Когда он вернется.

Они проснулись одновременно. Может, не в одинаковых, но схожих настроениях. Каждый у себя дома. Настроение Чуи было более чем приподнятое, он был на грани экстаза. Сердце его колотилось в груди от предвкушения: сегодня после работы он едет к Дазаю. Наспех набросав что под руку попало в спортивную сумку, закинув её на плечо, неспособный стереть ухмылку с лица, альфа покинул свою квартиру. На месяц. Лучи утреннего солнца казались холодными, когда Дазай лениво распахнул глаза. Просыпаясь, постепенно он осознал, что «холод» не от солнца, а от всё того же белого мрамора, которым были покрыты стены и пол его просторной спальни. Шторы на панорамных окнах были слегка задёрнуты. Блэкаут-шторы, которые омега обычно плотно закрывал, искусственно создавая в помещении ночь в любое время суток. Но сегодня ему нужно было встать пораньше. Сегодня к нему заселится Чуя, стандартно уже несколько лет проводящий каждый свой гон вместе с Дазаем. Продев руки в рукава белоснежного шёлкового халата, который так приятно ласкал лёгкой прохладой кожу, омега надел тапочки и встал с кровати, нехотя отправляясь умываться. В зеркале он встретился взглядом с одним сонным, унылым парнем, высоким, бледным и худым. Тихо вздохнув, влажной ладонью Дазай попытался уложить свои торчащие во все стороны непокорные волосы. «Перед смертью не надышишься», — подумал про себя парень, поэтому включил оба крана с водой, чтобы наполнить себе горячую ванную. Перед встречей с Чуей Дазай принял бы «счастливые таблетки», и всё прошло бы как по маслу… Как же ему не терпелось снова оказаться в горячих руках Накахары, наконец ощутить кожей чужое палящее дыхание. Быть под Чуей и ощущать того внутри себя — это не просто сводило Дазая с ума, он уже давным-давно на это «подсел». Однако, пока словно одержимый демонами (но на самом деле гормонами) Чуя безжалостно вбивал Дазая в матрас, омега, кайфуя и дурея, тем не менее осознавал, что «Чуи на месяц» ему уже давно мало. Вещи между ними не могут и дальше оставаться такими недоотношениями. Дазаю хотелось больше. В конце концов, с пятнадцати лет он таил в своём сердце глубоко запрятанные чувства, которых омега просто, ну, стыдился? Или типа того, он сам ещё не разобрался. Вундеркинд и Принц мафии, когда дело касалось таких вещей, как отношения, всё, что мог — это лишь теряться в догадках, потому что чувства логике, вообще-то, не поддаются. Чего хочет Чуя? Могут ли они быть по-настоящему вместе? Или он для Чуи просто «не резиновая кукла», так, унять свои дикие потребности в гон? Убедившись, что таким ходом мыслей Дазай лишь сам себя накручивает, схватив полотенце и всё тот же шёлковый халат, он выскочил из ванной. Задач у Чуи сегодня было явно выше крыши, потому что ему предстояло отсутствовать на работе ближайшие несколько недель. Сначала его гон, потом течка Дазая, которые, к сожалению, всё никак не синхронизируются. Это очень бесило. Но так сложились звёзды. Уставший и запаренный Чуя не терял своего настроя, слегка уже ведомый желанием. Лишь к шести вечера альфа выключил компьютер и внимательно оглядел свой рабочий стол, убеждаясь, что все документы в правильных стопках, а стопки на своих местах, чтобы его подчинённые в случае чего быстро сориентировались. Когда он повернул ручку в кабинет напарника, то даже не удивился, осознав, что кабинет закрыт, а Дазая сегодня в штабе совсем не было. На беглую секунду в голове Чуи промелькнула мысль, что «не окей» (наверное?) собираться к человеку домой и даже не созвониться с ним сегодня или накануне. Но альфа прогнал эту мысль, как противную муху, заторопившись по длинному коридору к лифтам.

