Чон Чимин
19 октября 2025 г., 16:22
Поле битвы (Продолжение)
— Мам, почему ты кричишь? Я тебя слышу, я еще не умер, — сказал Чимин.
Ёра быстро подошла к сыну и крепко его обняла.
— Когда ты не отвечал, я подумала, что...
Чимин, обнимая мать, насмешливым тоном: — Не бойся, мам, так вот с наскока не умирают, ты же знаешь.
Ёра ударила Чимина по плечу. — Не смей надо мной издеваться! Чимин, я много думала...
Чимин нахмурился: — О чем ты думала?
Ёра взяла лицо сына в ладони. — Я не приму возражений... Я хочу, чтобы ты сегодня пошел со мной к врачу, может быть...
Чимин прервал мать: — Мам... Мы же об этом говорили...
Ёра: — Но, сынок...
Чимин, со слезами на глазах: — Мам, я не хочу провести свои последние дни в больничных палатах, я хочу собрать красивые воспоминания с тобой, пожалуйста... У меня больше нет сил, Мам, пойми меня, пожалуйста. И без того, испытание его отсутствием для меня хуже смерти...
Ёра, утирая слезы. — Хорошо, пока закроем эту тему. Что бы ты хотел сделать сегодня?
Чимин посмотрел на начинающийся моросить дождь. — Кажется, мы сегодня не сможем многое сделать, видишь, дождь пошел.
Ёра надула губы. — Тогда придумаем что-нибудь дома.
Чимин утвердительно кивнул. — Хорошо.
Он протянул руку под дождь, снова погружаясь в воспоминания: первый поцелуй с любимым был в дождливый день, он дико по нему скучал... Он глубоко вздохнул.
Ёра повернулась к сыну: — Что-то случилось?
Чимин: — Нет... Я очень голоден.
Ёра, сжимая его щеки: — Тогда иди, накрой на стол. Я мигом сбегаю за хлебом.
Чимин остановил мать. — Может, я схожу? Заодно воздухом подышу.
Ёра: — На улице дождь, Чимин, я не хочу, чтобы ты заболел.
Чимин улыбнулся: — Мам, это летний дождь, ничего не случится, я быстро.
Чимин вошел в комнату, переоделся в широкую футболку, вышел и направился к двери. — Мам, я ухожу.
Ёра окликнула сына. — Будь осторожен, не забудь взять зонт.
Чимин хитро улыбнулся и быстро вышел из дома, не взяв зонт.
Ёра крикнула из окна: — Чимин, ты промокнешь, Чимин...
Чимин, улыбаясь, махнул рукой и повернулся, чтобы идти.
Ёра, глядя на удаляющуюся фигуру, опустилась на колени и заплакала. — Почему? ПОЧЕМУ МОЙ СЫН? Почему он, а не я?..
Чимин шел, чувствуя на лице легкие капли дождя. Магазин был всего в двух кварталах, но Чимин намеренно удлинял путь. Он прекрасно знал, что чувствует тот, кого он оставил позади, потому что сам был не лучше. Он улыбнулся сквозь слезы, вытирая их рукой. — Не плачь, Чимин, больше не плачь!!
Он купил хлеб и направился домой. Дойдя до парка, он сел на качели и начал качаться, ногами что-то чертя на земле. — Чонгук, там тоже, наверное, идет дождь? — Он посмотрел на часы. — Сейчас 12, он точно спит.
— Благодаря тебе я совсем не сплю, маленький принц...
Чимин в шоке обернулся и, увидев его, быстро вскочил. — Чонгук...
Чонгук, не сокращая дистанции: — Чонгук... Ты что, думал, что избавишься от меня одним письмом?
Чимин, со слезами на глазах: — Я...
Чонгук продолжал приближаться: — Что "ты"? Ты думал, что избавишься от меня и продолжишь спокойно жить своей жизнью? Ты хоть подумал, в каком я был состоянии?
Чимин, по его лицу текли слезы: — Я просил тебя не искать меня. Зачем ты пришел?
Чонгук подошел ближе, нервно усмехаясь: — Зачем я пришел?
Чимин, с ровным выражением лица, вытер слезы: — Да.
