Стэнли Снайдер присоединяется!

      Переход через Анды завершен и вот уже неделю, как Царство Науки пробирается через джунгли Амазонки. Только вперед — к источнику окаменения, к новым научным открытиям… к неминуемым неприятностям на собственную голову. Они по-детски радуются, что обошли команду профессионалов. Как будто не осознавая, чем все эти «веселые догонялки» могут закончиться.       Ксено этого не понимает. Он сказал, что ему будет плевать, если их всех перебьют. Это не совсем правда, но цели быть откровенным он перед собой и не ставил — лишь хотел донести до них, что это не игра, что они действительно могут умереть. Но Царство Науки это и так осознавало. Хотя чем дальше, тем больше Ксено склоняется к мысли, что малышня лишь думает, что осознает риски. Ксено пытался убедиться, что они не рассчитывают на то, что он в последний момент убедит Стэнли их не трогать. Детишки и не рассматривали такой вариант развития событий.       Они навесили на поражение ярлык «смерть», не понимая, что это на самом деле такое. Победа стала для них единственным возможным исходом, туннельное мышление лишило их возможности рассмотреть любые другие варианты. Ксено знает, чем это закончится. Любому терпению со временем приходит конец. Стэнли устанет давать последние шансы и начнет стрелять на поражение.       Возможно, только тогда до детишек таки дойдет, во что они ввязались. Вот только будет уже поздно.              Но пока переход через горы действительно выиграл Царству Науки время. Встреча со Стэнли откладывается на неопределенный срок. Так что, за неимением занятия более интересного, Ксено изучает окружающих его детишек.       А они того действительно стоят. На удивление способные подобрались ребята, даже без оглядки на возраст. Стоит отдать Сенку должное, выбирать людей он действительно умеет. Ксено этому так и не научился. Ведь один раз найдя Стэнли, он больше никогда не испытывал нужды ни в ком другом.       Да, товарищи у Сенку действительно обладают талантами, каждый в своей сфере. Вот только в совокупности с характером их лидера, общей наивностью юности и поджимающим временем, это дает один побочный эффект.       Фантастическое раздолбайство.       И эти люди пытались сказать, что Сенку во всем руководствуется рациональностью, а Ксено страдает излишней пафосностью? Да Ксено просто или делает качественно, или хотя бы так, чтобы никого в процессе не угробить.       Сделать фуникулер без перил? Ладно, это понять можно, особенно в условиях ограниченного времени. Посадить ребенка так, чтобы ей не за что было держаться, так еще и вместе с идиотами, не додумавшимися ее подстраховать? Вот это уже не поддается объяснениям.       Соорудить мотоциклы для передвижения по бездорожью? Идея поразительно элегантная, Ксено понравилось. Посадить за руль вчерашнюю дикарку, не проведя даже базовый инструктаж, потому что «на это нет времени, она и так разберется»? Кохаку, может и разобралась, но иначе, чем поразительной удачей, назвать это сложно.       И это не говоря о забытой возможности кислородного голодания в горах — а вот Ксено прикидывал, им оставалось около получаса до того, как самым неприспособленным начало бы становиться хуже — лишь чудом пройденных порогах на мелководье Амазонки и еще тысяче случаев отсутствия базовой техники безопасности в слепой надежде на авось. И после этого они еще говорят, что у Сенку проблемы с удачей? Да при всем своем скептицизме, тот факт, что никто из команды Царства Науки еще не убился, Ксено иначе, чем поразительным везением, назвать не может.              Ксено не спится. Он осторожно выходит из палатки, стараясь никого не потревожить, и направляется к костру. Зрелище там в принципе ожидаемое. Детишки как всегда. Вроде все правильно, лагерь не засыпает на ночь полностью, оставляя караул. Вот только кому пришла в голову идея поставить вместе Карла и Макса? Естественно, эти двое уже ничего не охраняют, а вон, дрыхнут неподалеку.       Ладно хищники, те стараются обходить их стороной. Но оставить открытый огонь без присмотра — это уже никуда не годится. Нет, Ксено все-таки обязательно поговорит с Сенку о том, чтобы эту парочку на дежурства вместе не ставили. Умереть в случайном лесном пожаре все же не хочется.       Странное предчувствие не отпускает. Ксено садится, подбрасывая в костер дров. Он потушит его после, если все же решит вернуться спать. Вот только что-то внутри никак не может успокоиться. Ксено разглядывает блики от пламени на своих когтях, прислушиваясь к собственным чувствам. Найти объяснение внезапному приступу воодушевленного волнения не получается.       