле и скучал, они поехали в водный городок Чжицзяцзяо. Потом они на катере поплыли обратно в Шанхай и сразу пересели на большую яхту для ночного круиза по Хуанпу. На улице в это время было тепло и свежо, поэтому альфа и бета устроились прямо на верхней палубе, чтобы наслаждаться видами и распивать вино.              И все же Чонгук казался очень красивым, миловидным парнем. Ким посматривал на него часто и отмечал про себя, что не испытывал совершенно никакого отвращения к нему. Помимо того, что прикасаться к бете было приятно, так и его общество альфу очень цепляло. Разговоры с ним интриговали мужчину, а красота очаровывала. Он начал замечать разные мелочи в парне: как мило Чонгук морщит нос, как заразительно смеется, как его голос становится тише и теплее, когда он увлечен, и как его присутствие наполняет комнату странным, но желанным уютом.              Как и сейчас, когда легкий ветерок развевал темные волосы беты, пока он смотрел куда-то вдаль и наслаждался атмосферой.              — Я сейчас нахожусь в раю, — произнес блаженно Чонгук и переместил взор на альфу, который сидел рядом. — Когда-то в детстве я мечтал поплавать на корабле, увидеть своими глазами большую воду, прислушаться к волнам и укачаться на них, словно в колыбельной. Но чем старше я становился, тем больше думал, что это невозможно.              — Мечты рано или поздно сбываются. Стоит только в них сильно верить, — проговорил тихо Тэхен.              — Да, я тоже так думаю, — кивнул Чон. — Но с каждым годом надежды все меньше и меньше… А у тебя есть мечты? — быстро перевел тему бета.              — Они есть у всех, — улыбнулся альфа. — Сейчас я мечтаю о том, чтобы скорее настал мой отпуск. Я бы слетал куда-нибудь, отдохнул.              — Неплохо, — ухмыльнулся бета. — Не придумал куда именно?              — Пока нет, — пожал плечами Ким.              — А ты много где побывал? — поинтересовался Чон.              — Только в три страны ездил: В США, Китай и Японию. И то, в основном по рабочим моментам. Ну и в разные города Кореи выезжал. Опять же, работа вынуждает путешествовать.              — Вот как, — ухмыльнулся Чонгук. — Я даже за пределами Сеула не был. Не знаю, как там.              — Еще хуже, поверь мне, — признался альфа.              — Бетам там хуже живется? — спросил удивленно парень.              — Ну… скажем так, в других городах меньше условий для хорошей жизни. Мы все-таки в столице живем.              — А у нас условия прям офигенные, что ли? — не сдержал смешка бета.              — Да, — твердо выдал мужчина. — У нас еще все очень хорошо. Есть неплохая работа для жителей таких районов, детсады, школы, больницы. Да, условия отличаются от жизни альф и омег, но постепенно все развивается и улучшается.              — Хочешь сказать, и в трущобах когда-то станет хорошо? — осклабился недоверчиво Чонгук.              — Да, к этому мы идем. К этому идет весь цивилизованный мир. В том числе, моя задача — бороться с преступностью в тех районах, ведь криминала там очень много. Ты и сам, думаю, понимаешь, о чем я.              — Да, — кивнул Чон. — Мы тоже пытались бороться с преступностью. Но по-своему…              — И все-таки, благодаря нашим усилиям, сейчас там спокойнее, тише и комфортнее.              — М-м, понятно, — потянул Чон и засмотрелся на горизонт.              — А ты о чем мечтаешь? Если честно, — решил спросить о другом мужчина, переводя не совсем приятную для Чонгука тему. — Ну, то есть, прямо сейчас чего бы ты хотел? Какая твоя особенная мечта?              — Хах, наверное, ответ тебе не понравится, — хмыкнул Чонгук.              — Свобода от рабского труда? — Бета на это усмехнулся, и альфа дополнил: — Просто скажи, — попросил спокойно он. — Я не буду тебя осуждать.              — Ого, ладно, приму к сведению, — вдруг смягчился Чонгук и засмущался. Через мгновения он перестал выдавливать усмешку. — Ну, если честно, я бы хотел увидеть своего ребенка. — На это Тэхен приподнял любопытно брови, отчего Чон застеснялся сильнее и решил пояснить: — Да, наверное, ты думал, что я скажу о свободе и чтобы меня скорее отпустили, но нет… Есть вещи важнее собственной свободы. — Чонгук замялся и поправил локон волос за ухо. — Я давно его не видел и… переживаю за него. Ему сейчас, наверное, два годика. Ох, из меня такой плохой отец… или папа… Не знаю, сам ли я его родил или это сделал кто-то другой, но… Это неважно. Просто я тоже рос в детдоме и знаю, что это такое… Я не хочу, чтобы он думал, что у него никого нет. Нет, у него есть я. Да, я не могу пока забрать его и быть рядом, но… хотя бы увидеться с ним мне очень хочется.              Тэхен слушал парня внимательно и неотрывно, и с каждой секундой ему становилось все печальнее и грустнее за Чона. Мало того, что никакого ребенка на самом деле не существовало, так Чонгук еще и увидеться с ним никак не мог. И не смог бы никогда. Минхо и все его пособники придумали идеальный вариант, чтобы заставить Чонгука вести себя покорно, не думая о последствиях. Им было все равно, как потом говорить правду Чону и как оправдываться. Все потому, что бет они за людей не считали и никогда не будут считать. И мир в реальности не такой красивый, как думают многие. Он давно прогнил и морально сдох.              Ким не заметил, как стиснул кулаки и оскалился, ощущая огромную злость и раздражение. Даже его волк зарычал недовольно. И это заметил Чонгук.              — Оу, я не должен был так говорить, извини, — попытался оправдаться он, но мужчина вдруг остановил его и взял за руку.              — Ничего. Я тебя понимаю. Я ведь тоже отец, — Ким выдавил из себя улыбку и крепче обхватил руку Чонгука. — Обещаю, что ты обязательно увидишься со своим малышом. Я… позабочусь об этом.              — Правда? — изумился Чон с большой надеждой в глазах, пока румянец постепенно расползался по его щекам.              — Да. — Тэхен провел по коже беты осторожно, а после с нежностью переплел их пальцы. — Я всегда держу свое слово.              — С-спасибо, Тэхен.              