Чонгук глубоко вздохнул, повернув голову в сторону. — У меня так много причин, с какой начать?! Стой... Может, начать с того, чтобы рассказать тебе, в каком я был состоянии, когда ты оставил меня в углу нашей чертовой комнаты, а?
Чимин, со слезами: — Хватит, Чонгук! Если ты пришел, чтобы выместить злость за мою ложь, излей душу и, пожалуйста, уходи.
Чонгук, со слезами на глазах: — Ты... Почему ты не сказал мне? Я... У меня было право знать, Чимин... Ты... Ты очень эгоистичен...
Чимин опустил голову. — всхлип Я прошу прощения, хорошо? Доволен? Когда я сдохну, ты избавишься от меня.
Чонгук со злостью крепко схватил Чимина за плечи. — Что ты сказал?! Повтори!
Чимин, со злостью нахмурившись, попытался повторить: — Сдохну... — но его губы уже были запечатаны тонкими губами Чонгука. Он замер на месте, не двигаясь... Не обращая внимания на дождь, они целовались, словно иссохшие от жажды. Чонгук обхватил тонкую талию и прижал его к себе. Чимин встал на цыпочки, еще крепче прижимаясь к этим тонким губам... После долгих минут, когда им не хватило дыхания, они наконец оторвались друг от друга. Их лбы соприкоснулись. — Ты так меня напугал. Я думал, что не найду тебя, я с ума сошел...
Чимин с горьким голосом: — Прости...
Чонгук взял лицо младшего в ладони. — Никогда... больше не смей говорить, что бросишь меня... Никогда... Я не могу без тебя жить, Чимин, я даже дышать не могу без твоего голоса, твоего запаха...
Чимин убрал его руки с лица. — Чонгук... Нельзя... Я не могу этого сделать... Я... Я болен. Я не могу быть с тобой... Как я могу обещать тебе, что не брошу тебя, а?!
Чонгук, приближаясь к Чимину: — Ты выздоровеешь, Чимин. Если мы будем вместе, мы со всем справимся.
Чимин отрицательно покачал головой. — Нельзя... Я не могу обрекать тебя на невозможное. Я и так оставлю за собой одно разбитое сердце, я не хочу, чтобы ты был вторым.
Чонгук улыбнулся. — Уже слишком поздно. Когда ты бросил меня, это сердце уже разлетелось на куски, Чимин... Ты не понимаешь? Я говорю, что люблю тебя, я безумно влюблен в тебя. Без тебя невозможно, Чонгук теперь ничто без Чимина, пойми же. Нет Чимина — нет и Чонгука.
Чимин не мог сдержать слез. — всхлип Пожалуйста, замолчи...
Чонгук прижал младшего к себе. — Ты не смеешь сдаваться, Чимин. Если не хочешь, чтобы я следовал за тобой, ты выздоровеешь.
Чимин открыл глаза. — Как я это сделаю, Чонгук, ты же знаешь, что это невозможно...
Чонгук вдохнул запах мокрых светлых волос. — Невозможностей не существует, любимый... Просто давай попробуем, я обещаю, я всегда буду рядом.
Чимин, вытирая лицо рукой: — А что, если всё пойдет не так?
Чонгук улыбнулся. — Как я сказал, нет Чимина...
Чимин не дал ему закончить, закрыв рот Чонгука рукой. — Никогда... Я не хочу больше этого слышать. Даже если меня не будет, ты всегда будешь счастлив, Чонгук.
Чонгук с комом в горле с трудом произнес: — Без тебя быть счастливым невозможно...
Чимин поднялся и соединил тонкие губы Чонгука со своими пухлыми губами.
Чимин: — Я люблю тебя, Чон Чонгук.
Чонгук, улыбаясь: — Я люблю тебя, Чон Чимин.
Чимин, подняв брови: — Пак Чимин...
Чонгук: — Хм... Чон звучало лучше, кажется...
Чимин ударил его по плечу: — Дурашка...
Чонгук, надув губы: — Больно же...
Чимин легонько поцеловал тонкие губы и отстранился. — Так лучше?..
Чонгук хитро улыбнулся: — Ну, сойдет...
Апчхи! Чонгук посмотрел на Чимина. — Ты не собираешься пригласить меня в дом? Мы же здесь заболеем...