За спиной шелестят деревья. Ксено оборачивается резко — если это дикий зверь, то у него всего секунды на правильную реакцию — и оказывается в объятиях.       Что ж, а вот и объяснение. Это тот единственный случай, когда Ксено плевать на научную точку зрения. Не мог же он не почувствовать присутствие второй половины собственной души.       Спустя пару секунд Ксено все же пихает Стэнли в бок. Тот отстраняется, без слов понимая, чего от него хотят, и снимает броню. Теперь в объятия его притягивает уже Ксено. Так, безусловно, намного лучше. Эта штука полезная, но иногда дико неудобная.       Они сидят так какое-то время. Ксено не видел Стэнли почти месяц. Ничто по меркам старого мира, там им доводилось разлучаться на намного больший срок. Но с момента выхода из камня они не расставались дольше, чем на время коротких разведывательных экспедиций. Как быстро привыкаешь к хорошему. Они оба успели дико соскучиться.       Ксено усмехается. Ну надо же, Стэнли в очередной раз удалось его восхитить. Детишки наперебой твердили, что в джунглях им опасаться нечего, потому что самолет там не посадишь. Следствие частично верное, а вот причина в корне ошибочна. Ксено даже посмеивался про себя такой наивности. Стэнли бы смог. Причем ведь и Царство Науки должно было это знать. Он и при них такое проворачивал, причем с вырубленным двигателем.       Другой вопрос, что так смог бы только Стэнли. Как и преследовать их по Амазонке, не отставая, смог бы только Стэнли. Без отряда. Что, с точки зрения военной стратегии, неразумно. Именно поэтому такой вариант отбросил и Ксено. Но все-таки, сейчас он рад, что Стэнли решился пренебречь боевым преимуществом. Ждать встречи еще несколько месяцев было бы неприятно.       — Что делаем? — звучит тихий вопрос. Такая знакомая интонация. «Я жду приказов». С сантиментами покончено, время переходить к дальнейшему плану.       А ведь, действительно, что теперь? Ксено задумывается, машинально перемещаясь так, чтобы сесть, положив голову Стэнли на плечо. Тот молчит, не отвлекая от принятия решения.       Итак, вариантов три.       Первый — просто уйти. Забрать один из мотоциклов, испортить остальные, и детишки просто не смогут их догнать. Никто из них все же не командир элитного отряда морской пехоты. Дальше у этого плана два возможных пути развития.       — Корабль? — коротко уточняет Ксено.       — Ждет на том же месте. Поплывет в Арашу, если я не выйду на связь в течение месяца, — следует немедленный ответ.       Значит, или вернуться к кораблю и следовать к источнику окаменения вместе с командой Стэнли, или поехать туда вдвоем и ждать подкрепление уже на месте. Худшие исходы: в первом случае — малышня каким-то образом их опередит и найдет способ активировать устройство; во втором — устройство окажется невозможно переместить, Ксено не успеет закончить его исследование к моменту появления там Царства Науки, которое случится до прибытия команды на корабле. Лучшим исходом будет то, что Ксено сможет заполучить себе работающий экземпляр медузы и лишит такой возможности Сенку и его друзей. Что, учитывая их психологический настрой, может не послужить достаточным основанием, чтобы сдаться.       Итого, как ни посмотри, даже в лучшем случае их, вероятнее всего, ждет очередной раунд военного противостояния, просто с большим преимуществом на стороне Ксено.       Вариант номер два. Простой и элементарный. Приказать Стэнли убить их всех сейчас. Да, все проснутся после нескольких выстрелов, но если убрать способных сражаться первыми, то проблемой это не будет. Остальные все равно ничего сделать не смогут. Просто. Быстро. И потом можно заниматься исследованием окаменяющего устройства без спешки и отвлекающих факторов. В худшем случае оставшиеся в Америке люди Сенку взбунтуются, и их придется убить тоже. Как и тех, кто сейчас в Японии. Итого, в худшем случае — несколько сотен смертей. Мелочи в масштабах всего человечества. Необходимые жертвы на пути к мировому господству.       И сколько раз это придется повторять, если они начнут воскрешать цивилизацию? После какого числа жертвы перестанут быть незначительными?       Ксено не хочет никого убивать. Он знает, что Стэнли тоже. Но также он знает, что Стэнли сделает это, если таковым будет приказ.       Третий вариант. Договориться. И умирать никому не придется.       Вот только как?       В случае успеха этот вариант дал бы несравнимо больше других. Если бы только был возможен.       