5 дней в Детройте.

Аэропорт Детройта был таким же серым и унылым, как и весь город. Самолет Ил-62 авиалиний «Аэрофлота», присланный по дипломатическим каналам, выглядел на фоне «Боингов» и «Аэробусов» гостем из другой эпохи. На прощание у трапа собралась вся четверка и даже мрачный Эдди Валиант. Не было ни объятий, ни громких слов. Лишь неловкое, но искреннее рукопожатие. Джуди вручила Серому значок почетного детектива. Ник — пачку лучшего американского жевательного табака. Диана — зашифрованную флешку, на которой, по ее словам, были «компроматы на всех, кто когда-либо был неправ с хорошими парнями». Вулфи протянул Серому элегантный портсигар с дорогими кубинскими сигарами. — Надеюсь, тебе не придется больше влипать в такие истории, — сказал он, поправляя свой, наконец-то, снова безупречный галстук. Серый посмотрел на него, потом на сигары, усмехнулся и достал из кармана плаща начатую пачку «Беломора». Протянул ее Вулфи. — Надеюсь, мне не придется больше пить вашу кока-колу. Они оба рассмеялись. Тихим, сдержанным смехом двух хищников, признавших друг в друге ровню. Это было достойное прощание — два хищника из разных миров, прошедшие вместе через огонь и нашедшие не дружбу, но глубокое, молчаливое уважение. Серый поднялся по трапу, кивнув на прощание. Заяц помахал им рукой. Дверь закрылась, двигатели взревели. Эдди Валиант и американская четверка, к которой теперь прибился и благодарный за спасение Том, смотрели, как самолет отрывается от земли и уносит своих пассажиров в серое небо, так похожее на то, которое они оставили позади. И в тот момент, когда самолет скрылся в облаках, сквозь плотную пелену детройтского смога впервые за пять дней пробился робкий, но настойчивый луч солнца, упав им на лица. Дело было закрыто. Но шрамы и странная, невозможная связь, рожденная в механическом аду, остались навсегда. И каждый из них знал, что этот мир, ставший бесконечно сложнее, уже никогда не будет для них прежним.