Чимин быстро опомнился. — Ах, да, прости. Мой дом вот тут, пойдем скорее.
Чонгук, оглянувшись, указал на машину: — Я не один, примешь двух гостей?
Чимин с прищуром улыбнулся Чонгуку, а Чонгук просто смотрел на эти улыбающиеся глаза.
Чимин: — Конечно... — Чимин посмотрел на Чонгука, который внимательно его разглядывал. — Что случилось, почему ты так смотришь?
Чонгук притянул маленькое тело к себе и крепко обнял. — Я очень скучал... Чимин улыбнулся и обнял своими руками мускулистое тело. Голос сзади: — Ну что, если ваша прелюдия закончилась, мы можем уже войти?
Чонгук повернулся к Тэхёну: — Мы только начинали.
Чимин, покраснев, опустил голову. — Проходите сюда, пожалуйста. Два высоких парня последовали за маленьким телом. Чимин постучал в дверь.
Ёра открыла дверь. — Где ты пропадал, сынок... Ах, добро пожаловать. — Ёра посмотрела на двух парней. — Чимин, сынок...
Чимин, улыбаясь: — Мама, познакомься, это мои друзья из Сеула. Это Тэхён... А это...
Ёра прервала Чимина: — А это, должно быть, Чонгук, да?
Чонгук утвердительно кивнул и поклонился.
— Добро пожаловать, проходите, садитесь, завтрак готов... Чимин, сынок, вы насквозь промокли. — Чимин посмотрел на себя, потом на Чонгука. — Я принесу тебе что-нибудь переодеться.
Ёра, глядя на них: — Лучше поднимитесь в твою комнату, переоденьтесь и спускайтесь.
Чонгук: — Это было бы хорошо.
Тэхён, подавившись едой, закашлялся: — Ого, полегче.
Ёра ударила Тэхёна по спине. — Твоя одежда сухая, начинай есть, они сейчас спустятся.
Тэхён хитро улыбнулся Чонгуку. — Они-то не спустятся, они уже наелись.
Чимин закашлялся...
Ёра: — Вы что-то ели по дороге?
Тэхён: — Да, они буквально сожрали друг друга.
Чонгук ударил Тэхёна по ноге. — Если хочешь, можешь еще поболтать, дорогой друг.
Ёра, улыбаясь, опустила голову и сосредоточилась на еде. — Ладно, идите переодевайтесь...
Чимин рылся в шкафу, пытаясь найти что-то подходящее для Чонгука, но вся его одежда была ему мала. Чимин был едва ли половиной Чонгука. В это время Чонгук осматривал комнату: она была вдвое меньше его собственной, и даже ванная казалась больше. Чонгук сел на кровать и начал рассматривать фотографии на стене.
Чимин взял старую, широкую футболку и, улыбаясь, посмотрел на Чонгука: — Кажется, тебе придется довольствоваться этим. Я не нашел ничего другого по размеру...
Чонгук взял футболку, понюхал ее и улыбнулся: — Она пахнет тобой, это прекрасно.
Чимин смущенно опустил голову: — Потерпи этот день, пока ты не уедешь, твоя одежда успеет высохнуть.
Улыбка сошла с лица Чонгука. Он встал, подошел к любимому и обнял его за тонкую талию: — Мы не уедем одни... Я не собираюсь уезжать отсюда без тебя, Чимин.
Чимин помрачнел, глядя в любимые черные глаза: — Чонгук...
Чонгук ласково погладил лицо младшего: — Ты обещал попробовать... Время очень важно для нас. И мой отец обо всем заботится, он пообещал сделать всё возможное, чтобы ты выздоровел.
Чимин широко раскрыл глаза. То, чего он всегда хотел избежать, происходило: Надежда. В глазах любимого была та самая надежда, которую он сам уже принял как невозможную, и это причиняло ему еще больше боли. К тому же, отношение его матери было очевидно. Чимин твердым голосом: — Чонгук, в этом нет необходимости... Просить помощи у твоей семьи неправильно. Я понимаю тебя, но я не хочу, чтобы ты это делал.
Чонгук, нахмурившись, посмотрел на Чимина: — Если ты так думаешь из-за поступков моей матери, то, пожалуйста, не надо. Я поговорил с ней, я знаю, что она знала обо всем с самого начала... Я никогда ее не прощу.