Но Сенку никогда не примет диктатуру. Проведя с его друзьями некоторое время, Ксено может сказать, что и они тоже.       А Ксено никогда не примет старый мир, если не будет являться его правителем. Хватит с него, он это проходил. Возвращаться к реальности, в которой дело всей его жизни может оборваться лишь потому, что не вписывается в чью-то предвыборную программу или не приносит достаточно прибыли очередному инвестору, Ксено не намерен.       Старый мир…       Стоп.       Ксено с трудом удерживается от того, чтобы не рассмеяться в голос. И он еще детей винил за туннельное мышление.       Он думал над этим раньше, и не единожды, и каждый раз приходил к выводу, что возвращение старого мира неизбежно. Общество не начинало бы с нуля. Произошедших изменений было бы не достаточно, чтобы отринуть тысячелетнюю историю развития цивилизации и не вернуться туда же, где они закончили почти четыре тысячи лет назад. Прежние устои были положением равновесия, и человечество все еще находилось в его области притяжения. Ксено знал, что не сможет этого изменить, только возглавить.       Но ведь, на самом деле, та самая, необходимая для создания нового положения равновесия переменная существовала. Таинственная медуза, способная вернуть мертвого к жизни. Ксено не воспринял этот рассказ Гена всерьез, будучи увлеченным противостоянием и не намеренным доверять явному шпиону. Но думая об этом сейчас, он понимает, что всем имеющимся фактам эта способность окаменяющего устройства соответствует идеально. И сейчас они на пути к тому, чтобы понять и подчинить себе этот феномен. И это будет тем, что уже никогда не позволит человечеству стать прежним.       А раз так, то почему бы не построить все с нуля, почему бы не создать все заново. Новый мир, с наукой, свободной от политики, от переменчивого общественного мнения, от вечной погони за прибылями. Да, это будет сложно. Но как же элегантно выйдет, если получится. Система, которая переживет Ксено, переживет их всех, которая поможет человечеству и дальше стоять на пути покорения вселенной. И возможность не тратить огромную часть своего времени на управление диктатурой в качестве бонуса. И в самом деле, самый лучший вариант.       Ксено поднимает голову и ловит взгляд Стэнли.       — Стэн, — у Ксено дрожит голос. Впрочем, это неважно, сейчас ему не перед кем держать лицо. — Абсолютно новый мир, в котором наука будет свободна. Как думаешь, мы сможем его построить?       Мгновения размышления. Стэнли никогда не отвечает, если на самом деле не уверен в результате.       — Да, сможем, — четкое и безапелляционное.       Черт побери, как же сильно Ксено его любит.       Он выдыхает, только сейчас заметив, что задерживал дыхание. Они справятся. Теперь по-другому и быть не может.       — Тогда пока мы ничего не делаем, — с улыбкой говорит Ксено, опуская голову на привычное место. — Завтра покажу тебе мотоциклы, исключительно элегантный транспорт получился. Правда, половина малышни все еще едет так, что того гляди расшибется на первой кочке.       Стэнли в ответ только тянет что-то утвердительное. Подразумеваемое «ты же научишь их ездить нормально?» он считывает легко, и возражать не собирается.       Со стороны палаток слышится шорох и к костру выходит Укё, потирая глаза. Останавливается, устало смотря на спящих Карла и Макса и разочарованно вздыхает.       — А я ведь хотел сказать Сенку, что это плохая идея, — бормочет он, то ли обращаясь к Ксено, то ли просто озвучивая мысли вслух.       — Ничего, мы покараулим вместо них, — как ни в чем не бывало отвечает Ксено. — Возвращайся спать, Укё, мы просим прощения что разбудили, постараемся быть потише.       Тот в ответ кивает и действительно возвращается обратно в палатку.       Ксено ловит насмешливый взгляд Стэнли и отвечает на невысказанный вопрос:       — Вымотался мальчик, с кем не бывает, — он смеется, но тон голоса все же делает тише. — В их команде за радар отвечает он, а противостоять Леонарду все же непросто. Мне кажется, еще он из тех, кто исполняет роль здравого смысла, но, со всем текущим напряжением, именно этим они решили пожертвовать в первую очередь.       Стэнли улыбается:       — Я так понимаю, утром будет весело.       — Именно, — Ксено уже предвкушает реакцию Царства Науки. Все же к такому исходу они однозначно готовы не были.       Они продолжают тихо переговариваться, делясь прошедшим за месяц и обсуждая планы на будущее. Ксено наконец-то спокойно. Он даже решает опустить традиционные возмущения, когда Стэнли достает сигарету. Правда, только в этот раз.       

