Пьяный чёрт

      Солнечные лучи играли на полированной стойке кафе, выхватывая из полумрака летящие пылинки. День был спокойным, почти ленивым. Илья, воспользовавшись затишьем, прислонился к стене и запустил видеозвонок. На экране телефона появилось лицо Оливера, а за его спиной угадывалось оживлённое пространство кафе-театра.       Со своего поста Валя, с барной тряпкой в руке и безупречно чистым бокалом, с лёгкой, почти отеческой улыбкой наблюдал за Ильёй. Его взгляд был тёплым и немного уставшим. По другую сторону зала Йост и Томми, притворяясь, что расставляют посуду, с нескрываемым любопытством следили за разговором шефа, ожидая каких-нибудь новостей.       — Здорово, Оливер! — голос Ильи прозвучал искренне и радостно, разгоняя дневную сонливость.       — Здорово, Илья! — ответил Оливер, но его улыбка показалась Илье немного напряжённой. — Как жизнь? Как кафе? Держитесь после вчерашнего наплыва?       — Да, потихоньку втягиваемся, как после небольшого урагана, — с лёгким вздохом ответил Илья. — А у вас там что? Шумно как-то. Как дела?       — Да мы тут… — начал Оливер, но его рассказ прервал громкий, металлический голос, прозвучавший из колонок.       Камера телефона бессильно болталась в руке Оливера, выхватывая кусочек сцены. На сцене без сознания лежал Томмазо. Над ним, с микрофоном в руке, словно триумфатор, возвышался Немо. Его глаза злорадно блестели.       — Что, Томмазо, хуёво тебе? — ехидно, растягивая слова, проскрипел он в микрофон. Звук, гулкий и неприятный, разнёсся по всему залу. Оливер резко развернулся, и его лицо на экране исказилось от гнева и недоумения. Илья, прищурившись, попытался разглядеть происходящее.       — Он, что, у вас работает? — с нескрываемым интересом спросил Илья, указывая подбородком на экран.       — Нет, Боже упаси! Мы его на один вечер в качестве ведущего пригласили, — с горькой досадой пояснил Оливер, проводя рукой по лицу.       Валя, стоя за стойкой, тихо фыркнул, прикрыв рот ладонью. Его плечи слегка вздрогнули от сдерживаемого смеха.       — Вот на сцене валяется обтраханный пьяный чёрт, — не удержался Меттлер, и его тихий смешок подхватили Йост и Томми.       — Ой, не могу… — Йост, краснея, прислонился к стене, давясь смехом.       — Вот отличник даёт, — сквозь хохот прокомментировал Томас.       Из-за двери кухни, распахнувшейся с лёгким стуком, донёсся удивлённый голос Кярийи:       — Кто там так выражается?       — Немо сказал! — тут же выкрикнул Йост, словно школьник, сдающий заговорщика.       — Серьёзно? Куколка? — голос Кярийи выражал чистейшее изумление, будто он услышал нечто совершенно невозможное. Валя снова тихо усмехнулся, качая головой. Весь его вид говорил: «Ну и цирк».       — Ой, не могу, — прошептал он, начиная смеяться уже по-настояшему.       — Это хорошо, что Томмазо напился, а если бы Лучо? — с мрачноватым юмором предположил Даня, пожимая плечами.       Тем временем на сцене Немо, окрылённый происходящим, продолжал вещать в микрофон, его голос дрожал от притворной радости:       — Наконец-то кто-то услышал мои слова! Наконец этот кошмар закончился!       В этот момент из гримёрки, как две грозовые тучи, вышли Лучо и Френсис. Их взгляды мгновенно нашли тело Томмазо. Лицо Лучо вытянулось от беспокойства.       — Томмазо! Что с тобой? — его голос был полон искреннего волнения.       — Ваш чёрт сдох! — радостно возвестил Немо, сияя от счастья.       — Слышь, час ты сам сдохнешь, — прорычал Френсис, делая шаг в сторону Немо. Его сжатые куски говорили красноречивее любых слов.       В этот момент Томмазо на сцене слабо пошевелился и пробасил, не открывая глаз:       — Кажись, вторая бутылка вина была лишней…       Это признание вызвало новый взрыв хохота у Немо. Но смех тут же потонул в яростном крике Оливера, который, кажется, достиг точки кипения.       — Я не понял?! Томмазо, ты что, бухал?! — завопил он, его лицо на экране покраснело. — Ёб твою мать! Пиздец! Ебаный рот! Томмазо, тебе пиздец!       — Похоже, чёрту пришёл пиздец! — с неподдельным восторгом подхватил Немо, как эхо.       — Час тебе будет! — уже в унисон с Френсисом пригрозил Лучо, его пальцы сжали край пиджака.       — Нет, это Томмазо будет пиздец! — парировал Оливер, теряя последние остатки самообладания.       Френсис, не говоря ни слова, ловко подхватил тело Томмазо и перекинул его через плечо, как мешок с картошкой. Лучо бросил на Немо последний уничтожающий взгляд, и они направились обратно в гримёрку. Немо вдруг замер, его взгляд упал на микрофон в его руке. На его лице медленно проступило осознание.       — А что, эта хуйня включена была, что ли? — пробормотал он с глуповатым удивлением.       — Да она была включена, — устало подтвердил Оливер, и в его голосе звучала вся глубина разочарования.       — Всё, Оливер, мне пора, — поспешно сказал Илья, бросив взгляд на своих подчинённых, которые уже вовсю перешёптывались и улыбались. — А то мои сотрудники здесь совсем расслабились.       — И мне пора разобраться с нашим пьяным обтруханным «чёртом», — с тяжёлым вздохом ответил Оливер. Связь прервалась.       В кафе на секунду воцарилась тишина, которую нарушил Валя. Он покачал головой, и на его губах играла задумчивая улыбка.       — Да несчастный случай произошёл с Шнырём, — произнёс он с лёгким удивлением, как бы подводя итог этому маленькому спектаклю.       Илья выпрямился, его лицо вновь стало собранным и строгим. Он обвёл взглядом зал, и его голос прозвучал чётко и властно, возвращая всех к реальности:       — Так, работаем! Что вы все расселись, как на представлении?