Новые дворецкие

Первые шаги В доме повисла странная, неловкая атмосфера. С того дня, как мистер Альфред привёл троих новеньких, каждый уголок поместья Уэйнов ощущал лёгкое, абсурдное напряжение. — Ну что ж... — пробормотал Франклин (Старший), проходя по коридору с видом владельца замка. Он пристально посмотрел на Тима, который пытался отладить новый криптографический протокол. — Может, я помогу? Я могу сделать все на лучшем виде. Давайте я сделаю. Он обращался так к каждому, кто попадался ему на глаза. Дик едва сдерживал смех, Тим хмурился до головной боли, а Дэмиен, кажется, уже начинал медитировать, чтобы сохранить свой здравый рассудок. Тем временем катастрофа накрывала прачечную. Финн (Средний) с невероятным, но неуместным энтузиазмом засунул в стиральную машину всё, что нашёл. — Главное — побольше порошка и всё вместе, чтобы сэкономить время! — уверенно сказал он сам себе, едва не забыв нажать кнопку «Пуск». Спустя час из барабана вытащили радужное, скомканное бельё: чистые белые футболки Брюса стали радостно-розовыми, спортивные штаны Тима сели на два размера меньше, трусы стали как на лилипута теперь выглядел как детская накидка для карнавала. — Эмм... за то у нас много детской одежды? — неловко улыбнулся Финн, протягивая стопку испорченных вещей Дику. А на кухне Синтия (Младшая) пыталась доказать свою полезность. Она долго молчала, но сегодня решила взять на себя приготовление ужина. — Я... я справлюсь, — тихо сказала она, зажимая в руках половник, словно меч. И очень внимательно смотря книгу. Через полчаса весь особняк наполнился удушающим запахом горелого теста и пересоленного, дымящегося супа. Когда Франклин решился подойти и вежливо произнёс: — Давайте я сделаю, Синтия швырнула в него кухонным полотенцем, покраснела, как рак, и снова вжалась в угол. Все сидели за столом, смотрели на угольно-чёрные блинчики и цветной рис... и молчали. Именно в этот напряжённый момент дверь в особняк открылась, и на пороге появились женщины семьи: Барбара (Бэтгёрл), Стефани (Спойлер) и Кассандра (Бэтгёрл). Они замерли. Перед ними была картина: Франклин гордо сидит, заявляя, что может всё; Финн держит в руках «детский» плащ; а Синтия в слезах мешает пересоленный суп. — ...Альфреда на вас нет, — вздохнула Барбара, снимая очки. — Эдгар, похоже, решил нас испытать.