***

             Укё просыпается, резко открывая глаза. Сердце бешено колотится, но поначалу он не может понять, почему. Он знает, что что-то случилось, но пока не может вспомнить, что. А потом резко вспоминает.       — Ой черт, — тянет он, закрывая лицо ладонью.       — Что такое? — спрашивает Рюсуй, видимо, тоже уже проснувшийся. Ну или разбуженный приступом самобичевания Укё.       — Возможно, ничего — отвечает он, уцепившись за призрачную надежду. Это ведь мог быть просто сон, да? — А возможно мы вчера войну проиграли.       — Что ты имеешь в виду? — Рюсуй хмурится. Пусть у него и нет идей, что такого могло произойти за ночь, но опасения товарищей по команде он всегда воспринимает всерьез.       Укё, садится, пытаясь сосредоточиться. Они еще живы, это уже радует. Значит, или, действительно, просто приснилось или померещилось от стресса, или Стэнли Снайдер с доктором Ксено сейчас на пути к Персею. И пусть они лишились ценного заложника, врага в лагере давно уже нет. Не стал бы профессиональный военный дожидаться, пока все проснутся, чтобы убить их, толкнув пафосную речь.       — Пошли, — наконец говорит Укё, одевшись и собравшись с мыслями. Чем раньше они обнаружат проблему, тем быстрее смогут начать придумывать решение. Если предположить, что проблема вообще есть. — Нужно проверить, в лагере ли доктор Ксено.       — Так а куда бы он делся? Он же не дурак в одиночку через джунгли идти, — недоумевает Рюсуй, но идет следом.       Выйдя на поляну, Укё расслабляется, облегченно выдыхая. Доктор Ксено все еще на месте, там же где он, возможно, видел его ночью. Сидит, периодически дает советы увлеченно разбирающей пулемет Суйке. Неподалеку Франсуа готовит завтрак, тихо переговариваясь с помогающим ей Стэнли Снайдером. Все в порядке, зря беспо… Стоп, что?!       Укё закрывает глаза, делает глубокий вдох, считает про себя до трех и открывает глаза. Картина от этого не меняется.       — Просто чтобы убедиться, что у меня не начались галлюцинации, ты ведь тоже это видишь? — спрашивает он застывшего рядом Рюсуя. Тот только и может, что кивнуть.       — О, доброе утро, мистер Рюсуй, мистер Укё, — здоровается первым заметивший их доктор Ксено, — я еще раз приношу извинения за то, что мы вас разбудили. Нет, это нужно в другую сторону откручивать, — и вновь возвращает свое внимание Суйке.       Укё все еще не знает, что здесь произошло ночью. Но итог очевиден. Они не проиграли войну, она просто внезапно закончилась. Что, на самом деле, не может не радовать.       — Доброе утро, — отвечает он доктору Ксено и поворачивается к Стэнли, — и, видимо, добро пожаловать, — нет смысла раздувать конфликт теперь, когда он неведомым образом затих сам собой. — Что? — Укё пожимает плачами, смотря на готового разразиться возмущениями Рюсуя. — Я же говорю, он с ночи здесь.       Рюсуй на пару секунд замирает, явно стараясь собрать мозаику произошедшего. И, судя по всему, приходит к такому же выводу, что и Укё.       — Ха-ха! — Рюсуй быстро возвращается в свое привычное состояние, щелкая пальцами в фирменном жесте. — Я же самый жадный человек на свете. Раз такое дело, то Стэнли Снайдера я тоже хочу!       — Нет, перебьешься, я замужем, — следует немедленный невозмутимый ответ.       — Но я же… не в этом смысле… — кажется, Рюсуй впервые не может подобрать слов.       И, смотря на его растерянное выражение лица, Укё не может удержаться от смеха. Краем глаза он замечает, что даже Франсуа не может сдержать улыбки.       — Да ладно, Рюсуй, тебе следует признать, что по отношению к людям это звучит неоднозначно, — сквозь хохот все же говорит он. — Рано или поздно кто-то должен был так ответить.       — Может, Стэнли тоже имел в виду «не в этом смысле», — лукаво наклоняет голову Ксено и переводит взгляд на Рюсуя. — Он мой во всех возможных смыслах.       — Да я же не претендую! — возмущенно открещивается Рюсуй, после чего смеяться начинают уже все присутствующие, включая его самого. Кроме разве что Суйки, которая недоуменно крутит головой, пытаясь понять, почему не понимает шутку. Ей обещают рассказать, когда она станет старше.       