Чимин, со слезами на глазах, отступил на шаг: — Чонгук, ты не можешь злиться на свою мать, ты не имеешь права.
Чонгук, закатив глаза: — Ты что, шутишь?
Чимин, по щекам которого текли слезы: — Твоя мать права, Чонгук, мы оба это знаем. Твое присутствие здесь даже сейчас неправильно...
Чонгук, стиснув челюсти: — Что неправильно, Чимин? То, что я люблю тебя? То, что я хочу быть рядом?
Чимин отрицательно покачал головой: — Чонгук, я тоже хочу быть рядом с тобой, я хочу этого больше всего на свете. Я отдам всё, чтобы провести с тобой еще больше времени, но...
Чонгук прервал его: — Тогда в чем проблема? Мне плевать на то, что думает моя мать, она не знает, что я чувствую, и тебе не нужно об этом думать.
Чимин глубоко вздохнул, прижался к любимому и вдохнул его запах: — Я люблю тебя, Чон Чонгук...
Чонгук горько улыбнулся, уткнулся носом в его светлые волосы, вдыхая их аромат: — Я люблю тебя, Чон Чимин...
Чимин улыбнулся: — Ты совсем к этому привык.
Чонгук, лаская его лицо рукой: — Я хочу, чтобы это стало не привычкой, а реальностью...
Чимин широко раскрыл глаза: — Что?..
Их разговор прервал Тэхён, внезапно открывший дверь. Тэхён остановился между ними. — Вы что, еще не переоделись? Чем вы, черт возьми, занимались с самого утра?
Чимин покраснел, быстро схватил свою одежду из шкафа. — Я пойду переоденусь.
Чонгук, скривившись, посмотрел на Тэхёна: — Почему ты так любишь портить нам всё, а?
Тэхён, опустив челюсть: — А тебе не кажется, что после всего, что я для тебя сделал, ты мог бы выразить свою благодарность по-другому?
Чонгук, закатив глаза: — Ты раз в сто лет сделал что-то хорошее...
Тэхён: — Бесстыдник... Когда мы возвращаемся?
Чонгук надел футболку: — Не знаю... Когда Чимин будет готов вернуться.
Тэхён нахмурился: — Ты что, не собираешься здесь оставаться?
Чонгук зловеще улыбнулся: — Именно об этом я и думал...
Тэхён глубоко вздохнул: — Господи, какой глупостью я руководствовался, когда поехал за этим идиотом...
Надежда и Признание
Чимин поцеловал в щеку свою мать, которая грела еду на кухне.
Ёра улыбнулась Чимину: — Мой прекрасный сын, как приятно видеть тебя счастливым... Ты правду говоришь о Чонгуке...
Чимин улыбнулся: — Мааам...
Ёра, подмигивая: — Ты поговорил с ним?
Чимин слегка помрачнел: — Поговорил... Он хочет, чтобы я вернулся с ним в Сеул.
Ёра, подняв брови: — Чимин, я... Я не хочу оставлять тебя одного. Пожалуйста, не пойми меня неправильно, я не хочу, чтобы ты страдал, но...
Чимин взял мать за руки: — Мам, я еще не принял решение. Он хочет, чтобы я вернулся, чтобы снова начать лечение...
Ёра с надеждой посмотрела на Чимина: — Это возможно, а, Чимина?? — Чимин снова видел то, чего больше всего хотел избежать: Надежду в глазах матери и Чонгука. — Не знаю, мам. Я хочу попробовать ради вас, но... — Голоса из гостиной прервали его. — Может, поговорим позже? Ёра утвердительно кивнула.
Все сели за стол и начали есть. Они говорили о школе, о проведенных там днях, о том, как познакомились. С наступлением ночи сидящие за столом начали устало зевать.
Ёра: — Оставайтесь у нас на ночь, уже поздно.
Чонгук зловеще улыбнулся, а Тэхён сонно протянул: — Я уж думал, вы не скажете, тетя. Мне бы место для сна.
Ёра, улыбаясь: — Наш дом небольшой, гостевой комнаты нет. Один из вас может спать на диване, а другой в комнате Чимина...
