Предложение из тени

Глубокая ночь. Леви Аккерман, командир специального отряда Разведкорпуса, шел по внешней каменной галерее дворца в Митрасе. Неделей ранее, когда командующего Эрвина в очередной раз вызвали в столицу для оценки эффективности выделяемых на Разведкорпус денег и припасов, вместе с ним потребовали и всех высших офицеров. В результате лучшему бойцу человечества пришлось потратить только на путь в одну сторону пять дней ради неприятного разговора с напыщенными столичными аристократами. Поэтому настроение командира Спецотряда было весьма скверным, даже по его меркам. Вдруг Леви почувствовал странное движение за спиной. Резко обернувшись, он увидел клубы серого, явно неестественного дыма, и в них странного мужчину. Высокий, на две головы выше Аккермана (что, впрочем, небольшое достижение), с неестественно бледной кожей, растрепанными черными волосами, в явно не местной одежде, с веревкой и кинжалом на каждом бедре, для Леви он выглядел совершенно невозможно тут. Незнакомец обратился первым: — Про тебя много говорят, Леви. — Вы кто такой? — спросил тот, выхватывая из-за пояса нож. — О, опусти оружие, я хочу лишь поговорить. Насчет личности… С некоторых пор у меня несколько имен: Покровитель убийц, Узел, Убийца Высокого Дома Тени. Когда-то многие знали меня под другим прозвищем, мое настоящее имя известно весьма немногим. — Что должен значить этот набор слов? — Можешь называть меня Котиллионом. Ты веришь в богов, Леви? — Нет. Я верю в то, что вижу: в титанов. — Титаны… Я вижу, затянувшаяся на две тысячи лет шутка Увечного Бога продолжает вас донимать. — Увечный Бог? Ты какой-то сектант? — Нет. Я когда-то был смертным, но потом Взошел и стал одним из правителей Меанаса и Высокого Дома Тени; меня можно назвать богом. — И ты думаешь, я в это поверю? Котиллион вдруг исчез, появившись за спиной Леви. Тот мгновенно развернулся и выхватил кинжал, встав в боевую стойку. Покровитель Убийц ухмыльнулся и тут же бросился на Аккермана с градом молниеносных ударов, но капитан парировал их все. Котиллион, удовлетворенно хмыкнув, снова исчез в клубах тени и появился в нескольких шагах за спиной Леви: — Я знаю немного смертных, кто мог бы отбить эти удары. Действительно, «сильнейший боец человечества». — Ты хотел убедить меня какими-то базарными трюками? В этот момент в коридоре показалась третья фигура, в которой Леви сразу узнал Мика Закариаса. Тот, принюхавшись, подошел к тому месту, где стоял Котиллион: — Странный запах, вроде место пустое… — Ты не видишь мужчину в клубах тумана? — едва заметно удивился Леви. — Нет. — Как ты это делаешь? — Магия Меанаса. Весьма грубый трюк, любой мало-мальский маг почувствует. Мокра была бы эффективнее, но я, к сожалению, не владею ей, — усмехнулся Котиллион. — Что делаю? Нюхаю? — недоумевал Мик. — Ты ведь знаешь, Леви. — Меанас? Мокра? Магия? — переспросил Леви. — Ты серьезно? — Я ничего такого не говорил. Не знаю, что происходит, но мне точно нужно поспать после дороги и долгого дня. Уверен, тебе тоже будет полезно, Леви. Спокойной ночи, — сказал Мик и ушел. — За Стенами не знают о Путях? Пути — это миры, которые маги используют для колдовства. Меанас — Путь Тени, Мокра — Путь Разума. Есть и множество других. Хотя в ваших краях Пути почти не чувствуются, кроме одного, который смердит Увечным Богом. — Я не знаю, что за базарные фокусы ты пытаешься передо мной демонстрировать, но уверяю: мне совершенно не интересны твои бредни. — Называй как хочешь, но рано или поздно ты сам убедишься в истинности этих слов. Война Увечного Бога рано или поздно дотянется до вас. Я хотел сделать тебе предложение. — Вступить в твою секту? — Называй как хочешь. Моему компаньону, Теневому Трону, так же известному как Король Высокого Дома Тени, захотелось иметь своего собственного Смертного Меча. Мне выпало искать кандидата, и я нашел тебя. — Почему именно я? — Амманасу нужен лучший клинок. Не так много людей могут противостоять мне, но Сегуле отпадают, а Калам ни за что не согласится. — Что конкретно ты мне предлагаешь? — Ты станешь еще сильнее и сможешь использовать Меанас, взамен же должен будешь иногда помогать нам. — То есть, взамен на непонятно что, я стану частью вашей секты? Я что, по-вашему, идиот? — Я и не думал, что ты согласишься. Просто ожидаю, что рано или поздно даже твоих сил не хватит. Будешь ли ты так же всё отрицать, если кто-то из твоих людей будет в опасности? — Я — солдат Разведкорпуса, мы всегда в опасности. — А если их навыков не хватит? Что, если твоих навыков не хватит? Готов ли ты смотреть на то, как Петра или Эрд умирают из-за твоего упрямства, Леви? Готов ли ты спокойно принять смерть ненаглядной Ханджи, которая случится просто из-за неверия капитана Аккермана? — Ты угрожаешь мне, самозванный бог? — Нет, просто показываю будущее, которое ты пытаешься выбрать. Ваши солдаты сыграют свою роль в грядущей войне, и я надеюсь, что вы выберете правильную сторону. Возьми, — Узел протянул Леви игральную карту с изображением самого Котиллиона. Карта эта чувствовалась странно — на вид ничего необычного, но пальцы как будто касались тумана на ее поверхности, а едва видимый свет Луны и звезд не попадал на нее — казалось, что она всегда в тени, как ты ее не поворачивай. — Очередной трюк? — Нет, просто побочный эффект. Когда припрет, потри ее между ладонями, и я появлюсь. Я еще вернусь, Леви Аккерман, Сильнейший Боец Человечества! — Не сомневаюсь. Котиллион исчез в клубах тени. Леви облегченно вздохнул и направился спать. Этот разговор оставил смешанные чувства: с одной стороны, тот человек говорил явную нелепицу, а с другой — он появился из ниоткуда, исчез в никуда, телепортировался, да и поведение Мика было довольно странным. И мысль «может, в словах Котиллиона был смысл» надолго засела в голове у Леви.