***

      Франсуа привычно вставать раньше всех, чтобы заняться приготовлением завтрака. Заодно она сменяла тех, кому выпадала очередь быть ночью в карауле, позволяя им поспать хотя бы пару часов.       Однако в этот раз что-то пошло не так в этом устоявшемся порядке. Когда она приходит на поляну, первое что она видит — это мирно дремлющие на травке Карл с Максом. Порыв разбудить их и отправить досыпать в своих кроватях — сон на голой земле может плохо сказаться на здоровье — прерывается следующим, что попадает в ее поле зрения.       Видеть доктора Ксено необычным не было. Тот жил по одному ему понятному режиму и вставал всегда по-разному, то поднимаясь самым последним, то даже раньше Франсуа. Быть может, в такие дни он не ложился вовсе. А вот Стэнли Снайдера Франсуа увидеть никак не ожидала. Но факт оставался фактом. Непонятно откуда здесь взявшийся, сейчас он сидит рядом с доктором Ксено.       Франсуа умеет сохранять невозмутимый вид. Ей удается это даже сейчас, когда мысли панически носятся в разные стороны, едва-едва позволяя сосредоточиться на главном. Что ей делать? Попытаться позвать остальных? А если их убьют, едва они покажутся? Ну, Франсуа же пока жива. Но Франсуа пока и не представляет угрозы. А вот кто-то вроде Цукасы... Постойте. Не представляет угрозы? Как собственно и сам Стэнли. Он ведь ничего сейчас не делает. Он просто здесь находится, причем, судя по всему, довольно давно. А значит, по всем правилам, он сейчас — гость. Франсуа знает, что должна делать, не будь она дворецкий семьи Нанами.       Прежде всего она отводит взгляд, прерывая затянувшиеся на несколько минут гляделки. Со вторым в очередности определиться сложнее, но она все же делает выбор. Забота о здоровье приоритетнее прочего. На всякий случай двигаясь немного медленней, чем обычно, Франсуа подходит к спящим Карлу и Максу, аккуратно их будит. Они поспешно ретируются в свою палатку, подгоняемые стыдом от проваленного караула, ничего вокруг себя не замечая. И это к лучшему.       И наконец, последнее. Франсуа подходит ближе.       — Позвольте представиться, меня зовут Франсуа, я дворецкий семьи Нанами, — она отвешивает классический церемониальный поклон. — Я приглашаю Вас присоединиться к нам за завтраком. Только прежде, разрешите узнать, не имеется ли у Вас пищевых аллергий, чтобы я могла учесть это при составлении меню. — Заученный текст дается легко и привычно. Только закончив, она вспоминает о том, что понятия не имеет, понимает ли Стэнли вообще японский.       Прежде, чем Франсуа успевает решиться повторить все то же самое на английском — это было бы неслыханным позором, если бы доктору Ксено пришлось переводить вместо нее — Стэнли усмехается и все же отвечает:       — Нет, никаких.       Франсуа кивает и удаляется готовить. Однако прежде, чем она успевает даже достать все необходимые ингредиенты, Стэнли появляется рядом. Франсуа с трудом удается удержаться, чтобы не дернуться от неожиданности. Она абсолютно не заметила, как он встал и подошел к ней.       — Может, тебе помочь?       Совсем не тот вопрос, которого она ожидала. И по всем правилам этикета она должна отказаться. Не следует дворецкому заставлять гостей самостоятельно готовить себе трапезу. Однако.       — Если Вас это не затруднит, — соглашается Франсуа.       Если она неправильно оценила ситуацию, и все дойдет до боя... Быть может, с кухонным ножом в руках он будет менее опасен, чем с пулеметом.       