Чон после задержал дыхание, вздрогнул от чувственных прикосновений и застеснялся пуще. Тэхен погладил его запястье большим пальцем, ощущая мурашки от своих касаний. А также то, какая у беты прохладная и мягкая кожа. Почему-то ему не хотел отпускать парня и лишать себя удовольствия трогать его. Чон казался для него таким ранимым, впечатлительным и уязвимым, что его хотелось пожалеть, прижать к себе и погладить. Наверное, внутренний волк альфы и он сам хорошо откликнулись на этого бету, ведь тот делал все ради своего названного малыша. Чонгук шел ради ребенка на все. Это казалось странным и непривычным для любого беты. Но не для Чонгука.              — Ты замерз? — встревожился Тэхен, когда заметил дрожь у парня.              — Чуть-чуть, — улыбнулся теперь искренне Чон.              — Пойдем вниз?              — Нет, давай посидим еще чуть-чуть, — проговорил Чонгук и чуть пододвинулся к альфе. — Мне нравится здесь.              — Тогда… — Тэхен поднялся и стянул с себя пиджак, чтобы накинуть его на плечи беты и укрыть от ветра. После он сел обратно и сам притянул Чонгука к себе. — Прижмись ко мне, чтобы было теплее.              — Оу… хорошо, — с неловкостью пробормотал парень.              Чонгук так и поступил: он прильнул к Киму, погружаясь в его тепло, и сделал глубокий вдох, наполняясь властным, сильным ароматом альфы. Беты почти не различали феромоны альф и омег, лишь смутно улавливая их присутствие, и, в отличие от других, оставались к этим запахам совершенно равнодушными. Но аромат Тэхена, отдающий хвоей, был для Чонгука исключением. Он доставлял ему удовольствие, и потому бета чуть склонил голову к шее мужчины, чтобы вдыхать его полной грудью. А через мгновение и вовсе расслабленно опустил голову ему на плечо. Ким в ответ крепче сжал руку беты, а второй рукой нежно обнял его за плечи.              — Так хорошо, — проговорил Чонгук и закрыл глаза, вдыхая свежий воздух. — Знаешь, твой запах меня сильно успокаивает, — неожиданно сказал он. — Он очень привлекательный и вкусный. А еще легкий такой… М-м…              — Ты чувствуешь меня? — поразился мужчина.              — Да, немножко. — Чон потерся об него, словно пытаясь оставить запах альфы на себе.              — Очень удивительно, — с улыбкой произнес альфа и опустил руку к талии парня, поглаживая прямую спину и чувствуя, как под его прикосновениями бета млел. — Очень жаль, что беты не имеют запаха. Я бы тоже хотел чувствовать тебя.              — Ты бы хотел, чтобы я был омегой? — Чонгук поднял голову и посмотрел на альфу вблизи.              — Нет. Ты мне нравишься такой, какой ты есть, — прошептал Ким.              Улыбка тронула губы Чонгука, а его взгляд томно скользнул по лицу Тэхена, задерживаясь на губах. Он медленно приблизился, давая альфе время отстраниться, но тот оставался неподвижен. Однако инициативу перехватил сам Ким: он не стал ждать, а сам сократил расстояние между ними, мягко прижавшись губами к губам беты.              Этот поцелуй был не похож ни на что из того, что они делали раньше. В их предыдущих встречах была лишь страсть, погоня за наслаждением, где поцелуям не находилось места, ведь они казались слишком интимными, лишними для простого физиологического удовлетворения. Тем более, какие поцелуи могут быть у альфы и беты? Но сейчас это было не про физиологию. Это было что-то большее, что сводило Тэхена с ума.              Поцелуй вышел медленным и исследующим. Тэхен не спешил, его губы были мягкими, нежными, но уверенными и властными. Чонгук ответил ему с теми же напористостью и чувственностью, которых точно не должно быть между проститутом и его клиентом. Но Тэхену это нравилось. Он почувствовал порхание внизу живота, легкую дрожь в теле и своего волка, что урчал довольно. Ему нравился Чонгук, и скрывать это уже не было никакого смысла.              Через несколько минут Чон отстранился и произнес, хихикая:              — И почему мы раньше с тобой не целовались?              — Глупо, да? — тихо рассмеялся Ким, и его дыхание все еще касалось губ Чонгука.              — Очень. Больше не будем так глупить.              И после Чонгук сам потянулся к нему навстречу, начиная второй поцелуй — такой же неспешный и бесконечно значимый.              

***

             Тэхен потихоньку осознавал, что из-за Чонгука его жизнь начинает лететь в пропасть. Точнее, так думали окружающие люди, потому что его самого все устраивало. Ему бета по-настоящему нравился, и отрицать это он уже и не думал. Они отлично провели время в Китае, посетили множество заведений и достопримечательностей и, конечно, насладились друг другом. Только после такой незабываемой и горячей поездки пришел скорейший холод и опустошение, ведь Чона потребовалось вернуть обратно в бордель. А потом, как и ожидалось, должна была начаться рабочая рутина, перебиваемая лишь редкими встречами с полюбившимся бетой. Но Тэхен вовсе не собирался следовать устоявшемуся правилу.              — Проходите, господин Ким, мы как раз подготовились к Вашему приходу, — произнес вежливый воспитатель в детдоме, пропуская мужчину в комнату.              Тэхен медленно зашел внутрь большой комнаты и удивленно начал осматриваться вокруг, подмечая про себя различные детали. Это было небольшое хорошо освещаемое помещение с разукрашенными в интересные картинки стенами, яркими разноцветными ковриками и множеством разнообразных игрушек, в которые играли дети. В комнате стоял шум и гам из-за детских голосов, и лишь на чуть-чуть он притих, когда маленькие беты заметили в своей среде постороннего. Ким улыбнулся одному трехлетнему ребенку, но тот отвернулся от него, продолжая играться машинками.              — Все детишки у нас замечательные, способные и активные, — произнес бета-воспитатель с улыбкой.              — Они все без родителей? — поинтересовался Тэхен и посмотрел на мужчину.              — Нет, но большинство из них — да, сироты. Кто-то попал к нам раньше, кто-то позже. Здесь у нас разный возраст: от полуторагодовалого до пятилетнего, но все уживаются друг с другом. Они дружные ребята.              