Звёздные Путешественницы.

Кругом была тьма, тихая, наводящая тоску и страх неизведанного. Но в ней находилась девушка, которая чувствовала лишь раздражение и недовольство. Светловолосая блондинка, чьи волосы всегда собраны в высокий хвост. А её небесно-голубого цвета глаза подчеркивали высокомерие. Одета она была в свой повседневный образ: жёлтый укороченный пиджак без застёжек, белую полосатую майку, белые узкие брюки до щиколоток, жёлтые балетки и солнцезащитные очки, без которых она никуда не выходит. — Булочница?! — выкрикнула Хлоя, когда Маринетт лежала недалеко от неё без сознания. Присмотревшись, знакомый внешний вид ошарашил её. Её тёмно-синие джинсы, светло-розовую футболку с рисунком вишни, тёмно-серый пиджак и розово-белые балетки. Её тёмно-синие, почти чёрные волосы, всегда собранные в два низких хвостика, сейчас были растрёпаны. Но дело было не в одежде, вся она была в синяках и в грязи. Хлоя почувствовала, как привычная волна превосходства внезапно сменилась недоумением. Ненавистная одноклассница, которая всегда раздражала её своей неловкостью и оптимизмом, теперь выглядела… Слабой. Оптимистичная Маринетт, которая, казалось, могла пережить любое публичное унижение, лежала здесь, как «брошенная кукла». Страх неизведанного в темноте теперь обрел форму, но это был не тот испуг, который она привыкла вызывать у других. Это был холодный, липкий ужас, который говорил: «если такое случилось с Дюпэн-Чэн, что случится со мной?» Хлоя отступила на шаг, её балетки шаркнули по неровной поверхности, а голос, когда она снова заговорила, был уже не криком, а приглушённым, срывающимся шёпотом. — Хэй… Дюпэн-Чэн… Ты как? — почти прошипела она, обращаясь к дочке пекаря. Вдруг Маринетт резко вскочила. Её движение было судорожным и неестественным. Она схватилась обеими руками за голову, словно пытаясь удержать ускользающее сознание. Из её горла вырвался истошный, хриплый стон, полный не боли, а чистого, животного ужаса. Хлоя вздрогнула, её очки соскользнули на кончик носа. Впервые она увидела в глазах Маринетт не решимость, а панику. Хотя, был слегка похожий случай… Спустя несколько мгновений девушка, наконец, успокоилась. Глубоко и неровно дыша, Маринетт опустила руки и медленно осмотрела себя, словно только сейчас осознав, в каком она состоянии. Её голубые глаза, обычно полные света, теперь были омрачены и сосредоточены. Ужас не исчез, но отступил, уступив место трезвой панике. Она встретилась взглядом с ошеломлённой Хлоей и игнорируя своё шаткое положение и дрожь в теле, сразу перешла к делу. — Ты знаешь, где мы? — голос Маринетт был хриплым и надтреснутым, но в нём звучала командная нотка, которая тут же приковала внимание Хлои. Хлоя подавилась ответом. Она хотела сказать что-то язвительное, что-то вроде «Конечно, Булочница! Это твоя новая пекарня!», но не смогла. Увидев, как быстро Маринетт взяла себя в руки, и, главное, услышав этот новый, бескомпромиссный тон, она почувствовала, как её высокомерие тает под напором чужой решимости. Она сглотнула. — Нет, — честно ответила Хлоя, её голос был непривычно тихим. — Понятия не имею. Я как и ты очнулась здесь. Маринетт кивнула, словно ожидала именно этого ответа. Она поёрзала, пытаясь найти опору, но тут же зашипела от боли, коснувшись рёбер. — Значит, мы в этом вместе… — констатировала Маринетт, и в её тоне не было ни намёка на её обычную застенчивость, скорее недовольство. — Нужно осмотреться. Она попыталась сделать первый шаг, но Хлоя резко остановила её, протянув руку. — Ты с ума сошла? — взвизгнула Хлоя, забыв на мгновение о своём страхе. — Мука в голову попала? Ты на себя смотрела? Тебе нужен врач, а не осмотр! Мы должны стоять и ждать помощи. Маринетт прищурилась, оценивая блондинку. — И что ты предлагаешь? Кричать о