***

Люстра в просторной, нет, поистине огромной гостиной заиграла бликами хрусталя по мраморным стенам, когда Дазай включил освещение. Гостиная, она же холл, в его двухуровневой квартире располагалась так, что выглянуть на неё можно было и со внутреннего балкона второго этажа. Повсюду стало так светло, что Дазай зажмурился. Определённо, всё «счастье», которое у него было, когда он приобрёл этот пентхаус, уже давно выветрилось, ведь это и не счастье было, а просто что-то вроде гордости за свою первую крупную покупку? Дазай не пользовался доброй половиной комнат; вообще, там бывали лишь уборщики клининг-компании, посещавшие хоромы Принца два раза в неделю. Было одно место в этом «замке», где Дазаю было спокойно и даже приятно находиться — библиотека. Она не была слишком громадной и выглядела уютной, «живой» из-за всех этих собранных Дазаем книг на высоких до потолка стеллажах. Не желая считать минуты до Чуиного появления, Дазай устроился на диванчике с книгой в руках, и именно в этот момент по квартире раздалось эхо хлопнувшей входной двери. Может, библиотека и находилась на втором этаже, но яркий аромат дождя добрался до нюха омеги быстрее его обладателя. — Дазай, я здесь, ты где? — послышалось снизу, но омега решил оставить Чую его искать. — О, привет, а почему ты одет? И почему ты не в спальне? — Через пару минут хитрый прищур синих глаз был встречен леденящим душу взглядом глаз карих. — Читал. — Ну, хорошо, я полагаю. Время есть. Закажем еду? Или посмотрим фильм? — Какая разница? — Захлопнув книгу, Дазай выпрямился с диванчика. — Ммм, не знаю? Чего тебе хочется? Оставив книгу на отведённом ей месте, омега, развернувшись к напарнику, скрестил руки на груди. Такая стойка сбивала Чую с толку. Но он ещё даже не подозревал, что предстоит. — Нет, Чуя, я хочу, чтобы ты сказал, чего тебе хочется. — Разве не очевидно? — Бросив наконец сумку на пол, альфа сделал два шага навстречу Дазаю, стоящему у дальнего стеллажа. — Я хочу тебя. — Почему всё всегда должно быть лишь о сексе, Чуя? Повисла небольшая тишина: это Чуя пытался понять, что происходит. — Что? Я думал, нет, я был уверен, что тебе нравится, когда мы— — Знаешь... — На секунду опустив взгляд вниз, Дазай наконец набрался смелости: — Так больше продолжаться не может. — Какого чёрт— Но Чую не дослушали, поскольку, пройдя мимо него, Дазай покинул библиотеку и уже спускался по длинной белоснежной лестнице из холодного камня. — Хей, подожди! — Чуя быстро нагнал омегу, но тот не сбавлял хода, пока они не оказались в середине гостиной. — Оглядись, Чуя, — Дазай сделал паузу, давая альфе шанс «оглядеться», — мне осточертело жить одному в месте, где есть эхо. «Может, купить ему пушистые ковры, впитывающие звук?» — Я устал быть один. Постоянно. И ждать, когда наступит «тот самый день», когда ты приедешь со своей спортивной сумкой. Окей, шестерёнки в голове альфы сейчас просто не успевали за ходом мыслей расхаживающего перед ним взад и вперёд напарника. — Ты… хочешь съехаться? — То, как Дазай перестал измерять комнату шагами, подсказало Чуе, что он мыслит в правильном направлении, но он всё ещё не понимал, что на Дазая нашло. — Но ты же сам сказал, что то, что между нами, — это только течка плюс гон? — Это… это было годы назад… — голос Дазая был тихим, пока он не вскинул руки к небу. — Ты значишь так много для меня, и неужели ты никогда не замечал, что ты мне не безразличен? — Прости, что? Каким образом он должен был знать, что Дазай что-то там чувствует, если их общение вне гона и течки — это перепалки, подколы, миссии на грани смерти, а иногда они вообще неделями не видятся из-за командировок Накахары. — Я устал. Тебе лучше уехать. — Подожди. Подожди, Дазай, я не понимаю… — Позвони мне, когда поймёшь. А лучше не звони. Увидимся на следующей миссии… а может, и нет, — голос Дазая стал тихим и ровным, поскольку это не свойственно ему: говорить о своих чувствах, открывать кому-то душу, даже Чуе. Он почувствовал себя сейчас более обнажённым, чем предполагалось этим вечером, поэтому плотнее запахнул свой халат. — Я не могу уйти, а гон, а наш «уговор»? Накахара теперь тоже говорил тихо, надеясь, что над ним сжалятся, ведь гон в одиночестве для альфы — это печаль. — Уговор наш устный я расторгаю. Ты свободен. В мафии полно омег, только и ждущих твоего звонка. Ну это уже было слишком. Даже не поднимаясь обратно в библиотеку за сумкой, альфа развернулся на пятках и покинул чужой пентхаус, снова посылая эхо гулко стучать о мрамор.

