Не о зайцах

      Минхо всегда нравились интересные, умные, заботливые парни, но по иронии судьбы влюбиться получилось в идиота. Он просто указал пальцем на придурка с последней парты и сказал:       — Вот его хочу.       По объективному мнению Минхо, Джисон был довольно симпатичным, просто не мог себя грамотно подать. Он качался, его тело было рельефным, а улыбка — очаровательной. Более того, Джисон обладал талантами. Играл на гитаре и даже писал музыку. Они с Чанбином часто выступали на мероприятиях в университете и много репетировали в актовом зале, когда не пропадали на спортивных секциях.       Красивый, подтянутый и не обделённый мозгами парень. Минхо положил на него глаз ещё на первом курсе, а на втором признался по секрету Феликсу.       Феликс, кстати, не оценил. Джисона вообще никто не оценил с их потока, и Минхо понимал почему. Он часто говорил глупости и не к месту шутил. Его воспринимали шутом и прощали только за стабильные первые места на областных соревнованиях по волейболу.       Преподаватели говорили, что ему стоило поступать на физфак или в театральный, но точно не на экономический, а по нему было видно, что учится он только ради корочки для родителей, поэтому часто пропускает из-за подработок или потому что проспал. Минхо слышал их разговоры с Чанбином у подоконников.       Минхо сам талантами не обладал, но был спокойным и немного везучим. Сначала выиграл в генетическую лотерею и часто выходил сухим из воды, пряча скверный характер за красивым лицом. Периодически получал поблажки, маскируя отсутствие навыков природной харизмой, и в конце концов брал верх трудолюбием, прикрывая бесталанность усердием.       Минхо никогда не был в центре, но вниманием пользовался. Он располагал к себе людей нежной кошачьей улыбкой и вызывал доверие, когда говорил высоким, ласковым голосом. С ним здоровались классные ребята с курсов постарше и звали его на вечеринки.       Минхо приятно, но он никуда не ходил. Ему было не интересно, как бы он ни пытался это проявить. Со стороны казалось, что парни вроде него не ведутся на придурков типа Джисона, только правда крылась в том, что, если откинуть притворство, Минхо бы смеялся над тупыми шутками Джисона во весь голос.       Минхо не знал, как осторожно подкатить к нему. Они почти не пересекались — даже взглядами — и не имели общих тем. Они были словно с разных планет, и Минхо очень хотелось почувствовать себя маленьким принцем. Поэтому он решил действовать напрямую. В любом случае, он даже не знал, нравятся ли Джисону парни, да и спросить было не у кого. Подойти к Чанбину, чтобы выведать что-то про его друга, было равно почувствовать себя малолеткой, бегающей хвостом за красавчиком школы.       Минхо даже не был против войти в этот образ, если Джисону по душе ролевые игры. Он бы надел на себя белую блузку с клетчатой юбкой и натянул бы на бёдра чулки. Опять же, если бы это было интересно. Но потом. Когда окажется, что Джисону нравятся парни и юбки. А первое впечатление о себе хотелось оставить красивое.       Минхо подсел к нему за пять минут до пары, пока не пришёл Чанбин, чтобы занять своё законное место, и мягко улыбнулся.       — Привет?       Джисон оглянулся по сторонам, чтобы убедиться, что обращаются к нему, и приподнял брови. Он отложил телефон, в который залипал последние два часа, и посмотрел на Минхо.       — Что?       — Ты любишь фильмы? — спросил Минхо, закинув ногу на ногу, и облокотился о парту.       — Ч-чего? — глаза Джисона забавно расширились.       — Хочу позвать тебя в кино. Что думаешь об этом?       — Это... неожиданно?       — Согласен, кинотеатр для первого свидания так себе. Что насчёт посмотреть кино у меня дома? — ухмыльнулся Минхо и слегка приблизился, чтобы посмотреть точно в глаза.       — Ты... — Джисон снова оглянулся, — поспорил на меня с кем-то?       — Нет, просто облизываюсь на тебя второй год. Надоело делать это втихаря.       — Ты странный, знаешь?       — Мне кажется, мы в этом с тобой похожи.       — Мне не нужны проблемы, — покачал головой Джисон.       — Не волнуйся, — сказал Минхо и наклонился к его уху, — у меня есть резинки.       Минхо мысленно шлёпнул себя по лбу. Зачем он говорил это всё? Хотел же произвести красивое впечатление, а в итоге выставил себя суперстранным и к тому же легкомысленным.       Джисон внезапно улыбнулся.       — Нет, спасибо, я предпочитаю ходить с распущенными волосами.       Минхо закусил губу, чтобы не засмеяться. Какой же он слабый. Интересно, потому что это Джисон, или просто чувство юмора ужасное?       — Так сильно не нравлюсь? — спросил Минхо, проглотив все эмоции вместе с комом в горле.       — Нравишься. Просто не хочу, чтобы из-за дивана выпрыгнули твои друзья с диким хохотом, когда я сниму штаны. Понимаешь, о чём я? — Джисон наклонился к его уху, как сделал это Минхо чуть раньше, чтобы произнести последнее предложение.       — Можем посмотреть фильм у тебя, — предложил Минхо.       — Ты сейчас серьёзно?       — Ты красивый.       — Ты издеваешься, — проныл Джисон.       — Можно? — спросил Минхо и потянулся к его телефону. Джисон разблокировал для него экран. — Оставлю тебе свой номер. Напиши мне, если надумаешь, хорошо? Например, сегодня вечером.       — Угу, — Джисон неловко кивнул и добавил ещё более робко: — я девственник.       — Значит, будешь стараться, — подмигнул ему Минхо и, вернув телефон, пересел на своё место рядом с Феликсом. Он оглянулся на Джисона, сверкнув коварной улыбкой, и, отвернувшись, шумно проглотил вязкую слюну.       Минхо сжал в дрожащих пальцах ручку и крепко зажмурился, мысленно отругав себя за всё, что наговорил. Он же хотел быть настоящим. Таким же нежно неловким и даже смущённым, как Джисон. Это правда то, что он чувствовал, но снять с лица маску, с которой привык ходить годами, было слишком сложно.       Минхо злился на себя, потому что видел в Джисоне что-то вроде родственной души. С ним хотелось быть нелепым и дурашливым. Где-то робким и осторожным. В конце концов он тоже был девственником, но Джисон, кажется, никогда об этом не узнает, потому что Минхо не сможет сказать.

💔💔💔

      Джисон написал вечером, и Минхо пригласил его к себе, потому что тащить свою задницу в общагу, в которой Джисон делил комнату два на два метра с Чанбином, не горело желание от слова совсем. В его уютной квартире было определённо комфортнее. Немного посомневавшись, Джисон всё-таки приехал. Умилительно, что с цветами, конфетами и бутылкой вина.       Минхо позвал его в гостиную, где уже стоял на паузе фильм, но Джисон отказался завалиться на диван, даже когда Минхо протянул ему целую миску чипсов, которыми собирался хрустеть с ним в унисон под ужастик.       — Извини, я немного тревожный, — сказал Джисон и посмотрел в сторону спальни. — Я могу?.. Ну, — он замялся, а Минхо непонимающе кивнул и пошёл за ним.       Джисон толкнул дверь и, найдя выключатель, осмотрел всю комнату. Он не забыл заглянуть даже в шкаф, пока Минхо стоял, облокотившись о косяк и сложив руки на груди.       — Правда считаешь, что я хочу посмеяться над тобой?       — Это подозрительно, — прошептал Джисон, наверное, осознав, как глупо выглядит.       — Ванную будешь проверять?       — Ну тогда уж и каждый угол в поисках скрытой камеры, чтобы потом не удивляться, откуда у каждого второго студента видео, где ты меня трахаешь.       — Тогда, может, ты меня трахнешь, чтобы такого видео точно не было, м? — усмехнулся Минхо и, щёлкнув выключателем, сделал шаг к Джисону, чтобы оказаться в его объятиях.       Минхо нежно посмотрел ему в глаза и притянул к себе за шею для поцелуя. Так уверенно, как будто знал, что делал, но знал только, что очень хотел сжать в пальцах рельефные мышцы рук Джисона и, скользнув по его груди ладонями вниз, залезть ими под футболку.       Минхо мягко надавил на его плечи, в эту секунду полностью отказавшись от просмотра фильма, который был просто предлогом, и уложил Джисона на кровать, усевшись сверху на его бёдра. Он снял с себя верх и, когда Хан сделал то же самое, снова наклонился для поцелуя.       