Кусочки осени

Супермаркет располагался в паре шагов от моего дома, поэтому я не удосужился надеть из верхней одежды что-то, помимо грязно-жёлтого халата. Взять с собой все накопленные деньги и документы, подтверждающие моё существование, я, конечно, тоже не подумал. Кто бы мог предположить, что по возвращению я обнаружу своё жилище объятым пламенем? Мой друг-торчок был таким искренним этим вечером, убеждая меня в том, что не станет курить, лёжа на диване, что я и не подумал усомниться в его честности. Похоже, пускать его к себе переночевать оказалось неудачным решением. Я уже давно хотел драматически изменить свою жизнь, так что столь неудачное стечение обстоятельств расстроило меня куда меньше, чем могло бы. Вытащив сигарету из пачки, я прикурил её от кредитного кострища и поприветствовал новую, бездомную жизнь. Я довольно быстро повстречался с компанией бродяг и влился в неё - ценой вступления в их клан оказалась пара бутылок пива. Мы бродили по тёмным закоулкам города, пару раз убегали от полиции. В целом ничего необычного не происходило, до тех пор пока мы не повстречались с одетой в золотые костюмы молодёжью. Мои друзья сразу же ужаснулись и попрятались по углам и кустам, пока я, не зная как реагировать, стоял посреди освещённой неоновыми вывесками алее. Один из золотых ребят, чьи длинные волосы были зализаны назад, увидел меня и в быстром темпе подошёл поближе. Он стал толкать и задирать меня. Остальные мерзко хихикали, стоя за его спиной. В конце концов парень толкнул меня, и я упал, чудом не разбив затылок и едва не выломав себе руки. Выставив вперёд одну ногу в попытках сохранить хоть какой-то баланс, я случайно заехал ему по челюсти. На гладкой коже его лица остался грязный след. Когда я поднялся, парень вынул складной нож из внутреннего кармана пиджака, явно собираясь пустить оружие в ход. Глаза были налиты кровью, а руки тряслись так, будто парень вот-вот взорвётся. Он прыгнул на меня, выставив нож перед собой. Я пошатнулся - выпитая ранее банка пива не помогала сохранять координацию. Удар прошёл мимо меня. Однако, в попытках удержаться на ногах, я нечаянно поставил подножку парню с ножом, от чего тот упал в лужу во всей своей дорогой одежде. Я оглянулся и заметил, как ко мне уже начали подходить другие типы в костюмах - кто с положенной на плечо трубой, кто с деревянным мечом для кэндо. Длинноволосый тоже поднялся на ноги. Бежать было некуда - аллея окружена уже закрытыми магазинами с одной стороны, и забором жилого комплекса с другой. Я уже успел попрощаться с жизнью, наслаждаясь мыслью о том, что хотя бы один день жил как хотел... Но внезапно мои новоиспечённые друзья выскочили из своих укрытий и набросились на потенциальных убийц с кулаками. Силы не равны, но бродягам всё же удалось оттеснить нападавших. Тем временем самый старший из бездомных достал ключ из кармана своей куртки и отпер люк в канализацию, приказав мне лезть внутрь. Остальные тоже начали ретироваться. Я запрыгнул последним и захлопнул за собой люк, услышав, как искупавшийся в луже кричит: - Завтра в полночь, в центральном парке! Разберёмся с этим дерьмом раз и навсегда... - недолгое молчание и последующий шёпот: - под дерьмом я имел в виду этих бомжей. Поняли? Поняли же? А они поняли? Спустившись вниз, я заметил, как самый старший ходит из угла в угол, схватившись за голову. Заметив меня, он подскакивает и хватает меня за плечи, начиная трясти. - Всё, конец-конец-конец!.. - закричал он с глазами, полными отчаяния. - Они же от нас и мокрого места не оставят! - Это всего лишь шпана с горящими кулаками, - спокойно сказал я, пытаясь сбавить градус напряжения. - Ничего серьёзного. Но старший лишь затряс меня ещё сильнее, а из его рта чуть не повыпадали последние зубы от последующего крика: - Глупец! Это же "Золотые демоны", и они ненавидят нас! Терроризируют бродяг уже два поколения: выгоняют нас из тёплых мест, избивают ради забавы, не дают жить!.. - С чего бы им это делать? - удивился я. На это бродяга ничего не ответил, лишь жестом указал следовать за ним. Мы с остальными проделали долгий путь по канализации, пока наконец не вышли в просторный зал, заставленный свечами. На стенах были наклеены плакаты с иероглифами неизвестного значения. По центру зала на бордовом кресле восседал старик с пышной бородой, одетый в необыкновенно чистое для этого места белое кимоно, и негромко посапывал. Старик помладше подошёл и попытался разбудить его. Поначалу не выходило, но потом он прикурил сигарету от одной из свечей и чуть-чуть подпалил бороду старика постарше. Тот проснулся и уставился на нас своими серыми глазами. Мой гид прошептал что-то ему на ухо, и старик сперва расхохотался, но вскоре стал предельно серьёзным и крепко схватил меня за руку. Не столько, чтобы сделать больно, сколько для понимания того, что стою перед ним. - Позвольте рассказать вам об истории "Золотых демонов", молодой человек. Когда-то этот слепой старик, - он указал на себя, - был лучшим другом их основателя - господина Кирари. Мы вели общий бизнес, причём довольно успешный. Говорят, что нельзя смешивать работу и дружбу, но в те времена никто из нас бы в это не поверил. Так было до тех пор, пока в игру не вступила любовь... Вышло так, что мы влюбились в одну и ту же женщину, и, пусть я был готов уступить, она выбрала меня, жестоко отвергнув Кирари. Я изо всех