Чонгук быстро вскочил: — Я так хочу спать! Чимин, ты проводишь меня в комнату?
Тэхён мысленно выругался, вспоминая все известные ему ругательства. — Конечно, дорогой. Вы веселитесь, а я тут посплю.
Чимин улыбнулся, и они с Чонгуком поднялись в комнату. Уставшие тела упали на кровать, обнимая друг друга, их страстные поцелуи немного заглушили сильное желание. Чимин погрузился в сон, а Чонгук начал наблюдать за любимым лицом. Он не мог уснуть. Он боялся, что проснется, а всё исчезнет, что всё это сон, что с его малышом что-то случится, пока он спит. Он поцеловал Чимина в лоб и решил, что надо выйти подышать воздухом. Он пошел к балкону, увидел, что свет горит, и тихо подошел, увидев там человека, который тоже не спал.
Ёра, почувствовав движение за спиной, догадалась, кто пришел. — И ты, кажется, не можешь уснуть.
Чонгук утвердительно кивнул и сел рядом.
Ёра, глядя в небо: — Он очень любит смотреть на эти звезды...
Чонгук горько улыбнулся: — Я знаю...
Глаза Ёры наполнились слезами, и она продолжила: — Его отец бросил нас, когда Чимин был маленьким. Он был совсем крохой, я всегда брала его с собой на работу, и я даже не заметила, как он вырос... Однажды я работала уборщицей в магазине игрушек и осталась на сверхурочные. Мне пришлось взять Чимина с собой. Когда мы вошли в магазин, его маленькие глаза стали огромными, он смотрел на все игрушки с радостью. Он был таким хорошим мальчиком, он сидел в углу и часами ждал меня, глядя, как другие дети выходят из магазина с большими игрушками, и счастливо улыбался. — Чонгук прослезился и горько улыбнулся.
— Он даже ни к чему не прикоснулся. Когда я закончила, я подошла к нему и взяла его с собой переодеться. Он крепко держал меня за руку, идя за мной, но вдруг остановился. Его взгляд был прикован к большой лампе-звезде, которая висела наверху, и его глаза сияли. Он потянул меня за подол своей маленькой ручкой и сказал: «Мам, ты можешь купить мне ту звезду?» Он впервые попросил меня о чем-то с тех пор, как мы приехали сюда. Я, не задумываясь, сказала, что куплю, и его маленькие глаза наполнились надеждой, он потянулся к звезде руками. Пока я переодевалась, Чимин впервые был нетерпелив и просил меня поторопиться. Его поведение делало меня счастливее. Когда мы подошли к кассе, я поняла, что у меня нет денег, чтобы купить такую дорогую лампу, и повернулась к Чимину. Чимин был таким зрелым ребенком, что, видимо, услышал наш разговор, он перестал двигаться и посмотрел на меня со слезами на глазах. Когда я с грустью сказала ему, что не смогу купить, он, не сказав ни слова, просто вышел оттуда, играя своими маленькими ручками. Чонгук уже не мог сдерживать слез, они медленно текли по его щекам.
— Когда мы пришли домой, он увидел, что я расстроена, подошел ко мне, взял мое лицо маленькими пальчиками и сказал: «Мама, прости, что я так сильно захотел эту звезду, но ты не расстраивайся, я видел по дороге домой много таких звезд наверху, и они гораздо красивее». Он утешал меня, хотя я должна была утешать его, Чонгук... — Ёра не могла сдержать всхлипывания. Чонгук вытер слезы.
— В тот день я ненавидела себя... За то, что я заставила его жить такой жизнью... То, что он болен, — моя вина... А если он...
Чонгук встал, приблизился к Ёре и обнял ее: — Нет! С ним ничего не случится, я никогда этого не допущу.
Ёра, плача: — Я не хочу, чтобы мой сын умирал, Чонгук... Я очень плохая мать.
Чонгук, со слезами на глазах: — Не думайте так. Я буду вечно благодарен вам за то, что вы подарили миру Чимина.
Ёра, глядя на Чонгука: — Ты действительно так сильно любишь моего сына?
Чонгук горько улыбнулся: — Я люблю вашего сына так сильно, что готов отказаться от себя...
Ёра взяла его длинные тонкие руки. — Тогда, пожалуйста, спаси его...