Альфа кивнул и продолжил осматривать малышей. Они все казались ему хорошенькими и славными, и даже напоминали детей у альф и омег. Только внутренней сущности у них не обнаруживалось, как и явного естественного запаха. Раньше Тэхен никогда не посещал эти места, да и желания у него никакого не возникало, тем более попадать в детдом для бет. Он знал, что такие были, ведь не все беты-родители могли воспитать своего ребенка: у кого-то банально не имелось денег; кому-то не разрешали их иметь; у кого-то погибли все родственники, включая родителей. Иногда бывало и так, что у традиционной пары рождался бета и они, дабы не запятнать свою репутацию, оставляли малыша в доме малютки. Такого Тэхен не понимал, ведь ребенок, неважно какого он пола, все равно являлся частичкой родителя, продолжением рода, наследником. Ким не был примерным отцом, но он все равно исправно платил алименты на сына и иногда уделял внимание ему.              Вдруг Тэхена привлек малыш, что сидел в стороне от других ребят и играл с роботом-трансформером. Тэхен присмотрелся к нему и изумился, ведь внешне этот ребенок очень походил на Чонгука: такие же большие круглые глаза, губки бантиком и небольшой нос кнопочкой. Малыш активно игрался с роботом и вдруг уронил одну деталь игрушки на пол, отчего та отлетела в сторону. Альфа быстро поймал ее, подошел к малышу и присел перед ним на корточки. Ребенок поднял свои черные глазки на него и приоткрыл слегка рот.              — Привет, — сказал мужчина и показал на детальку. — Смотри, что от робота отлетело. Давай я починю его? — малыш сначала нахмурился, но, засмотревшись на лучезарную улыбку незнакомого дяди, все-таки отдал игрушку. — Не бойся, я ведь механик, много роботов собрал! Сейчас мы все восстановим и будет как новенький. — Тэхен быстро починил игрушку и показал ее мальчику. — Смотри, наш Мегатрон снова в строю. — Дальше он изменил тон голоса и сделал его смешным, одновременно с этим шевеля игрушку: — Приве-ет, мальчик!              Маленький бета захихикал и тут же забавно прикрыл ладошками рот. Уже после того, как Тэхен чуть порезвился с ребенком, воспитатель с грустной улыбкой выдал:              — Это Деян. Он попал к нам, когда ему был лишь месяц. Отца у него нет, а папа умер от запущенной пневмонии. Мальчик был сильно истощен, когда попал сюда, но нам удалось его выходить и сейчас его здоровью ничего не угрожает.              — Никто не хотел его забрать? — решил уточнить Тэхен.              — Нет, да и кому нужны такие детки? Нет, приходят, конечно, смотрят, но это редко происходит.              — М-м, все ясно, — кивнул альфа. — Скажите, я могу усыновить Деяна?              — Ну… конечно, — очень удивился бета и приподнял брови. — Но для этого необходимо собрать кое-какие бумаги…              — Я все соберу.              Он не собирался изначально брать ребенка из детдома, но, видя, как Чонгук скучает по своему выдуманному малышу, охотно задумался над этим вопросом. Что, если их познакомить хотя бы? Хотя бы показать ребенка Чонгуку, чтобы тот хоть немного успокоился и расслабился. Это тоже было странным для окружающих, но Тэхен оправдываться не хотел и не собирался. Поэтому, когда его коллега и лучший друг спросил, с какой целью он ездил в детдом для бет, Тэхен лишь сказал:              — Потому что захотел посмотреть на обстановку там.              — И все? — ухмыльнулся Намджун и приподнял одну бровь.              — Да, — кивнул мужчина. — Почему-то наше общество мало обращает внимание на самую уязвимую социальную группу.              — И поэтому это решил сделать ты, выделив на модернизацию детских домов около ста тысяч долларов?              — Так точно, — улыбнулся Тэхен.              — Это, случайно, не из-за того беты, с которым ты ездил в Китай? К которому ты часто заезжаешь после работы?              — Нет, — соврал Ким, на что его друг ухмыльнулся.              — Врешь ведь, — подметил Намджун.              — Давай займемся рабочими вопросами. Личное оставим на потом.              Конечно, это все из-за одного контрактного беты, потому что без Чонгука Тэхен не стал бы вообще обращать внимания на каких-то чужих детей. Ему было на них все равно. Ему вообще почти на всех людей плевать, и не важно, альфа он или омега. Не плевать только на Чонгука, который засел в его сердце глубоко.              Поэтому, когда при очередной встрече в отеле Чонгук пришел побитый и искалеченный, это не могло не разозлить альфу. Они должны были хорошо провести время вместе, насладиться друг другом и расслабиться, но только притихший Чон зашел в комнату, как Тэхен сразу заметил гематомы и ссадины на нем.              — Кто это сделал? — спросил Тэхен сквозь стиснутые зубы, рассматривая лицо парня.              — Один клиент. — Бета опустил голову вниз, дабы мужчина не рассматривал отметины, и замялся. — Его возбуждало насилие и… В общем, это неважно, его все равно внесли в черный список…              — Неважно? — повысил голос альфа и оскалился. — Тебя избили!              — И что? — спокойно выдал Чонгук и поднял глаза на альфу. — Кого должен волновать избитый бета? Кому мы вообще нужны? — он усмехнулся, но как-то холодно и неестественно. — Мы ведь отбросы общества. А с отбросами так и поступают.              Нет, Тэхен не мог это спокойно принять и закрыть глаза. Возможно, раньше ему было бы все равно. Но не сейчас. Он оставил Чонгука, а сам твердой походкой направился к руководству элитного борделя. Минхо так и сидел на рабочем месте, перебирая бумаги, когда туда влетел Тэхен и зарычал громко:              — Я выкупаю Чонгука!              — Ч-что? — растерялся Минхо и поднял испуганные глаза на разгневанного гостя. — Что случилось?              — Я хочу его выкупить, — повторил Ким и подошел ближе, кладя руки на пояс. — Прямо сейчас.              — П-погоди. — Сутенер полностью оторвался от дел и улыбнулся нервно. — У нас так нельзя. У нас с ним контракт.              — Можно, — уверенно произнес Тэхен и прищурился. — Или мне напомнить тебе о твоих незаконных делишках?              — Ну что ты сразу про плохое вспоминаешь… — попытался оправдаться Минхо. — Я ведь по-хорошему с тобой.              — Я с тобой тоже, — улыбнулся мужчина натянуто. — Поэтому ты отдаешь мне Чона, а я забываю про твое прошлое. Ты можешь и дальше вести свой бизнес, больше к тебе никто не докопается.              — А где гарантии? — прищурился сутенер.              — Я свое слово держу, ты это знаешь. Напишу расписку и там уточню все нюансы. Если же нет, тогда…              — Ладно, я понял тебя, — отмахнулся Минхо и потянулся к листку. — Я согласен. Я просто так отдам тебе Чонгука за свою неприкосновенность. Но у меня тоже есть условие: больше ты меня не побеспокоишь.              Тэхен поджал губы и промолчал. Пока они составляли документ, Минхо любопытно посматривал на Тэхена, что выглядел решительно и невозмутимо. Было понятно, что альфа хотел любыми путями выполнить задуманное, поэтому шел на крайние меры. И, когда они все подписали, сутенер сказал напоследок:              — Не думал, что какая-то шлюха способна так сильно затуманить мозг.              — Минхо, я ведь не посмотрю, что мы с тобой приятели, — альфа стиснул кулаки.              — Извини, просто именно от тебя я подобного не ожидал.              Больше Тэхен не хотел ничего говорить и спорить. Его раздражало, что все вокруг тыкали ему в лицо о его личном выборе. Ким не сомневался в себе и не думал долго. Он всегда делал то, что хотел и что считал верным для себя. Никто его не мог накрутить, охмурить или развести. Нет, альфа был не из робкого десятка — сказалось офицерское воспитание его отца, поэтому Тэхен брал и действовал, невзирая на чье-то ненужное мнение. Он хотел быть с Чонгуком, а вот делить его с кем-то еще больше не собирался. Чонгук будет только его, и точка.              — Проходи, — произнес он с улыбкой, затаскивая вещи беты внутрь квартиры. — Чувствуй себя как дома. Хотя… это и есть теперь твой дом. Наш дом.              — Ого! — протянул Чон, поправляя сумку на плече и осматривая восхищенно интерьер квартиры. — В тот раз я плохо обратил внимание на обстановку, но у тебя здесь… очень классно. Вау!              И правда, у Тэхена была хорошая и современная квартира, которую он купил еще до брака с бывшим мужем. Дом Кима казался просторным и аккуратным, ведь большие окна во всю стену наполняли его светом. В гостиной стоял удобный мягкий диван, а напротив него — плоский телевизор, висящий на стене, и полка с книгами. Бежевая кухня соединялась с бежевой гостиной, а в центре нее располагался небольшой столик на несколько человек. По углам в квартире располагались горшки с цветами, а для разнообразия в помещении были добавлены несколько статуэток и экзотических фигур. В квартире было чисто и свежо, отчего и находиться в ней было приятно и спокойно. Точнее, так казалось многим, но не Тэхену, на которого его же жилье давило одиночеством и тоской.              — Круто! — восторженно произнес бета и подошел ближе к панорамному окну, рассматривая все. — Эх, живут же люди в королевстве!              — Королевство? — ухмыльнулся Тэхен.              — Ага. Модное городское королевство, — улыбнулся Чонгук и посмотрел на альфу. — А ты в нем король. Вон на какой высоте живешь.              — Да чего там, — хмыкнул мужчина и подошел ближе, смотря на горизонт, где сейчас садилось солнце. — Ничего особенного.              — Ничего особенного? Ты серьезно? — бета приподнял брови. — Да о таком доме мечтает каждый. В том числе и я мечтал когда-то.              — Ну вот, твоя мечта снова осуществилась, — шире заулыбался Тэхен и глянул на парня.              — Ты Джинн? Или, может, волшебник? — забавно спросил бета, на что Ким хохотнул.              — Два в одном.              — Три. Наверное, ты еще и Бог, — сказал Чонгук, не переставая улыбаться. — Только Бог способен на подобные вещи.              — Хах, нет, до него мне далеко, — помотал головой мужчина и вновь засмотрелся куда-то вперед. — Моя помощь тебе не безвозмездная, ты ведь это понимаешь?              — Да, — улыбка потихоньку начала пропадать с лица беты. — Понимаю. Я на все готов, ведь ты дал мне… свободу от того страшного места.              — Я дам тебе все, что ты захочешь, Чонгук, не только свободу. Но… — Он посмотрел на Чонгука. — Ты заменишь мне мужа. Ты заменишь мне омегу. Полностью. — Это удивило парня, и он неосознанно приподнял брови, не отрываясь глядя на мужчину. — Ты будешь делать все домашние дела по дому: готовить, стирать, убирать, ухаживать за мной и за ребенком. Если не умеешь — учись, я специально куплю тебе всякие книги. Даже если не получается, даже если опускаются руки, то все равно пробуй, пытайся, а я помогу тебе, чем смогу. В свободное время, если захочешь, я могу оплатить тебе всякие учебные курсы, хобби, занятия, чтобы ты не скучал. Если захочешь поступить в колледж или университет — только скажи, и я все решу. Ты будешь жить полноценной жизнью, ни в чем не нуждаться и не отказывать, но… давай без фокусов, без побегов и обманов. Если ты согласен, то предлагаю заключить контракт на десять лет. После его окончания ты будешь полностью свободен. Ты и твой ребенок. Я отпущу вас.              — Что? — изумился Чонгук. — Ребенок? Какой ребенок?              — Ты ведь не думал, что я позволю малышу расти без папы? При живом-то родителе. — Улыбнулся Тэхен. Чонгук же молча смотрел на него огромными глазами, в которых начали прослеживаться слезы. — Я уже готовлю бумаги, чтобы забрать твоего сына из детского дома и привезти его сюда. Привезти его к тебе.              — Т-Ты не шутишь? — дрожащим голосом промямлил Чон.              — Я ведь не клоун в цирке, — легко ответил альфа и дотронулся до лица парня, проводя по щеке нежно. — Я вполне серьезен. Ты мне нравишься, и я хочу, чтобы ты был со мной, принадлежал только мне и находился рядом. И ни с кем делить тебя я не намерен. Поэтому и твоего ребенка я приму, как своего.              Чонгук от подобных слов покраснел, и, наверное, впервые Тэхен почувствовал от него яркий запах легкой и сладкой ванили. Как и услышал сердце, которое активно забилось в груди. Чонгук приоткрыл рот и чуть повернул голову вбок, потираясь о ладонь альфы и вдыхая его феромоны. Тепло разлилось по жилам Тэхена, как и побежали множества мурашек, стоило бете чувственно поцеловать его кожу, а потом произнести низким баритоном:              — Тогда я сделаю все, чтобы ты не пожалел о своем выборе.              