***

      Суйка часто встает лишь немного позже Франсуа. Обычно, она идет помогать ей готовить, или изучать окружающую местность, или собирать съедобные растения поблизости. Словом, Суйка старается быть полезной.       Но в этот раз, когда она приходит к Франсуа, у той уже есть помощник. Причем... Ой-ой.       Сначала, она хочет закричать, что есть мочи, чтобы предупредить Сенку и остальных, что их страшный преследователь уже здесь. Но потом она замечает его оружие, лежащее на земле довольно далеко от самого Стэнли. Вот если бы ей удалось его украсть… Тогда уже можно было бы звать остальных.       Она аккуратно крадется, стараясь быть незаметной, как никогда в жизни. И ей уже удается дотронуться, как вдруг…       — Лучше не трогай, это все-таки не игрушка, — раздается голос доктора Ксено.       Вот ужас! Она так увлеклась, что забыла, что он совсем рядом сидит.       — Да кто бы говорил, — неожиданно отзывается Стэнли, все еще почему-то помогающий Франсуа с готовкой, и они с Ксено вместе посмеиваются.       Суйка замирает, не зная, что делать дальше.       — Рассказать, как он устроен? — спрашивает доктор Ксено, указывая на ствол, который она так и продолжает сжимать в руках.       Суйка с энтузиазмом кивает. Не думая о том, поможет ее действие остальным или нет. Ей просто очень интересно, как это научное оружие устроено.       

***

      Ген просыпается под звуки смеха. Как менталист, он не может этому не радоваться. Ребята сохраняют позитивный настрой даже в сложившихся обстоятельствах. Ну не замечательно ли? Хотя как человек, не чуждый лени, он бы предпочел поспать еще полчасика.       Он выходит, надев на лицо привычную улыбчивую маску.       — А над чем это вы тут смеетесь? — на ходу интересуется он, как обычно растягивая гласные. — Может быть, и мне расскажете… — последнее слово смазывается, потому что Ген таки окидывает взглядом происходящее и срывается на нечто среднее между скрипом ржавой двери и криком умирающей чайки. Под аккомпанемент этого звука разворачивается по дуге и, не останавливаясь, уходит обратно. За его спиной отчетливо слышится новый взрыв смеха.       Ну, по крайней мере им там весело, а значит пока никаких проблем нет. Следовательно, и помощь менталиста там тоже не нужна. Так что Ген пока побудет где-нибудь в другом месте. Надо было остаться в постели, как изначально и хотелось.       