помощи в эту… пустоту? — Она посмотрела вверх, в сторону тусклого источника света, который был белого цвета. — У меня ноги работают. А у тебя? Под вопросом, придёт ли она вообще. Мы сами должны её искать. Ты понимаешь? Хлоя открыла рот, чтобы начать свою фирменную тираду о том: кто она такая и как с ней нельзя разговаривать, но замолчала. Впервые за много лет она поняла, что на данный момент в этом месте её фамилия и статус ничего не значат. Значат только тело, которое работает, и мозг, который думает. И сейчас Маринетт явно соображала лучше. — Хорошо, но это не отменяет того факта, что Леди Баг и Кот Нуар быстро вытащат нас отсюда. Маринетт замерла. Её омрачённые глаза уставились на Хлою с холодной, почти презрительной оценкой. Ссылка на супергероев, которая обычно вызывала у Хлои восторг и чувство защищённости, сейчас показалась Маринетт абсолютно неуместной и наивной. — Ты это серьёзно? — резко спросила Маринетт. Она хромотой двинулась к Хлое, сокращая расстояние, и остановилась прямо перед ней. — Ты не видишь, в каком мы состоянии? Ты не помнишь, что именно нас сюда привело? Их здесь нет. Если бы они могли помочь, мы бы здесь не оказались. Она схватила Хлою за руку, и та вскрикнула не от боли, а от шока от столь фамильярного и сильного захвата. — Держись поближе и не шуми, — приказала Маринетт, и в её голосе звучала стальная решимость. — Единственные, кто нас отсюда вытащит, это мы сами! Хлоя пришла в себя, она быстро отдёрнула руку. — Я тебе не вещь, чтобы тащить меня.—, сказала она, щёлкнув пальцами. Маринетт закатила глаза. Она отпустила её руку, словно обожглась, и, собрав волю в кулак, хромая, двинулась в темноту. Хлоя, ошеломлённая неожиданной физической силой и внезапной резкостью «Неудачницы», последовала за ней, наступая на пятки… Девушки сделали лишь несколько неуверенных шагов, прежде чем Маринетт остановилась. — Подожди, — прохрипела она, прикрывая глаза. — Мы не можем двигаться, пока не поймём, как мы здесь оказались. Попробуй что-то вспомнить. Хлоя поморщилась, напрягая свои обычно праздные мысли. — Я… я помню, как была в отеле. Потом вспышка… А потом… Только ощущение, будто меня тащит глубоко под воду. Я задыхалась. И эта тошнотворная темнота. Маринетт открыла глаза. В её взгляде мелькнуло разочарование, но она тут же его подавила. — Я тоже. Только вода и темнота. Ничего, что объясняло бы синяки или это место. Она покачала головой, чувствуя, как пульсирует боль в виске. — Хмм, тогда замечала ли ты что-то странное, пока я была без сознания? — спросила Маринетт, надеясь, что Хлоя, возможно, очнулась намного раньше или была более внимательна, несмотря на её привычку к самолюбованию. Хлоя нахмурилась, сосредоточенно глядя сквозь свои солнцезащитные очки. — Ну, во-первых, ты жутко храпела… — начала она, но тут же запнулась под ледяным взглядом Маринетт. — Ладно, ладно! Странное… Нет. Была только тишина. Очень тяжёлая тишина. И… Холод. — Холод? — тут же переспросила Маринетт. — Да. Что-то холодное… — сказала Хлоя и указала рукой в эту сторону, вглубь тьмы. — Там становилось сильнее. Просто жуткий, пробирающий до костей холод. Маринетт насторожилась. Физическое ощущение было даже лучше, чем смутный запах. Холод мог означать сквозняк, подземный ход или даже присутствие чего-то… необычного. — Хорошо. Холод и вода. Держи это в голове. Мы должны двигаться туда, где холод усиливается. Это может быть выход. Идём. Но блондинка не пошла, она стояла и размышляла над чем-то. Будто забыла что-то, посчитав это не значительным или не нужным… — ТОЧНО! Я слышала вибрацию твоего телефона, когда ты лежала! — вскрикнула Хлоя, голос её снова стал высоким из-за новой зацепки. Маринетт ударила себя по лицу здоровой рукой, тут же пожалев об этом, когда волна боли пронзила голову.