***

Первой мыслью в голове после гона было: какого черт— Чуе всё ещё было слегка плохо, но гон явно отшумел, и теперь он мог и вздохнуть полной грудью, и привести себя в порядок. Дазай отсутствовал на работе ещё пару недель, но альфе не терпелось поговорить с напарником «серьёзно». Всё, что произошло, было нечестно. У них была договорённость. Они помогали друг другу уже столько раз, Чуя привык. В конце концов, Дазай был ему очень нужен. Отсутствие Дазая на работе уже играло на Чуиных нервах, внутри него бушевал целый ураган. Пусть он и не из тех людей, которые закатывают сцены, сейчас ему хотелось высказать омеге всё, что он о нём думал. В один из вечеров, проходя мимо курилки, Чуя услышал то, что его заинтересовало: ключевые фигуры атакующего звена собирались к полуночи в баре отметить успешную миссию. Пусть по логике Дазая там быть не должно было, потому что общественные места — это не в его стиле, альфа всё же решил проверить. И если Дазай не только вышел на работу, но уже и водит миссии, значит, он сможет и для Чуи пару минут найти.

***

Это был закрытый бар-клуб, принадлежащий Портовой мафии, и посторонним вход был воспрещён. Чуя был здесь пару раз, ещё в самом начале своей карьеры в мафии, но сейчас этот клуб, пусть и пафосный, казался ему слишком злачным. Внутри помещения царил полумрак, и в воздухе висели тяжёлые нотки ароматизаторов, впрыскивающих каждые пять минут специальный парфюм, дабы перекрыть все феромоны альф и омег, которые заявились сюда без блокаторов запаха. Не успел Чуя и шагу вступить в основной зал, как на его плечо невесомо опустилась чья-то рука. Резко обернувшись, альфа встретился взглядом с Коё. — Анэ-сан? — А вот я не удивлена, что ты здесь, — тихо произнесла девушка, которая была слишком изысканно одета для этого заведения. — Хах? Я, ну— — Одна птичка мне нашептала, что вы расстались, — лукаво сверкнув глазами, Коё понизила голос почти до шёпота: — Это, конечно, не совсем моё дело, но ты в порядке, Чуя? — Расста—? Я? С кем? Скрыв улыбку рукавом роскошного кимоно, Коё слегка кивнула головой в сторону основного зала, вынуждая пойманного врасплох альфу резко обернуться. Расположившись вдоль бара, шумела толпа мафиози — все они были из отдела Дазая. Сам Дазай восседал на барном стуле и весело общался с окружающими его подчинёнными. Он был без своих обычных пиджака и галстука, белоснежная рубашка была расстёгнута на пару пуговиц, обнажая перемотанное такими же безупречно чистыми, как и рубашка, бинтами тело. Правый глаз омеги был скрыт за повязкой, но и по одному глазу и играющим там бликам было ясно: Дазай забавляется. Ему весело в компании этих ребят, он заливисто смеётся и время от времени отпивает виски из своего бокала. Парочка альф из атакующего звена стояли к Дазаю слишком близко. Это сразу же привлекло внимание Чуи, когда он наконец перестал бегать глазами по самому Дазаю. Альфа тут же взбесился, обнажая свои клыки. Дазай непринуждённо болтал, а может, и флиртовал с привлекательным парнем, положившим руку на спинку его барного стула. Скрепя зубами и сжав руки в кулаки, Чуя, уже объятый красным сиянием, почти было сорвался с места, когда всё та же, что и ранее, рука оказалась на его плече, но уже крепко его сжимая. — Чуя, ты же не намерен устраивать сцену? — послышалось позади альфы. — Анэ-сан. — Он твой омега? — Что значит мой? Вроде, был мой. — Нет. — Коё подождала, пока гравитационное сияние исчезнет и альфа обернётся к ней лицом. — На Дазае есть твоя метка? — Конечно нет, мы же не пара и никогда не были в отношениях, — протараторил альфа, затем осознавая, что в этом, наверное, и есть всё дело… — Ты же не станешь метить его прямо здесь и перед всеми? Во-первых, это делается во время течки— — Знаю-знаю, — впервые в жизни перебив Коё и спрятав глаза под полями шляпы, Чуя залился ярким румянцем. Ему было неловко. — Я всё понял. Из зала, куда Чуя так и не зашёл, доносился звонкий смех Дазая. Накахара не хотел смотреть туда, где, скорее всего, другой альфа уже гладил Дазая по бедру. — Я домой. — Всё образуется, просто подумай о том, чего тебе на самом деле хочется.