***

             Быть влюбленным — значит ощущать мир иначе. Это как надеть волшебные очки, через которые все краски становятся ярче, а обыденные вещи наполняются новым смыслом. Но главное — это чувство узнавания родной души. Влюбленный человек не просто восхищается объектом своей любви, а находит в нем убежище и покой. Возникает парадоксальное чувство: одновременно огромной силы, способной на любые свершения, и хрупкой уязвимости, потому что твое счастье теперь находится в руках другого человека. Это состояние — смесь эйфории и трепета, когда сердце готово выпрыгнуть из груди от одного взгляда, а в душе поселяется тихая, но несокрушимая уверенность: «Вот он, мой человек».              Тэхен именно так себя и чувствовал и давать заднюю вовсе не хотел. Когда Тэхен подготовил все документы для усыновления, то они вместе с Чонгуком поехали за Деяном. Киму было немного совестно, что он врал Чону и манипулировал его чувствами. Он понимал, что поступает эгоистично и некрасиво по отношению к бете, но другого выбора не видел. Чонгук чуть ли не жил этим ребенком, существовал и верил, что воссоединится с ним. Правда разрушила бы его и ввела бы в депрессию. Дети действительно очень много значили почти для любого беты. Но свои дети, поэтому те так дорожили ими. И Тэхену пришлось идти на хитрость, дабы еще больше привязать к себе Чонгука. Зачем ему это нужно было? Ответ прост: потому что он хотел этого. Альфа действительно хотел, чтобы Чон принадлежал только ему одному и был от него зависим. А все потому, что сам Тэхен теперь зависим от связи с Чоном.              Когда им принесли немного напуганного малыша, Чонгук первый потянулся к нему и заулыбался лучезарно, смотря счастливо на ребенка, что внешне походил на него. Тэхен улыбнулся в ответ, как и воспитатель, что посмотрел на мужчину. Чон осторожно взял на руки ребенка и засмотрелся на него радостно, пока малыш находился в полном непонимании, что сейчас происходит.              — Привет, Деян. Это я — твой папа, — тепло произнес он и чмокнул малыша в нос. — Не узнаешь меня?              Тот наконец оживился, и потянул маленькие ручки к бете, трогая его лицо и раскрывая шире большие круглые глазки.              — Папа? — промямлил ребенок, ощупывая кожу парня.              — Да, малыш, это я. — Чонгук теснее прижал его к себе и поцеловал ладошки ребенка. — Сейчас мы с твоим отцом поедем в твой новый домик. Больше я тебя не брошу, мой кроха, и никому не позволю нас разлучить.              От этих слов шире заулыбался не только маленький Деян, который только что приобрел новых родителей, но и Тэхен. Почему-то ему стало очень приятно, что Чонгук назвал его отцом, будто бы присвоил себе и пометил. Кима это восхитило, и ему захотелось по-настоящему стать для малыша родным. То, что он являлся бетой, для альфы проблемой не казалось. Он действительно готов был пойти на все, лишь бы Чонгук чувствовал себя довольно.              Они приехали домой с пакетами, состоящими из игрушек, еды и детской одежды. Чонгук сразу же пошел показывать Деяну дом и его комнату, которую они еще не успели обустроить нормально. Но начало было положено, ведь в выходной должны были приехать мастера и все сделать как надо. Ким тоже вызвался им помочь, пока Чонгук бы сидел с ребенком. Жизнь Тэхена стремительно менялась, и он вовсе не хотел возвращаться к одинокому и несчастливому прошлому.              В итоге, через неделю все у маленького Деяна было готово, но спать он продолжал в кровати Чонгука, ведь бета пока не хотел расставаться с малышом. Он будто бы кровно чувствовал его, как омеги и альфы чувствовали своих детей, что, конечно, являлось надуманной ложью. Тэхен ночевал отдельно, не заставляя Чона спать с собой и временно не принуждая к близости. Пока что Тэхен хотел, чтобы парень освоился на новом месте, привык и приспособился, ведь для человека, который жил совсем по-другому раньше, являлась стрессом смена обстановки, какая бы радостная она ни была. Помимо этого, Чонгук потихоньку учился быть домохозяином и делал все домашние дела по дому. Он научился готовить, стирать, убираться, не переставая следить за ребенком, который достаточно быстро привязался к новым родителям и требовал внимания.              Не то чтобы Ким хотел сделать из бывшего лидера оппозиции послушного, покорного омегу, нет. Он просто хотел, чтобы Чон чем-то занимался дома и ощущал свою значимость, а не просто сидел без дела на его шее и тосковал. Лучше пусть чем-то занимается и не думает о неправильных мыслях, так его моральное состояние станет намного лучше. Хотя, нет, не только его, ведь альфа тоже пошел на поправку. С появлением в его жизни и доме Чонгука, жизнь стала краше и разнообразнее. Теперь его встречала не пустая вылизанная до блеска стерильная квартира вперемешку с невыносимым одиночеством, а детский смех, топот маленьких ножек и запах свежеприготовленной еды от беты, который счастливо смотрел на него. Жизнь его точно начала налаживаться, и это не могло не радовать.              Однажды и близость с Чонгуком возобновилась, да еще такая, которая мгновенно зацепила старшего и привязала к бете еще сильнее. Тэхен тогда сидел с ноутбуком перед камином и просматривал новости, попивая размеренно виски. Перед ним раскинулся целый город, что не умолкал в огнях даже ночью. Время было достаточно позднее, поэтому Деян и Чонгук уже спали. Точнее, альфа думал, что спали, пока чьи-то руки не дотронулись до его плеч и не погладили нежно. Альфа мгновенно простонал и прикрыл глаза, уже по прикосновениям понимая, кто это.              — Ты почему не спишь? — спросил Тэхен, и Чон оторвался от него, чтобы обогнуть диван и сесть рядом с мужчиной.              — А ты почему? — улыбнулся Чонгук и потянулся к свободному стакану, чтобы плеснуть туда алкоголь.              — Не спится что-то, — выдохнул альфа и засмотрелся на Чона. — Деян спит?              — Ага, уснул, — кивнул бета и отпил немного. — Мне тоже не спалось. — Он посмотрел на ночное небо и вздохнул тяжело. — Я все думал о том, что ты на самом деле хороший человек, Тэхен, очень хороший, несмотря на то, что это из-за тебя я стал проститутом. Я тебя вовсе не виню… больше.              — Правда? — ухмыльнулся альфа и глотнул из своего стакана.              — Да. Я понимаю, почему ты так сделал. — Чон поджал губы и помолчал несколько секунд, но после продолжил тихо: — Хочу признаться, что я первое время плохо относился к тебе, хоть и не показывал это. Я тебя… ненавидел, хоть секс с тобой мне и нравился. Но… сейчас я сильно поменял мнение о тебе.              — Это из-за Деяна? — предположил Тэхен.              — И из-за него тоже. — Чонгук кивнул. — Но первое — это отношение ко мне. Ты отличаешься от всех альф, которых я встречал. Ты… другой.              — Думаешь? — Ким посмотрел на бету и выдавил из себя вымученную улыбку. — Ты плохо меня знаешь.              — Я узнал достаточно, — ухмыльнулся Чон и глянул в ответ.              — Хорошо, раз у нас сегодня вечер откровений, то я тоже выскажусь. Я… забрал тебя из борделя из-за эгоистичных целей. Я хотел, чтобы ты был со мной, поэтому сделал для этого все, даже забрал твоего ребенка из детского дома. Только с тобой я ощущал себя нужным и… живым.              Чонгук неожиданно улыбнулся шире и сделал еще глоток из стакана, не переставая смотреть на альфу.              — Я знаю, — протянул он. — Я понял это еще давно, ведь ты часто посещал меня и не только для того, чтобы трахнуть. А, когда я оказался в твоей квартире, заметил, как сильно в ней пахло одиночеством и тоской. Мне тебя жаль, Тэхен. Хоть ты и альфа, что хорошо зарабатывает, и у тебя вроде бы есть все: красивый дом, стабильная работа, отличная репутация в обществе, ребенок-альфа, но… на самом деле, нет. Не все у тебя есть. Счастья я не вижу. Тебе не хватало простого человеческого внимания, любви, чувств, поэтому я тут. Во мне ты увидел… спасение.              Тэхен приподнял брови удивленно и улыбнулся разоблачено. Таких откровений он явно не ожидал. Чонгук высказал все ему в лицо и бровью не повел, и это не могло не впечатлить альфу. Бета оказался прав во многом, поэтому и спорить было бесполезно. Тэхен — одинокий одиночка, желающий внимания. В одном Чон ошибся…              — Ты прав почти во всем, — сказал Ким спокойно. — Я действительно одинок, но… Мне не хотелось делить его с кем-то чужим, с кем-то, кто мне не близок по духу. Свою судьбу я захотел делить лишь с тобой, Чонгук. Да, я увидел в тебе спасение. Только в тебе.              Чонгук усмехнулся и медленно приблизился к мужчине, чтобы опалить его своим дыханием.              — И это я тоже знаю. Поэтому я согласен разделить с тобой все, что ты захочешь.              — Правда? — Тэхен приоткрыл рот, неотрывно глядя на парня и слыша, как громко забилось сердце в груди.              Вместо ответа Чонгук прильнул к его губам, утягивая альфу в долгожданный и тягучий поцелуй. Кажется, вселенная Тэхена потихоньку распалась на части, но вскоре возрождалась вновь — новая, обновленная и красочная. Умершие когда-то бабочки в животе ожили, а завядшие цветы распустились. Блаженство и экстаз потекли по венам стремительно, раззадоривая нервные окончания и заставляя сердце биться еще активнее и быстрее.              Тэхен зарылся пятерней в волосы парня, сильнее притягивая его к себе и углубляя поцелуй. Чон простонал протяжно и положил ладонь на щеку Кима, чтобы нежно погладить ее и перейти на шею. Их языки хорошо сплетались друг с другом, зубы стукались, тела распалялись, и все это безумие окутывал концентрированный запах сильного альфы, который только что окончательно и бесповоротно выбрал себе в пару бету.              — Хочу тебя, — прошептал Чонгук и начал быстро стягивать с альфы одежду, дабы тот остался обнаженным.              — Я тебя больше, — произнес бегло старший и оголил верх беты, чтобы припасть губами к маленькому соску.              — Ах, Боже… — Чон закатил глаза и откинул голову назад, зарываясь пальцами в волосы мужчины и растрепывая их. — М-м… да…              Тэхен лизал один, обсасывал и смачно причмокивал, словно это была самая настоящая сладость. Чонгук постанывал и поглаживал его затылок, млея от наслаждения. Киму это нравилось. Ему нравилось приносить наслаждение бете и доводить его до крайности, ведь ему самому это приносило удовольствие. Одной рукой он гладил непривычно тонкую для беты талию, а вторую руку просунул ниже, дабы коснуться запретного места между мягких половинок. Через пару секунд он поменял сосок, облизывая и одновременно покусывая уже другой, одновременно с этим альфа вдыхал слабый запах ванили с кожи парня. Боже, как же ему нравилось то, что Чонгук почти ничем не пах, а к его телу прилипал абсолютно любой аромат. В том числе его.              Неожиданно, стоило Тэхену раздвинуть пальцем упругие ягодицы, как он почувствовал кончиками пальцев пробку. Нехотя он оторвался от груди беты и поднял на него удивленные глаза. Тот улыбнулся развязно и произнес с придыханием:              — Нравится? Это я вставил в себя специально, чтобы растянуть мышцы. У тебя реально… очень большой. Поэтому игрушку и выбрал побольше. Но… с твоим она все равно не сравнится.              — Ты знал, что сегодня мы переспим?              — Ну конечно, милый. — Чонгук дотронулся до щеки альфы и провел ласково, вызывая мурашки у старшего. — Я ведь сам этого захотел.              Тэхен улыбнулся одним уголком губ и приблизился к парню, завладевая властно сладкими губами. Чонгук ответил ярко и бурно, приподнимаясь немного и удобнее усаживаясь на коленях альфы. Тот же, не отрываясь от желанных губ, погладил конец игрушки, а после уцепился за нее и начал потихоньку вытягивать. Чонгук громче застонал в его рот, но не остановился, продолжая целоваться с Кимом. Тот вытащил игрушку из беты, но сразу же вставил обратно, растягивая податливые стенки.              — Ах… Тэхен… — застонал младший, облизал смазанные в их слюне губы, но не смог уйти от мужчины, ведь тот вновь припал ко рту.              Тэхену не хотелось лишать себя удовольствия целовать бету, но и трахать его хотелось дальше. Поэтому мужчина свободной рукой провел по прямой спине парня и надавил немного, чтобы теснее прижать бету к себе. Игрушку он вытаскивал и вставлял обратно, понимая, как приятно она растягивала бету и подготавливала его. Чонгук скулил все громче, дрожал все заметнее, а кожа его постепенно покрывалась испариной.              — Ах… Тэхен-ни, я… Ах! — застонал бета и прогнулся в спине, когда тот концом дилдо задел простату.              — Как мне нравится, когда… тебе… хорошо, мой зайчик. Так ты еще вкуснее. — И Тэхен вновь облизал вставший сосок, захватывая его в рот и обсасывая, словно пытался выдоить парня.              — М-м… да…              Тэхен ласкал его по-всякому, не переставая толкать внутрь игрушку, от которой Чон приходил в экстаз. Чонгук цеплялся за его плечи и все не закрывал рот, из которого вырывался жалобный и просящий стон не останавливаться и брать его сильнее. Да, ему это было нужно, как и Тэхену, что тоже истосковался по близости с бетой. Никогда еще он не испытывал такую огромную тягу к кому-то, особенно к бете. Даже его бывший муж не вызывал в нем такого явного и таинственного трепета чувств. Чонгук действительно был особенным для него, поэтому и отпускать его Тэхен не намерен.              Он готов был вылизывать парня всего, обтереть и оставить на нем свой запах. Прикосновения губ к бархатной коже не прекращались, а усилились даже, и целовал он не только соски, но и плечи, ключицы, шею — все, до чего мог дотянуться. На последней он задержался дольше всего. Внутренний зверь победно зарычал, требуя больших действий. И мужчина подчинился ему, обнажая удлинившиеся клыки, которые покрылись специальным секретом. В следующую секунду он прокусил место возле пахучей железы Чонгука, и в рану мгновенно попала его слюна, что подобна яду, начала разливаться по крови парня. Чон заскулил громче и кончил, попадая на грудь альфы.              — О, да… Мой альфа… — Чонгук ободряюще погладил старшего по шее. Зверь все еще не был удовлетворен, желая полностью поглотить бету, поэтому Тэхен вгрызся в шею сильнее, впрыскивая свой секрет больше. — Ах… да… Еще…              Альфы могли ставить метки не только омегам, но и бетам, но многие об этом молчали и предпочитали закрывать глаза. Только сумасшедший мог связать свою жизнь с бесполезным бетой, поэтому на многие физиологические нюансы не обращали внимания. Но Тэхен знал об этом, ведь изучил бет вдоль и поперек. Он так же понимал, что теперь Чонгук не будет считаться стерильным и бесцветным, так как будет пахнуть им — своим альфой. Своей парой. Тэхен знал о многом и пользовался.              Ким вытащил клыки лишь в тот момент, когда Чонгук снова оживился, и теперь простой неживой игрушки ему казалось мало. Свойство метки было в том, что, когда ее только ставили, она усиливала выброс гормонов и воспаляла скрытое возбуждение. Это делалось природой специально, чтобы возникшая пара соединилась и зачала ребенка.              — М-м… милый… Я… — простонал Чонгук, краснея и подрагивая. — Что… со мной?              — Тише, мой маленький, сейчас станет легче. — Тэхен вытащил из парня игрушку и выкинул в сторону, чтобы в следующие секунды высвободить свой истекающий предэкулятом член и приставить его к растянутому входу. — Сейчас станет хорошо. Давай, детка, прими меня… Не бойся.              Чонгуку не нужно было повторять дважды. Он приподнялся чуть-чуть, пошевелил бедрами, а после опустился на большую плоть альфы, полностью погружая в себя. Тэхен простонал блаженно, вновь оказываясь в приятной глубине, которая обхватывала его мягко и тепло. У мужчины возникло чувство, словно до этого момента ему было холодно, пусто и одиноко, а сейчас, когда его член был внутри беты, все расцвело, ожило и потеплело. Чонгук закусил губу и вцепился в альфу сильнее, млея от растяжения, что дарил ему Ким.              — Ах, мой хороший… славный мальчик, — прошептал Тэхен и лизнул кровоточащую метку. — Теперь ты никуда от меня не денешься.              — Да, — выдохнул бета и улыбнулся. — Я и не хочу никуда уходить.              Тэхен заулыбался шире и приник к манящим губам. Одновременно с тем, как они снова целовались, Чонгук приподнялся и опускался на половой орган, стоня от приятного растяжения мышц. Секрет, что попал в него с клыков Тэхена, действовал как обезболивающее, поэтому больно Чонгуку вовсе не было. Наоборот, он ловил настоящий кайф и экстаз от Тэхена и того, что тот заходил глубоко в него. Он чувствовал очертания члена в себе, набухшие венки и объемную головку, которая славно терлась о спрятанную железу. Властные и сильные руки мужчины обхватывали его стан, а мягкие губы целовали уста. И все это сочетание делало приятно парню и возносило его на небеса. И если Чонгуку было так хорошо, то Тэхену — еще лучше.              В какой-то момент ритм стал чаще и быстрее. Чон активно задвигался на члене Кима, не закрывая рот и не скрывая то, как хорошо ему было. Тэхен же держал его за бедра и помогал, рыча переодически и не скрывая свое наслаждение. В Чонгуке было так хорошо, так незабываемо, что его внутренний зверь тоже не мог скрыть свою увлеченность. Узел на члене мужчины начал постепенно увеличиваться, дабы состыковаться с бетой и не выходить из него больше.              — Я… скоро! — промямлил бегло Чонгук, прыгая на члене альфы и чувствуя, как двигаться становилось все тяжелее и сложнее.              — Я… айщ… тоже! — Тэхен усадил на себя парня и замедлил, ведь уплотнение на половом органе окончательно их сцепило. — Да-а!              В следующую секунду он кончил внутрь, заполняя все нутро парня собой. Тот же воскликнул громко и излился за ним, повторно пачкая грудь и живот альфы. После такого бурного оргазма Чон устало свалился на альфу, а тот обнял его за талию и поцеловал в шею.              — Ох… я так долго ждал этого… — пробормотал лениво бета и потерся о шею мужчины. — Ты приручил меня, приучил к тому, чего я когда-то избегал.              — Что?              — Секс, — ухмыльнулся бета. — Из-за тебя мне чаще хочется близости и секса.              — Разве? — улыбнулся Тэхен и закрыл глаза, вдыхая в себя запах насыщенной хвои от Чона.              — Да… Я ведь говорил когда-то, что секс меня не привлекал. Но с тобой… м-м… все по-другому.              — Понимаю. — Альфа провел нежно по спине парня. — Меня, кажется, тоже.              Чонгук приподнял голову и пьяным взглядом уперся в глаза Тэхену.              — Давай, когда узел спадет, ты возьмешь меня еще, но в постели?              — Давай, — слабо улыбнулся альфа.              — И спать отныне мы будем вместе. Не только сегодня.              — А как же Деян? — Тэхен переместил взгляд на припухшие от поцелуев губы беты и сглотнул слюну.              — Он уже большой мальчик. Будет спать в своей кроватке.              Тэхен закусил губу, а после приник к сладким губам беты, соглашаясь на все, чего бы тот ни попросил.              

