Замерзшая роза

Маленькая глава, в которой я воплощаю свои хедканоны на вкус в кофе        . . . На следующий день Бакуго пересекся в курилке с Аой, стажеркой из TodoFilm. Она принесла всему отделу кофе и подсунула один из стаканчиков Бакуго. Парень хотел отказать, но не успел ничего сказать, как маленькая прыткая стажерка понеслась дальше, оставляя его наедине с кофе. Тот оказался убойно сладким. Кацуки аж поморщился. Блондин не был человеком, который как то хоть переваривал сахар, поэтому пришлось искать какую нибудь сладкоежку, что бы отдать "подарок". Из всех людей на студии в его команде тоже не было никого, кто мог бы переварить карамельный раф с тремя ложками сахара и посыпкой с блёсточками. О том, что дурацкий глиттер остается на губах как блеск, блондин узнал, когда посмотрел в зеркало на входе во вторую часть здания. Выяснилось также, что он не смывается водой и мылом. Мда уж. Видимо кофеек хотела себе какая то хрупкая дамочка. Подумав о том, какой же хуйней занимается, Кацуки вздохнул и продолжил идти на непосредственное место съемки. Там он выцепил какого- то паренька, бегавшего с костюмами и поинтересовался, кто бы мог быть человеком, пьющим такую концентрированную дрянь. Оказалось, вампиры любят блестки. Это его величество граф Тодороки предпочитает карамельный раф с тремя ложками сахара и пенкой. Боже, что за детский сад. Бакуго тяжело вздохнул и подавил желание вылить это чудо на голову половинчатому придурку. Он достал ручку из кармана простого, но удобного пиджака, который часто носил на работу и вывел аккуратным подчерком несколько букв на стаканчике. Затем отдал его в руки паренька костюмера, которому пришлось бежать к Тодороки - сану тащя помимо напитка на себе несколько килограммов шмоток для съемок. Отказ грозил проблемами со стороны Бакуго, поэтому у паренька просто не осталось выбора. Блондин посмотрел вслед несчастному костюмеру, пока в его кармане не зазвонил телефон. Проворчав себе что то под нос, он ответил, разворачиваясь спиной к сцене и вышагивая решать очередной казус с реквизитом. Когда к Тодороки попал в руки заветное сладкое чудо, о котором он мечтал все утро, его лицо резко посвежело. Он даже не сразу заметил, что на стаканчике было что то написано. "Не знал, что кроме крови, вампиры пьют говно единорогов" Тодороки не надо читать от кого, он уже понял. Кацуки Бакуго, упрямый баран, оставил свою чудесную подпись на пол стаканчика. Утро резко помрачнело. Двухцетные глаза стали бегать по площадке, ищя светлую макушку. Она обнаружилась где то совсем вдалеке, в компании нескольких человек. Кажется Бакуго что то выяснял. Хотя кто его знает, Тодороки считает, что человек, который разговаривает исключительно матом, не сильно то способен что то хоть выяснять. Он посмотрел на другой стаканчик, стоящий на столе с реквизитом и всяким хламом, раскиданным по всему залу. Странно, что за это их еще не разогнал везде сующий свой нос менеджер. Хотя Бакуго уважает границы режиссеров, поэтому хотя бы в порядок на сцене не лезет. Одинокий грустный горький кофе стоял достаточно печально. Тодороки еще раз глянул вокруг, и окликнул все того же несчастного костюмера, отдав ему несладкий напиток. Перед этим парень актер своими аристократичными руками врачебным почерком накалякал: "Не знал, что такому МАЛЕНЬКОМУ троллю нужно подпитывать свою черную душу чем то кроме зависти" Костюмер проклял их всех, но стаканчик понес. Быстро всучив его в руки Бакуго, он скрылся, пока его не послали за чем нибудь еще. Кацуки на секунду отвлекся от отчитывания работников и глянул на кофе. Даже не удивившись, он посмотрел на сцену. Глаза выловили гетерохром. Тодороки улыбнулся, Бакуго нахмурился. Тонкие аристократичные губы разъехались. Кацуки вздернул подбородок, и бросив что-то зашуганным рабочим, пошел в курилку. Там он надеялся ни с кем не пересечься и постоять немного в молчании, что бы успокоиться. Но как мы все знаем, когда больше всего что то хочешь - оно обязательно попытается удрать от тебя подальше, роняя тапки.