«Мда, как я могла про него забыть?!»

Она поспешно полезла в карман своих джинсов. Телефон, холодный и неотзывчивый, был на месте. Маринетт включила его, и в тусклом свете экрана она увидела пропущенный смс. — Это было голосовое сообщение, — прошептала девушка. Она увеличила имя контакта. — Хранительница воспоминаний… Она подняла взгляд на Хлою. Впервые за всю это время в их глазах читалось абсолютно одинаковое замешательство и непонимание. — Что это значит? — спросила Хлоя. — Какая ещё Хранительница? Маринетт встряхнула телефон, но он погас, как их надежда. — Хранительница воспоминаний, — повторила Маринетт, как будто название могло дать им ответ. — Это единственная зацепка, Хлоя. И она, скорее всего, связана с тем, почему мы ничего не помним. Она сжала телефон в руке, размышляя над всеми зацепками. Пока, снова не обратила внимание на блондинку, но уже было поздно. — Ауч! — Что, ты уже успела сделать?! — резко спросила Маринетт, тыча пальцем в сторону Хлои Буржуа. Но девушка проигнорировала замечание знакомой. Хлоя была слишком занята: она аккуратно тёрла запястье правой руки, которое обожгла от летающего куска льда. При прикосновении к руке, ледяной осколок взорвался, создав вокруг девушек множество разных форм льда похожие на куски разбитого зеркала. Они крутились вокруг них и можно было заметить, что через парочку проникал жемчужный свет. Вдруг их внимание привлёк силуэт, что был в центре этой ледяной суматохи. Это была девушка, облачённая в элегантный костюм, напоминающий униформу с модными, футуристичными элементами. Но больше всего привлекло внимание её стеклянная голова. Вместо кожи и плоти, голова девушки представляла собой идеально гладкую, прозрачную сферу, внутри которой плавали и медленно вращались тысячи крошечных, мерцающих звёзд. — Она… Она вышла из этого льда! — задыхаясь, крикнула Хлоя. Маринетт застыла. Всё, что она знала о мире, рассыпалось. Это было нечто совершенно чужеродное. Не обычные злодеи, что были созданы владельцем камня мотылька. Она сжала в руке бесполезный телефон и посмотрела на незнакомку. — Кто вы такая? — выдавила Маринетт, чувствуя, как её обычная храбрость угасает. Незнакомка медленно наклонила свою стеклянную голову, и звёзды внутри неё вспыхнули. Её бесстрастный голос, словно эхо в ледяной пещере, раздался в полной тишине: — Уже нет смысла выяснять, кто я и кем была. Но знайте, Я вам не враг и у вас мало времени. Ледяные зеркала вокруг них задрожали от взмаха руки незнакомки. — Вкратце: я запись, и у вас большие проблемы. После случая, с которым вы столкнулись, ваше ментальное, равно как и физическое, состояние ухудшилось. Используя свои силы, я попыталась их восстановить… Образ стал постепенно рассеиваться. — Всё нужное, в ваших устройствах. Восстановите часть воспоминаний, этого будет достато- Девушка рассеялась в воздухе, оставив после себя лишь тающий, пробирающий до костей холод и абсолютную, звенящую тишину. Ледяные осколки продолжали летать…

