Орхидея Белая Цапля

Некоторые раны не заживают, они лишь притворяются шрамами. Достаточно одной случайной мысли, одного знакомого запаха и он снова там, в том самом "до". До того, как её исключили. До того, как они перестали видеться. До той пустоты, что теперь ела его изнутри. Бин постоянно думал о ней. Каждый раз именно перед сном в голове всплывал её образ. Эндерперл стояла посреди яркой, белой поляны, солнце светило ей в спину, играя с бликами её бирюзовой поверхности. Она открыла глаза, тепло улыбаясь. Пёрл бережно держала тонкий стебель, обхватив его ладонями, будто боялась уронить самое дорогое сокровище. Один-единственный цветок с крохотным комочком земли, обернутым в мягкий мох. Она сама вырастила его, с самого крошечного ростка. Тоска не давала покоя ни днём, ни ночью. При одном только упоминании о неприятно сложившейся ситуации начинало болезненно покалывать в груди. Воздух вокруг вдруг пах чертовыми грибами и пылью - точь-в-точь как в тот раз, когда он в последний раз видел её живой. Холодные, обмякшие конечности, потертая поверхность и лицо, полностью покрытое растительностью. Тело помнило тот ужас, даже если разум пытался его вытеснить. Но ведь частично он был виноват в этом. В том, что не умел контролировать свои способности. Одни и те же мысли, один и тот же сон из раза в раз... Бин не до конца понимал, насколько рад, а насколько разбит. Солнце никогда не светило так ровно, а трава не была такой бархатной. Это не была настоящая Эндерперл, это его собственное воспоминание, которое было измучено грустью настолько, что утратило всю радость и стало чем-то больным, что дёргало изнутри. Но в то же время, сон был идеален. Она вела себя тихо, но её слова были мягкими: - "Орхидея белая цапля", - быстро промелькнул её голос. Красиво распустившаяся орхидея так же слегка сверкала на солнце, где маленькие капли на лепестках отражали свет звезды. Она осторожно взяла его руку, разжала пальцы и положила стебель ему на ладонь, накрыв сверху своей рукой. Ее прикосновение было прохладным, а лепестки - трепетно живыми. Даже слишком идеален. В чём же был смысл... Почему именно ему, Перл передала настолько ухоженную "Белую Цаплю"? Ей должно было потребоваться немало сил, чтобы вырастить этот хрупкий цветок - и затем доверить его именно ему. Почему каждую ночь после этого подарка она снилась ему в венце из белых орхидей? Бин открыл глаза в темноте и первым делом потянулся к ночному столику. Кончики его пальцев нашли шершавую поверхность глиняного горшка. Орхидея, которую она ему подарила, давно засохла. Но выбросить её он так и не мог. Вокруг было столько других, более выносливых цветов. Зачем именно эта орхидея, редкая и требующая такой заботы? - Может быть, она... знала? - сорвался шёпот, что быстро рассеялся в темноте спальни. Но это невозможно. Откуда ей было знать, что ею просто воспользуются и выбросят, как отработанный материал? ...А если знала? Мысль ударила, как током. Что, если этот цветок не просто память? Хрупкий, живой, способный перенести его через сны к тому самому «до», даже ценой собственного увядания? Белая цапля... Цапля улетает, но возвращается. А эта - умирала, чтобы он мог вернуться в прошлое? Нет, вряд ли… От этой догадки становилось только больнее в тысячу раз. Сон снился часто, если не постоянно. Может, иногда забывался, но потом вспоминал те же события, что были в этих грезах. Хотя скорее всего, смысл был совсем в другом... *** На следующий день он был слишком помятым. Всё же не смог уснуть. Сколько бы не крутился на кровати, не смог найти удобную позу. Складки простыни впивались в тело. Его бросало то в жар, то в холод, будто он и вправду лежал не в кровати, а на той самой поляне из своих снов, где красота оборачивалась ледяным потом при пробуждении. Голова ужасно раскалывалась, словно кто-то буянил внутри, плел паутины из его собственных мыслей. - Ваше следующее испытание… - Бин на момент умолк. Еще недавно у него были идеи для следующего конкурса, но мысли о работе вдруг заполнились собственными переживаниями: - Что значит цветок "Белая Цапля"? Все участники переглянулись, начали бурное обсуждение со своими командами. Очевидно, кто-то уже знал ответ на этот вопрос, ведь и сам частично являлся растением. - Разве не значит… Что любой кто найдет этот цветок, найдет и все ответы на вопросы? Бин понятия не имел, насколько правильным является ответ, он лишь хотел услышать что-то, что успокоит его душу хотя бы ненадолго, что сможет прекратить эти счастливые сны, после которых он просыпается полностью растерянный и разочарованный. - А если тебе подарят этот цветок, его значение ведь изменится? Хост пытался поставить вопрос так, якобы он знает ответ и просто пытается устроить викторину. Если ранее ответ на вопрос дал участник из команды "Ларри", то сейчас ответ дал другой обджект. - Если не ошибаюсь, - Глассес демонстративно прокашлялся намеренно приковывая к себе внимание, и в наступившей тишине его голос прозвучал особенно чётко, - Это олицетворение фразы: "Мои мысли последуют за тобой в твоих снах" - Тут уже может быть разное значение, - внезапно, но всё так же мягко возразила Ватермелон, - Это так же может значить как и "Я буду думать о тебе даже во сне." Слова повисли в воздухе. "Мои мысли последуют за тобой...", "Я буду думать о тебе даже во сне". Всё внутри Бина замерло. Гул обсуждений, яркий свет звезды - всё это ушло в белый шум, сквозь который пробивался лишь стук его собственного сердца. Так вот, в чём был смысл. Это был не подарок. Это было заклятие. Обещание, которое она дала ему. И теперь её мысли, эти самые сны - действительно следовали за ним. Это не его тоска по ней, а её не отпускающая воля. Он всегда думал, что это его вина, неспособность отпустить. А оказалось... это была её последняя воля. Получается, выбросить цветок теперь значило бы убить её окончательно. - Да, - Он медленно кивнул, чувствуя, как внутри что-то окончательно ломается и застывает. - Оба ответа... приняты. - сухо, почти без эмоций вымолвил Бин, направляя ладонь в сторону команды которая ничем не отличилась, - Синие Скейтборды выставлены на исключение. Вид хоста был явно не из лучших, от усталости и недосыпа он с трудом держался на ногах. Бин очевидно не хотел и дальше находится у всех на виду, понимая, что только что получил "пожизненный приговор". Самый красивый и самый мучительный приговор из всех возможных.