***

      — Она никого случайно не застрелит? — спрашивает подошедший Хёга, задумчиво смотря на пулемет в руках Суйки.       — Нет, он без магазина, — отвечает Стэнли, бросая взгляд из-за плеча.       — Ладно, — пожимает плечами Хёга. И только теперь замечает того, кто это сказал. Наскоро прикидывает расстояние от себя до доктора Ксено, время, которое потребуется, чтобы достать пистолет из кобуры и копье из-за спины. И справедливо оценивает свои шансы как нулевые. — Ладно, — повторяет он, разводя руками.       В конце концов, остальных вон все устраивает, так с чего ему тут добровольно крайним становиться.

***

      Кохаку не думает, Кохаку действует. А точнее, Кохаку атакует сразу, как замечает врага.       Достается от нее правда Хёге, который предусмотрительно поймал ее за шиворот, как только заметил движение. Вот не успевшая остановиться Кохаку и заехала ему коленкой по носу.       

***

      Следом возвращается Ген, таща под руку Цукасу. Просто на всякий случай.       У того правда уходит некоторое время, чтобы понять, чем на самом деле вызвана паника. Потому что попадает он в разгар того, что с первого взгляда кажется дракой Кохаку с Хёгой. Стэнли он замечает уже после того, так разнимает этих двоих. Они смотрят друг на друга в течении пары мгновений, кивают и возвращаются каждый к своим делам.       

***

      Остальные, кроме Луны, подтягиваются одновременно. И на присутствие Стэнли первым реагирует, ко всеобщему удивлению, Сенку:       — Как, мать твою, ты сюда попал?!       — Пешком, — констатирует очевидное Стэнли. Правда, судя по тому, с каким шоком на лицах на него теперь смотрит буквально каждый, кроме Ксено, ни разу не очевидное. — А что, есть еще варианты?       — Да, то и оно, что вариантов нет. По крайней мере, мы были в этом уверены, — Сенку садится, подпирая подбородок рукой и качает головой. — Представить, что кто-то решится переть через джунгли на своих двоих, да еще и в одиночку… Да даже если бы мы знали наперед, все равно ничего бы с этим сделать не смогли. — Он разводит руками. — Ты, конечно, чертов читер, но это честная победа, браво.       — Вы просто сильно недооценили мою подготовку, — ухмыляется Стэнли, садясь рядом с Ксено. — Пока на каждом втором дереве не сидит террорист с автоматом — это вполне благоприятные условия.       — И почему мы вообще решили, что у нас есть хоть какие-то шансы? — озвучивает посетивший почти каждого вопрос Укё.       — Но мы ведь ехали на мотоциклах! — не хочет сдаваться Хром. — Это ведь намного быстрее, чем пешком.       Стэнли бросает на него снисходительный взгляд:       — К мотоциклам претензий никаких, они быстрые. А вот вы — нет. Половина из вас ни черта не умеет на них ездить. Это раз. А два — вы делали слишком долгие привалы.       — Нормальные привалы, — защищается Челси.       — Для похода — да, но не для марш-броска, — это парировать оказывается нечем. Спрашивать, а на сколько останавливался сам Стэнли, никто не решается.       — Ладно, допустим ты мог нас догнать, но откуда знал, куда идти? — недоумевает Тайджу. — Мы ведь заметали следы.       На это вопрос Стэнли ответить не успевает, потому что его опережает Сенку:       — Да мы это скорее для собственного спокойствия делали, чем для фактической пользы. А вообще, если ты видишь следы от колес, съезжающих в реку, то не трудно догадаться, что дальше по течению они будут из нее выезжать.       — А, ну да, — соглашается Тайджу.       — Ну, и кроме этого, Стэнли было известно наше конечное место назначения, — с улыбкой добавляет Ксено.       Первым понимает, конечно, Хёга:       — Я так и знал, — говорит он, и поясняет в ответ на устремленные на него недоумевающие взгляды. — Не просто так он хотел оказаться сзади мотоцикла.       После этого на поляне на некоторое время повисает тишина. Осознавать то, насколько превосходящим на самом деле оказался противник, было обидно.       Первым молчание прерывает Сенку.       — Итак, вы победили, — говорит он, смотря Ксено в глаза. — Что дальше?       Расслабленная секунду назад атмосфера моментально накаляется. А ведь и правда. Они, конечно, решили, что Стэнли не станет нападать на них, потому что у него уже была такая возможность и он ей не воспользовался. Но план мог включать в себя и убийство одного лишь Сенку. Именно сейчас, когда моральный дух их команды максимально подавлен.       — Одолжите Стэнли радио, чтобы связаться с его командой. Пусть возвращаются кукурузу сажать, здесь они нам не понадобятся. Ах, да, насчет всего этого противостояния, — говорит Ксено, будто и не замечая повисшего вокруг напряжения. — Дело в том, что я передумал.       Что?       Нет, не так.       ЧТО?       — В смысле, передумал? — осторожно уточняет Сенку. Не в его стиле слепо верить в лучшее, но он уже чувствует, как в груди начинает теплиться надежда. И не у него одного.       — Ну, все эти диктаторские обязанности занимали бы кучу времени. А я все же в первую очередь ученый, и не хочу тратить его на эту ерунду. Так что план захвата мира остается в прошлом, — Ксено едва удается договорить, потому что его последние слова тонут в шуме аплодисментов и радостных криков. Кто-то даже тянется его обнять, но Стэнли ловко этому препятствует. — Продолжаем ехать дальше. Но Сенку, — говорит он, когда волна всеобщего ликования стихает, — при одном условии.       Сенку видит, как подбирается Ген, готовый вступить на привычное ему поле переговоров. А еще он видит, как Ксено незаметно переплетает пальцы со Стэнли.       — При каком? — спрашивает он, жестом прося Гена не вмешиваться.       — В мире, который мы построим, — начинает Ксено, делая паузу на долю секунды, сильнее сжимая руку Стэнли, — наука должна быть свободной.       Сенку не может не расплыться в своей привычной усмешке. Подумать только, все было так просто.       — Это и так само собой разумеющееся, Ксено.       