***

Хлоя открыла глаза. Она стояла посреди освещенного, гудящего зала. Это была станция метро, но в ней не было ни грязи, ни уныния; только громкое, торжествующие приветствие. Её окружала толпа людей, их лица были обращены к ней в едином, ликующем восторге. Прямо перед ней стояла Надя Шамак с микрофоном в руке, и её образ был искривлен лестью. — Ура, молодец Квин Бии! — гремел хор голосов. — Она спасла всех! Только она! Новая героиня в ударе! — кричала Шамак, и камеры фокусировались исключительно на Хлое. — Потрясающая храбрость, невероятная харизма и сногсшибательный образ! Хлоя гордо выпрямилась, вдыхая этот сладкий, обволакивающий аромат восхищения. Она не помнила тьмы, что видела недавно. Словно дурной сон, который надо было поскорее забыть. — Конечно! — надменно заявила Хлоя. — Вы всегда можете на меня рассчитывать. В конце концов, я самая лучшая! Она наслаждалась тем, как её отец, мэр Буржуа, вытирал слезы гордости, а её одноклассники тянулись к ней, чтобы пожать ей руку. Это был идеальный день, «её день». Вдруг она почувствовала ладонь на своём плече. Это была Леди Баг. — Я не ошиблась, выбрав тебя, как постоянного владельца талисмана пчелы, — сказала Леди Баг, и в её голосе звучало искреннее уважение. Кот Нуар стоял рядом, разговаривая с фанатами о новой участнице и её эффектном появлении. Это была идеальная версия её мечты: она, равная, или даже лучшая, а они, её преданные союзники. Но тут снова вмешалась Надя Шамак, поднося микрофон ближе. — Квин Бии, нам сказали, что скоро сюда прибудет ваша мать, Одри Буржуа. Ваша реакция на это? Что-то треснуло внутри Хлои после слов Мисс Шамак, образовался комок в горле, а улыбка застыла. — М-мама? — переспросила девушка. Внезапно толпа расступилась, и к ней побежала Одри Буржуа. В отличие от своего обычного холодного и критичного образа, Одри выглядела обеспокоенной и слегка растерянной. — Милая… Мне так жаль… — Женщина подбежала к ней и резко обняла её. Хлоя вздрогнула от действия такого рода, тем более от своей матери. Одри никогда не была такой. Идеальное воспоминание мгновенно подавилось этой непривычной близостью и эмоцией. Глаза девушки стали бегать по всем сторонам, лихорадочно ища что-то. Что-то очень важное, что должно было уравновесить этот момент ложной ласки. Резким движением Хлоя оттолкнула от себя Мать. Она больше не смотрела на ликующую толпу или на Леди Баг, а побежала к вагону машиниста, расположенному в конце платформы. Вагон был пуст, но внутри сидел на полу словно статуя сам машинист, неестественно застывший и мертвенно-бледный. В руке он держал рычаг скорости и… жёлтое пятно. Хлоя застыла перед ним. Желтое пятно — это был след от её супер способности… — Конечно… — выдохнула она, и этот звук был полон горького осознания. Вдруг яркий свет осветил всё вокруг с ослепительной, невыносимой силой, словно пытаясь стереть увиденное. И сцена вновь повторилась, так ли? Нет, Хлоя закрыла глаза и стала слышать голоса того дня…

«— Это… Это возмутительно! Просто, Возмутительно! Я никогда не была с тобой в Нью-Йорке, а ты решила взять с собой Маринетт Дюпэн-Чэн! — Я беру её, потому что она исключительная. Клодетт, аоэ, Хлоя. — Я тоже исключительная! — Но из исключительного в тебе моя дорогая, только твоя мать. »

«— Пожалуйста. Да пустяки. Я же всего лишь- — Квин Бии это твоих рук дело! — Леди Баг, ты слишком добра. Это мы вместе! О! Правда замечательно! Мы теперь команда! — Это ты парализовала машиниста в метро, так ведь! Ты использовала свои силы и создала эту ситуацию, только чтобы показать себя! — Какая разница Мы ведь спасли их, так? — Совершено безответственно! — Квин Бии или точнее Хлоя Буржуа, мы на прямом эфире с вашей матерью Одри Буржуа. Одри, вам есть что сказать своей дочери? — Что? Насчёт её чудовищного поведения, по моему и так всё ясно. Не так ли? — Хлоя, отдай мне свой талисман!»