Минхо долго мучил его губы и сплетал с ним пальцы, едва позволяя себя коснуться. Он нежно смеялся от лёгкой щекотки, когда Джисон водил ладонями по его спине и сжимал в руках тонкую талию.       Минхо не был против, когда такой робкий Джисон внезапно взял инициативу на себя и поменял их местами. Он соблазнительно навис сверху, и цепочка на его шее ударилась о подбородок Минхо.       Джисон приподнялся, чтобы расстегнуть джинсы Минхо и снять их вместе с бельём, а затем наклонился и чмокнул его в коленку. Он посмотрел ему в глаза и скромно закусил губу.       — Я не совсем уверен, что с тобой делать.       — О, — Минхо шумно выдохнул, и в этот момент маска абсолютного спокойствия на его лице начала трескаться. — Ты, знаешь, можешь делать просто что-нибудь, а я скажу, если будет плохо.       — Не знаешь, что тебе нравится? — удивился Джисон и расстегнул свой ремень, но не стал торопиться с тем, чтобы тоже оказаться полностью раздетым.       — Не совсем уверен, — пожал плечами Минхо и неловко провёл кончиками ногтей по своим обнажённым бёдрам. Его полутвёрдый член слабо дёрнулся, как будто давая понять, что всякие смущающие штуки вполне себе интересны, и Минхо пришлось выиграть войну в своей голове, чтобы не начать неловко прикрываться руками.       — Плохие партнёры?       — Скорее их отсутствие.       — Серьёзно? — эмоция на лице Джисона сверкнула изумлением.       — Я не пытаюсь тебя обманывать, — пообещал Минхо и достал из-под подушки резинки, надеясь, что Джисон не решит завязать ими волосы.       Минхо показалось, что в его комнате стало пасмурно. По крайней мере густой туман заполнял его голову, а дымка продолжала стелить перед глазами.       Джисон касался, и по-разному. Он целовал в шею и в плечи. Его губы ощущались на внезапно чувствительных сосках и на поджатом животе. А руки приятно сжимались на бёдрах, то поглаживая нежную кожу раскрытыми ладонями, то стискивая на сгибе ягодиц.       Минхо не волновался, если Джисон внезапно будет грубым или резким. Он подготовился перед его приходом и провёл в душе дольше часа, растягивая себя пальцами. Он был готов, если Джисон просто его трахнет.       Минхо понимал, что Джисон немного наивен и даже глуповат. Он не рассчитывал на какую-то заботу или осторожность с его стороны. Да и внутренне хотел чего-то страстного, он морально на это решился.       Джисон был похож на кого-то, кто руководствуется «инстинктами» и компенсирует отсутствие опыта количеством просмотренного порно. Только Минхо мало о нём знал, а Джисон не умел читать мысли и рушил стереотипы в его голове. Он был нежным и выцеловывал бёдра. Его губы без сомнений скользили по твёрдому члену, а влажные от смазки пальцы осторожно проникали внутрь, растягивая подготовленную дырочку.       Минхо задохнулся словами, когда бессовестный язык спустился ниже и широко скользнул между ягодиц, нарочно задев кончиком колечко мышц. Ему хотелось сбежать от этого стыдного ощущения, но Джисон крепко держал за бёдра и вылизывал нежную дырочку, которая мило пульсировала под языком.       Минхо не подозревал, насколько он чувствительный, пока не кончил без рук, а потом и ещё раз, когда Джисон заменил губы на член.       Теперь Минхо переживал, что Джисон всё это снимает на камеру. Быть таким податливым и разбитым под кем-то он не готов был даже в самых смелых мечтах.       Минхо прятал лицо в ладонях, лёжа на спине, пока Джисон вытрахивал из него душу, и душил стоны подушкой, опираясь на колени, выпячивая задницу.       Минхо не чувствовал себя таким выебанным даже после сессии, шумно дыша в плечо Джисона. В его голове не было мыслей, зато в теле была приятная усталость. Он облегчённо вздохнул и прикрыл глаза.       Джисон лежал рядом, прижимаясь со спины, и тихо сопел ему в шею, убаюкивая, а Минхо было всё равно на всё ещё стоящий на паузе фильм и на умирающие цветы, которые так и не поставил в вазу.