сил пытался сохранить дружбу, но ничего не вышло... Однако этого ему было мало. Кирари отобрал мою долю в компании, оставив меня должником, из-за чего мне и пришлось жить на улице. Любовь ушла от меня, но даже тогда не изменила мнения насчёт Кирари, и из-за этого он возненавидел меня ещё больше. Он хотел подчеркнуть финансовое различие между нами и начал одеваться в нелепую золотую одежду, а когда терпеть стало совсем невмоготу - стал набрасываться на бедняков и бездомных, видя в них меня. Постепенно к нему начали присоединяться люди из высших слоёв общества, желающие выместить на ком-то свой гнев, и таким образом их жестокая банда стала расширяться. Сейчас Кирари отошёл от активного участия в жизни банды и редко показывается на людях, передав полномочия лидера своему сыну. Такому же, а то и более жестокому, чем мой лучший друг. Если вам не повезло насолить этому выскочке, то наши дни сочтены... Он поник и медленно опустил голову. Остальные бродяги сделали то же самое, будто уже приняли свою смерть. Такая покорность судьбе вывела меня из себя. Я скинул на землю жестяную банку, стоявшую на подлокотнике стариковского сидения, тем самым привлекая к себе внимание. Все вокруг уставились на меня. Подойдя к коробке, стоявшей в углу комнаты, я взял с неё потрёпанную конусовидную шляпу, натянул её себе на голову и, подскочив к старику помладше, толкнул его. Тот попятился назад. - Что ты делаешь? - растерянно. - Прекрати! Но я, не слушая, толкнул его ещё раз. И ещё. И ещё. На десятый раз он не выдержал и толкнул меня в ответ. Тогда я попытался ударить его, но первым получил кулаком в живот, согнувшись. Старик прикрыл рот ладонью и подскочил ко мне, схватив за плечо, а я поднял шляпу чуть выше - так, чтобы он увидел мою улыбку. Отпрыгнув назад и встав в боевую стойку, я пригласил его на спарринг. Старик улыбнулся в ответ, и мы бросились друг на друга, а все остальные бродяги, переняв наш настрой, сделали то же самое. Такие тренировки продолжалось до вечера следующего дня. Мышцы приятно болели, рефлексы были отточены, а тела бродяг, и без того с трудом воспринимающие боль и привыкшие к постоянным испытаниям, теперь и вовсе должны были стать непробиваемы. Мы с ребятами как раз собирались уходить по направлению к центральному парку, когда старик в кресле схватил меня за рукав. - Прошу, возьмите меня с собой, - попросил он. - Неважно, ждёт нас победа или поражение, я должен быть со своими людьми. К тому же, - негромкий вздох, - я очень хочу услышать голос лучшего друга... Хотя бы один раз. Тревожный шёпот сквозняком пролетел по нашей группе, но возражать старику никто не стал. Центральный парк был подозрительно безлюдным даже для полуночи. Только пакет, подгоняемый ветром, пересёк аллею на манер перекати-поля и тем самым идеально вписался в эту обстановку. Заняв места на лавочках, мы смотрели в темноту парка в ожидании внезапного нападения. Вскоре в свете фонарей засияли золотые пиджаки. В этот раз длинноволосый шёл в тени массивного седовласого мужчины, который держал в руках настоящую катану. Старик в кимоно тяжело вздохнул, вероятно, почувствовав, как по земле проносятся вибрации множества ног. Мы встали друг напротив друга, молча и напряжённо. Пакет вновь пролетел мимо, словно проводя черту меж двух социальных групп, но никто даже не обернулся на его шорох. В одном из уличных фонарей вдруг с треском лопнула лампочка, будто исполнив роль гонга. Сын Кирари первым сорвался с места, целясь в меня. Сам Кирари тоже не остался в стороне и атаковал дедулю в белом, но тот ловко отразил его удар, достав собственную катану из своего рукава. Две толпы слились в одну, и битва была жестокой. Золотые сражались насмерть, но бродяги успешно держали удары, ничуть не уступая. Наша с длинноволосым дуэль тоже шла в мою пользу. Видимо поэтому подлец решил вдруг прильнуть к земле и кинуть мне грунт в лицо. Проморгавшись, я заметил, что почти все "Золотые демоны" были разбросаны по разным сторонам, но двое из них всё ещё стояли на своём: старший сражался со стариком на равных, а младший бежал к ним со всех ног, намереваясь вонзить нож в спину отцовского противника. Кирари среагировал быстро. Заметив сына, он оттолкнул лучшего друга в сторону и сам подставился под удар. Схватившись за рукоять ножа, Кирари отбросил меч в сторону, наотмашь ударил сына по лицу, выплюнув: - Это моя битва! Ты, сопляк, не посмеешь и пальцем... Тронуть... - и потерял сознание. Сын склонился над телом отца, тряс его и просил очнуться, но тот оставался неподвижным. Старик в кимоно присел рядом и приказал вызвать скорую. Лидер банды трясущимися руками вынул мобильник, набрал номер и вдруг выпалил: - Он же разрушил твою жизнь! Почему ты беспокоишься о нём? Старик только усмехнулся. - Это не мешает ему быть моим лучшим другом.

* * *

Через пару недель Кирари пришёл к нам в канализацию. Золотого костюма на нём теперь не было. Он бросился в ноги дремавшему в кресле старику, разбудив его. - Прости, - взвыл он, - умоляю, прости меня!.. Старик лишь покачал головой и просто ответил: - Я никогда не держал на тебя зла. Вытерев слёзы, бывший лидер банды поднялся на ноги и осмотрел всех собравшихся в зале бродяг. - Я тут организовываю кунг-фу турнир, - сказал Кирари немного смущённо, - и мне бы пригодились бойцы... Быть может... Кто-то из вас хотел бы принять в нём участие?