***

«СТОП»

Хлоя открыла глаза. Она вернулась во тьму. Холод был настоящим, а воспоминание о том, как Леди Баг смотрит на неё с разочарованием, было оглушающим. ​Её правая рука всё ещё касалась большого осколка льда, оставшегося от рассыпавшейся иллюзии. Вдруг из осколка стала выходить чёрная, маслянистая жидкость, медленно оплывая по ледяной поверхности. После этого осколок засиял. ​ Этот осколок и несколько других, меньших по размеру, вернулись в центр пустого пространства, собираясь в что-то сферическую, вращающуюся структуру, похожую на хрупкий, кристальный глобус. ​ Маринетт, сидевшая рядом и наблюдавшая за ней с тревогой, быстро подползла к ней. — Ты как? — спросила Маринетт, и её голос был полон искреннего беспокойства. ​Хлоя покачала головой, её дыхание было прерывистым и быстрым. ​ — Видела? — выдохнула она, не отвечая на вопрос, а в её глазах стоял страх, который не смогла бы вызвать ни одна акума. ​— Всё… — тихо подтвердила Маринетт, кивнув на вращающийся кристальный глобус. ​Хлоя замолчала, приходя в себя после двойного шока: пробуждения от ложного счастья и принудительного переживания унижения. ​ Она посмотрела на Маринетт, на её растрепанные хвостики и испуганные, но решительные глаза. ​ В этот же момент кристальный глобус, собранный из льда, пульсировал и выпустил тонкий, жемчужный луч света, который ударил в большой осколок. Тот прилетел к девушкам. Но в этот раз он стал показывать воспоминание на себе.

***

Огромное дерево с полупрозрачным стволом и ветвями, уходящими вверх в крону, сверкающую розово-фиолетовым светом. Оно словно создано из чистой энергии, что придавало ему мистический, почти божественный облик. Вокруг дерева были возвышающиеся колонны и платформы из кубических фрагментов, похожие на кристальные блоки. Их оттенки варьировались от холодного синего до сиреневого. Атмосфера спокойная, но величественная как святилище. Картина стала увеличиваться, теперь можно было разглядеть что именно происходило: Леди Баг и Квин Бии, сражающиеся с монстрами. Девушки давали хороший отпор, но монстров на зло было очень много. Спустя пару минут, в итоге те слились в одну большую тварь. «Конец» подумали они, но резкий, неоднократно удар где-то за экраном уничтожил этого монстра. Существо лежало без сознания, пока некий женский силуэт стоял на нём. И-и, запись остановилась, дамы были в шоке от происходящего в том осколке. Тем дальше они исследовали, тем запутанное становилось. Осколок засиял и как прошлый, тоже ушёл в центр прихватив за собой мелкие. — Это… Как?! Почему, я не использовала супер силу? Кто это нам там помог? И где леди баг???? — Хлоя, стой. Давай успокоимся и обдумаем всё увиденное. Хорошо? Хлоя скрестила руки, отвела взгляд в центр. — Да… Ты права… Я хочу отсюда уже выйти… Тут жутко! Маринетт выдохнула, это место тоже на её давило. Она чувствовала, как ни странно. «Это место не должно быть пустым.» Девушки выбрали, какой осколок они выберут следующим. Как ни посмотри больших было много, изучать их всех просто не хватало им настроения. В итоге им обеим приглянулся в форме бабочки… — Если это из-за Бражника мы в этой ситуации. Он у меня заплатит! И Марин- Хлоя не успела договорить, ведь обе рефлекторно коснулись его. Лёд раскололся в маленьких бабочек, похожих на Акум, с которыми они очень хорошо знакомы. И словно в танце те окружили их. Летая по часовой стрелке, красивым было зрелище. Что-то прошло не так, Акумы отлетели от них и снова собрались. Лёд потемнел, стал излучать ядовыто-фиолетовый цвета. Тот стал тоже показывать изображение, точнее момент, как Маринетт сидела за столом у себя в комнате. Девушка, что-то держала. — Разве это не шкатулка, в которой я находила камень чудес Пчелы? Почему она у тебя? Хлою всё это начинало смущать: воспоминание о битве с Леди Баг; Маринетт которая находится тут и эта картинка. —Я уже забыла… Не помню… Маринетт нервно улыбнулась, выдавила ответ из себя, забыв, что ложь это не её . — Такое? Можно предположить, что это лишь совпадение… Но что если, да? Продолжала настаивать на своём блондинка. — Хочешь сказать, что я тоже нашла камень чудес? — Это осколок особенный! Он сам выглядит, как Акума! — Ого, теперь я стала Бражником. Весьма интересно. — Не обязательно. — Маюра? Маринетт была в панике, кто знал, что из всех её воспоминаний покажут это?! Девушка предполагала, что-то травмирующее.