💔💔💔

      Минхо казалось, что секс — это первый шаг к отношениям, но, наверное, пересмотрел сопливых дорам. Утром он тактично спросил:       — Хочешь увидеться ещё?       — Ага, — хмыкнул Джисон, спешно одеваясь. — Напиши, как снова захочешь меня видеть.       Минхо кивнул и понял это в отношении всего произошедшего как: написать, чтобы снова позвать к себе «посмотреть фильм». Было прозрачно.       Минхо следующие несколько дней робко поглядывал на Джисона, надеясь рассмотреть в его взгляде что-то вроде: «позвони мне, чтобы просто увидеться, погулять и пообщаться, или посидеть в кафе и помолчать». Но Джисон так не смотрел. Он вообще не смотрел на Минхо. Он смотрел на Чанбина. С ним шутил и громко смеялся.       Минхо чувствовал себя идиотом, но через неделю всё равно написал ему. Ночь была классной, но теперь с толикой грусти, не покидающей ни на секунду. Всё хотелось спросить, чувствует ли Джисон к нему хоть что-то, но смелости не хватило.       Минхо позвал его к себе снова и чуть попозже. А потом Джисон вдруг поцеловал его в универе. Да, в пустой раздевалке спортзала, но Минхо всё равно почувствовал, что это маленький шажок к тому, что они не просто любовники. По крайней мере, они не переспали. Просто целовались всю пару, а затем с покрасневшими губами оправдывались перед преподавателем, что у обоих внезапно заболел живот.       Джисон не целовал его при всех и между парами, но иногда зажимал по тёмным углам. Где-то под лестницей или в подсобках, когда рукоятки швабр упирались в спину.       Минхо считал это романтичным, даже когда Джисон, смелея, затаскивал его в пустую аудиторию, чтобы взять, прижав лицом к доске или закинув его ногу на подоконник.       Они не обсуждали это, но Минхо вместо слов улыбался ему в губы, а Джисон прятал застенчивые смешки в его шее. Это было доверчиво и интимно, хотя и не очень похоже на большие чувства.       Минхо понимал, что всё более честно вёл себя с Джисоном. Смущался и не пытался скрывать свои краснеющие уши. Признавался в каких-то вещах, которые ему приятны, вроде поцелуев в коленки, и спрашивал у Джисона, правда ли ему нравится, когда Минхо сверху или на коленях. Это не очень удобно, но он бы всё равно хотел знать, чтобы делать приятные ему вещи тоже.       Минхо чувствовал себя уязвимо и снова решил сделать шаг ближе. Просто оказалось, что, даже прижимаясь голыми телами друг другу, можно всё ещё чувствовать расстояние.       В очередной раз спрятавшись в раздевалке от посторонних глаз на перерыве, Минхо прижимал Джисона к себе за шею и протирал спиной шершавую стену. Ему не хотелось отрываться от уже давно полюбившихся губ, но, когда пришло время идти на пару и Джисон сам отстранился, Минхо смог мяукнуть неразборчивое:       — Я...       — М? — Джисон услышал и посмотрел на него, как будто это было очень важно.       — Просто, знаешь, — Минхо поджал губы, подбирая слова, — чтобы прояснить. А мы типа встречаемся?       — А? Ну...       Минхо заметил его поплывший взгляд и решил сказать на опережение:       — Ничего страшного, если нет или ты не хочешь.       — Нет, вроде хочу.       — О, понятно, — неловко закивал Минхо.       — Я ни с кем, кроме тебя, не целуюсь, — пообещал вдруг Джисон. — И не сплю, — добавил спешно.       — Ну, я... тоже, — чуть сухо произнёс Минхо.       — Тогда... встречаемся, получается.              — Да, я тоже подумал, что...       — Ну, ты же сам хочешь? — уточнил Джисон.       — Хочу, — тише подтвердил Минхо и снова несколько раз кивнул. — А ты?       — Тоже, да.       — Хорошо тогда, — напряжённо улыбнулся Минхо, и Джисон, немного помедлив, неаккуратно чмокнул его в губы.       — Да, хорошо.       — М.       — У нас... ну, пара вроде.       — Да, — Минхо опустил взгляд и оторвался от стены, чтобы пойти к выходу.

