Тот, кто не должен был вернуться

Шёл дождь. Журналист стоял возле могилы, на которой была выбита надпись: “Джон Эванс”. Линч отчаянно надеялся, что это ошибка, жестокая шутка, нелепый розыгрыш. Да что угодно, лишь бы не правда. –Почему… Почему именно ты? На твоём месте должен был быть я… – За его спиной раздался голос, знакомый до боли. –Линч, пошли уже. Ты ничего не сможешь сделать. Его судьба решена. – Его голос прозвучал холодным. Линч отказывался в это верить. –Нет… Я не оставлю его здесь, одного. –Смирись с этим. Ты ничего не сможешь сделать или изменить. Нужно просто принять это. –Ты не можешь так говорить! А вдруг он ещё жив? Может, нужно просто подождать? Почему ты так говоришь, будто тебе вообще плевать на него было? Винс, ты не можешь… –Парень, не надо говорить, будто Джон ничего не значил для меня. Мне также больно сейчас стоять здесь. Но нужно принять тот факт, что его больше нет с нами. Жизнь не кончается на этом. –Для меня уже всё кончено, – произнёс журналист. Его голос звучал так, будто в нём давно выжгли все чувства, оставив лишь холодный пепел. Дождь становился всё сильнее, размывая пути и тропы. Линч направился к своей машине, но сзади раздался голос, обращённый к нему: –Линч, не думаю, что ты сможешь водить машину сейчас, ещё и в таком состоянии. Давай я тебя подвезу лучше? –Нет, не нужно. –Линч… Я понимаю, что тебе грустно, но нужно заняться своей жизнью. – Его слова повторялись, как заезженная пластинка. Егор до тошноты устал слушать этот бред. Как можно смириться со смертью того человека, что был для него всем? Журналист сел в своё авто, вставил ключ в замок зажигания и повернул его. Капли дождя медленно стекали по лобовому стеклу. Линч ехал медленно, задумываясь, не сон ли это всё. Через время он подъехал к дому. Выключив двигатель машины, он направился к себе в комнату. Без лишних действий он лёг на кровать, чтобы не думать ни о чём. Но, к сожалению, и во сне его потревожили. Тёмная комната, окон и дверей нет, значит и выхода тоже. Линч осмотрелся вокруг и сзади услышал голос. Обернувшись, он увидел те самые очки, лицо, свитер. –Джон? Это… ты? –Линч… из-за тебя я умер. На моём месте должен был быть ты! Ты ещё поплатишься за это, запомни. –Джон? Но… ты же умер! Я стоял там, видел мёртвое тело… –Хах, я так люблю смотреть на это лицо… полное непонимание, а в глазах лишь страх. Скоро ты ещё всё поймёшь. Настала тишина, будто настал судный день. Сон ли это, или смерть пришла к журналисту? Человек, который был похож на Джона или являлся им, пропал. Без всяких других слов. Просто взял и исчез, словно его никогда и не было. Шли минуты, часы, может, даже дни, но ничего не менялось – та самая чёрная комната без выхода. Может, парень уже сошёл с ума? Или этого вовсе не было… –Где я? Выпустите меня! Джон, где ты? –Ждал меня? М-м, а зря. – Явился к нему тот, которого Егор боялся потерять больше всех, но, всё же потерял. –Джон! Это мой сон, ты не настоящий, я знаю. –Ты и вправду так думаешь?.. Тишина. Ответа не было. –Хм, жди меня у себя в гостях, – пробормотал тот с некой улыбкой на лице. –Что? Ты о чём? Джон опять испаряется, не ответив на вопрос. Линч чувствует, как его тело всё болит. Долго ли он находится уже тут? Может, это вовсе иллюзия? Егор, который в полном недоумении, чувствует что-то – и вдруг он просыпается на своей кровати, будто и всегда там был. Но он же помнит ту самую чёрную комнату. Он