«Или Становление в Леди Баг меня травмировало?.. Нет времени на сочувствие к самой себе. В последнюю очередь… Стоп! Я и не хотела, чтобы она узнала, что я Леди Баг!»

— Нет… Но может быть, ты… Не могу поверить, что я это говорю… —, Хлоя указала пальцем на собеседницу, — Маринетт Дюпэн-Чэн, ТЫ ЛЕДИ БАГ!!! — Я? Маринетт засмеялась, — Не, только если ты не Кот Нуар. Не знала, что ты умеешь шутить. — Хватит этой клоунады. Хочешь доказательств? Окей! Тебя вечно не было рядом, когда нападал суперзлодей. И это только в нашей школе. — Ты же знаешь какая я неуклюжая. И как ты можешь быть уверенной, ведь не во всех атаках мы были рядом. Маринетт скрестила руки, когда Хлоя закатила глаза. Девушка стала дальше размышлять, пока не вспомнила кое что. — …А как же, та красная в чёрных пятнах «игрушка»? На вопрос, та приподняла бровь. — Теперь, у нас каждый ребёнок под подозрением? Хлоя выдохнула. Почему она так зациклилась на этом? Почему была уверена, что перед ней, именно та самая Леди Баг, чей преданной фанаткой была с первого её проявления? Интуиция? Или это чувство странного дежавю от происходящего разговора? Дочь президента Парижа была уверена в одном: маленькая деталь в облике Чэн могла многое прояснить. Девушка резко подошла к однокласснице, окинув её взглядом с ног до головы. — Где твои серёжки? — холодно спросила она. Глаза Дюпэн-Чэн задрожали. — Тикки… — едва слышно вырвалось из её уст. Маринетт поспешно потянулась к ушам, пытаясь нащупать Камень Чудес Созидания. Не найдя его, она начала судорожно проверять карманы, одежду, всё вокруг. Хлоя наблюдала за этим в полном шоке. По её телу пробежала дрожь, кожа покрылась мурашками. Она машинально провела рукой по руке, не веря своим глазам. Нет… поведение Маринетт было неоспоримым доказательством её догадки. В одно мгновение на Хлою нахлынуло море чувств. Истина пронзила её до глубины души: её кумир, объект восхищения и обожания, оказалась той самой девушкой, чью жизнь она годами отравляла с каким-то злым удовольствием. Как Леди Баг могла терпеть её, выслушивать, помогать? Всё, что она тогда говорила… Это ведь была правда? Даже после всего ей доверили Камень Чудес Пчелы. Хлое хотелось как можно скорее вернуться домой, спрятаться в своём номере отеля, запереться от всех. От чужих взглядов. От самой себя. Потому что сейчас она чувствовала одно отвращение. К себе. Маринетт было не лучше. Она винила себя. Забыть Тикки, своё маленькое чудо… Это было худшим поступком в её жизни. Но вдруг мысль пронзила её, холодная и тревожная:

«а что, если не только Тикки она забыла?..»

***

Глубокая ночь. Большая часть жителей шестой улицы спала, но не Белль и Вайз. Брат с сестрой проснулись от не понятного шума со стороны парковки. Вооружившись, сестра медленно открывала дверь, пока брат был готов нанести удар. Но вместо ими придуманного монстра или грабителя, они увидели двух девушек… — Боже… Что с ними?!