💔💔💔

      Минхо снова чувствовал себя странно. Ещё все эти бесконечные вопросы Феликса, выпинывающие ногами из зоны комфорта. Про свидания, жесты, переписки. Минхо просто нечего было сказать. Они почти не переписывались и даже не разговаривали. Что уж говорить про какие-нибудь прогулки и знаки внимания. Конечно, ничего не было.       Минхо абсолютно точно был влюблён и не хотел признавать, что Джисон с ним просто спит. Он придумал себе, что у них просто такие отношения странные, и верил в них. Всё странное — это прикольно. Ему казалось. Но розовые очки всё-таки бились стёклами вовнутрь.       Феликс давил, и все попытки Минхо убедить хотя бы самого себя, что он так и хотел, больно разбивались о бетонный пол. Потому что он не так хотел, не так себе всё представлял.       Минхо думал, они будут с Джисоном как два отбитых друга с локальными шуточками, а секс станет просто приятным бонусом и без того классной дружбе. Только Джисон с ним не шутил. Он шутил с Чанбином, с любым из одногруппников, но не с ним.       Джисон был горячим и страстным. Минхо соврал бы, если сказал, что ему не нравилось спать с Джисоном, но в плане коммуникации он ощущался камнем. Спустя несколько месяцев их недоотношений, когда они уже вылизали тела друг друга до последнего сантиметра, но так и не коснулись души, Минхо понял, что сдаётся.       Минхо чувствовал себя проходным этапом. Кем-то, кто не знал себе цены и занижал её слишком сильно. А Джисон, как поумнее, просто пользовался этим.       Ноль осуждения, Минхо сам идиот. Вместо попытки сдружиться, предложил себя, как просто тело, готовое на всё. Он даже не мог злиться на Джисона, потому что это было нечестно.       Джисон не давал надежд и не врал. Минхо сам себе всё придумал. И это было только его проблемой теперь.