***

Дазая в штабе встретить было невозможно: где он был, что делал — было неясно. Ходили слухи, что он работает по какому-то делу со своим лучшим другом Сакуноске. Чуя уже почти смирился с фактом, что никогда им не поговорить, когда бумаги о предстоящей миссии гласили: ответственные — Дазай Осаму, Накахара Чуя. «Вот спасибо», — подумал альфа. Миссия предстояла явно не из лёгких, раз вызывают Двойной Чёрный в полном составе, но, так как Дазай ему не звонил, не писал, а Чуя и сам хорош, он поехал на миссию один, тихо надеясь, что Дазай всё же объявится. Эспер, скрывающийся в густой лесной чаще на окраине города, казалось, манипулировал самим воздухом или атмосферой? Поскольку Чуя сразу же оказался пригвождён к месту сильным давлением на его тело. Чёртыхнувшись, альфа использовал гравитацию, обнуляя вес своего тела. Теперь он мог хотя бы стоять, не сгибаясь, но лёгкие его всё ещё были тяжёлыми, и казалось, он задохнётся через минуту, если не примет «срочные меры». Использовать Порчу без Дазая — это суициду подобно, но он и так, кажется, уже умирал, поскольку голова его кружилась от недостатка кислорода. Мелко дрожа, стянув с рук перчатки, Чуя принялся уверенно шептать: «О, даровавшая мне тёмную немилость…», — как вдруг, согнувшись пополам и схватившись за горло, он закашлялся, поскольку лёгкие его резко наполнились кислородом. С облегчением выпрямившись, Накахара увидел фигуру перед собой, которая едва касалась его груди. Дазай. Дазай при этом смотрел вперёд, в саму гущу леса. Так и не встретившись взглядом с напарником, омега тихо приказал: — Стой здесь, отвлеки его, но без Порчи. Я подберусь сзади него и обнулю. Дазая и след простыл, Чуя вновь принялся задыхаться, но, объявшись сиянием, всё же посмотрел вокруг себя в попытках найти хоть что-то, что поддастся его способности. Слава богам, некоторые камни удалось поднять в воздух. Где-то в середине леса раздался громкий выстрел, даря Чуе долгожданное освобождение от оков на его лёгких. Упав на колени, он отполз чуть назад, чтобы прислониться спиной к раскидистому многолетнему дереву. Давно у них не было битв в лесу. Со времён самого Верлена. Тряхнув головой на этой мысли, Чуя поднял взгляд от земли, чтобы увидеть медленно бредущего к нему Дазая. Опустившись на землю около напарника, омега едва заметно вздохнул. — Спасибо, что спас мне жизнь, — серьёзно произнёс Чуя, но это всё равно прозвучало виновато. Сейчас он рассмотрел Дазая внимательно, сразу же замечая, что у того нет бинтов на правом глазу. Это было как минимум странно. — Всегда пожалуйста. Но давай больше так не делать? — В карих глазах плескались незнакомые огоньки. — Но ты же пришёл? Ради меня. — Ты тоже много раз рисковал жизнью ради меня, Чуя, но пришло время этому измениться. — Ты не хочешь иметь ничего общего со мной? Даже на работе? Дазай, это ненорм— Чуя остановился на полуслове, следя за тем, как Дазай, вынув из кармана пиджака сигарету, сразу же её прикурил. Дазай никогда не курил, и Чуя не то что не понимал, что происходит сегодня с его напарником, а и запереживал. Выдыхая терпкий дым, Дазай опустился головой на свои согнутые колени, которые обнимал руками. — Я ухожу из мафии, Чуя. «Бредит». — Послушай! — Альфа вскочил на ноги, чтобы придать себе больше уверенности. — Хорошо, это я во всём виноват. Откуда мне было знать, что у тебя есть чувства ко мне? Ко мне, беспризорному ребёнку из Сурибачи? Человеку без прошлого, когда ты самый красивый омега из всех, принц мафии и наследник босса? — Ты думаешь, мне важно, откуда ты пришёл, и кем ты был? — Ну, — задумавшись, Чуя перемотал у себя в голове всё, что только что сказал. Неужели он опять говорит не то? — Я хочу быть твоим альфой. Пожалуйста, согласишься ли ты стать моим омегой? Я обещаю тебе и будущее, и метку, и детей, если ты хочешь, конечно. Теперь была очередь Дазая выпрямиться. Он подошёл к Чуе, и теперь, в восемнадцать, он был выше него почти на голову. Такой высокий, худой и красивый, и альфа удивился своей невнимательности: как же он раньше не замечал, как именно Дазай на него смотрит? — Ты не виноват. В том, что происходит, твоей вины точно нет. — Но я решил: я хочу быть с тобой. А ты? Взяв руку Чуи в свою, чтобы хоть как-то в такой ситуации того успокоить, Дазай печально улыбнулся. — Ты готов ждать, Чуя? — Увидев кивок, Дазай продолжил: — Мне нужно исчезнуть хотя бы на год. Из штаба, апартаментов, но те и так мне осточертели, из жизней всех, с кем я знаком. — Год? Я буду ждать. — Ещё раз кивнул Чуя. Что год без Дазая, когда он думал, что потерял его и свой шанс навсегда?