***

             Намджун действительно начал думать, что Тэхен сошел с ума. И если сначала это казалось недолгим помешательством, то спустя время, когда Ким забрал бету себе и усыновил какого-то левого ребенка, это уже не походило на нелепую шутку. Он знал Чона и то, чем бета занимался раньше, поэтому никак не одобрял выбор Тэхена, даже если тот был счастлив и выглядел довольным жизнью. Нет, Намджун мог принять многое, понять тоже, но не это. Одна судьба с бетой, тем более с бывшим проститутом, выглядела как насмехательство и издевательство над светским обществом. Никто нормальный бы не пошел на подобное, и Ким лишь удивлялся, как Тэхен далеко зашел с игрой в отношения с недостойным.              Альфа посетил Тэхена в выходной, предупредив его заранее о своем приезде. Им нужно было обсудить особую тактику по рабочим вопросам, чтобы быстрее с ней разобраться. Ким, в отличие от себя прошлого, который охотно хватался за дело, замялся, но все-таки согласился обсудить их. Дверь Намджуну открыл Чонгук, который перестал улыбаться, заметив постороннего человека.              — Добрый день.              — Здравствуй, я к Тэхену, — спокойно произнес мужчина и оглядел парня с ног до головы.              Прошло уже пару месяцев, как бета жил с альфой, и за это время он успел немного набрать вес, похорошеть и освоиться в новой для себя реальности. Намджун видел, как бета выступал на шесте, никогда не заказывал его, но понимал, что у него полно поклонников. И один из них зашел слишком далеко.              — Проходите. — Чон нехотя пригласил гостя в дом. — Тэхен в своем кабинете.              Намджун кивнул и зашел внутрь. Пока он шел мимо гостиной, увидел в ней включенный телевизор с детскими мультиками, а возле него на ковре были разбросаны различные игрушки. Двухлетний бета, что сидел вокруг них, играл в машинки, разговаривая сам с собой. Увидев незнакомого альфу, он оторвался быстро от дел и подбежал к мужчине, любопытно рассматривая его. Намджун при виде ребенка невольно улыбнулся и протянул ему руку в приветствии.              — Привет, Деян. Я Намджун, друг твоего отца.              Но ребенок зажался, испугался Кима и поэтому резко побежал к папе. Намджун проследил за ним взглядом, а после закатил глаза и все-таки дошел до Тэхена. Тот сидел за рабочим столом и что-то печатал там. Увидев коллегу, он чуть поднялся и пожал протянутую руку.              — Ну хоть ты со мной поздоровался нормально, — хмыкнул Намджун и уселся на диван.              — Хах, они пока что тебя не знают. Ничего, привыкнут со временем. Ты только чаще приходи, — улыбнулся Тэхен, и Намджун заметил, что тот тоже стал как-то лучше выглядеть: посвежел, похорошел, да и внутренний зверь его стал спокойнее.              — Они обустроились нормально?              — Да. Первое время было тяжело, но сейчас уже лучше, осваиваются, да и я им помогаю. Деян скоро пойдет в частный садик, а Чонгук изъявил желание поступить в университет на кафедру по медицине.              — Он хочет стать врачом? — изумился Намджун.              — Психологом. Нравится ему копаться в головах людей. А я что? Я не против, лишь бы на семью не забивал.              — Надо же, вот это удивительно, — помотал головой Намджун и отвел взгляд. — Бета, который еще недавно работал в борделе, раздвигал перед всеми желающими ноги и не имел даже мнимой свободы, сейчас зажил лучше многих альф и омег. Видимо, ему реально стоило пойти в психологи, с его-то талантом манипулирования.              — Намджун, опять ты за свое, — устало протянул Тэхен, ведь злиться вовсе не хотел.              — Что? Я просто в полном… ахуе, — не сдержался мужчина и ухмыльнулся натянуто. — Ты когда-то сам поймал Чонгука, отдал в рабство в бордель, а сейчас забрал его к себе, даешь ему все, что он захочет, потакаешь охотно… Ты даже ребенка какого-то левого усыновил для него, наврав, что это его сын. И как, нравится быть благородным папочкой?              — Хватит.              — Ты сказал ему? Сказал, что это не его ребенок? Он ведь вообще не может иметь детей! Он ведь… бесполезный бесплодный бета.              — Хватит, я сказал! — зарычал Тэхен и оскалился озлобленно. — Закрой свой грязный рот. Еще слово в сторону Чонгука, и я не посмотрю, что мы дружим с тобой десять лет! Не суй нос не в свое дело, понятно?!              Намджун был в шоке, потому что никогда еще он не видел такого разгневанного и взбешенного Тэхена. Тот грозно смотрел на мужчину и еле сдерживал себя, чтобы не ударить. Даже внутренний волк Тэхена зарычал, защищая свою пару. И это поразило сильнее всего: сущность Кима приняла бету, у которого не было своего волка, посчитала своей и присвоила себе. Да, Тэхена действительно зацепил такой неправильный по всем канонам Чонгук, и поэтому он образовал с ним полноценную пару, как альфа с омегой. Наверное, Тэхен, и правда влюбился в Чона, вот и шел ради него на все.              — Прости, — наконец проговорил Намджун. — Я погорячился.              — Давай быстрее обсудим рабочие моменты, у меня еще дела сегодня, — нервно процедил Тэхен и взял документы в руки.              Уже после того, как Тэхен проводил Намджуна, так и не предложив ему почаевничать, он задумался. Да, Ким действительно ничего не сказал Чонгуку о ребенке, решая скрыть этот факт и молчать как можно дольше. Чон выглядел счастливым, проводя время с Деяном, воспитывая его и ухаживая за ним, а малыш радовался, что теперь у него есть родные папа и отец. Да, может, потом когда-то у него появятся вопросы к тому, почему его отец альфа, а не бета; а Чонгук начнет удивляться, что при активной половой жизни с Тэхеном беременеть повторно он не сможет. Но с этим Тэхен как-нибудь разберется. Сейчас же он тоже был счастлив, что у него наконец появилась любящая и ценящая его семья.