💔💔💔

      Минхо пролежал на кровати все выходные, которые обычно проводил с Джисоном, и проигнорировал все звонки. Даже Феликсу не ответил.       Ему было грустно и одиноко, но ни голос Феликса, ни присутствие Джисона ему бы не помогло. Он лежал под тёплым пледом, укрывшись с головой, и много думал. Ничего хорошего на ум не шло, но успокаивающие мысли были.       Минхо, как минимум, ничего не потерял, пока пытался играть с Джисоном в отношения. Он просто заменял им скучные вечера за просмотром фильма и маленькие паузы жизни. Вместо условных двадцати минут в телефоне между парами целовался с Джисоном под лестницей или на пустой курилке во время окна.       Минхо нравилось, и он бы, наверное, даже хотел продолжить, но чувствовал, как тонул в неразделённых чувствах. Пока Джисону было с ним удобно, у Минхо в животе умирали болезненной смертью бабочки. Страх того, что они больше никогда не оживут, брал верх.       Минхо не хотелось оставить всего себя в бессмысленных отношениях с Джисоном. Не хотелось потерять себя там, где его никто не искал.       Минхо набрал его ближе к вечеру воскресенья и попросил встретиться где-нибудь в парке. Не предложил, а попросил, и ждал вопросов зачем да почему, но Джисон просто согласился.       Минхо пришёл раньше и пытался собраться с мыслями, сидя на лавке у фонтана. Он мог бы просто написать, что между ними всё кончено, но ему было так важно сказать об этом лично, потому что он просто не хотел, чтобы его когда-нибудь так же бросили по смс.       Минхо подбирал в голове слова, не замечая лёт времени, когда Джисон оказался рядом.       — Привет? — он улыбнулся и протянул Минхо киндер, усевшись рядом.       — Спасибо? А почему вдруг?       — Не знаю, просто.       — М, знаешь, наверное, — Минхо не успел договорить «не надо».       — Хочешь прогуляться? Кажется, ты замёрз.       — Нет, я... поговорить хотел. Это важнее.       — Хорошо, — кивнул Джисон, — надеюсь, не о зайцах.       — Ч-чего? — Минхо уставился на него супернепонимающим взглядом.       — Ну, зайцы тут не водятся, будет странно, если ты решишь о них поговорить, — произнёс Джисон и опустил задумчивый взгляд.       Минхо закусил губу, чтобы не рассмеяться. Чёрт возьми, почему он решил так вести себя именно сейчас, когда Минхо хочет вычеркнуть его из своей жизни?!       — Издеваешься?       — Пытаюсь разрядить обстановку, — вздохнул Джисон. — Ты кажешься напряжённым.       — Я расстаться с тобой хочу, — произнёс Минхо, решив для себя, что рвать отношения надо быстро, чтобы больно было резко и чуть-чуть, а не мучительно и долго.       — О, а я билеты, дурак, купил, — Джисон достал их из кармана. — Подумал, ты хочешь провести со мной время. Я идиот, да? — он грустно усмехнулся. — Извини, я туго соображаю.       — Почему сейчас? — отчаянно прохрипел Минхо.       — Что?       — В кино. Почему не в прошлом месяце или хотя бы не неделю назад? Почему сейчас?       — Потому что ты первый раз позвал меня не к себе.       — И что?       — Ну, ты же подходил ко мне с предложением переспать. Я хотел тебя позвать куда-нибудь раньше, но не хотел навязываться. Негласные договорённости и всё такое.       — Я буквально предложил тебе встречаться...       — Оу, — Джисон, крепко поджав губы, кажется, в эту секунду осознал что-то важное. — Так это был намёк?..       — Намёк? Ты шутишь?       — Я думал, ты просто ревнивый и не хотел, чтобы я флиртовал ещё с кем-то.       — Это, кстати, тоже, — фыркнул Минхо.       — Я тупой, но верный, — пообещал Джисон и посмотрел ему в глаза. — Я ни с кем не флиртовал.       — Я верю.       — Можно мне ещё один шанс перед тем, как ты расстанешься со мной? Хотя бы в кино сходим, м? — он помахал билетами перед лицом Минхо и нежно улыбнулся.       Минхо молча кивнул на его вопрос, но сказал о другом:       — Я думал, я тебе совсем не интересен.       — Это неправда. Ты нравишься, и я хочу тебя узнать, просто я не знаю, как себя с тобой вести. Когда ты подошёл ко мне в первый раз, я подумал, что ты просто хочешь переспать со мной.       — Мне хотелось заинтересовать тебя, — негромко произнёс Минхо и, схватившись руками за лавочку, прижал плечи к голове. — Я просто тоже не знаю, что мне нужно сделать, чтобы тебе было со мной комфортно.       — Я написал несколько песен с тех пор, как мы впервые поцеловались. Я думал о тебе, когда писал их. Хочешь послушать? — неловко улыбнулся Джисон.       — Очень.       — Только пойдём сначала прогреемся? — Джисон снова покрутил билеты между замёрзшими пальцами и взял Минхо за руку, забив на посторонние взгляды незнакомых людей.