***

      — Слышь, болтолог, не доработал ты. Раз он сам по себе смог передумать, то уж явно и у тебя был шанс переубедить его раньше.       — Ой, иди к черту, Сенку. Сам бы попробовал под дулами автоматов кого-то в чем-то поубеждать.       Посмотрел бы я, что у тебя получилось бы.

***

      Луна выходит к завтраку последней, когда остальные уже приступили к еде. Берет тарелку у Франсуа, и чуть не опрокидывает ее на себя, столкнувшись взглядом со Стэнли. Ладно, что его тут быть не должно, но почему он смотрит на нее как на распоследнюю идиотку?       — Я должен это как-то комментировать? — тот обращается к Ксено, но Луна не может не ощущать, что это критика в ее адрес. Она только не понимает, почему.       — Ну, если ты хочешь, — отвечает Ксено, не поднимая головы от каких-то бумажек, в которых он увлеченно что-то чертит с Сенку на пару.       А вот Сенку ненадолго отвлекается, переводя взгляд сначала на Луну, а потом на Стэнли:       — А что с ней не так?       — Ну понятно, — едва слышно бормочет тот, а после обращается уже к ней. — Луна, скажи, пожалуйста, почему я попросил тебя надеть это платье?       Ну это легко. И не надо на нее так смотреть, она не настолько глупая, чтобы за месяц забыть ответ.       — Потому что полоски ровно по пять дюймов. Чтобы тебе было легче оценивать дистанцию для стрельбы, — бодро рапортует она.       Почему теперь все смотрят на нее тем же взглядом, что и Стэнли?       — Нет, можешь, не комментировать, мы поняли, — выражает, кажется, общее мнение Сенку и возвращается к своим бумажкам.       Хёга бьется лбом о ближайший ствол дерева. Большинство просто качают головами.       Да что это за реакция такая вообще, Луна же ничего не сделала.       Постойте ка…       Вот именно, что не сделала. Не сняла это дурацкое платье.       Упс.