***

Трель будильника? Это скорее дрель будильника. Или так думал Чуя, пока, нащупав телефон рядом с собой, не метнул его в стену. Накануне он засиделся в подземном помещении мафии с его «братом». Посиделки превратились в поход в бар и завершились к рассвету. После ухода Дазая из мафии Чуя невольно сблизился с Верленом. Это общение шло на пользу им обоим. Поль наконец общался с кем-то, кроме новобранцев мафии, которых обучал, а Чуе нравилось коротать время с кем-то, кто хотя бы приблизительно его понимает. Верлен носил в груди боль потери Рембо, но как-то с этим справлялся, пусть и существовал, а не жил, но сердце его билось, и это значит, что Рембо погиб не зря. Но всё же не обязательно, наверное, каждую их встречу так много пить? Чуя, конечно, имеет толерантность к алкоголю, но Верлен? Тот пьёт виски из горла, и ничего ему нет. «Всё потому, что ты строчки кода, братец», — шутит Чуя, получая на это беззлобный подзатыльник. Выйдя из душа, альфа посмотрел на настенные часы: последний день перед гоном, многое нужно успеть. Стянув с бёдер полотенце, присвистывая, он направился в гардеробную, когда раздался стук в дверь. Выругавшись, Накахара вгляделся в видеомонитор входной двери и молниеносно нажал на кнопку «открыть». — Чуя! Чуя? Можно я войду, ты же голый? На пороге квартиры альфы стоял не кто иной, как сам Дазай. Неприлично высокий, неприлично улыбающийся. Отступив в сторону, Накахара закрыл дверь за гостем. Прошло два года с их последней миссии, и Чуя много раз прокручивал в голове, как именно пройдёт их первая встреча. Дазай осматривался, но недолго: Чуя уже стоял перед ним и смотрел на него слишком внимательно. Альфа всё ещё был чересчур обнажён, так что Дазай даже залился румянцем. — Я теперь работаю на детективов и, знаешь, мы враги мафии, — Дазай вдруг рассмеялся так, что даже зажмурился от удовольствия. Но резко распахнул глаза, когда Чуя внезапно дёрнул его на себя, потянув за его (нелепый) боло-галстук. Их губы встретились, глаза Чуи были прикрыты; улыбнувшись в этот резкий и слегка грубый поцелуй, Дазай опустился руками на гораздо более широкие, чем он помнил, плечи альфы. — Оу... — не теряя времени, Накахара подхватил бывшего напарника на руки; тот был такой долговязый — это ужас, но ведь это им никогда не мешало. — Почему ты вернулся именно перед моим гоном, Дазай? — недоверчиво уточнил альфа, не моргая, смотря в чужие глаза. — Потому что… потому что, хм, завтра у меня течка, и я подумал— — Вау, значит, в разлуке мы стали синхронными. — Угу, судьба — чертовка. — Что ж. — Подхватывая Дазая более удобно, альфа, развернувшись, направился в спальню. — Надеюсь, ты готов к метке, мистер детектив. Не успел Накахара быстро добавить «шутка!.. шутка», как чужое дыхание опалило его ухо, посылая мурашки по всему его существу. — Я готов, Чуя. Более чем.