💔💔💔

      Сначала Минхо удивляется тому, что Джисон заботливый, а потом умирает от количества внимания. Джисон, понимая, что ему можно и что вообще-то от него этого ждут, не скупится. Зовёт его в кино, в кафе, на выставку. Только в парк не зовёт, потому что холодно. Надевает на Минхо парный браслет и каждый раз, когда приходит, приносит с собой что-то вкусное. Или, как в последний раз, махровые носки. Минхо, впрочем, сам выпросил, когда жаловался на холодные батареи в плюс четыре, но он-то рассчитывал, что Джисон просто пожалеет и погладит по голове, а не согреет его замёрзшие пяточки в руках и подарит несколько пар тёплых носков, чтобы не замерзал, когда Джисона рядом нет.       Феликс впервые отзывается о нём положительно, когда Минхо наконец светится от счастья, а не выглядит понурым после ночей с ним, и спрашивает:       — Ты продал душу дьяволу, чтобы он стал таким хорошим?       Минхо даже не фыркает. Рассказывает, как всё глупо вышло, и хвастается красивым браслетом на руке. Он знакомит Джисона с Феликсом и даже предлагает как-нибудь вместе весело провести время у него дома, не забыв позвать Чанбина, который тоже устал от вечных переживаний Джисона и хочет расслабиться.       Джисон перестаёт тревожиться и наконец-то чувствует себя свободно. Пока Минхо смеётся над его шутками, он очень уверен в себе.       Минхо не всегда эмоциональный, но, когда Джисон шутит пусть даже слишком ужасно, он прижимается к его плечу и мягко улыбается, не испытывая ни капли неловкости за его дурной юмор. Это родное и комфортное. Ему вообще плевать, что кому-то не нравится.       Джисон пишет ему стихи, развлекает песнями под гитару и много обнимает. Где-нибудь в раздевалке, стены которой видели больше, чем Минхо на порнхабе, они теперь чаще обнимаются и болтают о планах на выходные.       Минхо иногда кажется, что Джисон устаёт от его вечного нытья, поэтому, когда в очередной раз утаскивает его от посторонних глаз, пытается снять с себя штаны или встать на колени, Джисон прижимает его к себе и спрашивает, как он себя чувствует или что там в отношениях у Феликса с его новым парнем.       Если нечего обсудить или не хочется говорить, поцелуи, конечно, всегда кстати, но обычно поговорить есть о чём. И это самое потрясающее. Облизать все сплетни, порассуждать обо всём на свете и, когда ничего не осталось, залезть друг другу в трусы. Впрочем, иногда Минхо совмещает сразу всё. Сидеть голым на бёдрах Джисона и выписывать тазом восьмёрку, болтая о насущном, — самое милое дело.       Минхо даже не кажется, что он делает что-то не то, потому что Джисон никогда его не затыкает и слушает до конца. Иногда вкидывает свои глупые шутки, иногда доводит ими до истеричного смеха во время секса.       Страсти становится чуть меньше, но Минхо ни о чём не жалеет. Ему так сильно нравится, как будто сбывается мечта. И она правда сбывается.       Джисон с ним вкусно шутит, Джисон его охуенно трахает и всегда заботится. Кажется, это было в самых искренних грёзах.       Минхо иногда жалеет, что когда-то сказал ему про расставание и правда был готов на это, он извиняется, предаваясь воспоминаниям, но Джисон клянётся, что это заслуженно, и благодарно целует в щёки за данный второй шанс.       Минхо всегда нравились интересные, смешные, заботливые парни, а ещё он довольно везучий, поэтому, однажды указав пальцем на последний ряд и сказав:       — Вот его хочу.       Выиграл в самую большую лотерею своей жизни. Больше, правда, билетики не покупает, а свой, счастливый, хранит у сердца. Там ему самое место.