точно был в той комнате. –Это был сон? Или всё же нет… Кажется, я начинаю сходить с ума. В то время за окном выходит солнце, освещая его комнату и слепя его в глаза. Тот прищуривает глаза и слышит глухой стук в свою дверь. Он сразу идёт проверять, кто решил прийти к нему. Открыв дверь, он замечает, что никого нет, даже смотрит по сторонам – но всё равно никого нет. –И кто решил пошутить так? Эй, ты, выходи! – сказал он, проверяя, нет ли никого во дворе. Похоже, шутник успел сбежать. По крайней мере, Линч так думал. Незадолго он вернулся в свою комнату, лениво упав на кровать. Вдруг раздался громкий грохот, будто разбилось что-то. –Эй, кто здесь? – Ответ не раздался. –Ну конечно… Вломился кто-то, решил ограбить и сейчас ответит… На что я надеялся. –Может, сквозняк? Или мне показалось… Стоит проверить, вдруг и вправду грабители. Правда, уже плевать на них. Нужно взять что-то для самообороны… Думаю, этот стакан подойдёт. После того как он решил взять что-то для “самообороны”, журналист направился на кухню. Кажись, звук был оттуда. –Эй, не смешно. Выходи, приятель, у меня в руках… оружие. –Линч? –прозвучал голос, который донёсся из комнаты. –Знакомый голос… Кто здесь? Неожиданно к нему выходит тот самый писатель. Он был весь грязный, а одежда – порванная местами. Линч остановился, смотря в глаза Джону. –Ну нет, ты галлюцинация. Не нужно меня пугать или давать надежду. –Линч, ты о чём? –Не прикидывайся, – ответил холодно журналист, который всё же продолжал стоять в недоумении. –О чём ты… Я проснулся на кладбище, на холодной земле. Я еле-еле смог поймать машину, и меня подкинули сюда. –Подожди… Где твои клыки? – спросил журналист, будто начал верить ему. –Я… я не знаю. Выпали, походу. –Джон… это и вправду ты? –Перед тобой сейчас стою я, а не кто-то другой. Значит, я. Линч бросил “оружие” на пол, к удивлению стакан не разбился. Линч сразу бросился обнимать Джона. Он так в него вцепился, будто последний раз обнимает и видит его. –Эй-эй, Линч, ты чего? –Приятель, неужели ты жив? Я думал уже всё… Я думал, мы потеряли тебя. –Линч, всё хорошо. Я перед тобой, и значит жив. Отпусти меня, тело всё болит. –Джон, я так рад, что ты жив. –Я тоже, Линч. Я тоже рад. Линч так и не опускал его, боясь, что это сон или опять галлюцинации. Но, видимо, не сегодня. Джон действительно жив. –Я кушать хочу. Очень. Будто не ел целую вечность. Линч услышал его и отпустил. В его глазах было видно, насколько его жизнь поменялась. –Сейчас, крылышки заказывать? –Ты ещё и спрашиваешь? –Ну а вдруг… Ещё бы Джон отказался, даже в таком состоянии, когда он чуть не умер. От крылышек он не откажется. –Линч, пожалуй, я пойду умоюсь. Линч кивнул писателю, а сам пошёл на кухню, заказывая крылышки. Прошло время. Журналист и писатель сидели на диване, кушая крылышки один за другим. Всё закончилось. Джон жив, Линч тоже. –Джон, я всё-таки не могу поверить, что это действительно со мной. Я же помню, я стоял на кладбище, на твоей могиле. –Не стоило это говорить. –Прости… –Линч, прости меня тоже. Прости, что не сказал о словах Болтона. Я тогда что-то типу в депрессняк упал. Думал уже всё. –Да ладно. Но мы бы нашли способ всё исправить. Намного раньше, чем сейчас. –Я уже это понял. И жалею, что не рассказал тебе об этом, – пробормотал Джон, чувствуя вину за собой. Если бы он рассказал Линчу, всё бы не сложилось так. Но что поделать, уже всё решено. И благо, хорошая концовка.